"Мы исходим из того, что если это зарегистрированный брак, то это отец будущего ребенка, и, конечно, он также вправе принимать решение о рождении", — заявила ТАСС депутат Татьяна Буцкая.

"Многие годы Церковь, ее предстоятели говорят о конвейере детоубийства, который уносит <...> порядка миллиона детей в год. Это город-миллионник", - сказал Толстой.

"Официальная статистика фиксирует только государственные учреждения, а большая часть этих операций делается в частных. Они статистику не сдают", - объяснил Толстой.

"Искусственное прерывание беременности в условиях дневного стационара проводится в медицинской организации при наличии операционной и врача-анестезиолога-реаниматолога круглосуточно непосредственно в здании, в котором размещен дневной стационар, или в ином здании данной медицинской организации с операционной и врачом-анестезиологом-реаниматологом круглосуточно и обеспечением транспортировки пациентки до него не более 20 минут выездной бригадой скорой медицинской помощи", - говорится в документе.

"Необходима законодательная защита жизни ребенка в материнской утробе. Эта тема остается одной из наиболее сложных. Спустя годы дискуссий в этом направлении наметилось положительное движение вперед. Уже 820 частных медицинских организаций добровольно отказались от лицензий на прерывание беременности, а это 30% от всех организаций, имеющих лицензию", - сказал он.

"Широко внедряется практика защиты права женщин на материнство, охрану репродуктивного здоровья женщин и помощи в трудной жизненной ситуации", - добавил предстоятель Русской Православной Церкви.

"Речь идёт о страшном грехе. А грех - это преступление не столько перед людьми, сколько перед Богом. Именно наличие этих грехов, этих преступлений будет определяющим для вечной жизни каждого человека. Вот поэтому я ещё раз хочу сказать, что, конечно, каждая человеческая жизнь должна быть бесценной", - сказал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, , выступая на Рождественских парламентских встречах в Совете Федерации.

"Когда совершаются эти убийства во чреве матери, разрушается самый главный внутренний барьер. Если жизнь нерождённого не считается священной, не священной, её выкидывают в мусорный ящик (простите уж за такие страшные слова), - то вообще тогда, жизнь-то священна или нет? Если в одном случае она не священна, то почему в других обстоятельствах должна быть священной? Любой убийца скажет: "Подождите, в одном случае можно, а в другом - нельзя". Значит, речь идет лишь об аргументах и причинах, почему в одном случае можно, а в другом - нет", - отметил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, выступая на Рождественских парламентских встречах в Совете Федерации.

"Если мы рассматриваем аборт как сознательное убийство человека, младенца, который должен вырасти, стать взрослым, испытать все то, что Бог ему предназначил испытать в этой жизни, тогда и возникает вопрос: а как же быть? Почему в одних случаях за убийство длительный срок, а в другом случае общество говорит: "Вполне возможно". Невозможно", - отметил предстоятель Русской Православной Церкви.

"Пора, с моей точки зрения, а я убежден в этом, положить конец ситуации, при которой частные клиники ведут бизнес на абортах, даже игнорируя "неделю тишины", не проводя настоящего консультирование, скрывая реальные масштабы вмешательства или целенаправленного склонения женщин к решению совершить аборт, то есть убить своего младенца.
Происходит это все, потому что деньги за аборт платят деньги. Это бизнес. Чем больше таких случаев, тем тем больше доходы", - указал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, выступая на Рождественских парламентских встречах в Совете Федерации.

"У меня вызвало недоумение недавнее решение Минздрава, исключившее квалифицированного медицинского психолога из состава обязательных участников перинатального консилиума, из-за чего врачи смогут самостоятельно принимать решение о прерывании беременности. Иными словами, отговаривать женщину от совершения абортов будет некому. Возникает вопрос, согласуется ли это с общей государственной политикой по сбережению народа и титаническими усилиями по повышению рождаемости?" - сказал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, выступая на Рождественских парламентских встречах в Совете Федерации.

"Полагаю совершенно необходимой разработку федерального закона о криминализации склонения к аборту. И предлагаю двигаться в сторону полного запрета на проведение абортов в частных медицинских организациях, где контроль за соблюдением этических и правовых норм фактически невозможен", - сказал он.

"Такая практика уже показала себя в ряде регионов самой хорошей страны. Этим, конечно, мы не решим проблему демографии в полной мере, но точно сделаем шаг в правильном направлении. Но нужно делать эти шаги", - добавил Святейший.

"Считаю, что правильно было бы, чтобы осуществление аборта стало невозможным по решению только матери, без согласия отца ребенка, в случае, конечно, зарегистрированного брака. Речь идет о семье. Женщина может быть в состоянии аффекта, психика женщин более подвижна, они более эмоционально уязвимы. И поэтому важно присутствие рядом мужа, который может вовремя сказать: нет, слушай, вытянем, деньги-то заработаем, не надо, что ты. Слова мужа должны присутствовать в дискуссии о том, совершать или не совершать этот поступок", - подчеркнул он.

"Как правильно недавно отметил наш президент, решения в отношении детей всегда должна принимать семья, а не отдельные родители", - добавил Святейший Патриарх.

Межфракционная группа депутатов в защиту христианских ценностей не раз поднимала вопрос об ограничении абортов в нашей стране. Русская Православная Церковь неизменно стоит на позиции, что это социальное зло, которое таковым и останется. Но любой шаг государства в эту сторону приветствуется, и мы очень надеемся, что наши законодатели не ограничатся декларациями, а всё-таки примут хотя бы несколько серьёзных федеральных законов, направленных на ограничение абортов.

Что касается закона, о котором сегодня идёт речь, — я считаю, он имеет большое значение. Многие говорят, что у него мало правоприменения, но я с этим не согласен. Потому что правоприменение — это не только конкретное количество административных дел или штрафов. Вот я приезжаю в Волгоград, мне в деревне говорят: «А вы знаете, что аборты-то уже запретили, склонение запрещено». Понимаете, как люди относятся к этому? Вот, так сказать, я знаю, что депутаты огромное внимание уделяют реакции народа. Люди так к этому относятся — значит, наверху, в законодательстве, это теперь считается злом, и меняется общественное сознание.

Поэтому, когда мы в регионах поднимаем вопрос о выводе абортов из частных клиник под государственный контроль — как об одном из шагов в нужную сторону, — нам часто говорят, что это стало возможным именно после внесения законопроекта и принятия местного регионального закона о запрете склонения к аборту. В этом отношении, конечно, можно варьировать в зависимости от региона. Мы знаем, что в Московской области он звучит иначе.

Надо поднимать вопрос: а почему у нас статья в 323-м ФЗ именуется «Искусственное прерывание беременности»? Это что такое? У нас Конституция говорит об охране материнства, в Конституции не написано об искусственном прерывании беременности. Поэтому статью в 323-м законе надо переименовать на «Охрану материнства», со всеми вытекающими наполнениями, в том числе идейным. Поэтому мы считаем, что такой закон нужен, важен, его важно принять, и он будет иметь большое значение именно с точки зрения изменения отношения к этому вопросу со стороны федеральных органов власти и системы здравоохранения. Он несёт важную идеологическую функцию.

Поэтому Патриаршая комиссия по вопросам семьи, защиты материнства и детства поддерживает этот законопроект. И мы очень надеемся на то, что он не останется лишь дискуссией, а воплотится в конкретное законодательное решение.

На мой взгляд, накануне выборов нашим депутатам надо бы всем чётко сказать свою позицию: кто идёт на выборы и как вы относитесь к абортам? Мы, православные граждане нашей страны — коих, вы знаете, немало, — свою позицию обозначаем. А общественникам надо постараться узнать позицию баллотирующегося человека, чтобы люди знали, за что он стоит. И православные люди, конечно, тоже будут знать, за кого голосовать.