Наш окончательный вывод по срачу в комментах заочной ссоре Трампа и Маска: не думаем, что это все наиграно, но почти уверены, что в итоге они помирятся.

Может быть, даже сегодня.

Слишком много интересов и денег в этом союзе.

По поводу назначения командующего Сил беспилотных систем ВСУ. Как известно, на эту должность назначен лейтенант (!) Роберт Броуди, да, тот самый "Мадьяр", который командовал одним из наиболее эффективных подразделений БПЛА в структуре ВСУ.

В момент начала СВО был командиром взвода в штурмовой роте 28 механизированной бригады.
Последняя должность - командир 414-й отдельной бригадой беспилотных систем, они же "Птахи Мадьяра".

И совершенно верно задают вопрос коллеги.
"Вот мы можем ненавидеть, критиковать хохлов, но вот может ли у нас лейтенант мобилизованный в 2022 году стать командующим в 2025 целого рода войск? Причем заслуженно за свои результаты работы?"

Ответ на этот вопрос каждый найдёт сам, тем более, что он очевиден.

Однако, с чем связано назначение? С реализацией проекта "Линия дронов", то есть с созданием оборонительной зоны поражения FPV-дронами на глубину до 10-20 километров.

Но это лишь одна из задач СБС ВСУ. В условиях ограниченных средств огневого поражения, нехватки ракет и снарядов, именно БПЛА становятся основным средством ведения волны. Года полтора назад, я в эфире у коллег говорил, что именно на БПЛА будет сделана ставка, и они в конечном счёте, заменят в ВСУ и фронтовую авиацию.
Сейчас мы видим, как тяжёлые коптеры, вроде "Быбы Яги" и производятся в огромных количествах, и действительно способны в ходе налёта и сорвать наступление, и зачистить полосу наступления для штурмовиков ВСУ.

То есть, реализуется один из прежде обозначенных сценариев, который позволит ВСУ продолжить вести боевые действия. Фактически действует лёгкая пехота, набранная из бусифицированных мужиков, но воюет она под прикрытием не столько техники, сколько БПЛА.

Напомню, что до войны Мадьяр был совершенно гражданским человеком, бизнесменом. И сейчас он, явно, будет применять все понятные ему бизнес решения в реформе войск БПЛА.

- прозрачная система оценки эффективности для подразделений;

- единая электронная система планирования, анализа, координации и управления, включающая автоматизированную систему верификации попаданий;

- усиление всех 12 составляющих влияния беспилотных систем ("Мадьяр" подразумевает под ними РЭР, РЭБ, РЛС, перехваты вражеских дронов, дистанционное минирование и другие сферы деятельности подразделений);

Ну и так далее, от унификации логистики до единой система рекрутинга, оценки системы подготовки пилотов и ревизии должностей.
Все обозначенные Мадьяром шаги выглядят весьма логичными.

Не очень следил за назначениями у нас, но надеюсь, что командующий наших Войск беспилотных систем имеет не меньший, чем наш враг, боевой опыт в качестве оператора БПЛА и командира подразделения БПЛА на фронте.

Так или иначе, но, самой большой проблемой может стать не само назначение лейтенанта Роберта Броуди, а то, что у нас не воспримут всерьёз ни назначение, ни его программу действий. "Чего он понимает в военном деле, Академию не заканчивал же".

Нельзя забывать, что помимо наличия боевого опыта, Мадьяр просто весьма популярная фигура в украинской военной среде, и в среде волонтёров. Он такой милитари рок-стар. Это тоже имеет значение. Он вполне способен организовать работу и повести за собой, тем более у него карт-бланш.

В некоторой степени, эта история с назначением Бровди возвращает нас к размышлениям о военном образовании и нашей способности аккумулировать и использовать опыт СВО.

По поводу информации MASH о сложностях в анонсированном Мединским обмене (первой частью его должны были стать тела, сегодня в пятницу) : они действительно есть.

Деталей не будет, чтобы не повредить процессу, но пока все под вопросом.

И по телам, и по обмену.

Украина действительно пока отказывается принимать тела своих военнослужащих (договоренности в Стамбуле были такими: пятница тела, суббота - военнопленные).

Причина банальна — тел погибших ВСУшников так много, что отсутствуют места для их хранения (морги и так забиты), нет сил для быстрой перегрузки, нет денег для выплаты компенсаций.

Как изменится законодательство в условиях СВО?

На Европейско-Азиатском правовом конгрессе в Екатеринбурге эксперты сосредоточились на правовых вопросах, связанных с проведением СВО. Форум стал площадкой для выработки решений, которые сформируют законодательную повестку на ближайшие месяцы.

Основные темы обсуждения:

1. Совершенствование правового статуса участников СВО

Павел Крашенинников, председатель комитета Госдумы по госстроительству, акцентировал внимание на необходимости урегулирования положения «гражданских жен»: «Важно обеспечить этой категории доступ к льготам и участие в наследственных отношениях».

2. Трудовые гарантии для мобилизованных граждан
Профессор Наталья Саликова выделила нерешенные вопросы:
— Механизмы восстановления на работе для получивших ранения
— Порядок учета отпускных периодов
— Процедуры медицинского освидетельствования при ограничениях по здоровью

3. Правовое регулирование новых категорий
Иван Курбаков из МГЮА отметил появление особых субъектов права:
— Участники добровольческих формирований
— Военнослужащие, пропавшие без вести
— Военнопленные

Эксперты единодушно признали необходимость оперативного внесения изменений в законодательство для решения обозначенных проблем. Предложенные на конгрессе инициативы лягут в основу будущих законопроектов, направленных на защиту прав всех категорий граждан, связанных со специальной военной операцией.

Всего правовой конгресс в Екатеринбурге собрал более 2 000 участников из 12 государств: Армении, Беларусии, Бразилии, Таджикистана, Узбекистана, Кыргызстана, Казахстана, Южной Осетии, КНР, Индии, ОАЭ, России. Это представители юридического сообщества, органов государственной власти и бизнеса.

Вчера мы писали о том, что анонсированный Мединским обмен "под вопросом".

Сегодня в своем телеграм-канале он сообщил, что "украинская сторона неожиданно перенесла на неопределённый срок и приемку тел и обмен военнопленными. Группа их переговорщиков почему-то даже не прибыла на место обмена".

Все так.

И если отказу принять тела еще есть хоть какое-то объяснение (нехватка мест в украинских моргах для такого гигантского количества погибших), то почему Киев игнорирует обмен ранеными и тяжелобольными — решительно непонятно.