...Никулин и из меня, и из Миронова готов был сделать клоунов...
С Никулиным я познакомился еще во времена учебы в Горьковском театральном училище. Был 100-летний юбилей Горького, на его родине это отмечалось широко. Нас, студентов, тоже привлекли — в городском цирке мы читали отрывки из произведений классика между номерами гастролировавшего у нас дрессировщика Юрия Дурова. И вот в один прекрасный день в цирке появились Юрий Никулин с Михаилом Шуйдиным — знаменитый клоунский дуэт из Москвы. Помню, как мы все хохотали до слез на их номерах. .. Никулин пробыл в Горьком, кажется, два или три дня, в тот раз мы с ним недолго пообщались. А спустя несколько лет снова встретились на «Мосфильме». Я тогда уже учился во ВГИКе на режиссерском факультете. И вот иду как-то по коридору киностудии, а мне навстречу — Гайдай с Никулиным. Поздоровался с ними. И вдруг Никулин спрашивает: «А ведь мы с вами где-то встречались?» Киваю: «В цирке!» И тут он: «Точно, в цирке! А не в Нижнем ли Новгороде?» Опять киваю: «Именно так, в Нижнем Новгороде!» У Юрия Владимировича была феноменальная память. Как-то я ему рассказал, что в детстве тоже мечтал стать клоуном, когда впервые увидел цирк шапито, гастролировавший у нас на Алтае в Камне-на-Оби. «Так-так, а какой это был год? — спросил Никулин. — 1957-й?» И с ходу назвал клоунов, которые приезжали с цирком шапито в Камень-на-Оби в 1957 году!..
...Я не раз потом слышал от него про кого-нибудь: «Из него бы клоун получился, его бы в цирк!» Однажды те же слова он сказал моему сыну Володе, который тогда учился на журфаке. Володя обожал пародировать артистов, смешно копировал Никулина с Бруновым. Юрий Владимирович от души посмеялся, а потом говорит: «Володька, бросай щелкоперство, твое место в цирке!»...
Помню, возвращаюсь со съемок, интересуюсь у сына, как дела в университете, а он мне: «Пап, я бросил университет и поступил в цирковое училище».

Это стихотворение я посвятил Никулину. Юрий Владимирович был очень растроган: «Спасибо тебе за посвящение! Я в ответ тоже хочу что-нибудь тебе посвятить! Ну например, анекдот». Никулин же был потрясающий импровизатор и прямо на ходу сочинил: «Раз ты Панкратов-Черный, то анекдот будет такой. В черном-черном лесу, на берегу черного-черного озера стоит черная-черная скала. А у черной-черной скалы растет черное-черное дерево. Под черным-черным деревом сидят два черных-черных человека, и один другому говорит: «Василий Иванович, ну на фига мы эту резину жгли!»