🤩 𝐈𝐅 𝐖𝐄 𝐋𝐈𝐕𝐄𝐃
𝐓𝐎𝐆𝐄𝐓𝐇𝐄𝐑
Приняли эстафету от:
EVAN and LILY
🤩 Барти и Пандора – союз,🤩 который строится на доверии🤩 и уважении комфорта друг🤩 друга. В самые ужасные и темные дни, когда надежда в их сердцах угасала, они находили поддержку в крепких объятиях, которые говорили намного больше чем слова. Любовь к друг другу была их единственным спасением в мире, где царит несправедливость, а будущее туманно и неизвестно.
Передаем:
всем желающим
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
𝐅𝐚𝐜𝐭𝐬 𝐚𝐛𝐨𝐮𝐭 𝐁𝐚𝐫𝐭𝐲 𝐂𝐫𝐨𝐮𝐜𝐡 𝐉𝐫.
# 𝑯𝒆𝒂𝒅𝒄𝒂𝒏𝒐𝒏 # 𝑽𝒊𝒅𝒆𝒐 🫐
–🔤 арти обожает различные украшения, особенно кольца.
–🔤 н выплескивает эмоции на бумагу, делает короткие записи и неаккуратные рисунки в своем дневнике.
–🔤 ладший Крауч всегда выглядит слегка небрежно: волосы растрепанны, галстук никогда не завязан туго, обычно просто висит на шее.
–🔤 юбит холодную погоду, ощущать мурашки на коже, поэтому часто спит без одеяла.
–🔤 арти нравится изучать историю магии и причинно следственные связи в ней.
–🔤 асами может смотреть на огонь в камине и думать о своей жизни. Его часто мучает бессонница, поэтому он приходит в гостиную и до рассвета погружается в одиночество и размышления.
–🔤 аже будучи лучшим учеником младший Крауч не любит учёбу; хорошие оценки получает ради отца.
–🔤 н интроверт, его близкий круг общения поразительно мал. Отношения с отцом сильно сказались на нем, поэтому Барти никогда не доверяет людям полностью, не любит делиться своими мыслями, чаще слушает, а не говорит.
–🔤 арти не относится к чистоте крови так же, как его однокурсники, для него это лишь способ упорядочить мир.
–
–
–
–
–
–
–
–
–
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
8
𝐏𝐨𝐬𝐭 𝐰𝐢𝐭𝐡 𝐄𝐯𝐚𝐧 𝐑𝐨𝐬𝐢𝐞𝐫
# 𝑹𝒐𝒍𝒆𝒑𝒐𝒔𝒕 # 𝑴𝒆𝒎𝒐𝒓𝒊𝒆𝒔
🔤 наступлением октября погода заметно испортилась, поэтому как и большинство учеников Барти и Эван предпочли остаться в помещении. Окно библиотеки задрожало под натиском осеннего ветра, бросая косые тени на учебник по трансфигурации. Крауч, сгорбившись над книгой делал вид, что увлечен учебой, в то время как реальное его внимание было приковано к Эвану, к его лучшему другу. Сегодня он вел себя не так как обычно, от Барти не ускользнула отстранённость Розье.
Эван, откинувшись на спинку стула, задумчиво смотрел в окно и подкидывал в воздух небольшой золотой снитч, украденный у кого-то из семикурсников. Движения блондина были плавными и завораживающими. Барти отложил перо и хмуро посмотрел на друга, – Ну и зачем ты это сделал? – прошипел Крауч. Эван пожал плечами, поймав снитч одной рукой, казалось, что ему нет дела до происходящего. – Скучно.
Барти знал: "скучно" было кодовым словом, обозначающим "испытываю что-то сложное, что не хочу обсуждать". Такое состояние у Розье бывало нечасто, но Крауч ненавидел, когда оно всё-таки приходило к его другу.
Тишина вновь наполнила библиотеку, прерываемая лишь тихим шелестом страниц. Барти окончательно потерял способность сосредоточиться на учебе, всё его внимание забрал Эван, который сейчас казался уязвимым, почти ранимым.
– Слушай, – сказал Барти, захлопывая книгу. – Хочешь прогуляться до озера, поговорить? Погода конечно не самая лучшая, но ничего.
Уголки губ блондина дрогнули в слабой улыбке, – Бросишь трансфигурацию ради меня? Я тронут.
– Просто мне тоже, знаешь, слегка... скучно.
Небо над замком было серым, вот-вот должен был начаться дождь, а солнце близилось к закату. У озера было немноголюдно, пара студентов сидела на лавочке, но в основном их окружала лишь тишина и умиротворяющая гладь воды. Барти улыбнулся, по телу побежали мурашки, он любил прохладную погоду. Эван несколько раз подкинул снитч в воздух, глядя на то, как он сверкает на фоне приближающегося заката.
Знаешь, – внезапно сказал блондин, не отрывая взгляда от снитча, голос его был тихим и серьезным, – иногда мне кажется, что всё это... нереально.
Барти нахмурился, – Что именно нереально? – Крауча ещё больше насторожило пессимистичное настроение друга и интонация с которой тот говорил.
- Всё, – махнул рукой Эван, обводя взглядом озеро и территорию, прилежащую к замку. – Школа, уроки трансфигурации, вообще вся наша жизнь. Мне постоянно кажется, что мы будто живём в чей-то дурацкой шутке.
Барти тяжело вздохнул, это был один из тех редких случаев, когда Розье позволял своей броне треснуть, сейчас он казался совсем другим человеком.
– А ты бы чего хотел? Скучной жизни, как у магглов?
Эван фыркнул, – Только не это. Просто, чтобы было что-то... настоящее. Чтобы что-нибудь имело значение, хоть какой-нибудь смысл.
Крауч заметно помрачнел. Барти лишь отчасти понимал, что значат эти слова, жизнь приобретала для него значение только, когда отец проявлял внимание к нему, тогда всё приобретало смысл.
Начался несильный дождь, вода в озере кругами расходилась от капель, которые падали с неба. Крауч взглянул на Эвана, на его напряжённое лицо и отчаяние в его глазах. Он знал, что не сможет дать ему ответы, которые искал его друг, Барти и сам запутался, пытаясь добиться расположения отца, но он знал, что они нужны друг другу. Крауч подвинулся ближе и коснулся своим плечом плеча Эвана, – Может, настоящее – это наши поступки и решения? Мы сами, а не что-то окружающее нас.
Розье промолчал, продолжая рассеянно подбрасывать снитч, который послушно возвращался в его руку, Барти это натолкнуло на мысли о том, что их жизнь в школе очень циклична. Учеба, друзья, вечера в гостиной у камина – все это казалось очень пресным и скучным.
Внезапно Эван сжал снитч в руке, – Может, это иллюзия? Может, все наши решения и действия предопределены, словно это спектакль?
𝐓𝐰𝐨 𝐧𝐚𝐦𝐞𝐬 𝐰𝐨𝐯𝐞𝐧 𝐭𝐨𝐠𝐞𝐭𝐡𝐞𝐫 𝐛𝐲 𝐚 𝐝𝐚𝐫𝐤 𝐭𝐡𝐫𝐞𝐚𝐝 𝐨𝐟 𝐟𝐚𝐭𝐞.
Эван, откинувшись на спинку стула, задумчиво смотрел в окно и подкидывал в воздух небольшой золотой снитч, украденный у кого-то из семикурсников. Движения блондина были плавными и завораживающими. Барти отложил перо и хмуро посмотрел на друга, – Ну и зачем ты это сделал? – прошипел Крауч. Эван пожал плечами, поймав снитч одной рукой, казалось, что ему нет дела до происходящего. – Скучно.
Барти знал: "скучно" было кодовым словом, обозначающим "испытываю что-то сложное, что не хочу обсуждать". Такое состояние у Розье бывало нечасто, но Крауч ненавидел, когда оно всё-таки приходило к его другу.
Тишина вновь наполнила библиотеку, прерываемая лишь тихим шелестом страниц. Барти окончательно потерял способность сосредоточиться на учебе, всё его внимание забрал Эван, который сейчас казался уязвимым, почти ранимым.
– Слушай, – сказал Барти, захлопывая книгу. – Хочешь прогуляться до озера, поговорить? Погода конечно не самая лучшая, но ничего.
Уголки губ блондина дрогнули в слабой улыбке, – Бросишь трансфигурацию ради меня? Я тронут.
– Просто мне тоже, знаешь, слегка... скучно.
Небо над замком было серым, вот-вот должен был начаться дождь, а солнце близилось к закату. У озера было немноголюдно, пара студентов сидела на лавочке, но в основном их окружала лишь тишина и умиротворяющая гладь воды. Барти улыбнулся, по телу побежали мурашки, он любил прохладную погоду. Эван несколько раз подкинул снитч в воздух, глядя на то, как он сверкает на фоне приближающегося заката.
Знаешь, – внезапно сказал блондин, не отрывая взгляда от снитча, голос его был тихим и серьезным, – иногда мне кажется, что всё это... нереально.
Барти нахмурился, – Что именно нереально? – Крауча ещё больше насторожило пессимистичное настроение друга и интонация с которой тот говорил.
- Всё, – махнул рукой Эван, обводя взглядом озеро и территорию, прилежащую к замку. – Школа, уроки трансфигурации, вообще вся наша жизнь. Мне постоянно кажется, что мы будто живём в чей-то дурацкой шутке.
Барти тяжело вздохнул, это был один из тех редких случаев, когда Розье позволял своей броне треснуть, сейчас он казался совсем другим человеком.
– А ты бы чего хотел? Скучной жизни, как у магглов?
Эван фыркнул, – Только не это. Просто, чтобы было что-то... настоящее. Чтобы что-нибудь имело значение, хоть какой-нибудь смысл.
Крауч заметно помрачнел. Барти лишь отчасти понимал, что значат эти слова, жизнь приобретала для него значение только, когда отец проявлял внимание к нему, тогда всё приобретало смысл.
Начался несильный дождь, вода в озере кругами расходилась от капель, которые падали с неба. Крауч взглянул на Эвана, на его напряжённое лицо и отчаяние в его глазах. Он знал, что не сможет дать ему ответы, которые искал его друг, Барти и сам запутался, пытаясь добиться расположения отца, но он знал, что они нужны друг другу. Крауч подвинулся ближе и коснулся своим плечом плеча Эвана, – Может, настоящее – это наши поступки и решения? Мы сами, а не что-то окружающее нас.
Розье промолчал, продолжая рассеянно подбрасывать снитч, который послушно возвращался в его руку, Барти это натолкнуло на мысли о том, что их жизнь в школе очень циклична. Учеба, друзья, вечера в гостиной у камина – все это казалось очень пресным и скучным.
Внезапно Эван сжал снитч в руке, – Может, это иллюзия? Может, все наши решения и действия предопределены, словно это спектакль?
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Крауч молчал несколько минут, его серьезное лицо светила улыбка, – Тогда мы будем играть так, чтобы в этом спектакле появился смысл, чтобы наша игра стала правдой, даже если всё вокруг – ложь.
Розье снова подбросил снитч, и на этот раз он поймал его не так быстро, позволив ему немного повисеть в воздухе и дать шанс продлиться полету чуть дольше.
– Может, ты и прав, – тихо произнес Эван, – Может, просто нужно играть хорошо.
Розье снова подбросил снитч, и на этот раз он поймал его не так быстро, позволив ему немного повисеть в воздухе и дать шанс продлиться полету чуть дольше.
– Может, ты и прав, – тихо произнес Эван, – Может, просто нужно играть хорошо.
ships
что вас ждёт в интерактиве:
– шипы, на вашу ветку смотреть не буду.
– красивый баннер для вашей пары.
– описание вашего знакомства.
– 3 ассоциации с вашей парой.
для участия требуется:ставлю реакцию – вы приняты.
– подписка на данный дневник, без дальнейшей отписки.
– сделать репост на час к себе в дневник.
– в комментарии от лица аккаунта прислать ссылку на свой дневник, скинуть имя и фамилию на английском, скинуть фанкаст на английском.
важно: один человек – один дневник.
скрины подписки и репоста не требуются, я буду проверять сам.
𝐏𝐥𝐚𝐜𝐞𝐬:
доп:
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
𝐈𝐭'𝐬 𝐚𝐥𝐫𝐞𝐚𝐝𝐲 𝐎𝐜𝐭𝐨𝐛𝐞𝐫, 𝐬𝐨...
# 𝑽𝒊𝒅𝒆𝒐 # 𝑳𝒐𝒗𝒆
🔤 hen I think of you, my heart fills with such warmth that I want to smile for no reason. You entered my life like the brightest dawn, and since then, the world has become much more beautiful. Your kindness, your intelligence, and your smile captivate me. I have realized that I love you, Pandora. I love you with all my heart and soul. You are my most precious person, and I want to spend the rest of my life with you.
🪦 🪦 🪦 🪦 🪦 🪦 🪦 🪦 🪦 🪦 🪦
Принял от @R0si3r
Передаю:
всем желающим
only you my girl🤩
Принял от @R0si3r
Передаю:
всем желающим
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
𝐓𝐡𝐞 𝐬𝐞𝐜𝐨𝐧𝐝 𝐞𝐩𝐢𝐬𝐨𝐝𝐞.
# 𝑷𝒍𝒐𝒕 # 𝑴𝒆𝒎𝒐𝒓𝒊𝒆𝒔
🔤 изнь Барти Крауча младшего была трагичной симфонией, написанной рукой судьбы и чередой последствий его собственных решений. Он вырос в тени властного отца, человека, одержимого карьерой и порядком, для которого сын стал лишь досадной помехой. С ранних лет Барти жаждал внимания и признания, но получал лишь холод и отстраненность. Эта жажда, помноженная на природную склонность к темной магии, сделала его легкой добычей для лорда Волан-де-Морта.
Барти тяжело дышал, силы уже давно покинули его, но он продолжал идти. Лес дышал прохладой и запахом влажной земли. Юноша продвигался всё дальше в самую глубь запретного леса, всё дальше уходя от замка. Ветви деревьев сплетались над головой, создавая ощущение замкнутого пространства и ловушки в которой он оказался. Ночью в лесу жутко, никогда не знаешь кого можешь здесь повстречать, но Крауч любил адреналин, ощущение, что смерть может прийти в любую секунду. Может, он и надеялся тут умереть? Каждый шаг отдавался тихим шорохом опавших листьев под ногами, и этот звук, такой простой и естественный, почему-то вдруг вырвал из глубин памяти давно забытые картины.
В детстве лес был для него другим. Он был местом побега, убежищем от громовых раскатов отцовского голоса. Сейчас, находясь в глубине леса в окружении тишины, Барти снова услышал его. Не в реальности, а в глубине своей памяти, где эти звуки были высечены навсегда.
"Ты позоришь нашу семью!" – эхом отдавалось в его голове. В памяти ожил образ отца с нахмуренным лицом и стальными глазами. Барти помнил, как сжимался под этим напором, как пытался стать невидимым, как молил о том, чтобы его просто оставили в покое. Он вспоминал, как отец кричал на него за малейшую провинность: за неуспех в учебе, за неловкое движение, за то, что он просто был не таким, каким отец хотел его видеть. Каждый крик был как удар, оставляющий невидимые, но глубокие раны. Барти чувствовал, как эти слова въелись в его кожу, в его кости, стали частью его самого. "Ты должен быть сильным! Ты должен быть безупречным!" – снова звучал голос отца, теперь уже с оттенком презрения. Барти сжал руки в кулаки сильнее. Сильным? Безупречным? Он пытался. Он так отчаянно пытался угодить, заслужить хоть каплю одобрения, но каждый раз натыкался на стену отцовского разочарования и безразличия.
Ему хотелось кричать, хотелось бежать, эмоции разрывали его изнутри, но Барти привык держать их в себе, всегда скрывать свои настоящие чувства.
– Хватит, – прошептал он, сжав руки в кулаки, его тело била мелкая дрожь, на лбу выступил пот. Крауч опустился на колени, запустив руки в волосы, из груди вырвался сдавленный стон, наполненный болью.
Боль шепчет ледяным дыханием на самое ухо, она – тень, преследующая каждое движение, отравляющая каждый вздох Барти на протяжении всей его жизни. Боль может быть кинжалом, вонзенным в плоть, оставляющим зияющую рану и потоки алой крови. Или же она подобна занозе, крошечной и незаметной, но неустанно терзающей, не дающей покоя ни днем, ни ночью. Крауч умел прятать её, подавлять, но сегодня, в эту ночь позволил вырваться наружу тому, что мучило его так давно.
Барти закрыл глаза, пытаясь отогнать эти воспоминания, но они были слишком сильны. Они были фундаментом, на котором он вырос, искаженным и треснувшим. Крауч знал, что эти крики сформировали его, сделали его таким, какой он есть. И в этом была своя горькая ирония. Он стал тем, кем отец хотел его видеть – сильным, безжалостным, способным на многое.
Барти глубоко вздохнул, пытаясь наполнить легкие не только лесным воздухом, но и какой-то новой силой, которая могла бы заглушить старые голоса. Лес молчал, но в его тишине Крауч продолжал слышать отголоски прошлого, эхо отцовских криков, которые, казалось, никогда не покинут его.
𝑰𝒔 𝒕𝒉𝒊𝒔 𝒕𝒉𝒆 𝒓𝒊𝒈𝒉𝒕 𝒅𝒆𝒄𝒊𝒔𝒊𝒐𝒏?
Барти тяжело дышал, силы уже давно покинули его, но он продолжал идти. Лес дышал прохладой и запахом влажной земли. Юноша продвигался всё дальше в самую глубь запретного леса, всё дальше уходя от замка. Ветви деревьев сплетались над головой, создавая ощущение замкнутого пространства и ловушки в которой он оказался. Ночью в лесу жутко, никогда не знаешь кого можешь здесь повстречать, но Крауч любил адреналин, ощущение, что смерть может прийти в любую секунду. Может, он и надеялся тут умереть? Каждый шаг отдавался тихим шорохом опавших листьев под ногами, и этот звук, такой простой и естественный, почему-то вдруг вырвал из глубин памяти давно забытые картины.
В детстве лес был для него другим. Он был местом побега, убежищем от громовых раскатов отцовского голоса. Сейчас, находясь в глубине леса в окружении тишины, Барти снова услышал его. Не в реальности, а в глубине своей памяти, где эти звуки были высечены навсегда.
"Ты позоришь нашу семью!" – эхом отдавалось в его голове. В памяти ожил образ отца с нахмуренным лицом и стальными глазами. Барти помнил, как сжимался под этим напором, как пытался стать невидимым, как молил о том, чтобы его просто оставили в покое. Он вспоминал, как отец кричал на него за малейшую провинность: за неуспех в учебе, за неловкое движение, за то, что он просто был не таким, каким отец хотел его видеть. Каждый крик был как удар, оставляющий невидимые, но глубокие раны. Барти чувствовал, как эти слова въелись в его кожу, в его кости, стали частью его самого. "Ты должен быть сильным! Ты должен быть безупречным!" – снова звучал голос отца, теперь уже с оттенком презрения. Барти сжал руки в кулаки сильнее. Сильным? Безупречным? Он пытался. Он так отчаянно пытался угодить, заслужить хоть каплю одобрения, но каждый раз натыкался на стену отцовского разочарования и безразличия.
Ему хотелось кричать, хотелось бежать, эмоции разрывали его изнутри, но Барти привык держать их в себе, всегда скрывать свои настоящие чувства.
– Хватит, – прошептал он, сжав руки в кулаки, его тело била мелкая дрожь, на лбу выступил пот. Крауч опустился на колени, запустив руки в волосы, из груди вырвался сдавленный стон, наполненный болью.
Боль шепчет ледяным дыханием на самое ухо, она – тень, преследующая каждое движение, отравляющая каждый вздох Барти на протяжении всей его жизни. Боль может быть кинжалом, вонзенным в плоть, оставляющим зияющую рану и потоки алой крови. Или же она подобна занозе, крошечной и незаметной, но неустанно терзающей, не дающей покоя ни днем, ни ночью. Крауч умел прятать её, подавлять, но сегодня, в эту ночь позволил вырваться наружу тому, что мучило его так давно.
Барти закрыл глаза, пытаясь отогнать эти воспоминания, но они были слишком сильны. Они были фундаментом, на котором он вырос, искаженным и треснувшим. Крауч знал, что эти крики сформировали его, сделали его таким, какой он есть. И в этом была своя горькая ирония. Он стал тем, кем отец хотел его видеть – сильным, безжалостным, способным на многое.
Барти глубоко вздохнул, пытаясь наполнить легкие не только лесным воздухом, но и какой-то новой силой, которая могла бы заглушить старые голоса. Лес молчал, но в его тишине Крауч продолжал слышать отголоски прошлого, эхо отцовских криков, которые, казалось, никогда не покинут его.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
3
Барти сидел за столом, смотря куда-то в даль, он так и не уснул этой ночью, голова кружилась, взгляд его был сонным и затуманенным. Пандора коснулась плеча Крауча. – Всё в порядке? Эван сказал, что ты поздно вернулся...
– Просто не мог уснуть. Решил прогуляться. – Он стряхнул руку Розье и встал.
– Эй, Барти, что с тобой такое?
Пандора всё поняла, она догадалась, что её самый дорогой человек собирается присягнуть к пожирателям смерти. Это было довольно очевидно, Крауч вёл себя странно в последнее время, в разговорах порой проскальзывали недвусмысленные намеки на его отношение к Темному Лорду.
Розье не могла оставить всё как есть, ей казалось, что можно остановить Барти, не допустить непоправимых последствий.
Они смогли поговорить только вечером, оставшись наедине.
– Барти, послушай меня. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Ты ищешь выход, ищешь силу. Но стать пожирателем… это не выход. Это ловушка. – Блондинку начала раздражать упертость Крауча, который даже и не думал вникать в разговор.
– Пандора, ты не понимаешь. Не могу я больше так! Я чувствую себя таким слабым, таким беспомощным.Просто не мешай, я принял решение. – Барти посмотрел себе под ноги, сжимая железные перила до побеления костяшек. Они стояли на астрономической башне, в излюбленном месте влюбленных парочек. Ночь выдалась холодной и беззвездной, нагнетая напряженную обстановку между ними.
– Ты не можешь это сделать! Подумай о будущем! О том, как это повлияет на нас, на Эвана. – Пандора злилась, ей хотелось хорошенько встряхнуть его и вправить Барти мозги.
– Поздно думать! – Крауч резко развернулся к блондинке, тяжело дыша, губы юноши слегка подрагивали. – Поздно, Пандора. – В его словах слышались безысходность и сожаление.
Розье отрицательно замотала головой, внезапное осознание пришло вместе со страхом.
– Ты уже? Но когда? – Блондинка говорила тише.
Словно поддавшись неведомой силе, Барти резко закатал рукав рубашки. Там, на бледной коже, пульсировала черная метка – клеймо пожирателя смерти, от которого веяло холодом и угрозой.
Крауч сделал это два дня назад, когда принял окончательное решение. Воздух был густым, пропитанным запахом сырой земли и чего-то ещё... чего-то темного и манящего. Барти стоял в кругу, окруженный теми, кто, как ему казалось, мог его понять. Сердце колотилось в груди, но не от страха, нет. Это было предвкушение. Предвкушение силы, предвкушение того, что он наконец-то станет частью чего-то великого.
Темный Лорд стоял перед Барти, его глаза горели в полумраке. Он говорил о чистоте крови, о превосходстве, о мире, который они построят. Слова его проникали в самую душу, зажигая там огонь, который Крауч так долго скрывал. Барти чувствовал, как его собственная жажда власти, его ненависть к этому слабому, никчемному миру, резонирует с речью Темного Лорда. Крауч протянул свою руку. Он не колебался. Ни на секунду. Это было то, чего Барти желал больше всего на свете. Затем пришло жжение. Нестерпимое, пронзающее, словно раскаленное железо впилось в его кожу. Юноша стиснул зубы, чтобы не издать ни звука. Это была боль, да, но это была и печать. Печать избранности. Печать верности. Он чувствовал, как что-то меняется внутри, как его собственная сущность сливается с волей Темного Лорда. Когда жжение утихло, Крауч посмотрел на свою руку. На ней чернела змея, обвивающая череп. Метка. Метка Пожирателя Смерти. Она была не просто татуировкой, она была живой. Она пульсировала, она дышала вместе с Барти. Она была его клеймом, его обещанием.
В тот момент парень осознал, что его жизнь изменилась навсегда. Он больше не был просто Барти Краучем младшим, сыном своего отца, учеником школы. Он был Пожирателем Смерти, слугой Темного Лорда. И он был готов на все, чтобы доказать свою преданность. Эта метка стала самым дорогим сокровищем младшего Крауча, самым страшным секретом, и самым верным спутником в тех страшных событиях, которые последуют после.
– Просто не мог уснуть. Решил прогуляться. – Он стряхнул руку Розье и встал.
– Эй, Барти, что с тобой такое?
Пандора всё поняла, она догадалась, что её самый дорогой человек собирается присягнуть к пожирателям смерти. Это было довольно очевидно, Крауч вёл себя странно в последнее время, в разговорах порой проскальзывали недвусмысленные намеки на его отношение к Темному Лорду.
Розье не могла оставить всё как есть, ей казалось, что можно остановить Барти, не допустить непоправимых последствий.
Они смогли поговорить только вечером, оставшись наедине.
– Барти, послушай меня. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Ты ищешь выход, ищешь силу. Но стать пожирателем… это не выход. Это ловушка. – Блондинку начала раздражать упертость Крауча, который даже и не думал вникать в разговор.
– Пандора, ты не понимаешь. Не могу я больше так! Я чувствую себя таким слабым, таким беспомощным.Просто не мешай, я принял решение. – Барти посмотрел себе под ноги, сжимая железные перила до побеления костяшек. Они стояли на астрономической башне, в излюбленном месте влюбленных парочек. Ночь выдалась холодной и беззвездной, нагнетая напряженную обстановку между ними.
– Ты не можешь это сделать! Подумай о будущем! О том, как это повлияет на нас, на Эвана. – Пандора злилась, ей хотелось хорошенько встряхнуть его и вправить Барти мозги.
– Поздно думать! – Крауч резко развернулся к блондинке, тяжело дыша, губы юноши слегка подрагивали. – Поздно, Пандора. – В его словах слышались безысходность и сожаление.
Розье отрицательно замотала головой, внезапное осознание пришло вместе со страхом.
– Ты уже? Но когда? – Блондинка говорила тише.
Словно поддавшись неведомой силе, Барти резко закатал рукав рубашки. Там, на бледной коже, пульсировала черная метка – клеймо пожирателя смерти, от которого веяло холодом и угрозой.
Крауч сделал это два дня назад, когда принял окончательное решение. Воздух был густым, пропитанным запахом сырой земли и чего-то ещё... чего-то темного и манящего. Барти стоял в кругу, окруженный теми, кто, как ему казалось, мог его понять. Сердце колотилось в груди, но не от страха, нет. Это было предвкушение. Предвкушение силы, предвкушение того, что он наконец-то станет частью чего-то великого.
Темный Лорд стоял перед Барти, его глаза горели в полумраке. Он говорил о чистоте крови, о превосходстве, о мире, который они построят. Слова его проникали в самую душу, зажигая там огонь, который Крауч так долго скрывал. Барти чувствовал, как его собственная жажда власти, его ненависть к этому слабому, никчемному миру, резонирует с речью Темного Лорда. Крауч протянул свою руку. Он не колебался. Ни на секунду. Это было то, чего Барти желал больше всего на свете. Затем пришло жжение. Нестерпимое, пронзающее, словно раскаленное железо впилось в его кожу. Юноша стиснул зубы, чтобы не издать ни звука. Это была боль, да, но это была и печать. Печать избранности. Печать верности. Он чувствовал, как что-то меняется внутри, как его собственная сущность сливается с волей Темного Лорда. Когда жжение утихло, Крауч посмотрел на свою руку. На ней чернела змея, обвивающая череп. Метка. Метка Пожирателя Смерти. Она была не просто татуировкой, она была живой. Она пульсировала, она дышала вместе с Барти. Она была его клеймом, его обещанием.
В тот момент парень осознал, что его жизнь изменилась навсегда. Он больше не был просто Барти Краучем младшим, сыном своего отца, учеником школы. Он был Пожирателем Смерти, слугой Темного Лорда. И он был готов на все, чтобы доказать свою преданность. Эта метка стала самым дорогим сокровищем младшего Крауча, самым страшным секретом, и самым верным спутником в тех страшных событиях, которые последуют после.
3
𝐅𝐚𝐜𝐭𝐬 𝐚𝐛𝐨𝐮𝐭 𝐁𝐚𝐫𝐭𝐲'𝐬 𝐥𝐨𝐯𝐞 𝐟𝐨𝐫 𝐏𝐚𝐧𝐝𝐨𝐫𝐚.
# 𝑯𝒆𝒂𝒅𝒄𝒂𝒏𝒐𝒏 # 𝑳𝒐𝒗𝒆
–🔤 рауч не получал достаточного количества тепла в детстве, поэтому ему было трудно поверить, что Пандора искренне любит его. Барти понадобилось время, прежде чем парень смог довериться ей. Сначала он наблюдал со стороны, постепенно проявляя всё больше инициативы.
–🔤 рауч всегда запоминает мелкие детали, связанные с Розье. Даже если она упоминает что-то один раз, то парень запоминает это и держит в свой голове.
–🔤 зык любви Барти – интеллект. Разговоры с ним никогда не бывают скучными, он может поддержать диалог на любую тему благодаря своей начитанности. Пандора всегда проявляла такой же интерес к беседе, как и юноша, поэтому у Крауча появилось желание сблизиться с девушкой.
–🔤 арти – закрытый и холодный человек, поэтому Пандоре о том, что они встречаются, он не говорил. Розье поняла, что они в отношениях, когда парень поцеловал её в гостиной слизерина. Это было внезапно и ожидаемо одновременно.
–🔤 арти никогда не подпускал к себе так близко, как он подпустил Пандору. Это значит, что Крауч не отпустит её никогда. Если он любит, то один раз и навсегда.
–🔤 случае расставания Барти не станет страдать напоказ, не станет искать замену Пандоре. Он молча станет наблюдать за Розье и продолжит её любить, скрывая за маской спокойствия бурю эмоций и желание снова оказаться рядом с ней.
–🔤 рауч будет защищать Пандору до последнего. Ему не важно, что девушка может быть не права, он всегда встанет на её сторону. Преданность для Барти является проявлением любви, с помощью неё он показывает, насколько дорог ему человек.
–🔤 рауч никогда не проявляет свои чувства при людях. Для него любовь и отношения – нечто очень личное. Он проявляет тактильность к Пандоре только тогда, когда они остаются наедине. Его прикосновения ненастойчивые, всегда наполненные искренностью. Барти любит держать Розье за руку, переплетая пальцы, когда они выходят гулять к озеру или, когда остаются одни поздним вечером в гостиной слизерина.
–🔤 рауч – очень заботливый партнёр, хотя он и кажется отстранённым и закрытым. Он всегда рядом, когда Пандоре нужна поддержка или помощь с чем-то. Барти будет успокаивать девушку и искренне переживать за неё. Он хочет быть тем, кто заслуживает любовь, тем, кого любят.
–🔤 ладшему Краучу порой требуется время в одиночестве, он любит допоздна засиживаться в библиотеке, наслаждаясь тишиной. Пандора никогда не требовала от него чего-то в такие моменты, девушка садилась неподалеку и молчала вместе с ним. Парень время от времени бросал на неё свой взгляд, искренне улыбаясь.
–🔤 арти любит рисовать, и Розье стала его главным источником вдохновения. Он посвятил ей множество страниц в своём дневнике.
–🔤 рауч часто помогает Пандоре со сложными заданиями, не требуя ничего взамен. А Розье может подарить ему что-то, что, по ее мнению, может его утешить или вдохновить – например, необычные кольца, которые парень обожает носить, или книгу с редкими заклинаниями.
–🔤 ни любят читать друг другу вслух. Вкус в литературе у них сильно отличается, но это не мешает Барти наслаждаться голосом любимой. Когда Крауч берёт книгу в свои руки, то он кладёт голову девушки к себе на плечо и начинает читать тихим, успокаивающим голосом. Иногда он останавливается и рассуждает над мыслями автора.
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
10
"Я не знаю, как это объяснить. Как передать словами то, что чувствует человек, когда он находит свой единственный маяк в бескрайнем океане отчаяния. Для меня этим маяком стала ты, Пандора. Ты – моя надежда, моя причина дышать в этом проклятом и несправедливом мире. Ты – воплощение всего того, что я потерял, всего того, к чему стремился, но что казалось недостижимым.
Я знаю, что мои руки запачканы. Я знаю, что я нехороший человек. Но ты… ты видишь дальше. Ты видишь не только мою тьму, но и свет, который еще остался внутри. Ты веришь в меня, когда никто другой не верит. И эта вера – самое дорогое, что у меня когда-либо было.
Я готов пройти через ад, чтобы заслужить твою любовь, чтобы доказать тебе, что я достоин тебя. Даже если весь мир будет против нас, то я буду бороться. Я буду ждать. Ради тебя, ради той надежды, которую ты даришь мне каждый день."
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
15
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
40
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
𝐓𝐡𝐞 𝐭𝐡𝐢𝐫𝐝 𝐞𝐩𝐢𝐬𝐨𝐝𝐞.
кликабельно.
# 𝑷𝒍𝒐𝒕
🔤 ы могли подумать, что история Барти скучна и банальна, но этот эпизод переломный, совсем непохожий на предыдущие. События, которые будут происходить в этом посте, очень важны для сюжета и его дальнейшего развития. Будьте осторожны, в данном и во всех последующих эпизодах присутствуют описания сцен убийства и насилия.
Сюжет полностью придуман мной и сильно отклоняется от канона.
Приятного чтения.
𝑬𝒗𝒆𝒓𝒚 𝒎𝒖𝒓𝒅𝒆𝒓𝒆𝒓 𝒊𝒔 𝒑𝒓𝒐𝒃𝒂𝒃𝒍𝒚 𝒔𝒐𝒎𝒆𝒐𝒏𝒆'𝒔 𝒈𝒐𝒐𝒅 𝒇𝒓𝒊𝒆𝒏𝒅.
Сюжет полностью придуман мной и сильно отклоняется от канона.
Приятного чтения.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
30
𝐏𝐨𝐬𝐭 𝐰𝐢𝐭𝐡 𝐄𝐯𝐚𝐧 𝐑𝐨𝐬𝐢𝐞𝐫
# 𝑹𝒐𝒍𝒆𝒑𝒐𝒔𝒕 # 𝑴𝒆𝒎𝒐𝒓𝒊𝒆𝒔
Барти сидел в библиотеке до поздней ночи. Весь день после уроков он провел здесь, пытаясь отвлечься от всего, что терзало его. "Пандора" – сколько нежности и боли почувствовал Крауч, когда вспомнил это имя. Он боялся отношений, боялся любви, потому что когда-то решил, что не создан для этого, ему было страшно доверять и открываться другому человеку.
Барти опустил голову на холодный стол, тяжело дыша. В библиотеке почти никого не было, несколько девушек сидели в другом конце комнаты, поэтому Крауч позволил себе эту слабость. За окном уже стемнело, помещение освещал лишь тусклый свет ламп. Барти тяжело вздохнул, вздох этот был похож на всхлип, наполненный болью. Он остался наедине со своими переживаниями, страхами и сомнениями. Это были минуты отчаяния, когда силы, чтобы держаться закончились.
– Барти, – спокойный голос прозвучал у него за спиной. Это был Эван. Крауч едва заметно вздрогнул, прижав руки к голове сильнее.
– Пожалуйста, уйди... Эван, уйди... – он не пытался скрыть свои эмоции, они вырвались наружу окончательно.
– Я не уйду. Тебе нужно успокоиться, – голос блондина звучал серьезно и спокойно, но в нем слышались отдаленные нотки беспокойства.
Розье сел рядом с Краучем, он внимательно смотрел на то, как тело Барти содрогается от всхлипов, которые тот безуспешно пытался скрыть и подавить. Глаза Эвана говорили о многом, в них читалось искреннее беспокойство и понимание ситуации.
– О чем ты думаешь? О ней? – спокойно спросил блондин после нескольких минут молчания. Барти не ответил, он не собирался это обсуждать. Он всё твердил себе: "Это мои проблемы, я не должен говорить". Но Розье не собирался отступать, он всегда вытягивал слова из Крауча силой, – Барти. Ответь. Это из-за Пандоры? – Эван всегда попадал точно в цель. Его слова вызвали в Крауче новую волну боли и отвращения к себе.
– Я не знаю, Эв, – голос его звучал надломленно.
– Ты не можешь вечно убегать, Барти. Вы любите друг друга, это очевидно, – Розье говорил спокойно, уверенно, но успокаивающе.
– Я не умею любить. Это не для меня, понимаешь? Ты понимаешь? – Крауч поднял голову и взглянул на друга. Глаза его были наполнены отчаянием, болью, усталостью от себя и этого чертового мира.
– Все умеют любить, но по-разному, – Эван задумчиво наклонил голову влево.
– А с чего ты взял, что я этого заслуживаю? – голос Барти дрожал от напряжения, грудь тяжело вздымалась, руки слегка подрагивали.
– Барти, – теперь в голосе Розье была самая настоящая забота, что-то искреннее и теплое, – все заслуживают, а ты особенно.
Связь между Эваном и Барти была особенной, они понимали друг друга с полуслова, а порой и без слов. Каждый из них дорожил друг другом, но редко произносил это вслух, для них всё и так было очевидно. Эван был одним из немногих людей, которые видели эмоционального Крауча, настоящего и уязвимого. И Розье понимал боль своего друга, он был рядом, когда чувствовал, что нужен Барти. Он знал какие слова нужны Краучу. Его поддержка была не жалостью, а искренним сочувствием и желанием помочь. Эван говорил трезво и спокойно, в этом Барти и нуждался.
Их связь особенная и необъяснимая. Это та связь, где слова становятся почти излишними, потому что они понимают друг друга на уровне глубже обычного общения.
Когда Барти делится чем-то важным, ему не нужно подбирать идеальные слова, чтобы Эван понял его. Он чувствует его боль, его радость, его разочарование или его триумф.
Барти может показать свою уязвимость, свои страхи, свои самые сокровенные мечты, зная, что Эван примет и поймет. Это не значит, что они всегда согласны друг с другом, но даже в разногласиях присутствуют уважение и понимание.
Присутствие Эвана само по себе – уже утешение и поддержка.
"Иногда меня пугает то, насколько Эван меня понимает. Я привязан к нему и сделаю всё ради него."
𝐅𝐫𝐢𝐞𝐧𝐝𝐬𝐡𝐢𝐩 𝐢𝐬 𝐚 𝐡𝐢𝐠𝐡𝐥𝐲 𝐮𝐧𝐝𝐞𝐫𝐫𝐚𝐭𝐞𝐝 𝐦𝐞𝐝𝐢𝐜𝐢𝐧𝐞.
Барти сидел в библиотеке до поздней ночи. Весь день после уроков он провел здесь, пытаясь отвлечься от всего, что терзало его. "Пандора" – сколько нежности и боли почувствовал Крауч, когда вспомнил это имя. Он боялся отношений, боялся любви, потому что когда-то решил, что не создан для этого, ему было страшно доверять и открываться другому человеку.
Барти опустил голову на холодный стол, тяжело дыша. В библиотеке почти никого не было, несколько девушек сидели в другом конце комнаты, поэтому Крауч позволил себе эту слабость. За окном уже стемнело, помещение освещал лишь тусклый свет ламп. Барти тяжело вздохнул, вздох этот был похож на всхлип, наполненный болью. Он остался наедине со своими переживаниями, страхами и сомнениями. Это были минуты отчаяния, когда силы, чтобы держаться закончились.
– Барти, – спокойный голос прозвучал у него за спиной. Это был Эван. Крауч едва заметно вздрогнул, прижав руки к голове сильнее.
– Пожалуйста, уйди... Эван, уйди... – он не пытался скрыть свои эмоции, они вырвались наружу окончательно.
– Я не уйду. Тебе нужно успокоиться, – голос блондина звучал серьезно и спокойно, но в нем слышались отдаленные нотки беспокойства.
Розье сел рядом с Краучем, он внимательно смотрел на то, как тело Барти содрогается от всхлипов, которые тот безуспешно пытался скрыть и подавить. Глаза Эвана говорили о многом, в них читалось искреннее беспокойство и понимание ситуации.
– О чем ты думаешь? О ней? – спокойно спросил блондин после нескольких минут молчания. Барти не ответил, он не собирался это обсуждать. Он всё твердил себе: "Это мои проблемы, я не должен говорить". Но Розье не собирался отступать, он всегда вытягивал слова из Крауча силой, – Барти. Ответь. Это из-за Пандоры? – Эван всегда попадал точно в цель. Его слова вызвали в Крауче новую волну боли и отвращения к себе.
– Я не знаю, Эв, – голос его звучал надломленно.
– Ты не можешь вечно убегать, Барти. Вы любите друг друга, это очевидно, – Розье говорил спокойно, уверенно, но успокаивающе.
– Я не умею любить. Это не для меня, понимаешь? Ты понимаешь? – Крауч поднял голову и взглянул на друга. Глаза его были наполнены отчаянием, болью, усталостью от себя и этого чертового мира.
– Все умеют любить, но по-разному, – Эван задумчиво наклонил голову влево.
– А с чего ты взял, что я этого заслуживаю? – голос Барти дрожал от напряжения, грудь тяжело вздымалась, руки слегка подрагивали.
– Барти, – теперь в голосе Розье была самая настоящая забота, что-то искреннее и теплое, – все заслуживают, а ты особенно.
Связь между Эваном и Барти была особенной, они понимали друг друга с полуслова, а порой и без слов. Каждый из них дорожил друг другом, но редко произносил это вслух, для них всё и так было очевидно. Эван был одним из немногих людей, которые видели эмоционального Крауча, настоящего и уязвимого. И Розье понимал боль своего друга, он был рядом, когда чувствовал, что нужен Барти. Он знал какие слова нужны Краучу. Его поддержка была не жалостью, а искренним сочувствием и желанием помочь. Эван говорил трезво и спокойно, в этом Барти и нуждался.
Их связь особенная и необъяснимая. Это та связь, где слова становятся почти излишними, потому что они понимают друг друга на уровне глубже обычного общения.
Когда Барти делится чем-то важным, ему не нужно подбирать идеальные слова, чтобы Эван понял его. Он чувствует его боль, его радость, его разочарование или его триумф.
Барти может показать свою уязвимость, свои страхи, свои самые сокровенные мечты, зная, что Эван примет и поймет. Это не значит, что они всегда согласны друг с другом, но даже в разногласиях присутствуют уважение и понимание.
Присутствие Эвана само по себе – уже утешение и поддержка.
"Иногда меня пугает то, насколько Эван меня понимает. Я привязан к нему и сделаю всё ради него."
101
прошу любить и жаловать мою возлюбленную @hermionejgsiren 🥺
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
𝐕𝐢𝐝𝐞𝐨 𝐟𝐨𝐫 𝐦𝐲 𝐥𝐨𝐯𝐞.
# 𝑳𝒐𝒗𝒆 # 𝑽𝒊𝒅𝒆𝒐
🤩 🤩 🤩 𝑳𝒐𝒗𝒆 𝒊𝒔 𝒕𝒉𝒆 𝒐𝒏𝒍𝒚 𝒇𝒐𝒓𝒄𝒆 𝒕𝒉𝒂𝒕 𝒄𝒂𝒏 𝒕𝒖𝒓𝒏 𝒂𝒏 𝒆𝒏𝒆𝒎𝒚 𝒊𝒏𝒕𝒐 𝒂 𝒇𝒓𝒊𝒆𝒏𝒅.
Он – одержимый, холодный и отстраненный, преданный Темному Лорду до мозга костей. Его жизнь – это война, жажда добиться внимания отца и власти. Она – воплощение разума, справедливости и непоколебимой веры в добро. Они яд и противоядие. Гермиона стала глотком свежего воздуха в его прогнившем мире. Ее чистота, ее принципы – все это для него стало чем-то совершенно чуждым и безумно притягательным. Он, привыкший к лести и страху, тянется за ее прямотой и отсутствием желания угождать.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
𝐏𝐨𝐬𝐭 𝐰𝐢𝐭𝐡 𝐇𝐞𝐫𝐦𝐢𝐨𝐧𝐞 𝐆𝐫𝐚𝐧𝐠𝐞𝐫.
# 𝑴𝒆𝒎𝒐𝒓𝒊𝒆𝒔 # 𝑳𝒐𝒗𝒆
🔤 ермиона Грейнджер – это имя прекрасно было известно младшему Краучу и до начала войны. Он преподавал девушке зоти целый год, когда она была на четвертом курсе. Тогда мисс Грейнджер была для него простой ученицей, порой она даже раздражала Барти своими знаниями и характером заучки, это напоминало ему о своих собственных школьных годах. Гермиона не произвела на Крауча никакого особого впечатления в тот момент.
Но спустя несколько лет, во время, когда всем стало известно о возвращении Темного Лорда, а неизбежность войны стала очевидна, он неоднократно слышал про её успехи, гениальность в магии из газет и со слов других пожирателей. Барти интересовался ей из чистого любопытства и с целью узнать слабые стороны врага получше. Он никогда не смотрел на возраст противника, лишь на его способности, а способности мисс Грейнджер были явно выше среднестатистических. Наблюдая за Гермионой со стороны Крауч увидел самого себя в ней и в мелочах, которые не бросаются на первый взгляд. Его интерес возрос, но не пересек черту.
А затем наступила война. Война, которая изменила многое.
Осенний лес, обычно тихий и умиротворенный, в тот роковой день превратился в арену. Воздух, пропитанный запахом прелой листвы и влажной земли, теперь смешался с едким дымом и острым запахом магии. В этот день произошло нечто, что навсегда изменило жизнь Барти Крауча. Он, человек, чья жизнь была выкована из долга, правил и безжалостной решимости, оказался лицом к лицу с Гермионой Грейнджер. В этот момент в его душе пробудились чувства, которые он сам едва ли мог понять.
– Думаешь, они просто убью тебя, Грейнджер? – Барти говорил с чрезмерным спокойствием и серьёзностью. Но внутри него кипели эмоции. Недовольство её поведением. И страх. Страх за её безопасность.
Мужчина наклонил голову в сторону, смотря на девушку. Она была сильно напугана. Барти хотелось вытрясти из неё все глупые мысли и спрятать в безопасности, укрыть от всего этого.
Крауч крепко держал Гермиону, не давая ей пошевелиться. Из уст девушки вырвался тихий писк, но Барти не ослабил хватку. Он словно знал наперед каждое её действие, предотвращая любую попытку сопротивления.
– Не убьют, представь, какой переполох начнется, если в мэнор доставят всеми любимую золотую девочку Поттера. И он не спасет тебя. Он даже не придет за тобой, а ты станешь чем-то на подобие живой игрушки, – Барти перешёл на шёпот, он говорил совершенно серьезно без тени насмешки. Он словно пытался напугать Гермиону, чтобы та была осторожнее.
Барти смотрит на её лицо ещё несколько секунд и ослабляет хватку на шее девушки. Мужчина подталкивает волшебную палочку к ногам Гермионы и отворачивается, отдаляясь от ведьмы на несколько метров. Лицо его остаётся всё таким же спокойным и серьезным.
– Беги, Грейнджер. И не дай Салазар тебе оказаться там, они разорвут тебя, как изголодавшиеся волки, – выплёвывает Барти, останавливаясь всего на несколько секунд. В его голосе чувствуется тревога и недовольство.
И она побежала.
Что-то изменилось в тот момент. Крауч не мог объяснить своих чувств к девушке и почему его вообще волновала её безопасность. Он чувствовал злость на то, что она подвергает себя опасности. Когда он увидел Гермиону в ту ночь, она была не просто ученицей, не просто "грязнокровкой" или врагом. Она была воплощением стойкости, ума и, как ни странно, надежды. В ее глазах, даже в момент опасности, горел огонь решимости, который мог бы восхитить даже самого черствого человека. Он увидел в ней не слабость, а силу. Не угрозу, а вызов.
Но спустя несколько лет, во время, когда всем стало известно о возвращении Темного Лорда, а неизбежность войны стала очевидна, он неоднократно слышал про её успехи, гениальность в магии из газет и со слов других пожирателей. Барти интересовался ей из чистого любопытства и с целью узнать слабые стороны врага получше. Он никогда не смотрел на возраст противника, лишь на его способности, а способности мисс Грейнджер были явно выше среднестатистических. Наблюдая за Гермионой со стороны Крауч увидел самого себя в ней и в мелочах, которые не бросаются на первый взгляд. Его интерес возрос, но не пересек черту.
А затем наступила война. Война, которая изменила многое.
Осенний лес, обычно тихий и умиротворенный, в тот роковой день превратился в арену. Воздух, пропитанный запахом прелой листвы и влажной земли, теперь смешался с едким дымом и острым запахом магии. В этот день произошло нечто, что навсегда изменило жизнь Барти Крауча. Он, человек, чья жизнь была выкована из долга, правил и безжалостной решимости, оказался лицом к лицу с Гермионой Грейнджер. В этот момент в его душе пробудились чувства, которые он сам едва ли мог понять.
– Думаешь, они просто убью тебя, Грейнджер? – Барти говорил с чрезмерным спокойствием и серьёзностью. Но внутри него кипели эмоции. Недовольство её поведением. И страх. Страх за её безопасность.
Мужчина наклонил голову в сторону, смотря на девушку. Она была сильно напугана. Барти хотелось вытрясти из неё все глупые мысли и спрятать в безопасности, укрыть от всего этого.
Крауч крепко держал Гермиону, не давая ей пошевелиться. Из уст девушки вырвался тихий писк, но Барти не ослабил хватку. Он словно знал наперед каждое её действие, предотвращая любую попытку сопротивления.
– Не убьют, представь, какой переполох начнется, если в мэнор доставят всеми любимую золотую девочку Поттера. И он не спасет тебя. Он даже не придет за тобой, а ты станешь чем-то на подобие живой игрушки, – Барти перешёл на шёпот, он говорил совершенно серьезно без тени насмешки. Он словно пытался напугать Гермиону, чтобы та была осторожнее.
Барти смотрит на её лицо ещё несколько секунд и ослабляет хватку на шее девушки. Мужчина подталкивает волшебную палочку к ногам Гермионы и отворачивается, отдаляясь от ведьмы на несколько метров. Лицо его остаётся всё таким же спокойным и серьезным.
– Беги, Грейнджер. И не дай Салазар тебе оказаться там, они разорвут тебя, как изголодавшиеся волки, – выплёвывает Барти, останавливаясь всего на несколько секунд. В его голосе чувствуется тревога и недовольство.
И она побежала.
Что-то изменилось в тот момент. Крауч не мог объяснить своих чувств к девушке и почему его вообще волновала её безопасность. Он чувствовал злость на то, что она подвергает себя опасности. Когда он увидел Гермиону в ту ночь, она была не просто ученицей, не просто "грязнокровкой" или врагом. Она была воплощением стойкости, ума и, как ни странно, надежды. В ее глазах, даже в момент опасности, горел огонь решимости, который мог бы восхитить даже самого черствого человека. Он увидел в ней не слабость, а силу. Не угрозу, а вызов.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
10
𝐓𝐡𝐞 𝐟𝐨𝐮𝐫𝐭𝐡 𝐞𝐩𝐢𝐬𝐨𝐝𝐞.
# 𝑷𝒍𝒐𝒕 # 𝑴𝒆𝒎𝒐𝒓𝒊𝒆𝒔
Барти стоял в кабинете директора напротив пяти учителей. Каждый смотрел на него крайне внимательно, с некоторой неприязнью. Крауч фыркнул про себя: он лишь подозреваемый, а не маньяк, который зарезал толпу у них на глазах. Но сейчас профессора видели в нем монстра, а не ученика.
Утром Барти узнал, что убили девушку из когтеврана. И снова ножевое ранение. Бедную ученицу нашли недалеко от того места, где Крауч курил прошлой ночью. На ступеньках во внутреннем дворике нашли его кожаную записную книжку, которую он постоянно носил с собой. В ней было всё – небрежные рисунки, решения домашнего задания, мысли, которые потоком выливались из юноши в моменты злости или грусти. И, к большому сожалению Барти, в графе "владелец" было вписано его имя. Именно поэтому убийство и связали с Краучем. Он единственный, кто выскользнул из комнаты ночью, по словам остальных учеников, и он единственный находился так близко к жертве.
Барти не почувствовал абсолютно ничего, когда его притащили в этот душный кабинет. Пахло здесь чем-то старым, затхлым, хотелось поскорее выйти на улицу и покурить. Он выглядел равнодушным к словам профессоров и к ситуации в целом. Барти знал, что его вину будет очень нелегко доказать, за один блокнотик в Азкабан его не упекут. Хотя кто знает...
– Мистер Крауч, слышали ли вы что-нибудь странное, когда находились во внутреннем дворике? – голос профессора Макгонагалл звучал крайне недоверчиво, но мягко, она понимала в каком неприятном положении оказался Барти.
Юноша поджал губы, посмотрел в глаза профессору и совершенно спокойно ответил: – Нет, ничего. Наверное, я ушел раньше.
Конечно, Барти отпустили, но явно без особого доверия. Он знал, что теперь за ним будут приглядывать, а ученики будут шептаться при каждом его появлении. В какой-то степени ему даже нравилось находиться в центре внимания и быть главным предметом обсуждения. Но вся ситуация Крауча забавляла. Всё это казалось абсурдным и смешным, когда над магическим сообществом нависла угроза войны, а весь Хогвартс считает виновным одного из учеников, который просто забыл блокнотик на ступеньке.
Эван усмехнулся, когда в очередной раз услышал, как имя Крауча звучит в разговоре учениц за соседним столом.
– Ты погляди, у тебя уже фанклуб. Кстати, вон та ничего такая, ты спроси, может, она любит маньяков, – Розье похлопал друга по плечу, усмехаясь.
Барти ничего не ответил, лишь улыбнувшись в ответ. Взгляд его был прикован к Пандоре за столом когтеврана. Что-то не так, он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.
– Что с Пандорой? – голос Крауча звучал очень нервно, нетерпеливо.
– А что с ней? Мы почти не разговаривали, она со своими друзьями и с головой ушла в учебу, – Эван пожал плечами и едва заметно вздохнул, его явно расстраивало то, как она отдалилась.
– Мне кажется, она избегает меня. Неужели считает убийцей? – Барти поморщился, не желая даже думать об этом.
Эван перевел взгляд на сестру и помрачнел. Около минуты он молчал, обдумывая, стоит ли продолжать разговор.
– Считает, Барти. Она думает, ты виновен, – Краучу показалось, что он перестал дышать. Ему не хотелось верить, что она так думает о нем. Как Пандора вообще может считать его убийцей после всего, что было между ними? Он же... Он же открылся ей, доверился..
"Чёрт. Доверился", – пронеслось в голове у Барти. На миг перед глазами потемнело. Она знает о метке, она знает слишком много.
На улице смеркалось, снова пошел дождь. В коридоре на втором этаже было довольно темно, света, который попадал сюда, было недостаточно. Пандора шла довольно быстро по этому мрачному коридору. После убийств ей было жутко находиться одной, хотелось поскорее добраться до комнаты и пойти спать. Блондинка почти дошла до поворота, когда сзади послышались быстрые шаги, а затем она услышала голос.
𝑰 𝒕𝒉𝒊𝒏𝒌 𝒑𝒆𝒐𝒑𝒍𝒆 𝒂𝒓𝒆 𝒎𝒖𝒄𝒉 𝒎𝒐𝒓𝒆 𝒍𝒊𝒌𝒆𝒍𝒚 𝒕𝒐 𝒌𝒊𝒍𝒍 𝒔𝒐𝒎𝒆𝒐𝒏𝒆 𝒕𝒉𝒆𝒚 𝒍𝒐𝒗𝒆 𝒕𝒉𝒂𝒏 𝒔𝒐𝒎𝒆𝒐𝒏𝒆 𝒕𝒉𝒆𝒚 𝒉𝒂𝒕𝒆. 𝑷𝒆𝒓𝒉𝒂𝒑𝒔 𝒃𝒆𝒄𝒂𝒖𝒔𝒆 𝒐𝒏𝒍𝒚 𝒔𝒐𝒎𝒆𝒐𝒏𝒆 𝒚𝒐𝒖 𝒍𝒐𝒗𝒆 𝒄𝒂𝒏 𝒎𝒂𝒌𝒆 𝒚𝒐𝒖𝒓 𝒍𝒊𝒇𝒆 𝒕𝒓𝒖𝒍𝒚 𝒖𝒏𝒃𝒆𝒂𝒓𝒂𝒃𝒍𝒆.
Барти стоял в кабинете директора напротив пяти учителей. Каждый смотрел на него крайне внимательно, с некоторой неприязнью. Крауч фыркнул про себя: он лишь подозреваемый, а не маньяк, который зарезал толпу у них на глазах. Но сейчас профессора видели в нем монстра, а не ученика.
Утром Барти узнал, что убили девушку из когтеврана. И снова ножевое ранение. Бедную ученицу нашли недалеко от того места, где Крауч курил прошлой ночью. На ступеньках во внутреннем дворике нашли его кожаную записную книжку, которую он постоянно носил с собой. В ней было всё – небрежные рисунки, решения домашнего задания, мысли, которые потоком выливались из юноши в моменты злости или грусти. И, к большому сожалению Барти, в графе "владелец" было вписано его имя. Именно поэтому убийство и связали с Краучем. Он единственный, кто выскользнул из комнаты ночью, по словам остальных учеников, и он единственный находился так близко к жертве.
Барти не почувствовал абсолютно ничего, когда его притащили в этот душный кабинет. Пахло здесь чем-то старым, затхлым, хотелось поскорее выйти на улицу и покурить. Он выглядел равнодушным к словам профессоров и к ситуации в целом. Барти знал, что его вину будет очень нелегко доказать, за один блокнотик в Азкабан его не упекут. Хотя кто знает...
– Мистер Крауч, слышали ли вы что-нибудь странное, когда находились во внутреннем дворике? – голос профессора Макгонагалл звучал крайне недоверчиво, но мягко, она понимала в каком неприятном положении оказался Барти.
Юноша поджал губы, посмотрел в глаза профессору и совершенно спокойно ответил: – Нет, ничего. Наверное, я ушел раньше.
Конечно, Барти отпустили, но явно без особого доверия. Он знал, что теперь за ним будут приглядывать, а ученики будут шептаться при каждом его появлении. В какой-то степени ему даже нравилось находиться в центре внимания и быть главным предметом обсуждения. Но вся ситуация Крауча забавляла. Всё это казалось абсурдным и смешным, когда над магическим сообществом нависла угроза войны, а весь Хогвартс считает виновным одного из учеников, который просто забыл блокнотик на ступеньке.
Эван усмехнулся, когда в очередной раз услышал, как имя Крауча звучит в разговоре учениц за соседним столом.
– Ты погляди, у тебя уже фанклуб. Кстати, вон та ничего такая, ты спроси, может, она любит маньяков, – Розье похлопал друга по плечу, усмехаясь.
Барти ничего не ответил, лишь улыбнувшись в ответ. Взгляд его был прикован к Пандоре за столом когтеврана. Что-то не так, он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.
– Что с Пандорой? – голос Крауча звучал очень нервно, нетерпеливо.
– А что с ней? Мы почти не разговаривали, она со своими друзьями и с головой ушла в учебу, – Эван пожал плечами и едва заметно вздохнул, его явно расстраивало то, как она отдалилась.
– Мне кажется, она избегает меня. Неужели считает убийцей? – Барти поморщился, не желая даже думать об этом.
Эван перевел взгляд на сестру и помрачнел. Около минуты он молчал, обдумывая, стоит ли продолжать разговор.
– Считает, Барти. Она думает, ты виновен, – Краучу показалось, что он перестал дышать. Ему не хотелось верить, что она так думает о нем. Как Пандора вообще может считать его убийцей после всего, что было между ними? Он же... Он же открылся ей, доверился..
"Чёрт. Доверился", – пронеслось в голове у Барти. На миг перед глазами потемнело. Она знает о метке, она знает слишком много.
На улице смеркалось, снова пошел дождь. В коридоре на втором этаже было довольно темно, света, который попадал сюда, было недостаточно. Пандора шла довольно быстро по этому мрачному коридору. После убийств ей было жутко находиться одной, хотелось поскорее добраться до комнаты и пойти спать. Блондинка почти дошла до поворота, когда сзади послышались быстрые шаги, а затем она услышала голос.
– Розье, стой, – Барти говорил серьезно, но спокойно.
Пандора замерла на месте и медленно повернулась. Их взгляды пересеклись.
– Я иду спать, мне некогда, – девушка хмыкнула и резко развернулась в другую сторону.
Крауч тяжело вздохнул и положил руку на её плечо, сжимая его.
– Нет. Стой. Мы поговорим, – он сжал свою руку на плече Пандоры и подошёл чуть ближе.
Блондинка сглотнула. Её взгляд метался в поисках кого-то, чтобы позвать на помощь. Но они были одни.
– Спокойно. Я хочу поговорить, – чуть тише сказал Барти. Он ослабил хватку на её плече и наклонил голову.
– О чем? – Пандора сделала шаг назад, её не покидало чувство тревоги.
– Ты считаешь меня виновным? Ты думаешь, что я убийца? – голос его дрогнул на последнем слове. Крауч не знал, готов ли он услышать ответ девушки. Ответ был ему понятен, но услышать это от неё намного хуже, чем просто представить в голове.
– Может быть, – тихо ответила Пандора и отвела взгляд.
Барти отвернулся и сжал руки в кулаки. Его дыхание стало тяжёлым и сбивчивым.
– Пандора, не говори никому про метку. Что бы ты там ни думала, просто ничего не говори про метку, – взгляд его так и был прикован к стене.
– Но как я могу?! Тебя подозревают и я не собираюсь покрывать убийцу! – Пандора повысила голос, звучал он отчаянно и раздраженно.
Крауч резко развернулся и сделал шаг вперёд. Его рука сжала горло Пандоры, крепко прижимая её к стене.
– Заткнись! Замолчи, Розье! – грудь Барти вздымалась от тяжёлого дыхания, в груди клокотала ярость. Ему хотелось встряхнуть её, накричать.
В глазах девушки был ужас, страх. Страх, который сковал каждую клеточку её тела, не давая пошевелиться или вымолвить хоть слово. Пандора не могла поверить, что это Барти, что он может быть таким. Ноги подкашивались, руки тряслись, а глаза щипало от слез, но она пыталась сохранить хоть какое-то самообладание.
– Барти... – сейчас из её уст это звучало жалко и беспомощно, голос сильно осип.
Она попыталась отодвинуть Крауча и выбраться из его крепкой хватки, но он был намного сильнее. Рука парня крепко сжимала горло девушки, не давая возможности даже пошевелиться.
– Молчи. Ради Мерлина, молчи, Пандора, – голос его стал тише, Крауч закрыл глаза на несколько секунд и сделал глубокий вдох. Сердце бешено стучало в грудной клетке, грудь сдавило от злости.
– После всего, что было, ты готова вот так поступить со мной? Испортить мне жизнь? А если я не виновен? Я просил тебя послушать меня, довериться мне и перестать думать о метке, которую ты видела. Она не меняет меня, Пандора, не меняет ни-че-го, – выплюнул Крауч, едва сдерживая ярость.
Пандора отрицательно покачала головой, она начала поддаваться панике. Рука брюнета слишком сильно сдавила её горло.
– Я не хочу, чтобы умирали люди... – выдавила из себя девушка.
– Да с чего ты взяла, что я виновен?! Метка не делает меня виновным во всех грехах! – Барти встряхнул её за плечи.
– Скажешь кому-нибудь хоть слово о метке, и я тебе клянусь, что одними угрозами, как сейчас, ты не отделаешься! – вскрикнул Крауч и вдавил блондинку в стену ещё сильнее.
Пандора замерла на месте и медленно повернулась. Их взгляды пересеклись.
– Я иду спать, мне некогда, – девушка хмыкнула и резко развернулась в другую сторону.
Крауч тяжело вздохнул и положил руку на её плечо, сжимая его.
– Нет. Стой. Мы поговорим, – он сжал свою руку на плече Пандоры и подошёл чуть ближе.
Блондинка сглотнула. Её взгляд метался в поисках кого-то, чтобы позвать на помощь. Но они были одни.
– Спокойно. Я хочу поговорить, – чуть тише сказал Барти. Он ослабил хватку на её плече и наклонил голову.
– О чем? – Пандора сделала шаг назад, её не покидало чувство тревоги.
– Ты считаешь меня виновным? Ты думаешь, что я убийца? – голос его дрогнул на последнем слове. Крауч не знал, готов ли он услышать ответ девушки. Ответ был ему понятен, но услышать это от неё намного хуже, чем просто представить в голове.
– Может быть, – тихо ответила Пандора и отвела взгляд.
Барти отвернулся и сжал руки в кулаки. Его дыхание стало тяжёлым и сбивчивым.
– Пандора, не говори никому про метку. Что бы ты там ни думала, просто ничего не говори про метку, – взгляд его так и был прикован к стене.
– Но как я могу?! Тебя подозревают и я не собираюсь покрывать убийцу! – Пандора повысила голос, звучал он отчаянно и раздраженно.
Крауч резко развернулся и сделал шаг вперёд. Его рука сжала горло Пандоры, крепко прижимая её к стене.
– Заткнись! Замолчи, Розье! – грудь Барти вздымалась от тяжёлого дыхания, в груди клокотала ярость. Ему хотелось встряхнуть её, накричать.
В глазах девушки был ужас, страх. Страх, который сковал каждую клеточку её тела, не давая пошевелиться или вымолвить хоть слово. Пандора не могла поверить, что это Барти, что он может быть таким. Ноги подкашивались, руки тряслись, а глаза щипало от слез, но она пыталась сохранить хоть какое-то самообладание.
– Барти... – сейчас из её уст это звучало жалко и беспомощно, голос сильно осип.
Она попыталась отодвинуть Крауча и выбраться из его крепкой хватки, но он был намного сильнее. Рука парня крепко сжимала горло девушки, не давая возможности даже пошевелиться.
– Молчи. Ради Мерлина, молчи, Пандора, – голос его стал тише, Крауч закрыл глаза на несколько секунд и сделал глубокий вдох. Сердце бешено стучало в грудной клетке, грудь сдавило от злости.
– После всего, что было, ты готова вот так поступить со мной? Испортить мне жизнь? А если я не виновен? Я просил тебя послушать меня, довериться мне и перестать думать о метке, которую ты видела. Она не меняет меня, Пандора, не меняет ни-че-го, – выплюнул Крауч, едва сдерживая ярость.
Пандора отрицательно покачала головой, она начала поддаваться панике. Рука брюнета слишком сильно сдавила её горло.
– Я не хочу, чтобы умирали люди... – выдавила из себя девушка.
– Да с чего ты взяла, что я виновен?! Метка не делает меня виновным во всех грехах! – Барти встряхнул её за плечи.
– Скажешь кому-нибудь хоть слово о метке, и я тебе клянусь, что одними угрозами, как сейчас, ты не отделаешься! – вскрикнул Крауч и вдавил блондинку в стену ещё сильнее.
1
Барти стоял, прислонившись спиной к столбу. В руках у него была сигарета, он нервно смотрел на свои часы и хмурился. Они договорились встретиться с Эваном и поговорить насчёт Пандоры, насчёт всего, что крутилось в его голове. И он хотел просто отвлечься. Иногда только Розье мог отвлечь Крауча, понять его и сказать то, что ему нужно было услышать.
– Лучше бы посидели где-то в замке, а не морозили задницу, – недовольно выплюнул Эван, который только что подошёл к другу со спины.
Барти улыбнулся уголками губ и кивнул.
Вечер выдался действительно холодным. На улице давно стемнело, но юноши отчётливо могли разглядеть верхушки деревьев, которые находились в запретном лесу.
Они молчали несколько минут. Каждый думал о своем. Оба часто "отключались" от реального мира и уходили в себя.
У них было слишком много общего.
– Пандора, сказала тебе что-нибудь? – Барти постарался придать голосу спокойствие, но Эван уловил его тревогу.
– Сказала. Но я не злюсь, – Розье смотрел куда-то вдаль и говорил крайне невозмутимо. – На твоём месте я бы поступил точно так же. Пандора не имеет права выдавать тебя.
Крауч выдохнул. Тяжёлое ощущение в груди отступило, руки в карманах больше не сжимались так сильно.
– Хорошо... А что насчёт метки? – Барти повернул голову в сторону Розье, который даже не шелохнулся.
– Я недоволен тем, что ты скрыл это от меня. Ты не обязан. Но я недоволен, – голос блондина стал холоднее. Крауч нахмурился, ему очень не понравился тон голоса Розье, это ничего хорошего не предвещало.
– Я не мог, – просто ответил Барти пожав плечами. Эван усмехнулся и наконец-то полностью развернулся к Краучу.
– Думаешь, я не знал с самого начала? Знал, конечно. Как и знаю о том, что ты сделал, Барти, – Эван говорил это спокойно и буднично, словно разговор был о погоде. Крауч замер. Руки начали немного трястись.
– Сделал что? О чем ты, Эв? – голос брюнета стал тише, взгляд нервно метался по сторонам.
– Не придуривайся. Хватит разыгрывать спектакль под названием "я не виновен". Я знаю, что это ты их убил. Того гриффиндорца и девушку из когтеврана, – Эван смотрел Краучу в глаза, пытаясь поймать его взгляд.
"Откуда?" – пронеслось в голове Барти, когда он сделал шаг назад. Сердце бешено стучало в грудной клетке, виски пульсировали.
– Эван... Это не вопрос выбора, – рука брюнета опустилась в карман куртки.
– Да что ты, – на лице Розье появилась кривая усмешка, которая смешалась с отвращением.
Барти нащупал в кармане куртки деревянную рукоятку. Он не до конца осознавал свои действия, тело отреагировало быстрее, чем он успел принять окончательное решение. Крауч сделал резкий шаг на встречу блондину и вонзил лезвие в грудь Эвана.
Ноги блондина подкосились, тело стало ватным. Барти обхватил его плечи и помог опуститься на землю. В глазах Розье не было ни страха, ни злости. Он лишь морщился от боли и тяжело дышал, но ничего не говорил. Руки Крауча задрожали, когда он осознал, что натворил. Он положил ладонь на грудь Эвана, из которой хлестала кровь. Брюнет пристально смотрел на лицо Розье, он видел, как тот мучается от боли, сердце Барти сжималось всё сильнее.
– Эван... – Крауч наклонился и коснулся губами его холодного лба. – Прости меня... – прошептал он дрожащим голосом. Розье улыбнулся и провел рукой по волосам Барти.
– Тихо. Знаешь же, что я быстро остываю, – Эван усмехнулся. Даже сейчас, когда перед глазами темнело, а силы покидали его с каждой секундой, он шутил, как последний идиот.
– Я люблю тебя, – голос Барти дрогнул, глаза защипало от слез. Он смахнул светлую прядь волос с лица Розье и положил ладонь на его бледную щеку.
– И я тебя, Барти, – хрипло выдавил из себя блондин.
– Лучше бы посидели где-то в замке, а не морозили задницу, – недовольно выплюнул Эван, который только что подошёл к другу со спины.
Барти улыбнулся уголками губ и кивнул.
Вечер выдался действительно холодным. На улице давно стемнело, но юноши отчётливо могли разглядеть верхушки деревьев, которые находились в запретном лесу.
Они молчали несколько минут. Каждый думал о своем. Оба часто "отключались" от реального мира и уходили в себя.
У них было слишком много общего.
– Пандора, сказала тебе что-нибудь? – Барти постарался придать голосу спокойствие, но Эван уловил его тревогу.
– Сказала. Но я не злюсь, – Розье смотрел куда-то вдаль и говорил крайне невозмутимо. – На твоём месте я бы поступил точно так же. Пандора не имеет права выдавать тебя.
Крауч выдохнул. Тяжёлое ощущение в груди отступило, руки в карманах больше не сжимались так сильно.
– Хорошо... А что насчёт метки? – Барти повернул голову в сторону Розье, который даже не шелохнулся.
– Я недоволен тем, что ты скрыл это от меня. Ты не обязан. Но я недоволен, – голос блондина стал холоднее. Крауч нахмурился, ему очень не понравился тон голоса Розье, это ничего хорошего не предвещало.
– Я не мог, – просто ответил Барти пожав плечами. Эван усмехнулся и наконец-то полностью развернулся к Краучу.
– Думаешь, я не знал с самого начала? Знал, конечно. Как и знаю о том, что ты сделал, Барти, – Эван говорил это спокойно и буднично, словно разговор был о погоде. Крауч замер. Руки начали немного трястись.
– Сделал что? О чем ты, Эв? – голос брюнета стал тише, взгляд нервно метался по сторонам.
– Не придуривайся. Хватит разыгрывать спектакль под названием "я не виновен". Я знаю, что это ты их убил. Того гриффиндорца и девушку из когтеврана, – Эван смотрел Краучу в глаза, пытаясь поймать его взгляд.
"Откуда?" – пронеслось в голове Барти, когда он сделал шаг назад. Сердце бешено стучало в грудной клетке, виски пульсировали.
– Эван... Это не вопрос выбора, – рука брюнета опустилась в карман куртки.
– Да что ты, – на лице Розье появилась кривая усмешка, которая смешалась с отвращением.
Барти нащупал в кармане куртки деревянную рукоятку. Он не до конца осознавал свои действия, тело отреагировало быстрее, чем он успел принять окончательное решение. Крауч сделал резкий шаг на встречу блондину и вонзил лезвие в грудь Эвана.
Ноги блондина подкосились, тело стало ватным. Барти обхватил его плечи и помог опуститься на землю. В глазах Розье не было ни страха, ни злости. Он лишь морщился от боли и тяжело дышал, но ничего не говорил. Руки Крауча задрожали, когда он осознал, что натворил. Он положил ладонь на грудь Эвана, из которой хлестала кровь. Брюнет пристально смотрел на лицо Розье, он видел, как тот мучается от боли, сердце Барти сжималось всё сильнее.
– Эван... – Крауч наклонился и коснулся губами его холодного лба. – Прости меня... – прошептал он дрожащим голосом. Розье улыбнулся и провел рукой по волосам Барти.
– Тихо. Знаешь же, что я быстро остываю, – Эван усмехнулся. Даже сейчас, когда перед глазами темнело, а силы покидали его с каждой секундой, он шутил, как последний идиот.
– Я люблю тебя, – голос Барти дрогнул, глаза защипало от слез. Он смахнул светлую прядь волос с лица Розье и положил ладонь на его бледную щеку.
– И я тебя, Барти, – хрипло выдавил из себя блондин.
32
𝐒𝐡𝐚𝐥𝐥 𝐰𝐞 𝐩𝐥𝐚𝐲 𝐬𝐢𝐧𝐧𝐞𝐫𝐬?
Для участия необходимо:
– Быть подписанным на меня и мою жену
– Сделать репост к себе в дневник
– Отметиться в комментариях (ссылка на дневник и имя персонажа на английском)
– Дождаться, когда мы с моей прекрасной Гермионой распределим между участниками семь смертных грехов — Гордыня, Зависть, Гнев, Уныние, Алчность, Чревоугодие, Похоть
– Написать пост посвящённый вашему персонажу в воплощении греха
🤩 🤩 🤩 🤩 🤩
Без допов.
Грех редко является в образе чудовища, он приходит в обличье друга, соблазнителя. Его привлекательность — в обещании. Это обещание — ключ, отпирающий дверь в запретный сад, где плоды кажутся сочнее, краски ярче, а правила — лишь скучными условностями далекого мира.
Для участия необходимо:
– Быть подписанным на меня и мою жену
– Сделать репост к себе в дневник
– Отметиться в комментариях (ссылка на дневник и имя персонажа на английском)
– Дождаться, когда мы с моей прекрасной Гермионой распределим между участниками семь смертных грехов — Гордыня, Зависть, Гнев, Уныние, Алчность, Чревоугодие, Похоть
– Написать пост посвящённый вашему персонажу в воплощении греха
Три победителя получат подарки от меня и сирены.🤩
Без допов.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM