14 апреля в непризнанной Нагорно-Карабахской республике прошел второй тур президентских выборов. Новым главой НКР был избран Араик Арутюнян. Таким образом, после оглашения официальных итогов у Карабаха будет новый президент, а также новый состав Национального собрания (парламента). Арутюнян выглядит очевидным бенефициаром. Несмотря на угрозу бойкота кампании со стороны его главного оппонента Масиса Маиляна и распространение пандемии COVID-19 на территорию республики он прошел все испытания и победил. В парламенте его фракция будет иметь большинство. Для уходящего президента Бако Саакяна бывший госминистр представляется, как фигура, способная обеспечить преемственность власти. Нельзя сказать, чтобы Арутюнян сильно не устраивал и Ереван. Неслучайно поздравления оттуда со стороны президента Армении поступили еще до объявления окончательных результатов голосования.
Однако все перечисленные моменты открывают нам только одну сторону медали. Между тем, у этой карабахской медали есть и вторая сторона. Второй тур запомнится избирателям низкой явкой. Она не достигла даже уровня 50%. Притом, что в первом туре составляла около 73%. Понятное дело, опасения коронавируса, призывы кандидата Маиляна не участвовать в голосовании возымели дело. Но, как говорится, обстоятельства и нюансы забудутся, останется в памяти результат. И он не в пользу Арутюняна, хотя глупо отрицать ресурс его популярности. Он значителен! НКР, несмотря на значительную роль армии и силового блока, отличает высокая конкурентность. И парламент в республике- не декорация. Между тем, в новом составе Национального собрания у сторонников Самвела Бабаяна будет 9 мандатов, а Виталия Баласаняна- 3. В совокупности 12. Общее количество депутатов- 33. В этой связи достижение двух третей голосов для принятия ключевых законодательных тактов для Араика Арутюняна будет непростой головоломкой, хотя он и получил самую многочисленную фракцию.
Коронавирус также рано или поздно закончится. И многие отложенные из-за него вопросы, обретут вторую жизнь. Таким образом, эпоха Бако Саакяна завершается. Новому лидеру предстоит доказать свои управленческие качества и политические умения. Но и его оппонентам будет также несладко. Велик риск свести свою борьбу к личностным разборкам друг с другом вместо поиска конструктивной альтернативы.
Сергей Маркедонов
Однако все перечисленные моменты открывают нам только одну сторону медали. Между тем, у этой карабахской медали есть и вторая сторона. Второй тур запомнится избирателям низкой явкой. Она не достигла даже уровня 50%. Притом, что в первом туре составляла около 73%. Понятное дело, опасения коронавируса, призывы кандидата Маиляна не участвовать в голосовании возымели дело. Но, как говорится, обстоятельства и нюансы забудутся, останется в памяти результат. И он не в пользу Арутюняна, хотя глупо отрицать ресурс его популярности. Он значителен! НКР, несмотря на значительную роль армии и силового блока, отличает высокая конкурентность. И парламент в республике- не декорация. Между тем, в новом составе Национального собрания у сторонников Самвела Бабаяна будет 9 мандатов, а Виталия Баласаняна- 3. В совокупности 12. Общее количество депутатов- 33. В этой связи достижение двух третей голосов для принятия ключевых законодательных тактов для Араика Арутюняна будет непростой головоломкой, хотя он и получил самую многочисленную фракцию.
Коронавирус также рано или поздно закончится. И многие отложенные из-за него вопросы, обретут вторую жизнь. Таким образом, эпоха Бако Саакяна завершается. Новому лидеру предстоит доказать свои управленческие качества и политические умения. Но и его оппонентам будет также несладко. Велик риск свести свою борьбу к личностным разборкам друг с другом вместо поиска конструктивной альтернативы.
Сергей Маркедонов
В прошлом году в России немало иронизировали над новым правительством Финляндии. В нем лидеры всех партий, входящих в состав коалиции, и ключевые министры – женщины. Премьер-министру Санне Марин 34 года, к моменту своего назначения она имела небольшой политический опыт на общенациональном уровне (депутат парламента с 2015 года, полгода занимала министерский пост). К тому же – что шокировало российскую аудиторию – воспитывалась в однополой семье. Министру внутренних дел – тоже 34, министру финансов – 32. Тогда приходилось читать в интернете, что в спокойное время такое правительство может еще на что-то и сгодится, но если настанет час испытаний, то потребуются мужи со стальными взглядами, которые будут способны решать настоящие проблемы.
Час настал раньше, чем кто-либо думал. Сейчас в Финляндии 3237 заболевших, умерли 72 человека. Причем страна выходит из пандемии, в стране спад числа новых заражений – сегодня заболели всего 76 человек. В стране введен карантин, который эффективно соблюдается. Конечно, немалую роль в этом играет сознательность жителей страны, но следует учитывать и качество управления. Так что женское правительство со своей задачей справляется.
Алексей Макаркин
Час настал раньше, чем кто-либо думал. Сейчас в Финляндии 3237 заболевших, умерли 72 человека. Причем страна выходит из пандемии, в стране спад числа новых заражений – сегодня заболели всего 76 человек. В стране введен карантин, который эффективно соблюдается. Конечно, немалую роль в этом играет сознательность жителей страны, но следует учитывать и качество управления. Так что женское правительство со своей задачей справляется.
Алексей Макаркин
14 апреля Католикос всех армян Гарегин II выступил с инициативой об изменении меры пресечения для Роберта Кочаряна. Какую мотивацию озвучил предстоятель Армянской апостольской церкви? С его точки зрения, необходимо принять во внимание фактор здоровья второго президента Армении. Со ссылкой на выводы медиков Гарегин II высказал мнение, что пребывание в местах заключения опасно для Кочаряна. Далее предстоятель Армянской церкви упомянул пандемию коронавируса и необходимость гуманитарных мероприятий, таких как изменение меры пресечения для лиц, попадающих в группу риска.
Уголовный процесс против Кочаряна по-прежнему остается фактором не консолидации, а поляризации армянского общества. Как следствие, бурная общественная реакция на выступление Гарегина II. Те, кто негативно воспринимает второго президента Армении, подвергли обструкции предстоятеля Армянской апостольской церкви. Критики же Никола Пашиняна выступили с заявлениями о политизации и избирательности сегодняшнего правосудия Армении. Генеральная прокуратура республики констатировала, что заявление Католикоса «не имеет никакого отношения к уголовно-процессуальным процедурам». И потому нет смысла как-то комментировать его.
С одной стороны, премьер-министр Армении стремится не вовлекаться в полемику с церковным первоиерархом. Но с другой стороны, его пресс-секретарь Мане Геворкян, комментируя ситуацию с инициативой Гарегина II, намекнула на кейс своего коллеги, главы пресс-канцелярии Эчмиадзина иерея Ваграма Меликяна, ранее поручавшегося за бизнесмена Самвела Майрапетяна. Но предприниматель в итоге уехал из Армении на лечение и остался за границей. Таким образом, первоиерарху отправлен прозрачный сигнал: его инициатива, скорее всего, останется, без особых последствий.
И хотя все стороны, вовлеченные в дискуссию по поводу инициативы Католикоса, говорят об отказе от «политизации», ее трудно избежать. Гарегин II занял свой пост в 1999, вскоре после избрания Кочаряна президентом Армении. И в течение двух его легислатур глава Армянской апостольской церкви активно взаимодействовал с ним, а затем и с Сержем Саргсяном. В окружении действующего премьера, а особенно в кругах идейно близких к нему общественников Гарегин II воспринимается, как союзник, по крайней мере, попутчик «старого режима». Тем более, в период массовых акций апреля-мая 2018 года, получивших впоследствии наименование «бархатной революции», Католикос дистанцировался от сторонников Пашиняна.
Такое трудно забыть в особенности, если «дело Кочаряна» превращено усилиями властей в некий символ расставания с прошлым. Но на деле оно стало опасной воронкой: закрыть его сложно, ибо такое решение станет демонстрацией уступок, которые не факт, что оценит противоположная сторона. Но и играть в эту игру потенциально опасно для будущих перспектив. Вечных высоких рейтингов еще ни у кого никогда не было.
Сергей Маркедонов
Уголовный процесс против Кочаряна по-прежнему остается фактором не консолидации, а поляризации армянского общества. Как следствие, бурная общественная реакция на выступление Гарегина II. Те, кто негативно воспринимает второго президента Армении, подвергли обструкции предстоятеля Армянской апостольской церкви. Критики же Никола Пашиняна выступили с заявлениями о политизации и избирательности сегодняшнего правосудия Армении. Генеральная прокуратура республики констатировала, что заявление Католикоса «не имеет никакого отношения к уголовно-процессуальным процедурам». И потому нет смысла как-то комментировать его.
С одной стороны, премьер-министр Армении стремится не вовлекаться в полемику с церковным первоиерархом. Но с другой стороны, его пресс-секретарь Мане Геворкян, комментируя ситуацию с инициативой Гарегина II, намекнула на кейс своего коллеги, главы пресс-канцелярии Эчмиадзина иерея Ваграма Меликяна, ранее поручавшегося за бизнесмена Самвела Майрапетяна. Но предприниматель в итоге уехал из Армении на лечение и остался за границей. Таким образом, первоиерарху отправлен прозрачный сигнал: его инициатива, скорее всего, останется, без особых последствий.
И хотя все стороны, вовлеченные в дискуссию по поводу инициативы Католикоса, говорят об отказе от «политизации», ее трудно избежать. Гарегин II занял свой пост в 1999, вскоре после избрания Кочаряна президентом Армении. И в течение двух его легислатур глава Армянской апостольской церкви активно взаимодействовал с ним, а затем и с Сержем Саргсяном. В окружении действующего премьера, а особенно в кругах идейно близких к нему общественников Гарегин II воспринимается, как союзник, по крайней мере, попутчик «старого режима». Тем более, в период массовых акций апреля-мая 2018 года, получивших впоследствии наименование «бархатной революции», Католикос дистанцировался от сторонников Пашиняна.
Такое трудно забыть в особенности, если «дело Кочаряна» превращено усилиями властей в некий символ расставания с прошлым. Но на деле оно стало опасной воронкой: закрыть его сложно, ибо такое решение станет демонстрацией уступок, которые не факт, что оценит противоположная сторона. Но и играть в эту игру потенциально опасно для будущих перспектив. Вечных высоких рейтингов еще ни у кого никогда не было.
Сергей Маркедонов
Коронавирус и мусор
Журнал Politico опубликовал любопытную статью о неожиданном феномене, связанном с эпидемией коронавируса в Европе. Еще несколько месяцев назад одной из главных тем, обсуждаемых в рамках ЕС, была тема минимизации бытовых отходов, возможно более полной переработки мусора, отказа от пластиковых упаковок и одноразовой посуды. Эта тема не просто обсуждалась, она стала частью новой потребительской культуры, провозглашавшей осторожное и дружественное взаимодействие с природным миром. Вопросы, связанные с движением к безотходной экономике, вошли в широкую программу «Зеленого нового курса», который был провозглашен руководством Еврокомиссии в конце прошлого года. На национальном уровне правительства принимали решения, направленные на минимизацию использования неразлагаемого пластика.
Но приход коронавирусной инфекции с сопутствующими карантинными мерами и тревогами людей многое изменил. Улицы европейских городов замусорены выбрасываемыми защитными масками и перчатками. Уличный мусор и отходы домашних хозяйств теперь перерабатываются в значительно меньших масштабах, чем прежде, – как из-за нехватки работников, так и из-за страха заражения, и напротив возросли объемы сжигаемого или закапываемого мусора.
Коронавирусный кризис также вновь вернул к жизни широкое использование одноразовых изделий из пластика. В европейских супермаркетах снова продаются булочки, яблоки и прочие фрукты и овощи в пластиковых обертках, и людей, боящихся заражения, это перестало возмущать. Производители пластиковых пакетов в последнее время теряли рынок, а сейчас заявляют, что одноразовые пакеты более гигиеничны, чем многоразовые холщовые. Экологически менее вредные многоразовые стаканчики и пакеты стали рассматриваться как несущие угрозу заболевания. Тревога людей связана с тем, что, по данным ряда исследований, на некоторых поверхностях вирус может жить в течение нескольких дней. В некоторых розничных магазинах покупателям запрещают использовать собственные контейнеры для пищевых продуктов, чтобы снизить риски заражения. Сеть кофеен Starbucks не разрешает посетителям использовать многоразовые емкости, разливая напитки только в одноразовые стаканчики. Ситуацией пытается воспользоваться отрасль упаковки. Ее лоббистские группы довиваются от Еврокомиссии и национальных властей отмены запретов на использование некоторых одноразовых изделий.
Таким образом, перед лицом угрозы заражения новым и малоизученным вирусом некоторые достижения последних лет, которыми гордилась современная европейская цивилизация, оказались вмиг утраченными. Даже когда эпидемия пройдет, вызванные ею страхи и новые бытовые привычки могут остаться надолго.
Александр Ивахник
Журнал Politico опубликовал любопытную статью о неожиданном феномене, связанном с эпидемией коронавируса в Европе. Еще несколько месяцев назад одной из главных тем, обсуждаемых в рамках ЕС, была тема минимизации бытовых отходов, возможно более полной переработки мусора, отказа от пластиковых упаковок и одноразовой посуды. Эта тема не просто обсуждалась, она стала частью новой потребительской культуры, провозглашавшей осторожное и дружественное взаимодействие с природным миром. Вопросы, связанные с движением к безотходной экономике, вошли в широкую программу «Зеленого нового курса», который был провозглашен руководством Еврокомиссии в конце прошлого года. На национальном уровне правительства принимали решения, направленные на минимизацию использования неразлагаемого пластика.
Но приход коронавирусной инфекции с сопутствующими карантинными мерами и тревогами людей многое изменил. Улицы европейских городов замусорены выбрасываемыми защитными масками и перчатками. Уличный мусор и отходы домашних хозяйств теперь перерабатываются в значительно меньших масштабах, чем прежде, – как из-за нехватки работников, так и из-за страха заражения, и напротив возросли объемы сжигаемого или закапываемого мусора.
Коронавирусный кризис также вновь вернул к жизни широкое использование одноразовых изделий из пластика. В европейских супермаркетах снова продаются булочки, яблоки и прочие фрукты и овощи в пластиковых обертках, и людей, боящихся заражения, это перестало возмущать. Производители пластиковых пакетов в последнее время теряли рынок, а сейчас заявляют, что одноразовые пакеты более гигиеничны, чем многоразовые холщовые. Экологически менее вредные многоразовые стаканчики и пакеты стали рассматриваться как несущие угрозу заболевания. Тревога людей связана с тем, что, по данным ряда исследований, на некоторых поверхностях вирус может жить в течение нескольких дней. В некоторых розничных магазинах покупателям запрещают использовать собственные контейнеры для пищевых продуктов, чтобы снизить риски заражения. Сеть кофеен Starbucks не разрешает посетителям использовать многоразовые емкости, разливая напитки только в одноразовые стаканчики. Ситуацией пытается воспользоваться отрасль упаковки. Ее лоббистские группы довиваются от Еврокомиссии и национальных властей отмены запретов на использование некоторых одноразовых изделий.
Таким образом, перед лицом угрозы заражения новым и малоизученным вирусом некоторые достижения последних лет, которыми гордилась современная европейская цивилизация, оказались вмиг утраченными. Даже когда эпидемия пройдет, вызванные ею страхи и новые бытовые привычки могут остаться надолго.
Александр Ивахник
В телеграмм-каналах началось активное обсуждение возможных отставок губернаторов. С одной стороны, прецедент есть – в начале пандемии в России были уволены трое глав регионов. С другой, как-то странно увольнять сейчас региональных начальников – если, конечно, ситуация с коронавирусом в их субъекте Федерации не потребует немедленного вмешательства федерального центра, в том числе кадрового.
Похоже, что эти слухи связаны с двумя факторами. Первый – пандемия не отменила аппаратную конкуренцию. Напротив, она дает возможность накопить новый материал на губернаторов с тем, чтобы в удобный момент его использовать. Часть этого материала мы сейчас и видим. И второй, более значимый. Когда центр де-факто стал передавать регионам полномочия по борьбе с пандемией, то заговорили о новой регионализации с далеко идущими последствиями. Сейчас же ненавязчиво напоминается, что судьба каждого губернатора в руках Кремля. И именно Кремль будет решать, насколько его деятельность эффективна.
Алексей Макаркин
Похоже, что эти слухи связаны с двумя факторами. Первый – пандемия не отменила аппаратную конкуренцию. Напротив, она дает возможность накопить новый материал на губернаторов с тем, чтобы в удобный момент его использовать. Часть этого материала мы сейчас и видим. И второй, более значимый. Когда центр де-факто стал передавать регионам полномочия по борьбе с пандемией, то заговорили о новой регионализации с далеко идущими последствиями. Сейчас же ненавязчиво напоминается, что судьба каждого губернатора в руках Кремля. И именно Кремль будет решать, насколько его деятельность эффективна.
Алексей Макаркин
Борис Макаренко для Политком.RU о том, какой будет мировая политика после пандемии http://politcom.ru/23786.html
Политком.RU: информационный сайт политических комментариев
Будет ли мир прежним? Мировая политика после пандемии | Политком.РУ
Формула-клише «мир уже не будет прежним» сегодня – на пике страхов – неизбежна, но бесполезна. Пандемия коронавируса оказалась настолько неожиданной для стран Европы и США, что сегодня даже в экспертном сообществе все еще доминируют эмоции, а потому очень…
Вчера прошел второй саммит Группы 7 в режиме видеоконференции, созванный президентом США.
Дональд Трамп своеобразно трактует свое председательство в «семерке» в этом году. Месяц назад он пытался включить в заключительное коммюнике саммита упоминание об «уханьском вирусе», что остальные шесть западных лидеров сделать отказались. На этот раз за два дня до саммита, официальной целью которого была объявлена координация национальных ответов на пандемию, Трамп приостановил финансирование ВОЗ. США – крупнейший донор ВОЗ, в 2019 году их взнос превышал $400 млн. Обосновывая свое решение, Трамп обвинил ВОЗ в неэффективности ответа на коронавирус, в первоначальной недооценке его опасности и в слишком тесных связях с Китаем. Всё больше усиливается впечатление, что Трамп, руководствуясь электоральными соображениями, переводит борьбу с пандемией в плоскость борьбы с Китаем за глобальное влияние.
Такой подход не устраивает партнеров США по «семерке». И по сути дела решение Белого дома о прекращении финансирования ВОЗ было в центре дискуссии на вчерашнем саммите. Трамп ожидаемо оказался в изоляции. Другие участники G7 впрямую не критиковали громкий демарш президента США, но подчеркивали жизненно важную роль ВОЗ в борьбе с пандемией. Например, Ангела Меркель и Джастин Трюдо отметили, что ВОЗ является ключевым инструментом международной координации усилий и выразили поддержку ее работе. Даже Великобритания, будучи ближайшим союзником США, отстранилась от решения Трампа. Доминик Рааб, представлявший Британию в отсутствие Бориса Джонсона, отметил, что после победы над пандемией «необходимо будет задать сложные вопросы о том, как это произошло и почему ее не смогли остановить раньше», но такой анализ нужно будет производить «вместе со всеми международными партнерами и, конечно, вместе с ВОЗ».
Казалось бы, основной посыл вчерашней дискуссии лидеров «семерки» вполне очевиден: к ВОЗ есть вопросы, но публично выражать к ней недоверие и ослаблять ее финансово в условиях бушующей пандемии контрпродуктивно. Однако Белый дом в заявлении по итогам саммита трактовал их по-своему. В заявлении отмечается: «Лидеры признали, что страны G7 ежегодно вносят во Всемирную организацию здравоохранения более миллиарда долларов, и большая часть дискуссии концентрировалась на недостатке прозрачности в работе ВОЗ и ее хроническом плохом руководстве борьбой с пандемией. Лидеры считают необходимым начать процесс тщательной проверки ВОЗ и ее реформирования».
В ближайшие месяцы Трамп собирается созвать новые телеконференции лидеров «семерки». Но при таком разрыве между его позицией и позициями других участников G7 возникают большие сомнения относительно их полезности.
Александр Ивахник
Дональд Трамп своеобразно трактует свое председательство в «семерке» в этом году. Месяц назад он пытался включить в заключительное коммюнике саммита упоминание об «уханьском вирусе», что остальные шесть западных лидеров сделать отказались. На этот раз за два дня до саммита, официальной целью которого была объявлена координация национальных ответов на пандемию, Трамп приостановил финансирование ВОЗ. США – крупнейший донор ВОЗ, в 2019 году их взнос превышал $400 млн. Обосновывая свое решение, Трамп обвинил ВОЗ в неэффективности ответа на коронавирус, в первоначальной недооценке его опасности и в слишком тесных связях с Китаем. Всё больше усиливается впечатление, что Трамп, руководствуясь электоральными соображениями, переводит борьбу с пандемией в плоскость борьбы с Китаем за глобальное влияние.
Такой подход не устраивает партнеров США по «семерке». И по сути дела решение Белого дома о прекращении финансирования ВОЗ было в центре дискуссии на вчерашнем саммите. Трамп ожидаемо оказался в изоляции. Другие участники G7 впрямую не критиковали громкий демарш президента США, но подчеркивали жизненно важную роль ВОЗ в борьбе с пандемией. Например, Ангела Меркель и Джастин Трюдо отметили, что ВОЗ является ключевым инструментом международной координации усилий и выразили поддержку ее работе. Даже Великобритания, будучи ближайшим союзником США, отстранилась от решения Трампа. Доминик Рааб, представлявший Британию в отсутствие Бориса Джонсона, отметил, что после победы над пандемией «необходимо будет задать сложные вопросы о том, как это произошло и почему ее не смогли остановить раньше», но такой анализ нужно будет производить «вместе со всеми международными партнерами и, конечно, вместе с ВОЗ».
Казалось бы, основной посыл вчерашней дискуссии лидеров «семерки» вполне очевиден: к ВОЗ есть вопросы, но публично выражать к ней недоверие и ослаблять ее финансово в условиях бушующей пандемии контрпродуктивно. Однако Белый дом в заявлении по итогам саммита трактовал их по-своему. В заявлении отмечается: «Лидеры признали, что страны G7 ежегодно вносят во Всемирную организацию здравоохранения более миллиарда долларов, и большая часть дискуссии концентрировалась на недостатке прозрачности в работе ВОЗ и ее хроническом плохом руководстве борьбой с пандемией. Лидеры считают необходимым начать процесс тщательной проверки ВОЗ и ее реформирования».
В ближайшие месяцы Трамп собирается созвать новые телеконференции лидеров «семерки». Но при таком разрыве между его позицией и позициями других участников G7 возникают большие сомнения относительно их полезности.
Александр Ивахник
Протест в Северной Осетии – это гремучая смесь из разных составляющих. В нем, разумеется, присутствует «ковид-диссидентство», то есть неверие в реальность пандемии, которая пока незначительно затронула республику. Но основа «ковид-диссидентства» в самых разных странах – это недоверие власти, элитам, специалистам, которых «отрицатели» связывают с властями. И, разумеется, ощущение брошенности, забытости – тем более, что в Осетии распространена «серая» занятость, так что людям не полагается даже скромных компенсаций. И это на фоне продолжения работы крупных компаний, связанных с местными элитами.
Есть и поиск альтернатив, который начался не с пандемией. Оперный певец Вадим Чельдиев вернулся в республику еще несколько лет назад и стал активно заниматься благотворительностью в пику местному начальству. Движение СССР, лидером которого в республике он является, тоже появилось не с пандемией – в последние годы была заметна деятельность нескольких проектов, объединяющих людей, желающих вернуться в Союз. Еще в прошлом году Чельдиев предложил на пост главы республики Виталия Калоева, который много лет назад потерял свою семью в авиакатастрофе, убил диспетчера и отсидел несколько лет в швейцарской тюрьме. Понятно, что для федерального центра это полностью неприемлемо – но опять-таки история с его выдвижением началась не сегодня. Просто пандемия стала триггером, резко усилившим копившиеся противоречия.
Алексей Макаркин
Есть и поиск альтернатив, который начался не с пандемией. Оперный певец Вадим Чельдиев вернулся в республику еще несколько лет назад и стал активно заниматься благотворительностью в пику местному начальству. Движение СССР, лидером которого в республике он является, тоже появилось не с пандемией – в последние годы была заметна деятельность нескольких проектов, объединяющих людей, желающих вернуться в Союз. Еще в прошлом году Чельдиев предложил на пост главы республики Виталия Калоева, который много лет назад потерял свою семью в авиакатастрофе, убил диспетчера и отсидел несколько лет в швейцарской тюрьме. Понятно, что для федерального центра это полностью неприемлемо – но опять-таки история с его выдвижением началась не сегодня. Просто пандемия стала триггером, резко усилившим копившиеся противоречия.
Алексей Макаркин
Пандемия коронавируса актуализировала церковный раскол в Абхазии. Корни этой проблемы следует искать в обстоятельствах грузино-абхазского вооруженного конфликта 1992-1993 гг. Межэтнический раскол не обошел своей стороной и православную церковь. Из-за конфликта большая часть духовенства во главе с митрополитом Сухумо-Абхазской епархии, грузины по национальности покинули территорию республики. И хотя и сегодня Абхазия рассматривается канонической территорией Грузинской православной церкви (формально это положение поддерживает и Московский патриархат) религиозная жизнь там не прекращается.
Казалось бы, сецессия, а затем и признание абхазской независимости Россией, открывало для православного духовенства возможность развития национальной церкви, пускай и без формального канонического признания. Но в действительности ситуация развивалась иначе. Обозначилось две противостоящие друг другу группы. Первая- Абхазская православная церковь во главе с отцом Виссарионом (Аплиаа), а вторая- Священная митрополия Абхазии (предстоятель — Дорофей Дбар). Виссарион был среди тех, кто участвовал в военных событиях 1990-х годов, его считают отцом-основателем абхазской церковной независимости. Дорофей же принадлежит к когорте т.н. «молодого духовенства» (родился в 1972 году). В его послужном списке есть обучение в Греции. Он- автор работ по истории православия на Кавказе. И если Виссарион ориентирован на принятие Абхазии в лоно Русской православной церкви, то Дорофей борется за автокефалию по украинскому образцу и поддерживает связи с Константинопольским патриархатом.
Оба священника постоянно сталкиваются по самым разным вопросам, начиная от оценки будущего абхазской церкви, как института и заканчивая имущественными спорами. В апреле 2020 года они снова не сошлись во мнении относительно посещения верующими пасхального богослужения. Виссарион призвал прихожан прийти в церкви и «не страшиться смерти». По его мнению, пандемия- это мера для тех, кто сомневается в бытии Бога. Дорофей же вслед за светскими абхазскими властями заявил о необходимости соблюдать меры самоизоляции. Будучи настоятелем Ново-Афонского монастыря, он закрыл его и организовал онлайн-трансляции службы.
Власти Абхазии традиционно стараются дистанцироваться от церковных споров. Бороться с одним из символов национального самоопределения в лице отца Виссариона они не хотят. Но и отец Дорофей, один из наиболее образованных духовных лиц республики не выглядит для них, как противник. Как следствие, фактическое отсутствие эффективной медиации. И воспроизведение споров при любом возможном случае, которым сегодня стал коронавирус.
Сергей Маркедонов
Казалось бы, сецессия, а затем и признание абхазской независимости Россией, открывало для православного духовенства возможность развития национальной церкви, пускай и без формального канонического признания. Но в действительности ситуация развивалась иначе. Обозначилось две противостоящие друг другу группы. Первая- Абхазская православная церковь во главе с отцом Виссарионом (Аплиаа), а вторая- Священная митрополия Абхазии (предстоятель — Дорофей Дбар). Виссарион был среди тех, кто участвовал в военных событиях 1990-х годов, его считают отцом-основателем абхазской церковной независимости. Дорофей же принадлежит к когорте т.н. «молодого духовенства» (родился в 1972 году). В его послужном списке есть обучение в Греции. Он- автор работ по истории православия на Кавказе. И если Виссарион ориентирован на принятие Абхазии в лоно Русской православной церкви, то Дорофей борется за автокефалию по украинскому образцу и поддерживает связи с Константинопольским патриархатом.
Оба священника постоянно сталкиваются по самым разным вопросам, начиная от оценки будущего абхазской церкви, как института и заканчивая имущественными спорами. В апреле 2020 года они снова не сошлись во мнении относительно посещения верующими пасхального богослужения. Виссарион призвал прихожан прийти в церкви и «не страшиться смерти». По его мнению, пандемия- это мера для тех, кто сомневается в бытии Бога. Дорофей же вслед за светскими абхазскими властями заявил о необходимости соблюдать меры самоизоляции. Будучи настоятелем Ново-Афонского монастыря, он закрыл его и организовал онлайн-трансляции службы.
Власти Абхазии традиционно стараются дистанцироваться от церковных споров. Бороться с одним из символов национального самоопределения в лице отца Виссариона они не хотят. Но и отец Дорофей, один из наиболее образованных духовных лиц республики не выглядит для них, как противник. Как следствие, фактическое отсутствие эффективной медиации. И воспроизведение споров при любом возможном случае, которым сегодня стал коронавирус.
Сергей Маркедонов
Если во многих европейских странах стали объявлять о скором смягчении карантинных мер, то в Великобритании такие шаги пока не планируются. Лондон позже всех в Европе – 23 марта – ввел строгий карантин, и, похоже, позже всех начнет выходить из него. Как стало известно, Борис Джонсон, оправляющийся от коронавируса в загородной резиденции Чекерс, на днях сообщил членам кабинета о своем беспокойстве по поводу того, что слишком скорое ослабление ограничительных мер может привести ко второй волне инфекции. Недопущение нового всплеска заражений является для него приоритетом.
По данным на 20 марта, в Британии было выявлено 125 тыс. зараженных, количество умерших достигло 16,5 тыс. Вместе с тем, число смертей в британских больницах стабилизировалось, количество новых заражений и новых пациентов в реанимациях также начинает выходить на плато. Но Джонсон и его министры опасаются, что возможная вторая волна эпидемии превысит ресурсы Национальной службы здравоохранения. Кроме того, они считают, что повторное введение локдауна в случае второй волны нанесет больший ущерб экономике, чем один продолжительный карантин. Правительственные источники сообщили BBC, что следующий обзор карантинных мер состоится через три недели и приведет скорее всего к небольшим модификациям, а не широкому смягчению.
Возможно, такая осторожность отчасти объясняется собственным опытом Джонсона, который тяжело перенес болезнь. К осторожности подталкивает и резкая критика действий Джонсона по борьбе с эпидемией, которая щадила его во время болезни, но возобновилась в последние дни. В воскресенье газета Times, выступающая выразителем мнений умеренной части консервативного истеблишмента, опубликовала расследование реакции властей на эпидемию Covid-19 и пришла к выводу, что правительство по сути потеряло пять недель в начале распространения инфекции. Особо газета акцентировала то, что Борис Джонсон был охвачен самодовольством по поводу успешного брексита и не присутствовал ни на одном из пяти экстренных совещаний комитета «Кобра» по ситуации с коронавирусом.
Естественно, члены кабинета встали на защиту Джонсона, громко заявляя, что он обеспечивал необходимое лидерство. Но имевшее место запаздывание анти-эпидемических действий правительства слишком очевидно, и сейчас премьер и его коллеги стремятся избежать скороспелых решений по смягчению локдауна, несмотря на тяжелые экономические последствия. Кстати, пока жители Великобритании поддерживают такую линию. Опрос компании YouGov на прошлой неделе показал, что 91% британцев одобряют продление карантинных мер.
Александр Ивахник
По данным на 20 марта, в Британии было выявлено 125 тыс. зараженных, количество умерших достигло 16,5 тыс. Вместе с тем, число смертей в британских больницах стабилизировалось, количество новых заражений и новых пациентов в реанимациях также начинает выходить на плато. Но Джонсон и его министры опасаются, что возможная вторая волна эпидемии превысит ресурсы Национальной службы здравоохранения. Кроме того, они считают, что повторное введение локдауна в случае второй волны нанесет больший ущерб экономике, чем один продолжительный карантин. Правительственные источники сообщили BBC, что следующий обзор карантинных мер состоится через три недели и приведет скорее всего к небольшим модификациям, а не широкому смягчению.
Возможно, такая осторожность отчасти объясняется собственным опытом Джонсона, который тяжело перенес болезнь. К осторожности подталкивает и резкая критика действий Джонсона по борьбе с эпидемией, которая щадила его во время болезни, но возобновилась в последние дни. В воскресенье газета Times, выступающая выразителем мнений умеренной части консервативного истеблишмента, опубликовала расследование реакции властей на эпидемию Covid-19 и пришла к выводу, что правительство по сути потеряло пять недель в начале распространения инфекции. Особо газета акцентировала то, что Борис Джонсон был охвачен самодовольством по поводу успешного брексита и не присутствовал ни на одном из пяти экстренных совещаний комитета «Кобра» по ситуации с коронавирусом.
Естественно, члены кабинета встали на защиту Джонсона, громко заявляя, что он обеспечивал необходимое лидерство. Но имевшее место запаздывание анти-эпидемических действий правительства слишком очевидно, и сейчас премьер и его коллеги стремятся избежать скороспелых решений по смягчению локдауна, несмотря на тяжелые экономические последствия. Кстати, пока жители Великобритании поддерживают такую линию. Опрос компании YouGov на прошлой неделе показал, что 91% британцев одобряют продление карантинных мер.
Александр Ивахник
Предсказуемо активизировались сторонники ослабления или снятия карантинных мер. Тем более, что целый ряд европейских стран постепенно выходят из карантинов. А тут еще добавились вчерашние волнения в Северной Осетии с требованием дать людям возможность работать и под флагом «ковид-диссидентства» - хотя в реальности причины недовольства существенно глубже (вчера я об этом уже писал).
Проблема в том, что по оценкам Сбербанка пик заболеваемости в России наступит с 5 по 10 мая. Есть несколько более оптимистичные оценки – что в конце апреля. Причем вслед за пиком начинается плато, которое может быть довольно долгим. В любом случае ход пандемии не напоминает взлет и быстрое падение – сход с плато предусматривает сохранение серьезных карантинных мер. Австрия, Чехия, ряд других стран сейчас действительно ослабляют карантины, хотя и очень аккуратно – но только после того как пандемия у них явно пошла на спад (в Австрии 78 случаев новых заражений за день, в Чехии - 14).
Франция продлила карантин до начала мая, хотя у нее тоже есть положительная динамика. В Италии карантин решили крайне осторожно и постепенно ослаблять, но там он был введен раньше, чем у других, да и цифры новых заражений существенно снизились. Отмены карантина требуют трамписты в Америке – но там это часть предвыборной борьбы, которая уже вовсю идет. Так что отмена карантина – дело непростое и ответственное, требующее точного выбора времени и понимания, что лучше перестраховаться, чем сорваться (и попасть в новый карантин).
Алексей Макаркин
Проблема в том, что по оценкам Сбербанка пик заболеваемости в России наступит с 5 по 10 мая. Есть несколько более оптимистичные оценки – что в конце апреля. Причем вслед за пиком начинается плато, которое может быть довольно долгим. В любом случае ход пандемии не напоминает взлет и быстрое падение – сход с плато предусматривает сохранение серьезных карантинных мер. Австрия, Чехия, ряд других стран сейчас действительно ослабляют карантины, хотя и очень аккуратно – но только после того как пандемия у них явно пошла на спад (в Австрии 78 случаев новых заражений за день, в Чехии - 14).
Франция продлила карантин до начала мая, хотя у нее тоже есть положительная динамика. В Италии карантин решили крайне осторожно и постепенно ослаблять, но там он был введен раньше, чем у других, да и цифры новых заражений существенно снизились. Отмены карантина требуют трамписты в Америке – но там это часть предвыборной борьбы, которая уже вовсю идет. Так что отмена карантина – дело непростое и ответственное, требующее точного выбора времени и понимания, что лучше перестраховаться, чем сорваться (и попасть в новый карантин).
Алексей Макаркин
Почему российский министр иностранных дел Сергей Лавров предлагает инициативы на грузинском направлении? И почему улучшение отношений между Москвой и Тбилиси в ближайшее время ожидать, скорее всего, не случится?
21 апреля глава МИД России, выступая в формате онлайн-конференции, заявил, что надеется на возобновление авиасообщения с Грузией. По словам министра, Москва готова рассмотреть вопрос об открытии в Тбилиси торгового представительства. Естественно, если этот шаг будет поддержан грузинской стороной. Ответ не заставил себя долго ждать. Специальный представитель премьер-министра Грузи по отношениям с Россией Зураб Абашидзе обозначил несколько принципиальных тезисов со стороны Тбилиси. Первое, экономическая тематика должна сохраниться в т.н. «пражском формате» (переговоры, которые ведет сам Абашидзе с представителем РФ Григорием Карасиным). В Праге политико-правовая тематика вынесена за скобки, дискутируются темы, которые стороны считают возможными обсуждать поверх неразрешенных споров. Второе, торгпредство не будет открыто, так как этого не позволяет законодательство Грузии. И самое главное, третье. По словам Абашидзе, «для грузинских властей недопустимо иметь три посольства России на своей территории, и этот вопрос даже не обсуждается, пока не будет достигнут серьезный прогресс с точки зрения выполнении Соглашения о прекращении огня от 12 августа 2008 года». Таким образом, представитель Грузии расставил точки над I.
В Тбилиси не готовы продвигаться вперед, не привязывая такое движение к вопросу о «территориальной целостности». Возможно, идеи Лаврова получили бы более сдержанные отклики, но 2020 год ознаменован парламентской кампанией в Грузии. И любая попытка властей пойти на уступки Москве, будет немедленно обыграна оппозицией. Власти же слишком хорошо помнят про «ночь Гаврилова», чьи последствия продолжают оказывать влияние, прежде всего, на внутриполитическую динамику.
В чем же тогда смысл инициативы Лаврова? Ответ не так сложен, как выглядит на первый взгляд. Москва стремится минимизировать конфронтацию в Тбилиси, понимая, что эскалация неизбежно влечет «расширение линии фронта», вовлечение в конфликт Запада. Который в России не готовы рассматривать, как «честного маклера». Идея же сохранения с Грузией контактов поверх неразрешенных споров важна. О ней неизменно говорят высшие руководители страны. Не уверен, что кто-то всерьез полагает, будто бы прорыв на грузинском треке возможен в обозримой перспективе. Но предпринимаются попытки ввести в оборот нестандартные идеи (открытие торгпредства без дипломатических отношений). Есть понимание того, что в НАТО Грузию в ближайшее время не примут, а интерес к развитию хоть экономических контактов с РФ, а также возможной кооперации и по противодействию религиозному радикализму в Тбилиси имеется. Следовательно, надо смотреть в будущее. Выборы проходят, проблемы остаются. Лучше решать их постепенно, а не в авральном режиме.
Сергей Маркедонов
21 апреля глава МИД России, выступая в формате онлайн-конференции, заявил, что надеется на возобновление авиасообщения с Грузией. По словам министра, Москва готова рассмотреть вопрос об открытии в Тбилиси торгового представительства. Естественно, если этот шаг будет поддержан грузинской стороной. Ответ не заставил себя долго ждать. Специальный представитель премьер-министра Грузи по отношениям с Россией Зураб Абашидзе обозначил несколько принципиальных тезисов со стороны Тбилиси. Первое, экономическая тематика должна сохраниться в т.н. «пражском формате» (переговоры, которые ведет сам Абашидзе с представителем РФ Григорием Карасиным). В Праге политико-правовая тематика вынесена за скобки, дискутируются темы, которые стороны считают возможными обсуждать поверх неразрешенных споров. Второе, торгпредство не будет открыто, так как этого не позволяет законодательство Грузии. И самое главное, третье. По словам Абашидзе, «для грузинских властей недопустимо иметь три посольства России на своей территории, и этот вопрос даже не обсуждается, пока не будет достигнут серьезный прогресс с точки зрения выполнении Соглашения о прекращении огня от 12 августа 2008 года». Таким образом, представитель Грузии расставил точки над I.
В Тбилиси не готовы продвигаться вперед, не привязывая такое движение к вопросу о «территориальной целостности». Возможно, идеи Лаврова получили бы более сдержанные отклики, но 2020 год ознаменован парламентской кампанией в Грузии. И любая попытка властей пойти на уступки Москве, будет немедленно обыграна оппозицией. Власти же слишком хорошо помнят про «ночь Гаврилова», чьи последствия продолжают оказывать влияние, прежде всего, на внутриполитическую динамику.
В чем же тогда смысл инициативы Лаврова? Ответ не так сложен, как выглядит на первый взгляд. Москва стремится минимизировать конфронтацию в Тбилиси, понимая, что эскалация неизбежно влечет «расширение линии фронта», вовлечение в конфликт Запада. Который в России не готовы рассматривать, как «честного маклера». Идея же сохранения с Грузией контактов поверх неразрешенных споров важна. О ней неизменно говорят высшие руководители страны. Не уверен, что кто-то всерьез полагает, будто бы прорыв на грузинском треке возможен в обозримой перспективе. Но предпринимаются попытки ввести в оборот нестандартные идеи (открытие торгпредства без дипломатических отношений). Есть понимание того, что в НАТО Грузию в ближайшее время не примут, а интерес к развитию хоть экономических контактов с РФ, а также возможной кооперации и по противодействию религиозному радикализму в Тбилиси имеется. Следовательно, надо смотреть в будущее. Выборы проходят, проблемы остаются. Лучше решать их постепенно, а не в авральном режиме.
Сергей Маркедонов
Про возможную отмену губернаторских выборов. В 2004 году это было сделать легко. С властью была связана определенность, у нее был сильнейший кредит доверия, на нее возлагали надежды во всех сферах – от экономического роста до борьбы с террором. Плюс особенность Беслана – шоковый для общества теракт, происшедший уже после победы во второй чеченской войны. И, следовательно, вызвавший мощную ответную реакцию – дать власти любые рычаги, чтобы добить террор. При этом особо не задумываясь, как губернаторские выборы связаны с антитеррором.
Сейчас пойти на такой шаг существенно сложнее – ситуация далеко не столь определенная. Количество претензий общества к власти существенно выросло, она уже не воспринимается как безусловный оплот стабильности. Просматривается лишь один вариант, при котором отмена таких выборов была бы с готовностью принята обществом – это массовый провал губернаторов в борьбе с пандемией, который привел бы к прямому вмешательству федеральной власти. Но пока этого не видно – а пандемия, по прогнозам специалистов, летом прекратится, так что продержаться осталось не так долго. Хотя риски в ряде регионов очевидны – но в одном из них (Коми) глава уже сменен на основании уже существующих президентских полномочий.
Алексей Макаркин
Сейчас пойти на такой шаг существенно сложнее – ситуация далеко не столь определенная. Количество претензий общества к власти существенно выросло, она уже не воспринимается как безусловный оплот стабильности. Просматривается лишь один вариант, при котором отмена таких выборов была бы с готовностью принята обществом – это массовый провал губернаторов в борьбе с пандемией, который привел бы к прямому вмешательству федеральной власти. Но пока этого не видно – а пандемия, по прогнозам специалистов, летом прекратится, так что продержаться осталось не так долго. Хотя риски в ряде регионов очевидны – но в одном из них (Коми) глава уже сменен на основании уже существующих президентских полномочий.
Алексей Макаркин
Любопытная новость с фронта противостояния США и Китая по поводу пандемии коронавируса. Во вторник штат Миссури внес в федеральный суд гражданский судебный иск против правительства Китая и Компартии Китая. В иске утверждается, что действия китайских властей в отношении вспышки коронавируса привели к глобальной пандемии и к разрушительным экономическим последствиям. Иск обвиняет китайское руководство в «ужасной кампании обмана, сокрытии, злоупотреблении властью и бездействии» с целью скрыть опасности вируса и заявляет, что это руководство «несет ответственность за огромный масштаб смертей, страданий и экономических потерь, нанесенных всему миру, включая жителей Миссури». При внесении судебного иска генеральный прокурор штата Эрик Шмитт сказал, что миссурийцам из-за пандемии был нанесен экономический ущерб в десятки миллиардов долларов и Китай должен возместить этот ущерб.
Миссури стал первым американским штатом, подавшим подобный иск, хотя коронавирус затронул его не так уж и сильно: на вторник 6 тысяч зараженных и 215 смертей. Зато Эрик Шмитт является активным правым республиканцем, и можно ожидать, что его примеру последуют и некоторые другие штаты, возглавляемые республиканцами. Всё это вписывается в растущую кампанию республиканских законодателей, а отчасти и президента Трампа, направленную на то, чтобы возложить на Китай вину за растущие людские и экономические жертвы пандемии Covid-19 в США и таким образом отвлечь внимание от многочисленных ошибок Белого дома в деле борьбы с эпидемией.
Впрочем, американские правовые эксперты уверены, что иск штата Миссури не имеет шансов на успех. Законодательство США предоставляет зарубежным правительствам широкий иммунитет от преследования в американских судах. Это положение закреплено в законе 1976 года «Об иностранном суверенном иммунитете». Правда, ряд сенаторов-республиканцев внесли два законопроекта, с целью изменить закон 1976 года и открыть американским гражданам возможность добиваться от Китая возмещения ущерба через суд. Но перспектива этих законопроектов туманна. Да и в любом случае Китай ничего платить не будет. В среду представитель МИД Китая заявил касательно казуса в Миссури: «Этот так называемый судебный иск является очень абсурдным и не имеет абсолютно никакой фактической или правовой основы».
Александр Ивахник
Миссури стал первым американским штатом, подавшим подобный иск, хотя коронавирус затронул его не так уж и сильно: на вторник 6 тысяч зараженных и 215 смертей. Зато Эрик Шмитт является активным правым республиканцем, и можно ожидать, что его примеру последуют и некоторые другие штаты, возглавляемые республиканцами. Всё это вписывается в растущую кампанию республиканских законодателей, а отчасти и президента Трампа, направленную на то, чтобы возложить на Китай вину за растущие людские и экономические жертвы пандемии Covid-19 в США и таким образом отвлечь внимание от многочисленных ошибок Белого дома в деле борьбы с эпидемией.
Впрочем, американские правовые эксперты уверены, что иск штата Миссури не имеет шансов на успех. Законодательство США предоставляет зарубежным правительствам широкий иммунитет от преследования в американских судах. Это положение закреплено в законе 1976 года «Об иностранном суверенном иммунитете». Правда, ряд сенаторов-республиканцев внесли два законопроекта, с целью изменить закон 1976 года и открыть американским гражданам возможность добиваться от Китая возмещения ущерба через суд. Но перспектива этих законопроектов туманна. Да и в любом случае Китай ничего платить не будет. В среду представитель МИД Китая заявил касательно казуса в Миссури: «Этот так называемый судебный иск является очень абсурдным и не имеет абсолютно никакой фактической или правовой основы».
Александр Ивахник
21 апреля министр иностранных дел России Сергей Лавров во время круглого стола в онлайн-формате дал оценку перспективам нагорно-карабахского урегулирования. Ожидаемо это его заявление оказалось в фокусе внимания в Ереване и в Баку. В особенности активным комментированием слов российского министра занялись в Армении. Начиная от главы МИД республики Зограба Мнацаканяна и заканчивая пользователями социальных сетей. Что же вызвало повышенный интерес в словах Сергея Лаврова?
Глава МИД России подчеркнул, что имеющиеся на сегодня документы вокруг мирного процесса предполагают продвижение к разрешению конфликта на основе поэтапного подхода. Это словосочетание потребует дальнейших разъяснений. Дело в том, что долгие годы само понятие «поэтапный план» (в противовес армянской позиции – «пакетное решение») было зарифмовано с позицией Баку. В отличие от армянской стороны, Азербайджан заинтересован в переносе решения о статусе Карабаха на более поздний этап, фокусируясь на освобождении районов вокруг бывшей НКАО. Про «освобождение ряда районов» сказал 21 апреля и российский министр.
Впрочем, здесь важны нюансы и оттенки. Во-первых, словосочетание поэтапный подход Лавров использует не в первый раз. Можно вспомнить хотя бы его выступление на эту тему в январе 2018 года. Но и помимо слов главного российского дипломата следует иметь в виду наличие такой фундаментальной основы переговоров, как «обновленные Мадридские принципы», в которых предполагается и то самое «освобождение», и определенная этапность в урегулировании. И это не какой-то скрытый секрет, данный документ обсуждается не первый год. Но заметим: азербайджанская сторона говорит про освобождение семи районов за пределами НКАО, а «базовые принципы» и российский министр в этом плане более сдержанные. Освобождение предполагает сохранение коридора между непризнанной НКР и Арменией. И именно ширина этого коридора и откладывание на потом вопроса о территориях, связывающих Степанакерт и Ереван, остается одним из самых сложных сюжетов мирного процесса.
Лавров также настаивает на необходимости переговоров, но в содержательном плане Баку и Ереван не спешат продвигаться к компромиссам. И вряд ли Москва может выполнить за них эту работу. Реализация мирного плана должна оставаться прерогативой армянской и азербайджанской стороны. Остроты ситуации придает то, что любое решение по Карабаху становится автоматически важнейшим внутриполитическим сюжетом. Любую власть в Ереване и в Баку, готовую к уступкам, ждет серьезный стресс-тест не в Москве или в Вашингтоне, а не родине. В Армении сегодня политика носит более публичный характер. Отсюда и обеспокоенность, что приверженность компромиссам будет сочтена за слабость. Но фактически же Лавров не открыл Америки. Он повторил те пункты «базовых принципов», которые и до 21 апреля были неплохо известны. И вопрос об освобождении районов (заметим, названных «некоторыми», а не всеми) не ставится в жесткую привязку к будущему статусу Нагорного Карабаха.
Сергей Маркедонов
Глава МИД России подчеркнул, что имеющиеся на сегодня документы вокруг мирного процесса предполагают продвижение к разрешению конфликта на основе поэтапного подхода. Это словосочетание потребует дальнейших разъяснений. Дело в том, что долгие годы само понятие «поэтапный план» (в противовес армянской позиции – «пакетное решение») было зарифмовано с позицией Баку. В отличие от армянской стороны, Азербайджан заинтересован в переносе решения о статусе Карабаха на более поздний этап, фокусируясь на освобождении районов вокруг бывшей НКАО. Про «освобождение ряда районов» сказал 21 апреля и российский министр.
Впрочем, здесь важны нюансы и оттенки. Во-первых, словосочетание поэтапный подход Лавров использует не в первый раз. Можно вспомнить хотя бы его выступление на эту тему в январе 2018 года. Но и помимо слов главного российского дипломата следует иметь в виду наличие такой фундаментальной основы переговоров, как «обновленные Мадридские принципы», в которых предполагается и то самое «освобождение», и определенная этапность в урегулировании. И это не какой-то скрытый секрет, данный документ обсуждается не первый год. Но заметим: азербайджанская сторона говорит про освобождение семи районов за пределами НКАО, а «базовые принципы» и российский министр в этом плане более сдержанные. Освобождение предполагает сохранение коридора между непризнанной НКР и Арменией. И именно ширина этого коридора и откладывание на потом вопроса о территориях, связывающих Степанакерт и Ереван, остается одним из самых сложных сюжетов мирного процесса.
Лавров также настаивает на необходимости переговоров, но в содержательном плане Баку и Ереван не спешат продвигаться к компромиссам. И вряд ли Москва может выполнить за них эту работу. Реализация мирного плана должна оставаться прерогативой армянской и азербайджанской стороны. Остроты ситуации придает то, что любое решение по Карабаху становится автоматически важнейшим внутриполитическим сюжетом. Любую власть в Ереване и в Баку, готовую к уступкам, ждет серьезный стресс-тест не в Москве или в Вашингтоне, а не родине. В Армении сегодня политика носит более публичный характер. Отсюда и обеспокоенность, что приверженность компромиссам будет сочтена за слабость. Но фактически же Лавров не открыл Америки. Он повторил те пункты «базовых принципов», которые и до 21 апреля были неплохо известны. И вопрос об освобождении районов (заметим, названных «некоторыми», а не всеми) не ставится в жесткую привязку к будущему статусу Нагорного Карабаха.
Сергей Маркедонов
Турция являет собой пример страны, где в борьбу с эпидемией коронавируса активно вторгается политика. Авторитарный режим Реджепа Эрдогана раньше других пострадавших стран стал принимать противоэпидемические меры. В феврале были закрыты границы, в середине марта перестали работать школы, кафе, кинотеатры и спортзалы. Правительство даже приостановило общие молитвы в мечетях. Людям старше 65 лет и моложе 20 лет был запрещен выход на улицы.
Но, опасаясь обрушить и так сильно просевшую с 2018 года экономику, Эрдоган не пошел на введение жесткого карантина. Большая часть населения продолжала работать, причем на многих производствах социальное дистанцирование не соблюдалось. Тем временем число жертв коронавируса продолжало расти. По данным на 22 апреля, в Турции было почти 100 тысяч зараженных и 2376 смертей. Центрами распространения инфекции стали 16-миллионный Стамбул, столица Анкара и Измир. Мэры этих городов представляют оппозиционную Народно-республиканскую партию. Молодой мэр Стамбула Экрем Имамоглу сейчас выступает главным политическим соперником Эрдогана. Эти люди настаивали на введении общенационального строгого локдауна.
Однако для Эрдогана это означало и политическую уступку, и непомерный экономический урон. Вместо карантина он неожиданно объявил комендантский час в главных провинциях страны на выходные 11-12 апреля. Внезапность привела к тому, что массы людей вечером 10 апреля устремились в магазины за продуктами, панические покупки сопровождались толчеей и даже драками. Всё это неизбежно вызвало всплеск критики правительства со стороны оппозиции и в социальных сетях. Эрдоган ответил в своем духе: «Будем надеяться, что наша страна избавится не только от коронавируса, но и от этих медийных и политических вирусов».
Противостояние Эрдогана с оппозиционными муниципалитетами в связи с эпидемией проявилось и в других случаях. В марте Имамоглу и мэр Стамбула Мансур Яваш начали фандрайзинговые кампании, нацеленные на оказание помощи безработным и уязвимым группам населения. Но после того, как Эрдоган развернул свою кампанию, правительство объявило кампании в Стамбуле и Анкаре незаконными. МВД закрыло их банковские счета и начало уголовные расследования в отношении Имамоглу и Яваша. По сути Эрдоган рассматривает усилия крупнейших муниципалитетов по борьбе с последствиями коронавируса как возможность для оппозиционных мэров повысить свою популярность и потому отвергает сотрудничество с ними. Таким образом, Турция отличается в этом плане и от России, где все решения так или иначе исходят из центра, и от европейских стран, где национальные правительства согласовывают свои планы и действия с региональными и муниципальными властями.
Александр Ивахник
Но, опасаясь обрушить и так сильно просевшую с 2018 года экономику, Эрдоган не пошел на введение жесткого карантина. Большая часть населения продолжала работать, причем на многих производствах социальное дистанцирование не соблюдалось. Тем временем число жертв коронавируса продолжало расти. По данным на 22 апреля, в Турции было почти 100 тысяч зараженных и 2376 смертей. Центрами распространения инфекции стали 16-миллионный Стамбул, столица Анкара и Измир. Мэры этих городов представляют оппозиционную Народно-республиканскую партию. Молодой мэр Стамбула Экрем Имамоглу сейчас выступает главным политическим соперником Эрдогана. Эти люди настаивали на введении общенационального строгого локдауна.
Однако для Эрдогана это означало и политическую уступку, и непомерный экономический урон. Вместо карантина он неожиданно объявил комендантский час в главных провинциях страны на выходные 11-12 апреля. Внезапность привела к тому, что массы людей вечером 10 апреля устремились в магазины за продуктами, панические покупки сопровождались толчеей и даже драками. Всё это неизбежно вызвало всплеск критики правительства со стороны оппозиции и в социальных сетях. Эрдоган ответил в своем духе: «Будем надеяться, что наша страна избавится не только от коронавируса, но и от этих медийных и политических вирусов».
Противостояние Эрдогана с оппозиционными муниципалитетами в связи с эпидемией проявилось и в других случаях. В марте Имамоглу и мэр Стамбула Мансур Яваш начали фандрайзинговые кампании, нацеленные на оказание помощи безработным и уязвимым группам населения. Но после того, как Эрдоган развернул свою кампанию, правительство объявило кампании в Стамбуле и Анкаре незаконными. МВД закрыло их банковские счета и начало уголовные расследования в отношении Имамоглу и Яваша. По сути Эрдоган рассматривает усилия крупнейших муниципалитетов по борьбе с последствиями коронавируса как возможность для оппозиционных мэров повысить свою популярность и потому отвергает сотрудничество с ними. Таким образом, Турция отличается в этом плане и от России, где все решения так или иначе исходят из центра, и от европейских стран, где национальные правительства согласовывают свои планы и действия с региональными и муниципальными властями.
Александр Ивахник
Об актуальных новостях из Америки в телеграм-канале специалиста по российско-американским отношениям Николая Пахомова
https://news.1rj.ru/str/NY_USA_World/102
https://news.1rj.ru/str/NY_USA_World/102
Telegram
С берега Гудзона
Рискну предположить, где в США случится следующий кризис, вызванный коронавирусом. Это бюджеты штатов. В подавляющем большинстве штатов существует законодательное требование cбалансированных бюджетов. О каком балансировании можно говорить, когда сейчас расходы…
Известно, что вакцины от коронавируса пока нет. Нормальный срок изготовления новой вакцины – полтора года. Можно сократить этот срок, но если следовать всем протоколам, то до года, не более. Так как надо провести испытания на животных (это довольно быстро), а затем три испытания на людях.
Но у политиков такого времени нет. Осенью возможна вторая волна пандемии, и к этому времени они хотели бы иметь вакцину. Поэтому процессы ускоряются. В Англии Дженнеровский институт в Оксфорде 23 апреля начал первую стадию испытаний на людях. Более того, его директор Адриан Хилл сообщил, что к сентябрю планируется произвести миллион доз препарата, даже учитывая, что его клинические испытания не завершены. Шансы на то, что новая вакцина окажется действенной, ученый оценивает примерно в 80%.
Российская вакцина против коронавируса может выйти на клинические испытания к 1 июня, и в случае успеха госрегистрацию препарата планируется начать с 15 июня, сообщил 20 апреля на совещании у Владимира Путина директор исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи Александр Гинцбург. В этом случае вакцина может быть получена осенью, как и английская.
В Китае первые прививки против коронавируса могут начать делать уже в конце этого года. На прошлой неделе министерство науки и техники КНР сообщило, что власти страны одобрили проведение клинических испытаний уже трех разработанных в Китае вакцин от коронавируса нового типа.
Проблемы две. Первая – эффективность новых вакцин, насколько они смогут защитить от коронавируса. Вторая – возможные побочные эффекты. Но ставки слишком велики, и политики готовы рискнуть, чтобы получить шанс подготовиться ко второй волне.
Алексей Макаркин
Но у политиков такого времени нет. Осенью возможна вторая волна пандемии, и к этому времени они хотели бы иметь вакцину. Поэтому процессы ускоряются. В Англии Дженнеровский институт в Оксфорде 23 апреля начал первую стадию испытаний на людях. Более того, его директор Адриан Хилл сообщил, что к сентябрю планируется произвести миллион доз препарата, даже учитывая, что его клинические испытания не завершены. Шансы на то, что новая вакцина окажется действенной, ученый оценивает примерно в 80%.
Российская вакцина против коронавируса может выйти на клинические испытания к 1 июня, и в случае успеха госрегистрацию препарата планируется начать с 15 июня, сообщил 20 апреля на совещании у Владимира Путина директор исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи Александр Гинцбург. В этом случае вакцина может быть получена осенью, как и английская.
В Китае первые прививки против коронавируса могут начать делать уже в конце этого года. На прошлой неделе министерство науки и техники КНР сообщило, что власти страны одобрили проведение клинических испытаний уже трех разработанных в Китае вакцин от коронавируса нового типа.
Проблемы две. Первая – эффективность новых вакцин, насколько они смогут защитить от коронавируса. Вторая – возможные побочные эффекты. Но ставки слишком велики, и политики готовы рискнуть, чтобы получить шанс подготовиться ко второй волне.
Алексей Макаркин
Прошедший вчера очередной виртуальный саммит Евросоюза, на котором обсуждались финансовые рычаги для преодоления экономических последствий коронавирусной пандемии, оставил смешанное впечатление. В отличие от предыдущего саммита в конце марта в четверг не звучали упреки в отсутствии солидарности или в бюджетной расточительности. Главы государств и правительств, во-первых, согласовали пакет срочной финансовой помощи объемом 540 млрд евро, которая будет предоставляться в виде субсидий компаниям и безработным гражданам и в виде кредитов государствам. Этот пакет начнет действовать с 1 июня.
Во-вторых, достигнута договоренность о создании долговременного фонда восстановления европейской экономики после преодоления пандемии коронавируса. Фонд должен помочь вновь запустить экономику на полную мощность путем финансовых вливаний в наиболее пострадавшие страны и сектора бизнеса. Объем средств этого фонда предположительно может составить от 1 трлн до 1,5 трлн евро. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен предложила, чтобы фонд восстановления экономики формировался на основе долгосрочного бюджета ЕС на 2021-2027 годы. Лидеры стран ЕС вроде бы согласились использовать новый бюджет в качестве инструмента формирования фонда и поручили Еврокомиссии уже к 6 мая разработать конкретные предложения относительно его создания и функционирования.
Однако к достигнутым словесным договоренностям возникают серьезные вопросы. Долгосрочный бюджет на 2021-2027 годы не удалось согласовать на евросаммите в феврале, поскольку богатые нетто-доноры бюджета (Нидерланды, Дания, Австрия и Швеция) отказывались увеличить свои взносы после выхода из ЕС Британии. Но тогда речь шла об увеличении бюджета с 1% от совокупного ВВП союза до 1,2%. Теперь же глава ЕК настаивает на увеличении бюджета до 2% по крайней мере на первые 2-3 года семилетнего плана. И при всем очевидном изменении ситуации в связи с коронавирусным кризисом нет никакой уверенности в том, что «группа бережливых» станет более уступчивой.
Вторая линия противоречий касается вопроса о том, как распределять средства из фонда восстановления экономики после его создания. Наиболее пострадавшие от эпидемии Италия и Испания, а также Португалия и Франция хотят, чтобы финансовая помощь поступала нуждающимся странам в виде субсидий, а не кредитов, чтобы не усугублять их тяжелое долговое бремя. Канцлер Австрии Себастьян Курц уже выразил в твиттере свое несогласие с этим и намерение координировать позицию со «странами-единомышленниками». Таким образом, перед Еврокомиссией сейчас стоит незавидная, трудноразрешимая задача в сжатые сроки выработать такой проект будущего фонда, который будет воспринят как приемлемый компромисс.
Александр Ивахник
Во-вторых, достигнута договоренность о создании долговременного фонда восстановления европейской экономики после преодоления пандемии коронавируса. Фонд должен помочь вновь запустить экономику на полную мощность путем финансовых вливаний в наиболее пострадавшие страны и сектора бизнеса. Объем средств этого фонда предположительно может составить от 1 трлн до 1,5 трлн евро. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен предложила, чтобы фонд восстановления экономики формировался на основе долгосрочного бюджета ЕС на 2021-2027 годы. Лидеры стран ЕС вроде бы согласились использовать новый бюджет в качестве инструмента формирования фонда и поручили Еврокомиссии уже к 6 мая разработать конкретные предложения относительно его создания и функционирования.
Однако к достигнутым словесным договоренностям возникают серьезные вопросы. Долгосрочный бюджет на 2021-2027 годы не удалось согласовать на евросаммите в феврале, поскольку богатые нетто-доноры бюджета (Нидерланды, Дания, Австрия и Швеция) отказывались увеличить свои взносы после выхода из ЕС Британии. Но тогда речь шла об увеличении бюджета с 1% от совокупного ВВП союза до 1,2%. Теперь же глава ЕК настаивает на увеличении бюджета до 2% по крайней мере на первые 2-3 года семилетнего плана. И при всем очевидном изменении ситуации в связи с коронавирусным кризисом нет никакой уверенности в том, что «группа бережливых» станет более уступчивой.
Вторая линия противоречий касается вопроса о том, как распределять средства из фонда восстановления экономики после его создания. Наиболее пострадавшие от эпидемии Италия и Испания, а также Португалия и Франция хотят, чтобы финансовая помощь поступала нуждающимся странам в виде субсидий, а не кредитов, чтобы не усугублять их тяжелое долговое бремя. Канцлер Австрии Себастьян Курц уже выразил в твиттере свое несогласие с этим и намерение координировать позицию со «странами-единомышленниками». Таким образом, перед Еврокомиссией сейчас стоит незавидная, трудноразрешимая задача в сжатые сроки выработать такой проект будущего фонда, который будет воспринят как приемлемый компромисс.
Александр Ивахник
Похоже, в биографии Михаила Саакашвили, в скором времени откроется новая украинская страница. Новость о возможном приходе экс-президента Грузии на пост вице-премьера правительства Украины стала новостью номер один, как в Киеве, так и в Тбилиси. Ее в социальных сетях озвучил сам Саакашвили, сославшись на лестное предложение со стороны украинского президента Владимира Зеленского. Но окончательное решение по этому кадровому вопросу невозможно без одобрения кандидатуры в парламенте. Значит, сюрпризы возможны. Впрочем, этим на Украине никого не удивишь.
Владимир Зеленский уже второй раз пытается сыграть для Саакашвили роль своеобразного покровителя. В мае прошлого года он вернул ему украинское гражданство. Во многом этот шаг был продиктован символическим стремление подвести черту под правлением его предшественника, Петра Порошенко. Хотя было время, когда пятый президент Украины рассматривал Саакашвили, как союзника, промоутора своих подходов в отдельно взятой Одесской области. Но затем их пути разошлись. Настолько, что над экс-президентом Грузии нависла реальная угроза стать лицом без гражданства. Но почему сегодня президент Зеленский снова инициирует возвращение Саакашвили в большую украинскую политику?
Многие говорят про короткую скамью запасных. За год у нового главы Украинского государства так и не появилось целостной команды. Это можно понять по перемещениям, как на премьерских постах, так и в офисе президента. Но дело не только в этом. Для Украины (точнее той ее части, что сделала ставку на североатлантическую интеграцию) Грузия всегда была (и будет оставаться) неким маяком и мерилом. В украинских кругах, по-прежнему популяризирующих майданы, образ — Саакашвили- это образ успешного реформатора. Даже несмотря на то, что в самой Грузии этот персонаж подвергается уголовному преследованию сразу по нескольким делам и статьям УК. Объективности ради, надо заметить: на родине Саакашвили имеет определенный ресурс популярности. Но отношение к нему характеризуется крайней полярностью. Срединной линии почти нет.
Интересно то, как Москва и Тбилиси продемонстрировали единство в оценках вероятного кадрового решения в Киеве. Грузия заявила о возможности отзыва посла для консультаций, что означает, по сути, оценку вице-премьерства Саакашвили, как недружественного шага. Но для России грузинский экс-президент – олицетворение «пятидневной войны» в Южной Осетии. Стань он вице-премьером, и перспективы переговоров по урегулированию в Донбассе станут туманными. Сегодня они и без того не блестящи, но с Саакашвили надежды на улучшения и вовсе будут равны величине около нуля. Впрочем, и в самих украинских элитах экс-президент Грузии вызывает неоднозначное восприятие вне всякой привязки к позициям Москвы или Тбилиси. Чего стоят его прошлые словесные дуэли с главой МВД Арсеном Аваковым. Риторический вопрос, станет ли Саакашвили - вице-премьер фигурой, усиливающей Зеленского на внутреннем и внешнеполитическом театре.
Сергей Маркедонов
Владимир Зеленский уже второй раз пытается сыграть для Саакашвили роль своеобразного покровителя. В мае прошлого года он вернул ему украинское гражданство. Во многом этот шаг был продиктован символическим стремление подвести черту под правлением его предшественника, Петра Порошенко. Хотя было время, когда пятый президент Украины рассматривал Саакашвили, как союзника, промоутора своих подходов в отдельно взятой Одесской области. Но затем их пути разошлись. Настолько, что над экс-президентом Грузии нависла реальная угроза стать лицом без гражданства. Но почему сегодня президент Зеленский снова инициирует возвращение Саакашвили в большую украинскую политику?
Многие говорят про короткую скамью запасных. За год у нового главы Украинского государства так и не появилось целостной команды. Это можно понять по перемещениям, как на премьерских постах, так и в офисе президента. Но дело не только в этом. Для Украины (точнее той ее части, что сделала ставку на североатлантическую интеграцию) Грузия всегда была (и будет оставаться) неким маяком и мерилом. В украинских кругах, по-прежнему популяризирующих майданы, образ — Саакашвили- это образ успешного реформатора. Даже несмотря на то, что в самой Грузии этот персонаж подвергается уголовному преследованию сразу по нескольким делам и статьям УК. Объективности ради, надо заметить: на родине Саакашвили имеет определенный ресурс популярности. Но отношение к нему характеризуется крайней полярностью. Срединной линии почти нет.
Интересно то, как Москва и Тбилиси продемонстрировали единство в оценках вероятного кадрового решения в Киеве. Грузия заявила о возможности отзыва посла для консультаций, что означает, по сути, оценку вице-премьерства Саакашвили, как недружественного шага. Но для России грузинский экс-президент – олицетворение «пятидневной войны» в Южной Осетии. Стань он вице-премьером, и перспективы переговоров по урегулированию в Донбассе станут туманными. Сегодня они и без того не блестящи, но с Саакашвили надежды на улучшения и вовсе будут равны величине около нуля. Впрочем, и в самих украинских элитах экс-президент Грузии вызывает неоднозначное восприятие вне всякой привязки к позициям Москвы или Тбилиси. Чего стоят его прошлые словесные дуэли с главой МВД Арсеном Аваковым. Риторический вопрос, станет ли Саакашвили - вице-премьер фигурой, усиливающей Зеленского на внутреннем и внешнеполитическом театре.
Сергей Маркедонов
Алексей Макаркин для Газета.ru о правительстве М. Мишустина: антикризисный менеджмент вместо эволюционного управления
https://m.gazeta.ru/comments/2020/04/28_a_13065325.shtml
https://m.gazeta.ru/comments/2020/04/28_a_13065325.shtml
Газета.Ru
Сто дней правительства Мишустина
Кабинет Михаила Мишустина оказался уникальным правительством в истории современной России. Когда Мишустин был назначен премьером, то стоявшие перед ним задачи казались очевидными. Стимулировать экономический рост, который не дотягивал до двух процентов, то…