Хотя внимание России и других игроков на постсоветском пространстве переключено сейчас на Казахстан, запланированные ранее переговоры по военно-политической ситуации в Европе никто не отменял. 10 января в Женеве встретятся российские и американские дипломаты и военные для обсуждения требований Москвы по гарантиям безопасности, с одной стороны, и требований Вашингтона по деэскалации ситуации вокруг Украины – с другой. 12 января те же вопросы будут рассматриваться на заседании Совета Россия – НАТО, 13 января – на встрече представителей России и ОБСЕ. Для подготовки к Совету Россия – НАТО министры иностранных дел стран Североатлантического альянса проведут 7 января видеоконференцию. И только Евросоюз как организация выпадает из насыщенного раунда переговоров, и это вызывает нескрываемое недовольство у европейских лидеров и дипломатов. Тем более, что в последнее время в рамках ЕС, прежде всего с подачи Эммануэля Макрона, значительно активизировалось обсуждение темы формирования европейской стратегической автономии в международно-политической и военной сфере. А тут получается, что в ситуации острой напряженности на европейском континенте Вашингтон (отдельно или под эгидой НАТО) и Москва собираются договариваться о новом модус вивенди без прямого участия ЕС как переговорной стороны.
Показателем европейского раздражения стало выступление главы дипломатии ЕС Жозепа Борреля на пресс-конференции в среду по итогам его двухдневного визита в Украину. Боррель, который был подвергнут открытому унижению во время визита в Москву около года назад, в Киеве заявил: «Сейчас не времена Ялты. В 2021-22 годах не может происходить разграничение сфер влияния между двумя крупнейшими державами». Главный дипломат ЕС отметил: «Я не выражал неудовольствия в связи с предстоящими переговорами [между Россией и США]; если Россия хочет разговаривать, они, конечно, должны быть организованы. Но в этом диалоге должны участвовать не два игрока, не только США и Россия. Если мы хотим говорить о вопросах безопасности в Европе, европейцы должны присутствовать за столом». Ну и, находясь в Киеве, Боррель, естественно, добавил: «Ясно, что любое обсуждение европейской безопасности должно включать Евросоюз и Украину».
Но как этого добиться и в каком формате ЕС мог бы присоединиться к начинающимся переговорам, Боррель не конкретизировал, да и не мог сказать ничего определенного. Он лишь сообщил, что на следующей неделе состоится встреча министров иностранных дел и обороны стран-членов ЕС, на которой будут обсуждаться как раз эти вопросы. Хорошо известно, что Москва с некоторых пор не балует вниманием Брюссель, предпочитая говорить с важнейшими европейскими партнерами на двусторонней основе. Похоже, и Вашингтон сейчас не склонен утяжелять разговор с Москвой детальным учетом позиций ЕС, тем более что эти позиции нередко не являются солидарными.
Александр Ивахник
Показателем европейского раздражения стало выступление главы дипломатии ЕС Жозепа Борреля на пресс-конференции в среду по итогам его двухдневного визита в Украину. Боррель, который был подвергнут открытому унижению во время визита в Москву около года назад, в Киеве заявил: «Сейчас не времена Ялты. В 2021-22 годах не может происходить разграничение сфер влияния между двумя крупнейшими державами». Главный дипломат ЕС отметил: «Я не выражал неудовольствия в связи с предстоящими переговорами [между Россией и США]; если Россия хочет разговаривать, они, конечно, должны быть организованы. Но в этом диалоге должны участвовать не два игрока, не только США и Россия. Если мы хотим говорить о вопросах безопасности в Европе, европейцы должны присутствовать за столом». Ну и, находясь в Киеве, Боррель, естественно, добавил: «Ясно, что любое обсуждение европейской безопасности должно включать Евросоюз и Украину».
Но как этого добиться и в каком формате ЕС мог бы присоединиться к начинающимся переговорам, Боррель не конкретизировал, да и не мог сказать ничего определенного. Он лишь сообщил, что на следующей неделе состоится встреча министров иностранных дел и обороны стран-членов ЕС, на которой будут обсуждаться как раз эти вопросы. Хорошо известно, что Москва с некоторых пор не балует вниманием Брюссель, предпочитая говорить с важнейшими европейскими партнерами на двусторонней основе. Похоже, и Вашингтон сейчас не склонен утяжелять разговор с Москвой детальным учетом позиций ЕС, тем более что эти позиции нередко не являются солидарными.
Александр Ивахник
Касым-Жомарт Токаев утвердился в качестве реального лидера Казахстана. Он назначил устраивавшего его премьера – Алихан Смаилов был его кандидатом еще в прошлом году, но тогда Нурсултан Назарбаев фактически заветировал это назначение, опираясь на большинство в только что сформированном парламенте. Теперь назарбаевское большинство, проголосовав за премьера, присягнуло на верность Токаеву.
Токаев в своем выступлении упомянул Елбасы, но в весьма негативном контексте – что при нем в Казахстане появились супербогатые люди, которым сейчас предложено делиться, отчисляя средства в специальный фонд, который будет находиться под контролем Токаева. При этом они не получают гарантий сохранения своих ресурсов – пожертвования становятся необходимым, но не достаточным условием для этого. Характерен и финальный призыв «Вместе мы построим новый Казахстан». Таким образом Токаев окончательно отстраивается от своего бывшего патрона, но при этом не обличая его (прямая критика была бы негативно воспринята элитами, особенно с учетом многолетней принадлежности Токаева к команде Елбасы).
Анонсированный скорый вывод сил ОДКБ (начало через два дня, всего в течение не более чем 10 дней) должен продемонстрировать самостоятельность Токаева как лидера – похоже, что именно для этого инициировалось вчерашний саммит. Продемонстрировано стремление установить реальный контроль над КНБ как ключевой силовой структурой, которая ранее полностью находилась в сфере интересов Назарбаева.
Политические реформы отложены минимум до осени – Токаев не спешит принимать решения, которые могли бы ограничить его власть (отсюда и перечисление уже проведенных ранее по его инициативе «косметических» реформ, которые он явно считает достаточными на сегодняшний момент). Гражданскому обществу обещан лишь диалог в ходе выработки реформ – но формат и партнеров определит власть. Зато много внимания меритократии, развитию депрессивных регионов и социальной справедливости – как реакция на протест. Отсюда и мораторий на повышение зарплат начальству – популистский шаг, который призван понравиться недовольному населению.
Алексей Макаркин
Токаев в своем выступлении упомянул Елбасы, но в весьма негативном контексте – что при нем в Казахстане появились супербогатые люди, которым сейчас предложено делиться, отчисляя средства в специальный фонд, который будет находиться под контролем Токаева. При этом они не получают гарантий сохранения своих ресурсов – пожертвования становятся необходимым, но не достаточным условием для этого. Характерен и финальный призыв «Вместе мы построим новый Казахстан». Таким образом Токаев окончательно отстраивается от своего бывшего патрона, но при этом не обличая его (прямая критика была бы негативно воспринята элитами, особенно с учетом многолетней принадлежности Токаева к команде Елбасы).
Анонсированный скорый вывод сил ОДКБ (начало через два дня, всего в течение не более чем 10 дней) должен продемонстрировать самостоятельность Токаева как лидера – похоже, что именно для этого инициировалось вчерашний саммит. Продемонстрировано стремление установить реальный контроль над КНБ как ключевой силовой структурой, которая ранее полностью находилась в сфере интересов Назарбаева.
Политические реформы отложены минимум до осени – Токаев не спешит принимать решения, которые могли бы ограничить его власть (отсюда и перечисление уже проведенных ранее по его инициативе «косметических» реформ, которые он явно считает достаточными на сегодняшний момент). Гражданскому обществу обещан лишь диалог в ходе выработки реформ – но формат и партнеров определит власть. Зато много внимания меритократии, развитию депрессивных регионов и социальной справедливости – как реакция на протест. Отсюда и мораторий на повышение зарплат начальству – популистский шаг, который призван понравиться недовольному населению.
Алексей Макаркин
В очередном тексте Александра Дугина на «Незыгаре» есть одно интересное признание.
Описав гипотетические сценарии войны с Украиной – «от полного освобождения Украины от американской оккупации и нелегитимного коррумпированного либерально-нацистского режима, до создания на ее месте двух политических образований – на Востоке (Новороссия от Донбасса до Одессы) и на Западе (за вычетом русинского Подкарпатья). Но никак не меньше» - автор делает важное дополнение: «Да, решение непопулярное, но исторически неизбежное». Таким образом, даже империалист Дугин исходит из того, что военные сценарии, описанные в многочисленных художественных книгах, заполнивших одно время полки магазинов, непопулярны. Вопрос, где именно?
При ближайшем рассмотрении выходит, что легче сказать, где они популярны – в кругу верных телезрителей старшего возраста, которые если и заходят в Интернет, то обычно для того, чтобы потусоваться на площадках, где обсуждают минувшее. Такие избиратели есть у всех думских партий, но ни у одной они не составляют большинства. На минувших думских выборах произошел некоторый переток голосов от ЛДПР к «Справедливой России» - разочаровавшиеся в способности Жириновского когда-нибудь омыть сапоги в Индийском океане проголосовали за Прилепина. Но этого перетока хватило «эсерам» лишь на то, чтобы улучшить свой результат на один процентный пункт. А самостоятельно прилепинская партия «За правду!», которая выступала под экспансионистскими лозунгами, не имела никаких шансов, что показали региональные выборы 2020 года – поэтому и пришлось объединять их с эсерами.
В более же молодых группах идеи экспансии непопулярны – люди концентрируются на внутренней проблематике с приоритетом социальных тем. И есть основания полагать, что при инерционном развитии событий такая тенденция только усилится. Интерес в молодежных аудиториях к левым и националистическим идеям все меньше связан с имперским компонентом – у них нет ностальгии. Соответственно, левая идея все больше связана с темой справедливости без реванша (как советского внутри страны, так и на постсоветском пространстве), а националисты похожи на своих европейских коллег с их антимигрантской тематикой. Отсюда и усиление активности идеологических «ястребов», связанное с пониманием уходящего времени и представлением о ненадежности новых поколений - не только слушателей Моргенштерна, но и более старших.
Алексей Макаркин
Описав гипотетические сценарии войны с Украиной – «от полного освобождения Украины от американской оккупации и нелегитимного коррумпированного либерально-нацистского режима, до создания на ее месте двух политических образований – на Востоке (Новороссия от Донбасса до Одессы) и на Западе (за вычетом русинского Подкарпатья). Но никак не меньше» - автор делает важное дополнение: «Да, решение непопулярное, но исторически неизбежное». Таким образом, даже империалист Дугин исходит из того, что военные сценарии, описанные в многочисленных художественных книгах, заполнивших одно время полки магазинов, непопулярны. Вопрос, где именно?
При ближайшем рассмотрении выходит, что легче сказать, где они популярны – в кругу верных телезрителей старшего возраста, которые если и заходят в Интернет, то обычно для того, чтобы потусоваться на площадках, где обсуждают минувшее. Такие избиратели есть у всех думских партий, но ни у одной они не составляют большинства. На минувших думских выборах произошел некоторый переток голосов от ЛДПР к «Справедливой России» - разочаровавшиеся в способности Жириновского когда-нибудь омыть сапоги в Индийском океане проголосовали за Прилепина. Но этого перетока хватило «эсерам» лишь на то, чтобы улучшить свой результат на один процентный пункт. А самостоятельно прилепинская партия «За правду!», которая выступала под экспансионистскими лозунгами, не имела никаких шансов, что показали региональные выборы 2020 года – поэтому и пришлось объединять их с эсерами.
В более же молодых группах идеи экспансии непопулярны – люди концентрируются на внутренней проблематике с приоритетом социальных тем. И есть основания полагать, что при инерционном развитии событий такая тенденция только усилится. Интерес в молодежных аудиториях к левым и националистическим идеям все меньше связан с имперским компонентом – у них нет ностальгии. Соответственно, левая идея все больше связана с темой справедливости без реванша (как советского внутри страны, так и на постсоветском пространстве), а националисты похожи на своих европейских коллег с их антимигрантской тематикой. Отсюда и усиление активности идеологических «ястребов», связанное с пониманием уходящего времени и представлением о ненадежности новых поколений - не только слушателей Моргенштерна, но и более старших.
Алексей Макаркин
История с решением о быстром выводе сил ОДКБ из Казахстана возродила старый тезис о неблагодарности стран-партнеров в отношении России. В рамках простой схемы Россия (причем вне зависимости от политического строя и идеологии) бескорыстно помогает другим странам, а те, лукавые, презлым платят за предобрейшее, если процитировать царя Ивана Васильевича из пьесы Булгакова и фильма Гайдая. Вот и Казахстан не хочет сохранения российского военного присутствия на своей территории.
На самом деле, при ближайшем рассмотрении ключевой недостаток этой схемы – в отказе учитывать фактор интересов, который присутствовал у всех участников конфликтов, вызывавших разочарования. Франц Иосиф, не поддержавший Россию в Крымскую войну, прекрасно понимал, что Николай I помог ему подавить венгерское восстание не из альтруизма, а из опасения, что в случае успеха оно перекинется на Польшу (среди генералов венгерской армии были польские эмигранты Дембинский и Бем). А продвижение России на Балканах, которое начал Николай, никак не соответствовало интересам Австрии – отсюда и австрийский ультиматум о выводе русских войск из Дунайских княжеств.
«Братушки» болгары впервые поссорились с Россией в 1885 году, когда после восстания произошло объединение Болгарии и Восточной Румелии в нарушение Берлинского трактата, согласно которому Восточная Румелия была автономной частью Османской империи. Россия из внешнеполитических соображений была против этой акции и начала готовить свержение вышедшего из-под контроля князя Александра Баттенберга. Интересы России и болгар, совпавшие в 1877-1878 годах (Россия продвигалась к Константинополю, болгары боролись за независимость), разошлись таким образом уже через несколько лет.
Иосип Броз Тито по-человечески был благодарен Сталину за свое спасение от гибели в 1944 году, когда советские самолеты вывезли его из окружения. Но при этом альтернативы у Сталина не было – гибель Тито и его окружения вела бы к усилению позиций четников, к тому времени совершенно неприемлемых для СССР. И когда Сталин попытался напрямую контролировать ситуацию в Югославии, Тито стал сопротивляться, отстаивая и суверенитет своей страны, и собственную власть.
Все сказанное выше не означает, что Россия была всегда неправа, а «лукавые» союзники были образцами добропорядочности – такая трактовка была бы другой крайностью, столь же далекой от истины. Для того, чтобы не разочаровываться, не надо очаровываться. И больше обращать внимание на интересы – кстати, в случае с операцией ОДКБ такие интересы есть не только у России и Казахстана, но и у других стран – членов организации (и вряд ли Пашинян и Жапаров были бы сторонниками длительной операции). А также у внешних игроков – в первую очередь, Китая и Турции.
Алексей Макаркин
На самом деле, при ближайшем рассмотрении ключевой недостаток этой схемы – в отказе учитывать фактор интересов, который присутствовал у всех участников конфликтов, вызывавших разочарования. Франц Иосиф, не поддержавший Россию в Крымскую войну, прекрасно понимал, что Николай I помог ему подавить венгерское восстание не из альтруизма, а из опасения, что в случае успеха оно перекинется на Польшу (среди генералов венгерской армии были польские эмигранты Дембинский и Бем). А продвижение России на Балканах, которое начал Николай, никак не соответствовало интересам Австрии – отсюда и австрийский ультиматум о выводе русских войск из Дунайских княжеств.
«Братушки» болгары впервые поссорились с Россией в 1885 году, когда после восстания произошло объединение Болгарии и Восточной Румелии в нарушение Берлинского трактата, согласно которому Восточная Румелия была автономной частью Османской империи. Россия из внешнеполитических соображений была против этой акции и начала готовить свержение вышедшего из-под контроля князя Александра Баттенберга. Интересы России и болгар, совпавшие в 1877-1878 годах (Россия продвигалась к Константинополю, болгары боролись за независимость), разошлись таким образом уже через несколько лет.
Иосип Броз Тито по-человечески был благодарен Сталину за свое спасение от гибели в 1944 году, когда советские самолеты вывезли его из окружения. Но при этом альтернативы у Сталина не было – гибель Тито и его окружения вела бы к усилению позиций четников, к тому времени совершенно неприемлемых для СССР. И когда Сталин попытался напрямую контролировать ситуацию в Югославии, Тито стал сопротивляться, отстаивая и суверенитет своей страны, и собственную власть.
Все сказанное выше не означает, что Россия была всегда неправа, а «лукавые» союзники были образцами добропорядочности – такая трактовка была бы другой крайностью, столь же далекой от истины. Для того, чтобы не разочаровываться, не надо очаровываться. И больше обращать внимание на интересы – кстати, в случае с операцией ОДКБ такие интересы есть не только у России и Казахстана, но и у других стран – членов организации (и вряд ли Пашинян и Жапаров были бы сторонниками длительной операции). А также у внешних игроков – в первую очередь, Китая и Турции.
Алексей Макаркин
Во Франции за три месяца до первого тура президентских выборов эксперты все более склоняются к мнению, что наиболее опасным соперником для Эммануэля Макрона является кандидат от консервативной партии «Республиканцы», 54-летняя Валери Пекресс. Ясно, что на предстоящих выборах левый фланг французской политики не представляет для центриста Макрона никакой угрозы: левые политики не смогли договориться о выдвижении единого кандидата и не имеют никаких шансов для прохождения во второй тур. А на правом и крайне правом фланге преимущество Пекресс по сравнению с лидером правопопулистского «Национального объединения» Марин Ле Пен и публицистом и бывшим телеведущим Эриком Земмуром состоит, во-первых, в том, что она представляет мейнстримную партию с голлистскими корнями и в случае выхода во второй тур сможет рассчитывать на привлечение не только традиционных правых и радикально правых избирателей, но и правоцентристов. Во-вторых, в отличие от Ле Пен и Земмура кандидат от «Республиканцев» обладает большим управленческим опытом. При президенте Саркози Пекресс была министром высшего образования. В 2015 г. в результате региональных выборов получила пост главы столичного региона Иль-де-Франс, в 2021 г. подтвердила свой мандат.
Валери Пекресс не раз говорила, что ее политический стиль на две трети совпадает со стилем Ангелы Меркель и на треть – со стилем Маргарет Тэтчер. Однако Пекресс не слишком похожа на Меркель. Практикующая католичка и мать троих детей, она не скрывает своих социально-консервативных взглядов и принадлежит к правому крылу партии. Любопытно, что в ходе кампании она редко упоминает своих главных соперников в первом туре выборов – Ле Пен и Земмура, нацеливая острие критики на Макрона. При этом, избегая крайностей исламофобской риторики ультра-правых, особенно Земмура, Пекресс заимствует их повестку, концентрируясь на вопросах иммиграции, преступности и безопасности.
В сфере миграции она обещает отменить автоматическое право на получение гражданства для родившихся во Франции в семьях иностранцев и ввести рассмотрение прошений о предоставлении убежища только во французских посольствах за рубежом или на границе. Среди предложений Пекресс в сфере безопасности ужесточение судебных приговоров за совершение преступлений в криминогенных районах, сокращение бюрократии в судебной системе, строительство новых тюрем. Для противодействия исламизму кандидат от «Республиканцев» предлагает закрывать мечети, имамы которых проповедуют враждебность ценностям Франции, и сделать проявления исламского радикализма основанием для увольнения с работы. 6 января, находясь на юге Франции, Пекресс подтвердила, что собирается вести кампанию на откровенно правой платформе закона и порядка. Прибегая к жесткой риторике своего бывшего шефа Саркози, она заявила о решимости расчистить охваченные преступностью городские пригороды с использованием силовых инструментов, которые «хранились в подвале в течение последних 10 лет». Отметив, что ее не заботит политкорректность, Пекресс заявила: «Да, я могу сказать это: есть связь между преступным поведением и иммиграцией».
Решительный выход кандидата от традиционных правых на поляну крайне правых позволил ей обрести реальные шансы на преодоление барьера первого тура. Последние опросы показывают, что президент Макрон с рейтингом поддержки в 24-26% по-прежнему существенно опережает соперников. Пекресс и Ле Пен идут вровень, имея 16-17%, Земмур, похоже, переборщивший с эпатажем, несколько отстал. По прогнозам на второй тур в паре Макрон – Ле Пен действующий президент уверенно побеждает с 55-58%. В паре Макрон – Пекресс поллстеры также прочат победу Макрону, но с меньшим разрывом. Опубликованный 5 января опрос Harris Interactive дает результат 51% на 49%. Так что в оставшиеся три месяца Макрону есть о чем беспокоиться.
Александр Ивахник
Валери Пекресс не раз говорила, что ее политический стиль на две трети совпадает со стилем Ангелы Меркель и на треть – со стилем Маргарет Тэтчер. Однако Пекресс не слишком похожа на Меркель. Практикующая католичка и мать троих детей, она не скрывает своих социально-консервативных взглядов и принадлежит к правому крылу партии. Любопытно, что в ходе кампании она редко упоминает своих главных соперников в первом туре выборов – Ле Пен и Земмура, нацеливая острие критики на Макрона. При этом, избегая крайностей исламофобской риторики ультра-правых, особенно Земмура, Пекресс заимствует их повестку, концентрируясь на вопросах иммиграции, преступности и безопасности.
В сфере миграции она обещает отменить автоматическое право на получение гражданства для родившихся во Франции в семьях иностранцев и ввести рассмотрение прошений о предоставлении убежища только во французских посольствах за рубежом или на границе. Среди предложений Пекресс в сфере безопасности ужесточение судебных приговоров за совершение преступлений в криминогенных районах, сокращение бюрократии в судебной системе, строительство новых тюрем. Для противодействия исламизму кандидат от «Республиканцев» предлагает закрывать мечети, имамы которых проповедуют враждебность ценностям Франции, и сделать проявления исламского радикализма основанием для увольнения с работы. 6 января, находясь на юге Франции, Пекресс подтвердила, что собирается вести кампанию на откровенно правой платформе закона и порядка. Прибегая к жесткой риторике своего бывшего шефа Саркози, она заявила о решимости расчистить охваченные преступностью городские пригороды с использованием силовых инструментов, которые «хранились в подвале в течение последних 10 лет». Отметив, что ее не заботит политкорректность, Пекресс заявила: «Да, я могу сказать это: есть связь между преступным поведением и иммиграцией».
Решительный выход кандидата от традиционных правых на поляну крайне правых позволил ей обрести реальные шансы на преодоление барьера первого тура. Последние опросы показывают, что президент Макрон с рейтингом поддержки в 24-26% по-прежнему существенно опережает соперников. Пекресс и Ле Пен идут вровень, имея 16-17%, Земмур, похоже, переборщивший с эпатажем, несколько отстал. По прогнозам на второй тур в паре Макрон – Ле Пен действующий президент уверенно побеждает с 55-58%. В паре Макрон – Пекресс поллстеры также прочат победу Макрону, но с меньшим разрывом. Опубликованный 5 января опрос Harris Interactive дает результат 51% на 49%. Так что в оставшиеся три месяца Макрону есть о чем беспокоиться.
Александр Ивахник
Главный результат вчерашнего саммита Россия-НАТО – что Россия не хлопнула дверью. Саммит был формальным. У России «синдром 22 июня» - и она хочет напрямую говорить с США, чтобы попытаться снять свои озабоченности относительно ракет под Харьковом. У ряда стран НАТО «синдром Мюнхена» (что решат судьбу за спиной) – отсюда и два дополнительных формата. Один – Россия-НАТО (здесь и Польша, и балтийские страны), второй – ОБСЕ (здесь в том числе Украина).
Так что говорить будут – хотя с неясными последствиями. Но при худшем варианте вероятен «военно-технический», а не «военный» сценарий. Сейчас много вспоминают про «доктрину Брежнева», но даже при его жизни и в условиях признания Западом красных линий «ялтинского мира» эта доктрина сталкивалась с существенными ограничителями.
Вот фрагмент из стенограммы заседания Политбюро ЦК КПСС 10 декабря 1981 года, состоявшегося за три дня до введения военного положения в Польше:
Андропов: «…Мы не можем рисковать. Мы не намерены вводить войска в Польшу. Это правильная позиция, и нам нужно ее соблюдать до конца. Я не знаю, как будет обстоять дело с Польшей, но если даже Польша будет под властью «Солидарности», то это будет одно. А если на Советский Союз обрушатся капиталистические страны, а у них уже есть соответствующая договоренность с различного рода экономическими и политическими санкциями, то для нас это будет очень тяжело. Мы должны проявлять заботу о нашей стране, об укреплении Советского Союза. Это наша главная линия».
И далее: Устинов (считавшийся многими главным ястребом): «Нам не надо навязывать им каких-либо своих решений». Суслов: «Пусть сами польские товарищи определяют, какие действия им предпринимать. Если войска будут введены, то это будет означать катастрофу».
И это, кстати, при еще высоких ценах на нефть. Правда, в условиях, когда страна уже увязла в Афганистане. Но характерно, что афганская тема в дискуссии прямо не упоминалась (хотя ее, очевидно, тоже имели в виду), а главная проблема – именно в отношениях с Западом.
Алексей Макаркин
Так что говорить будут – хотя с неясными последствиями. Но при худшем варианте вероятен «военно-технический», а не «военный» сценарий. Сейчас много вспоминают про «доктрину Брежнева», но даже при его жизни и в условиях признания Западом красных линий «ялтинского мира» эта доктрина сталкивалась с существенными ограничителями.
Вот фрагмент из стенограммы заседания Политбюро ЦК КПСС 10 декабря 1981 года, состоявшегося за три дня до введения военного положения в Польше:
Андропов: «…Мы не можем рисковать. Мы не намерены вводить войска в Польшу. Это правильная позиция, и нам нужно ее соблюдать до конца. Я не знаю, как будет обстоять дело с Польшей, но если даже Польша будет под властью «Солидарности», то это будет одно. А если на Советский Союз обрушатся капиталистические страны, а у них уже есть соответствующая договоренность с различного рода экономическими и политическими санкциями, то для нас это будет очень тяжело. Мы должны проявлять заботу о нашей стране, об укреплении Советского Союза. Это наша главная линия».
И далее: Устинов (считавшийся многими главным ястребом): «Нам не надо навязывать им каких-либо своих решений». Суслов: «Пусть сами польские товарищи определяют, какие действия им предпринимать. Если войска будут введены, то это будет означать катастрофу».
И это, кстати, при еще высоких ценах на нефть. Правда, в условиях, когда страна уже увязла в Афганистане. Но характерно, что афганская тема в дискуссии прямо не упоминалась (хотя ее, очевидно, тоже имели в виду), а главная проблема – именно в отношениях с Западом.
Алексей Макаркин
Британия – все-таки не совсем европейская страна. Пока Европа в среду внимательно следила за переговорами НАТО с Россией, на острове за Ла-Маншем все были поглощены разборками вокруг вечеринки в саду резиденции премьер-министра, проведенной в мае 2020 года во время строгого общенационального локдауна. Впервые об этой вечеринке сообщил 7 января бывший главный советник премьера Доминик Каммингс. В понедельник телеканал ITV опубликовал слитое электронное приглашение от секретаря премьера на вечеринку 20 мая в саду Даунинг-стрит, 10. Приглашение было разослано примерно 40 сотрудникам аппарата главы правительства, причем в нем содержалась рекомендация «приносить спиртное с собой». Особую остроту этой новости придало то, что именно 20 мая правительство провело пресс-конференцию, чтобы напомнить британцам о запрете на групповые встречи внутри и вне помещений. Во вторник британские СМИ сообщили, что Борис Джонсон и его жена присутствовали на вечеринке. Два срочных опроса, проведенные в этот день, показали, что намного больше половины жителей страны считают необходимой отставку премьера. Еще один опрос продемонстрировал, что рейтинг оппозиционных лейбористов на 10 п.п. превышает рейтинг тори – впервые за десятилетие.
Борис Джонсон известен тем, что крайне не любит оправдываться за что-либо. В частности, он уклонялся от комментариев на предыдущие утверждения о проведении ряда нарушающих локдаун вечеринок в правительственных зданиях на Рождество 2020 года. В среду на заседании Палаты общин со стороны премьера впервые прозвучали извинения, но в очень своеобразной форме. Начал он вроде бы с раскаяния. «Я хочу извиниться, – сказал Джонсон. – Я знаю о гневе, который миллионы людей испытывают ко мне и к правительству, когда они считают, что на Даунинг-стрит люди, которые устанавливают правила, сами не выполняют их. Я знаю, что были вещи, которые мы просто не делали правильно. И я должен принять ответственность». Но затем Джонсон, по сути, перечеркнул сказанное ранее. Он отметил, что Даунинг-стрит, 10 – это большое учреждение с примыкающим к офису садом, который постоянно использовался в период пандемии, поскольку свежий воздух препятствует вирусу. «И когда я пошел в сад после 6 вечера 20 мая чтобы поблагодарить сотрудников за работу, а через 25 минут вернулся в офис, я считал, что это было рабочее мероприятие. Оглядываясь назад, я должен был вернуть всех в здание. Я должен был найти другой способ поблагодарить их», – поведал Джонсон.
Столь неправдоподобные объяснения, конечно, никого в Палате общин не убедили. Представители оппозиционных партий обвинили Джонсона в нарушении закона, во лжи и унижении собственной должности. По словам лидера лейбористов Кира Стармера, утверждение Джонсона о неосознании своего участия в вечеринке настолько смехотворно, что является оскорбительным для британского общества. «Вечеринка окончена, премьер-министр», – добавил Стармер и призвал Джонсона уйти в отставку.
Джонсон, имеющий огромное большинство в парламенте, может отмахнуться от обвинений оппозиции, но гораздо опаснее для него нарастающее недовольство его лидерством среди депутатов-тори. Руководитель шотландских консерваторов Дуглас Росс открыто заявил, что позиция Джонсона больше не является состоятельной и что он не может оставаться лидером партии. Росс сообщил, что он направил письмо в Комитет 1922 (орган рядовых депутатов-тори, занимающийся инициированием переизбрания лидера) с требованием проведения голосования по вотуму недоверия Джонсону. К этому демаршу присоединились еще несколько известных консерваторов. Для того, чтобы Комитет 1922 объявил об организации вотума, необходимы 54 письма с таким требованием. Судя по всему, до этого еще далеко. Но, как отметила политический редактор BBC Лора Кунсберг, в Палате общин сейчас ведется много разговоров о способе и времени ухода Джонсона, но не о том, может ли он выжить.
Александр Ивахник
Борис Джонсон известен тем, что крайне не любит оправдываться за что-либо. В частности, он уклонялся от комментариев на предыдущие утверждения о проведении ряда нарушающих локдаун вечеринок в правительственных зданиях на Рождество 2020 года. В среду на заседании Палаты общин со стороны премьера впервые прозвучали извинения, но в очень своеобразной форме. Начал он вроде бы с раскаяния. «Я хочу извиниться, – сказал Джонсон. – Я знаю о гневе, который миллионы людей испытывают ко мне и к правительству, когда они считают, что на Даунинг-стрит люди, которые устанавливают правила, сами не выполняют их. Я знаю, что были вещи, которые мы просто не делали правильно. И я должен принять ответственность». Но затем Джонсон, по сути, перечеркнул сказанное ранее. Он отметил, что Даунинг-стрит, 10 – это большое учреждение с примыкающим к офису садом, который постоянно использовался в период пандемии, поскольку свежий воздух препятствует вирусу. «И когда я пошел в сад после 6 вечера 20 мая чтобы поблагодарить сотрудников за работу, а через 25 минут вернулся в офис, я считал, что это было рабочее мероприятие. Оглядываясь назад, я должен был вернуть всех в здание. Я должен был найти другой способ поблагодарить их», – поведал Джонсон.
Столь неправдоподобные объяснения, конечно, никого в Палате общин не убедили. Представители оппозиционных партий обвинили Джонсона в нарушении закона, во лжи и унижении собственной должности. По словам лидера лейбористов Кира Стармера, утверждение Джонсона о неосознании своего участия в вечеринке настолько смехотворно, что является оскорбительным для британского общества. «Вечеринка окончена, премьер-министр», – добавил Стармер и призвал Джонсона уйти в отставку.
Джонсон, имеющий огромное большинство в парламенте, может отмахнуться от обвинений оппозиции, но гораздо опаснее для него нарастающее недовольство его лидерством среди депутатов-тори. Руководитель шотландских консерваторов Дуглас Росс открыто заявил, что позиция Джонсона больше не является состоятельной и что он не может оставаться лидером партии. Росс сообщил, что он направил письмо в Комитет 1922 (орган рядовых депутатов-тори, занимающийся инициированием переизбрания лидера) с требованием проведения голосования по вотуму недоверия Джонсону. К этому демаршу присоединились еще несколько известных консерваторов. Для того, чтобы Комитет 1922 объявил об организации вотума, необходимы 54 письма с таким требованием. Судя по всему, до этого еще далеко. Но, как отметила политический редактор BBC Лора Кунсберг, в Палате общин сейчас ведется много разговоров о способе и времени ухода Джонсона, но не о том, может ли он выжить.
Александр Ивахник
Пока в России чиновники напускают туман по поводу законопроектов о QR-кодах, в Европе, где QR-коды в той или иной форме уже существуют, идут дебаты относительно гораздо более решительной и болезненной меры – введения обязательной вакцинации. В Австрии в конце прошлого года было принято решение о начале всеобщей вакцинации с 1 февраля (теперь оно перенесено на апрель). В Греции и Италии решили в обязательном порядке вакцинировать граждан старше соответственно 60 и 50 лет. Для уклоняющихся предусмотрены серьезные штрафы.
Сейчас обязательная вакцинация для всех взрослых обсуждается в Германии. Олаф Шольц еще в конце ноября, за неделю до занятия поста канцлера, заявил о намерении запустить эту меру в феврале, чтобы подстегнуть завершение вакцинации, по уровню которой Германия отстает от ряда европейских стран (по две прививки получили 72% немцев, 43% сделали и бустерную прививку). 12 января, выступая в Бундестаге с ответами на вопросы депутатов, Шольц продолжал настаивать на необходимости обязательной вакцинации. В этот день число новых случаев заражения коронавирусом в Германии из-за распространения омикрона впервые с начала пандемии превысило 80 тысяч. Кстати, свежие опросы показывают, что примерно две трети немцев одобряют введение обязательных прививок.
Однако законодательное оформление обязательной вакцинации оказалось сложнее, чем первоначально предполагали социал-демократы. Если «Зеленые» полностью согласны с ними, то третий партнер по правительственной коалиции – Свободная демократическая партия, акцентирующая ценность индивидуальной свободы – выступает против. Поэтому Шольц принял решение, что соответствующий законопроект будет вносить в Бундестаг не правительство, а фракция СДПГ, причем голосование по нему будет свободным для депутатов. И сроки обсуждения этого законопроекта и голосования сдвинулись на март. Затем законопроект поступит на обсуждение в верхнюю палату – Бундесрат. Таким образом, закон может вступить в силу в мае или позже. И это в том случае, если большинство в обеих палатах парламента поддержит обязательную вакцинацию, что отнюдь не гарантировано, особенно если распространение омикрона весной исчерпает себя.
Перешедшие в оппозицию после 16-летнего правления христианские демократы пытаются использовать эту неопределенную ситуацию, чтобы нанести первый политический удар по Олафу Шольцу. В принципе они поддерживают обязательную вакцинацию, но упрекают Шольца в уходе от ответственности. ХДС настаивает, что если канцлер Шольц и его правительство считают обязательную вакцинацию важнейшей мерой для выхода из коронавирусного кризиса, то они должны внести свои законодательные предложения по ее реализации «этически и конституционно правильным способом». Так или иначе, Шольц, похоже, совершил политическую ошибку. Эта история лишний раз доказывает, что в связи с таким трудно предсказуемым и мало изученным даже эпидемиологами явлением, как коронавирус и его эволюция, политикам лучше воздержаться от недостаточно выверенных законодательных инициатив.
Александр Ивахник
Сейчас обязательная вакцинация для всех взрослых обсуждается в Германии. Олаф Шольц еще в конце ноября, за неделю до занятия поста канцлера, заявил о намерении запустить эту меру в феврале, чтобы подстегнуть завершение вакцинации, по уровню которой Германия отстает от ряда европейских стран (по две прививки получили 72% немцев, 43% сделали и бустерную прививку). 12 января, выступая в Бундестаге с ответами на вопросы депутатов, Шольц продолжал настаивать на необходимости обязательной вакцинации. В этот день число новых случаев заражения коронавирусом в Германии из-за распространения омикрона впервые с начала пандемии превысило 80 тысяч. Кстати, свежие опросы показывают, что примерно две трети немцев одобряют введение обязательных прививок.
Однако законодательное оформление обязательной вакцинации оказалось сложнее, чем первоначально предполагали социал-демократы. Если «Зеленые» полностью согласны с ними, то третий партнер по правительственной коалиции – Свободная демократическая партия, акцентирующая ценность индивидуальной свободы – выступает против. Поэтому Шольц принял решение, что соответствующий законопроект будет вносить в Бундестаг не правительство, а фракция СДПГ, причем голосование по нему будет свободным для депутатов. И сроки обсуждения этого законопроекта и голосования сдвинулись на март. Затем законопроект поступит на обсуждение в верхнюю палату – Бундесрат. Таким образом, закон может вступить в силу в мае или позже. И это в том случае, если большинство в обеих палатах парламента поддержит обязательную вакцинацию, что отнюдь не гарантировано, особенно если распространение омикрона весной исчерпает себя.
Перешедшие в оппозицию после 16-летнего правления христианские демократы пытаются использовать эту неопределенную ситуацию, чтобы нанести первый политический удар по Олафу Шольцу. В принципе они поддерживают обязательную вакцинацию, но упрекают Шольца в уходе от ответственности. ХДС настаивает, что если канцлер Шольц и его правительство считают обязательную вакцинацию важнейшей мерой для выхода из коронавирусного кризиса, то они должны внести свои законодательные предложения по ее реализации «этически и конституционно правильным способом». Так или иначе, Шольц, похоже, совершил политическую ошибку. Эта история лишний раз доказывает, что в связи с таким трудно предсказуемым и мало изученным даже эпидемиологами явлением, как коронавирус и его эволюция, политикам лучше воздержаться от недостаточно выверенных законодательных инициатив.
Александр Ивахник
Про ковидные отставки и казус Джоковича
Пандемия вызвала серию отставок представителей элит (политических, экономических, научных), которых обвиняют в неэтичном поведении.
Председатель правления Credit Suisse Антонио Орта-Осорио только что ушел в отставку после двух нарушений ковид-ограничений в 2021 году. По сведениям ВВС, отставке банкира предшествовало внутреннее расследование, которое подтвердило, что он в 2021 году нарушил ковид-ограничения. В июле он посетил финал Уимблдонского турнира, не отсидев карантин, как того требовали установленные британским правительством правила, а в ноябре нарушил десятидневный карантин в Швейцарии.
Министр здравоохранения Чехии Роман Примула (сторонник жестких антиковидных мер) проработал на своем посту лишь два месяца и был уволен после того, как СМИ опубликовали фотографии, где он без маски выходит из ресторана, которые к тому же в то время были официально закрыты.
Скандал, вызванный поцелуем министра здравоохранения Великобритании Мэтта Хэнкока и его помощницы Джины Коладанджело, закончился их уходом со своих постов. Когда фотографии их поцелуя опубликовало издание The Sun, некоторые высокопоставленные британские чиновники и депутаты потребовали увольнения Хэнкока за нарушение социальной дистанции. Депутаты-консерваторы Дункан Бейкер и Кристофер Чоп заявили, что чиновник должен уйти - их засыпали яростными жалобами избиратели.
Британский эпидемиолог Нил Фергюсон ушел из правительственной научно-консультативной группы после того, как выяснилось, что он нарушил правила изоляции, пригласив к себе домой женщину, с которой состоял в отношениях.
Действия правительства Австралии в отношении Новака Джоковича также можно рассматривать в этом же контексте. Вначале его медицинский отвод от вакцинации вызвал сомнения у властей, а дальше дело стало раскручиваться. В своих показаниях он заявил о двух перенесенных заболеваниях: в июне 2020 и декабре 2021 года, причем в декабре он сдал положительный тест 16 декабря. Однако уже 17 декабря Джокович участвовал в публичном мероприятии, что противоречит всем правилам. А дальше выяснилось, что в его документах, необходимых для въезда в страну, содержалась ложная информация – что он не посещал другие страны в последние 14 дней (а в этот период теннисист летал из Сербии в Испанию).
Медиахолдинг NewsCorp провел среди жителей Австралии опрос о депортации Джоковича. Это не репрезентативное исследование, поэтому полностью научным назвать его нельзя. Число участников опроса составило 60 тысяч человек, 83% хотели, чтобы Джокович покинул страну. Такие опросы могут в некоторых случаях замерить общественную эмоцию, что и произошло в данном случае.
Мораль проста. Люди недовольны пандемийными ограничениями, но готовы терпеть при условии строгого соблюдения принципа равенства – что и богатые, и бедные, и лидеры, и аутсайдеры соблюдают одни и те же требования. Более того, с лидеров спрос может быть более серьезным из-за их общественного статуса (если они нарушают правила, то обманывают доверие общества). Таким образом недовольство хотя бы частично микшируется, система сохраняет стабильность. Кто следующий? Может быть, Борис Джонсон, по популярности которого нанесен сильный удар из-за обвинений в участии в вечеринке, проводившейся в то время, когда британцы сидели по домам.
Алексей Макаркин
Пандемия вызвала серию отставок представителей элит (политических, экономических, научных), которых обвиняют в неэтичном поведении.
Председатель правления Credit Suisse Антонио Орта-Осорио только что ушел в отставку после двух нарушений ковид-ограничений в 2021 году. По сведениям ВВС, отставке банкира предшествовало внутреннее расследование, которое подтвердило, что он в 2021 году нарушил ковид-ограничения. В июле он посетил финал Уимблдонского турнира, не отсидев карантин, как того требовали установленные британским правительством правила, а в ноябре нарушил десятидневный карантин в Швейцарии.
Министр здравоохранения Чехии Роман Примула (сторонник жестких антиковидных мер) проработал на своем посту лишь два месяца и был уволен после того, как СМИ опубликовали фотографии, где он без маски выходит из ресторана, которые к тому же в то время были официально закрыты.
Скандал, вызванный поцелуем министра здравоохранения Великобритании Мэтта Хэнкока и его помощницы Джины Коладанджело, закончился их уходом со своих постов. Когда фотографии их поцелуя опубликовало издание The Sun, некоторые высокопоставленные британские чиновники и депутаты потребовали увольнения Хэнкока за нарушение социальной дистанции. Депутаты-консерваторы Дункан Бейкер и Кристофер Чоп заявили, что чиновник должен уйти - их засыпали яростными жалобами избиратели.
Британский эпидемиолог Нил Фергюсон ушел из правительственной научно-консультативной группы после того, как выяснилось, что он нарушил правила изоляции, пригласив к себе домой женщину, с которой состоял в отношениях.
Действия правительства Австралии в отношении Новака Джоковича также можно рассматривать в этом же контексте. Вначале его медицинский отвод от вакцинации вызвал сомнения у властей, а дальше дело стало раскручиваться. В своих показаниях он заявил о двух перенесенных заболеваниях: в июне 2020 и декабре 2021 года, причем в декабре он сдал положительный тест 16 декабря. Однако уже 17 декабря Джокович участвовал в публичном мероприятии, что противоречит всем правилам. А дальше выяснилось, что в его документах, необходимых для въезда в страну, содержалась ложная информация – что он не посещал другие страны в последние 14 дней (а в этот период теннисист летал из Сербии в Испанию).
Медиахолдинг NewsCorp провел среди жителей Австралии опрос о депортации Джоковича. Это не репрезентативное исследование, поэтому полностью научным назвать его нельзя. Число участников опроса составило 60 тысяч человек, 83% хотели, чтобы Джокович покинул страну. Такие опросы могут в некоторых случаях замерить общественную эмоцию, что и произошло в данном случае.
Мораль проста. Люди недовольны пандемийными ограничениями, но готовы терпеть при условии строгого соблюдения принципа равенства – что и богатые, и бедные, и лидеры, и аутсайдеры соблюдают одни и те же требования. Более того, с лидеров спрос может быть более серьезным из-за их общественного статуса (если они нарушают правила, то обманывают доверие общества). Таким образом недовольство хотя бы частично микшируется, система сохраняет стабильность. Кто следующий? Может быть, Борис Джонсон, по популярности которого нанесен сильный удар из-за обвинений в участии в вечеринке, проводившейся в то время, когда британцы сидели по домам.
Алексей Макаркин
«Мы подписали совместную декларацию президентов Украины и Азербайджана. Она закрепляет готовность оказывать взаимную поддержку суверенитету и территориальной целостности наших государств в международно признанных границах». Этим заявлением украинский президент Владимир Зеленский резюмировал итоги своей встречи с азербайджанским коллегой Ильхамом Алиевым 14 января. Лидер Азербайджана посетил Киев с рабочим визитом.
На фоне непростых переговоров между представителями России и Запада (США, НАТО и ОБСЕ) любое заявление на тему Крыма, Украины рассматривается преимущественно в двухцветной картинке. По факту президент Азербайджана признал не российский, а украинский суверенитет над полуостровом. Но означает ли это, что в скором времени нам надо ожидать ухудшения отношений между Москвой и Баку? И появления новой линии разлома на постсоветском пространстве, что почти неминуемо приведет к эскалации армяно-азербайджанского противостояния?
Когда градус эмоций при обсуждении международных процессов повышен до «кипящих» значений, трудно обсуждать сложные вопросы «без гнева и пристрастия». Однако для адекватного понимания различных ситуаций иного пути нет. Во-первых, официальный Баку на протяжении тридцати лет последовательно выступает за территориальную целостность и на пространстве СССР, и за ее пределами. Так было и в случае Грузии, и Молдовы, и при рассмотрении «уникального» кейса Косова. Казалось бы, нарастающее взаимодействие Баку и Анкары должно сделать Азербайджан восприимчивым к интересам Турции по признанию Турецкой республики Северного Кипра. Но изменений в подходах Баку за год с небольшим после второй карабахской кампании не произошло. Таким образом, линия Алиева в Киеве – не экспромт и не сюрприз.
Во-вторых, многовекторность сегодня не ругает только ленивый. Но для малых и средних стран таковая- не роскошь, а средство выживания, а также нежелания стать ареной конфронтации крупных игроков. Грузия и Украина в свое время не сумели уйти от соблазна встать четко на одну сторону. И результат известен. Попадание в топы информационных агентств стало символом не процветания этих стран, а растущей турбулентности и неопределенности. Азербайджан многие годы проводил "политику качелей". Его экономические и политические ресурсы позволяют это делать. И вряд ли он откажется без особых резонов от такой линии. И в период после «крымской весны» Баку последовательно поддерживал «территориальную целостность» Украины, но в то же время был по одну сторону с Москвой, когда речь шла о лишении ее права голоса в ПАСЕ. Тоже своего рода последовательность по сдерживанию либерального интервенционизма! Модель, знакомая Москве и по отношениям с Турцией. При большом количестве несогласий договариваться о неких правилах игры и сохранять прагматическое взаимодействие.
Какие предварительные выводы можно сделать? Стремительное «схлопывание» многообразия международных отношений не означает, что таковое исчезнет вовсе. Даже в период «холодной войны» при четко сформированных полюсах биполярного противостояния то здесь, то там возникали феномены Югославии, Албании, Китая, Румынии, Индии. Тех, кто пытался маневрировать и сохранять стратегическую автономию.
Сергей Маркедонов
На фоне непростых переговоров между представителями России и Запада (США, НАТО и ОБСЕ) любое заявление на тему Крыма, Украины рассматривается преимущественно в двухцветной картинке. По факту президент Азербайджана признал не российский, а украинский суверенитет над полуостровом. Но означает ли это, что в скором времени нам надо ожидать ухудшения отношений между Москвой и Баку? И появления новой линии разлома на постсоветском пространстве, что почти неминуемо приведет к эскалации армяно-азербайджанского противостояния?
Когда градус эмоций при обсуждении международных процессов повышен до «кипящих» значений, трудно обсуждать сложные вопросы «без гнева и пристрастия». Однако для адекватного понимания различных ситуаций иного пути нет. Во-первых, официальный Баку на протяжении тридцати лет последовательно выступает за территориальную целостность и на пространстве СССР, и за ее пределами. Так было и в случае Грузии, и Молдовы, и при рассмотрении «уникального» кейса Косова. Казалось бы, нарастающее взаимодействие Баку и Анкары должно сделать Азербайджан восприимчивым к интересам Турции по признанию Турецкой республики Северного Кипра. Но изменений в подходах Баку за год с небольшим после второй карабахской кампании не произошло. Таким образом, линия Алиева в Киеве – не экспромт и не сюрприз.
Во-вторых, многовекторность сегодня не ругает только ленивый. Но для малых и средних стран таковая- не роскошь, а средство выживания, а также нежелания стать ареной конфронтации крупных игроков. Грузия и Украина в свое время не сумели уйти от соблазна встать четко на одну сторону. И результат известен. Попадание в топы информационных агентств стало символом не процветания этих стран, а растущей турбулентности и неопределенности. Азербайджан многие годы проводил "политику качелей". Его экономические и политические ресурсы позволяют это делать. И вряд ли он откажется без особых резонов от такой линии. И в период после «крымской весны» Баку последовательно поддерживал «территориальную целостность» Украины, но в то же время был по одну сторону с Москвой, когда речь шла о лишении ее права голоса в ПАСЕ. Тоже своего рода последовательность по сдерживанию либерального интервенционизма! Модель, знакомая Москве и по отношениям с Турцией. При большом количестве несогласий договариваться о неких правилах игры и сохранять прагматическое взаимодействие.
Какие предварительные выводы можно сделать? Стремительное «схлопывание» многообразия международных отношений не означает, что таковое исчезнет вовсе. Даже в период «холодной войны» при четко сформированных полюсах биполярного противостояния то здесь, то там возникали феномены Югославии, Албании, Китая, Румынии, Индии. Тех, кто пытался маневрировать и сохранять стратегическую автономию.
Сергей Маркедонов
Первая встреча специальных представителей Армении и Турции по нормализации двусторонних отношений, анонсированная в канун новогодних торжеств, состоялась. Если следовать официальным комментариям, то диалог прошел в конструктивной атмосфере. Но если отойти от протокольных заявлений с неизбежной для такого жанра дипломатической корректностью, то как оценивать итоги переговоров между Рубеном Рубиняном и Сердаром Кылычем?
Для начала обратим внимание на обстоятельства времени и места. Армянский и турецкий представители специально встречаются именно для обсуждения нормализации двусторонних отношений впервые после того, как в апреле 2010 года этот процесс был поставлен на паузу. Без малого двенадцать лет назад стало ясно, что ратификации Цюрихских протоколов, подписанных представителями Анкары и Еревана, не случится. Сегодня нормализация возобновляется в условиях нового статус-кво на Кавказе. Значение Турции намного возросло.
Однако встреча Рубиняна и Кылыча произошла не где-нибудь, а в Москве. В столице страны, играющей эксклюзивную роль в процессе армяно-азербайджанского урегулирования. Оторвать его от армяно-турецкой повестки не получится. Для этого есть десятки причин. И дело не только в геополитике, но и в турецкой внутриполитической повестке. Немало выходцев из Азербайджана проживают в Турции и являются избирателями. Сегодня, когда социально-экономическое положение в республике далеко от лучших стандартов, а кресло под президентом Эрдоганом закачалось, многие обозреватели говорят о возможных досрочных выборах.
Впрочем, отношения с Турцией являются и важнейшим вопросом армянской внутриполитической повестки. В особенности тогда, когда часть оппозиции прямо обвиняет правительство в необоснованных уступках и едва ли не сознательной сдаче позиций Анкаре и Баку. В некоторых оппозиционных изданиях Рубиняна даже называли «турецким агентом». Такие обвинения спровоцировали весьма эмоциональную реакцию спецпредставителя Армении в Национальном собрании страны.
Таким образом, по первому раунду переговоров сложно делать далеко идущие выводы. Старт диалогу дан, но ждать прорывов преждевременно. Но особая роль Москвы в этом процессе уже видна. И она может помочь, как в процессе армяно-азербайджанского урегулирования, так и в непростом взаимодействии между Россией и Турцией.
Сергей Маркедонов
Для начала обратим внимание на обстоятельства времени и места. Армянский и турецкий представители специально встречаются именно для обсуждения нормализации двусторонних отношений впервые после того, как в апреле 2010 года этот процесс был поставлен на паузу. Без малого двенадцать лет назад стало ясно, что ратификации Цюрихских протоколов, подписанных представителями Анкары и Еревана, не случится. Сегодня нормализация возобновляется в условиях нового статус-кво на Кавказе. Значение Турции намного возросло.
Однако встреча Рубиняна и Кылыча произошла не где-нибудь, а в Москве. В столице страны, играющей эксклюзивную роль в процессе армяно-азербайджанского урегулирования. Оторвать его от армяно-турецкой повестки не получится. Для этого есть десятки причин. И дело не только в геополитике, но и в турецкой внутриполитической повестке. Немало выходцев из Азербайджана проживают в Турции и являются избирателями. Сегодня, когда социально-экономическое положение в республике далеко от лучших стандартов, а кресло под президентом Эрдоганом закачалось, многие обозреватели говорят о возможных досрочных выборах.
Впрочем, отношения с Турцией являются и важнейшим вопросом армянской внутриполитической повестки. В особенности тогда, когда часть оппозиции прямо обвиняет правительство в необоснованных уступках и едва ли не сознательной сдаче позиций Анкаре и Баку. В некоторых оппозиционных изданиях Рубиняна даже называли «турецким агентом». Такие обвинения спровоцировали весьма эмоциональную реакцию спецпредставителя Армении в Национальном собрании страны.
Таким образом, по первому раунду переговоров сложно делать далеко идущие выводы. Старт диалогу дан, но ждать прорывов преждевременно. Но особая роль Москвы в этом процессе уже видна. И она может помочь, как в процессе армяно-азербайджанского урегулирования, так и в непростом взаимодействии между Россией и Турцией.
Сергей Маркедонов
Особенности работы Думы (по итогам открытия весенней сессии).
1. Внешнеполитический консенсус с нюансами. Вячеслав Володин говорит о том, что НАТО собирается оккупировать Украину и полностью поддерживает внешнеполитический блок – это заявка на активную поддержку Думой международного курса российской власти. Дума позиционирует себя не только как законотворческий, но и как политический институт. Нюансы предсказуемы – Владимир Жириновский предлагает распустить НАТО, вернуться к границам СССР и оставить в мире одну сверхдержаву (понятно какую). Геннадий Зюганов подробно говорит о Казахстане (русофобия, национализм, природные ресурсы отдали Западу). В то же время Алексей Нечаев доволен сохранением мира в Европе (неявная полемика с Жириновским – обе партии конкурируют за симпатии городского электората из негосударственного сектора экономики), но не противоречит внешнеполитическому консенсусу.
2. По внутренним вопросам каждая фракция действует в своей логике. Привычная конкуренция на социальном поле между КПРФ и «Справедливой Россией». Привычный популизм ЛДПР. Стремление «Новых людей» придерживаться социального либерализма, отмежевавшись от «либералов первого призыва» и выдвигая лозунги снижения налогов, борьбы с бедностью и осторожной политической либерализации (пересмотреть закон об иноагентах, отстать от блогеров и комиков). «Единая Россия» на этом фоне может действовать в рамках реалистичного законотворчества (это оборотная сторона роли «партии власти») и стремится выделить популярные законопроекты – от социальных до антипедофильского.
3. Дума как институт. Приоритетность президентских инициатив - из 51 пункта плана законодательного обеспечения реализации послания президента 2021 года на сегодня выполнен 41 (из оставшихся – в первом чтении принято шесть законопроектов, четыре в стадии разработки). Высока степень консолидации в законотворческой деятельности – когда речь идет о законопроектах, не затрагивающих настроения оппозиционных электоратов. По словам Володина, из принятых в осеннюю сессию 146 законов 60% были поддержаны всеми фракциями. Так что на самом деле фракции ближе друг к другу, чем это может показаться, если слушать презентационные выступления лидеров.
Алексей Макаркин
1. Внешнеполитический консенсус с нюансами. Вячеслав Володин говорит о том, что НАТО собирается оккупировать Украину и полностью поддерживает внешнеполитический блок – это заявка на активную поддержку Думой международного курса российской власти. Дума позиционирует себя не только как законотворческий, но и как политический институт. Нюансы предсказуемы – Владимир Жириновский предлагает распустить НАТО, вернуться к границам СССР и оставить в мире одну сверхдержаву (понятно какую). Геннадий Зюганов подробно говорит о Казахстане (русофобия, национализм, природные ресурсы отдали Западу). В то же время Алексей Нечаев доволен сохранением мира в Европе (неявная полемика с Жириновским – обе партии конкурируют за симпатии городского электората из негосударственного сектора экономики), но не противоречит внешнеполитическому консенсусу.
2. По внутренним вопросам каждая фракция действует в своей логике. Привычная конкуренция на социальном поле между КПРФ и «Справедливой Россией». Привычный популизм ЛДПР. Стремление «Новых людей» придерживаться социального либерализма, отмежевавшись от «либералов первого призыва» и выдвигая лозунги снижения налогов, борьбы с бедностью и осторожной политической либерализации (пересмотреть закон об иноагентах, отстать от блогеров и комиков). «Единая Россия» на этом фоне может действовать в рамках реалистичного законотворчества (это оборотная сторона роли «партии власти») и стремится выделить популярные законопроекты – от социальных до антипедофильского.
3. Дума как институт. Приоритетность президентских инициатив - из 51 пункта плана законодательного обеспечения реализации послания президента 2021 года на сегодня выполнен 41 (из оставшихся – в первом чтении принято шесть законопроектов, четыре в стадии разработки). Высока степень консолидации в законотворческой деятельности – когда речь идет о законопроектах, не затрагивающих настроения оппозиционных электоратов. По словам Володина, из принятых в осеннюю сессию 146 законов 60% были поддержаны всеми фракциями. Так что на самом деле фракции ближе друг к другу, чем это может показаться, если слушать презентационные выступления лидеров.
Алексей Макаркин
На выходных израильские СМИ наполнились сообщениями о том, что Биньямин Нетаньяху близок к заключению сделки с прокуратурой о признании вины, которая положит конец громкому судебному процессу в отношении коррупционных преступлений бывшего премьера. Если такая сделка действительно будет заключена, она может повлиять не только на личную судьбу самого скандального израильского политика, но и на перспективы сохранения у власти нынешнего правительства страны.
Суд над тогда еще действовавшим премьером начался в мае прошлого года. Его обвиняют во взяточничестве, мошенничестве и злоупотреблении доверием. Речь, в частности, идет о получении дорогих подарков стоимостью в сотни тысяч долларов и о благоприятном освещении его деятельности в СМИ в обмен на услуги по поддержке бизнеса. При этом сам лидер партии «Ликуд» отрицал все обвинения и развернул активную кампанию по дискредитации правоохранителей, упрекая их в развертывании политической охоты на ведьм. В июне 72-летний Нетаньяху, который находился во главе правительства 12 лет подряд, был оттеснен от власти в результате формирования разношерстной восьмипартийной коалиции, объединенной неприятием личных качеств и политического стиля бывшего премьера. Новое правительство, в которое вошли правые, центристы и левые (и даже одна арабская партия) возглавил лидер правой партий «Ямина» Нафтали Беннет.
Ожидалось, что суд над Нетаньяху продлится несколько лет. Однако теперь выяснилось, что близки к завершению переговоры между ним и генпрокурором Израиля Авичаем Манделблитом о частичном признании вины. По сообщениям источников, сделка предусматривает отказ прокуроров от обвинений во взяточничестве и мошенничестве, в результате чего Нетаньяху получит условный срок тюремного заключения и реальное наказание в виде общественных работ. Вместе с тем прокуратура настаивает на включении в обвинительный приговор пункта о «моральной распущенности», который, согласно израильскому законодательству, предусматривает отстранение от участия в политике на семь лет. Если Нетаньяху согласится на такой вариант, то это может серьезно изменить весь политический расклад.
Длительный, если не окончательный, уход Нетаньяху с политической сцены предполагает появление нового человека на посту лидера «Ликуда» – главной правой партии Израиля. Несколько депутатов кнессета от «Ликуда» уже обозначили свое желание побороться за этот пост. Но таким образом исчезнет главное препятствие на пути сотрудничества с «Ликудом» других правых партий, входящих сейчас в правительство Беннета. В однородно правом правительстве им было бы гораздо комфортнее. В этой связи в политических кругах Израиля ширятся спекуляции относительно вероятной перегруппировки партийных сил уже в этом году. У правительства Беннета минимальное большинство в парламенте – 61 место из 120. Достаточно одной партии выйти из него, и вся непрочная политическая конструкция может обрушиться. Пока лидеры коалиционных партий заявляют, что сделка Нетаньяху с правосудием ничего не изменит. Но очевидно, что ощущение неопределенности будет нарастать.
Александр Ивахник
Суд над тогда еще действовавшим премьером начался в мае прошлого года. Его обвиняют во взяточничестве, мошенничестве и злоупотреблении доверием. Речь, в частности, идет о получении дорогих подарков стоимостью в сотни тысяч долларов и о благоприятном освещении его деятельности в СМИ в обмен на услуги по поддержке бизнеса. При этом сам лидер партии «Ликуд» отрицал все обвинения и развернул активную кампанию по дискредитации правоохранителей, упрекая их в развертывании политической охоты на ведьм. В июне 72-летний Нетаньяху, который находился во главе правительства 12 лет подряд, был оттеснен от власти в результате формирования разношерстной восьмипартийной коалиции, объединенной неприятием личных качеств и политического стиля бывшего премьера. Новое правительство, в которое вошли правые, центристы и левые (и даже одна арабская партия) возглавил лидер правой партий «Ямина» Нафтали Беннет.
Ожидалось, что суд над Нетаньяху продлится несколько лет. Однако теперь выяснилось, что близки к завершению переговоры между ним и генпрокурором Израиля Авичаем Манделблитом о частичном признании вины. По сообщениям источников, сделка предусматривает отказ прокуроров от обвинений во взяточничестве и мошенничестве, в результате чего Нетаньяху получит условный срок тюремного заключения и реальное наказание в виде общественных работ. Вместе с тем прокуратура настаивает на включении в обвинительный приговор пункта о «моральной распущенности», который, согласно израильскому законодательству, предусматривает отстранение от участия в политике на семь лет. Если Нетаньяху согласится на такой вариант, то это может серьезно изменить весь политический расклад.
Длительный, если не окончательный, уход Нетаньяху с политической сцены предполагает появление нового человека на посту лидера «Ликуда» – главной правой партии Израиля. Несколько депутатов кнессета от «Ликуда» уже обозначили свое желание побороться за этот пост. Но таким образом исчезнет главное препятствие на пути сотрудничества с «Ликудом» других правых партий, входящих сейчас в правительство Беннета. В однородно правом правительстве им было бы гораздо комфортнее. В этой связи в политических кругах Израиля ширятся спекуляции относительно вероятной перегруппировки партийных сил уже в этом году. У правительства Беннета минимальное большинство в парламенте – 61 место из 120. Достаточно одной партии выйти из него, и вся непрочная политическая конструкция может обрушиться. Пока лидеры коалиционных партий заявляют, что сделка Нетаньяху с правосудием ничего не изменит. Но очевидно, что ощущение неопределенности будет нарастать.
Александр Ивахник
История с учительницей из Кургана, которую обвинили в антирелигиозной пропаганде, показывает механизм возникновения подобного рода историй.
Вначале появляется пост в интернете от имени ученика, в котором говорилось, что учительница сказала детям, что Бога нет, а молитвы — это ерунда: «Было крайне неприятно, на душе непонятное тягостное чувство».
Затем в региональное министерство образования приходит жалоба от одного из родителей. В городской администрации тут же обещают провести беседу о недопустимости оскорбления чувств верующих. В местной епархии посоветовали учительнице не нарушать закон об образовании, который запрещает пропаганду в учебных заведениях.
Дальше журналисты начинают выяснять подробности. Одна из учениц рассказывает, что пост написал родитель ученика (видимо, тот же самый, что и подал жалобу), который на уроке не присутствовал и не слышал ни самих слов, ни контекста, в котором они были произнесены (если были). Другая ученица рассказала, что «лично наш класс на уроке извинялся за этого неразумного человека» (дети бывают разумнее некоторых взрослых).
Итак, вырисовывается следующая картина. Есть жалобщик, который пишет – типаж, весьма распространенный в отечественной истории ХХ века. Подобный жалобщик в прошлые годы, кстати, мог писать и против «протаскивания» религии в советскую школу – если учитель вдруг положительно отзывался, например, о Сергии Радонежском в связи с Куликовской битвой. В брежневское время жалобщик часто отстаивал мораль и нравственность, причем к числу признаков аморальности вполне могли относиться и «религиозные пережитки», противоречившие советской морали. Теперь же он вполне может защищать традиционные ценности с позиций защитника веры.
Индикатором нравственного здоровья общества является реакция на подобного рода обращения. Чиновники часто перестраховываются – как бы чего не вышло (тем более, что есть закон об оскорблении чувств). Позиция епархии нередко зависит от адекватности конкретного спикера (недавно представитель Нижегородской епархии вполне разумно отказался осуждать девушку, танцевавшую на фоне отдаленных строений, в одном из которых можно опознать часовню — полиция по поводу танца начала проверку). В общем, в очередной раз видно, что такие зафиксированные в законах понятия как «оскорбление чувств» и «пропаганда» настолько размыты, что легко могут быть использованы обеспокоенными жалобщиками.
Алексей Макаркин
Вначале появляется пост в интернете от имени ученика, в котором говорилось, что учительница сказала детям, что Бога нет, а молитвы — это ерунда: «Было крайне неприятно, на душе непонятное тягостное чувство».
Затем в региональное министерство образования приходит жалоба от одного из родителей. В городской администрации тут же обещают провести беседу о недопустимости оскорбления чувств верующих. В местной епархии посоветовали учительнице не нарушать закон об образовании, который запрещает пропаганду в учебных заведениях.
Дальше журналисты начинают выяснять подробности. Одна из учениц рассказывает, что пост написал родитель ученика (видимо, тот же самый, что и подал жалобу), который на уроке не присутствовал и не слышал ни самих слов, ни контекста, в котором они были произнесены (если были). Другая ученица рассказала, что «лично наш класс на уроке извинялся за этого неразумного человека» (дети бывают разумнее некоторых взрослых).
Итак, вырисовывается следующая картина. Есть жалобщик, который пишет – типаж, весьма распространенный в отечественной истории ХХ века. Подобный жалобщик в прошлые годы, кстати, мог писать и против «протаскивания» религии в советскую школу – если учитель вдруг положительно отзывался, например, о Сергии Радонежском в связи с Куликовской битвой. В брежневское время жалобщик часто отстаивал мораль и нравственность, причем к числу признаков аморальности вполне могли относиться и «религиозные пережитки», противоречившие советской морали. Теперь же он вполне может защищать традиционные ценности с позиций защитника веры.
Индикатором нравственного здоровья общества является реакция на подобного рода обращения. Чиновники часто перестраховываются – как бы чего не вышло (тем более, что есть закон об оскорблении чувств). Позиция епархии нередко зависит от адекватности конкретного спикера (недавно представитель Нижегородской епархии вполне разумно отказался осуждать девушку, танцевавшую на фоне отдаленных строений, в одном из которых можно опознать часовню — полиция по поводу танца начала проверку). В общем, в очередной раз видно, что такие зафиксированные в законах понятия как «оскорбление чувств» и «пропаганда» настолько размыты, что легко могут быть использованы обеспокоенными жалобщиками.
Алексей Макаркин
Во вторник Европарламент на ближайшие два с половиной года получил нового председателя. Им стала представительница Мальты Роберта Метсола, принадлежащая к крупнейшей фракции ЕП – Европейской народной партии (ЕНП), объединяющей христианско-демократические и умеренно-консервативные партии континента. Соперничали с Метсолой выдвиженка Зеленых, шведка Алис Ба Кунке и кандидат от Левых, испанка Сира Рего. Но реальной борьбы не было: Метсола победила уже в первом раунде тайного голосования, получив 458 голосов из 616.
Избрание Метсолы в определенном смысле символизирует обновление одного из трех руководящих органов ЕС. Впервые за 20 последних лет главой Европарламента стала женщина. 43-летняя Метсола – самый молодой спикер в истории ЕП. Любопытно, что она была избрана в день своего рождения. Кроме того, получение поста руководителя ЕП политиком из полумиллионной Мальты – самой маленькой страны ЕС – еще несколько лет назад казалось невозможным, направлять работу ЕП доверялось представителям крупных стран – Франции, Германии, Италии.
Метсола получила диплом в области права в Университете Мальты, затем училась в Колледже Европы в Брюгге, где готовят работников евроинститутов. Еще будучи студенткой, она участвовала в кампании за вступление Мальты в ЕС, которое произошло в 2004 году. В 2013 году Метсола была избрана в Европарламент от мальтийской правоцентристской Националистической партии. Весьма необычна семейная ситуация Роберты Метсолы: она замужем за финским евродепутатом, у них четверо сыновей. В Европарламенте представительница Мальты делала удачную карьеру. В последнее время она являлась первым заместителем главы ЕП. После внезапной смерти 11 января прежнего спикера, итальянца Давида Сассоли она исполняла обязанности председателя.
Надо отметить, что выборы нового главы ЕП не были связаны со смертью Сассоли. Он представлял левоцентристскую фракцию социалистов и демократов и должен был покинуть свой пост в конце января: такова была договоренность его фракции и консервативной ЕНП после евровыборов 2019 года о разделе между ними пятилетнего срока полномочий спикера. ЕНП назвала Метсолу своим кандидатом на замену Сассоли еще в ноябре прошлого года. Она пользовалась уважением за пределами крупнейшей фракции и воспринималась как хороший коммуникатор. В ходе своей избирательной кампании Метсола постоянно пыталась убедить другие фракции, что она будет укреплять проевропейское центристское большинство парламента. Накануне голосования во вторник социал-демократы, укрепившие в последнее время свои позиции на нескольких национальных выборах, потребовали от ЕНП дополнительных бонусов за поддержку кандидатуры Метсолы и добились согласия на получение пяти постов вице-президентов ЕП из 14. В итоге при голосовании Метсолу поддержали три крупнейшие фракции: консерваторы, социал-демократы и либералы.
Скептически в отношении кандидатуры Метсолы были настроены Зеленые и Левые. Главная причина – ее негативная позиция по вопросу абортов. Она последовательно голосовала против резолюций ЕП, отстаивавших право женщин на безопасное и свободное прерывание беременности. Эта позиция отражает законодательство Мальты, которая является единственной страной ЕС, где аборты строго запрещены. Вместе с тем, перед избранием Метсола твердо обещала, что будет представлять позицию ЕП, а не свои личные взгляды. По другим же принципиальным вопросам, как считают в ЕП, Метсола принадлежит к прогрессивному лагерю. Это касается отстаивания верховенства права, борьбы с коррупцией, принятия общей политики в миграционной сфере.
Александр Ивахник
Избрание Метсолы в определенном смысле символизирует обновление одного из трех руководящих органов ЕС. Впервые за 20 последних лет главой Европарламента стала женщина. 43-летняя Метсола – самый молодой спикер в истории ЕП. Любопытно, что она была избрана в день своего рождения. Кроме того, получение поста руководителя ЕП политиком из полумиллионной Мальты – самой маленькой страны ЕС – еще несколько лет назад казалось невозможным, направлять работу ЕП доверялось представителям крупных стран – Франции, Германии, Италии.
Метсола получила диплом в области права в Университете Мальты, затем училась в Колледже Европы в Брюгге, где готовят работников евроинститутов. Еще будучи студенткой, она участвовала в кампании за вступление Мальты в ЕС, которое произошло в 2004 году. В 2013 году Метсола была избрана в Европарламент от мальтийской правоцентристской Националистической партии. Весьма необычна семейная ситуация Роберты Метсолы: она замужем за финским евродепутатом, у них четверо сыновей. В Европарламенте представительница Мальты делала удачную карьеру. В последнее время она являлась первым заместителем главы ЕП. После внезапной смерти 11 января прежнего спикера, итальянца Давида Сассоли она исполняла обязанности председателя.
Надо отметить, что выборы нового главы ЕП не были связаны со смертью Сассоли. Он представлял левоцентристскую фракцию социалистов и демократов и должен был покинуть свой пост в конце января: такова была договоренность его фракции и консервативной ЕНП после евровыборов 2019 года о разделе между ними пятилетнего срока полномочий спикера. ЕНП назвала Метсолу своим кандидатом на замену Сассоли еще в ноябре прошлого года. Она пользовалась уважением за пределами крупнейшей фракции и воспринималась как хороший коммуникатор. В ходе своей избирательной кампании Метсола постоянно пыталась убедить другие фракции, что она будет укреплять проевропейское центристское большинство парламента. Накануне голосования во вторник социал-демократы, укрепившие в последнее время свои позиции на нескольких национальных выборах, потребовали от ЕНП дополнительных бонусов за поддержку кандидатуры Метсолы и добились согласия на получение пяти постов вице-президентов ЕП из 14. В итоге при голосовании Метсолу поддержали три крупнейшие фракции: консерваторы, социал-демократы и либералы.
Скептически в отношении кандидатуры Метсолы были настроены Зеленые и Левые. Главная причина – ее негативная позиция по вопросу абортов. Она последовательно голосовала против резолюций ЕП, отстаивавших право женщин на безопасное и свободное прерывание беременности. Эта позиция отражает законодательство Мальты, которая является единственной страной ЕС, где аборты строго запрещены. Вместе с тем, перед избранием Метсола твердо обещала, что будет представлять позицию ЕП, а не свои личные взгляды. По другим же принципиальным вопросам, как считают в ЕП, Метсола принадлежит к прогрессивному лагерю. Это касается отстаивания верховенства права, борьбы с коррупцией, принятия общей политики в миграционной сфере.
Александр Ивахник
«Президент Эрдоган пригласил обоих лидеров приехать в Турцию и провести встречу для решения проблем и разногласий между ними». Они- это лидеры России и Украины Владимир Путин и Владимир Зеленский, а инициатива о турецком посредничестве была озвучена официальным представителем президента Турции Ибрагимом Калыном. Анкара уже не впервые поднимает данный вопрос. В ноябре и в декабре 2021 года Эрдоган продвигал предложения о посредничестве между Москвой и Киевом. Но сегодня ставки вокруг Украины значительно выросли. Каковы интересы Турции на этом направлении? И может ли инициатива Эрдогана получить поддержку в Москве? В Киеве по понятным причинам предложение из Анкары воспринимается со знаком плюс.
Для Турции Украина- не просто партнер. Военно-техническая кооперация между странами растет. 29 сентября 2021 года был подписан Меморандум о сотрудничестве между министерством обороны Украины и компанией «Bayraktar Savunma» по строительству учебно-испытательного центра для обслуживания беспилотников и подготовке соответствующего персонала. В странах-партнерах Украины из Восточной Европы такие проекты воспринимаются с энтузиазмом. В октябре прошлого года министр обороны Латвии Артис Пабрикс прямо посоветовал странам ЕС и НАТО брать пример с Турции и перенимать ее опыт во взаимоотношениях с Украиной.
В турецком меню есть такой особый пункт, как крымские татары. И в ноябре – декабря 2021 года Эрдоган, говоря о мире в Черноморском регионе, особенно подчеркивал данный вопрос. Он, среди прочего, имеет внутриполитическую значимость, а у президента Турции на «внутренних фронтах» сегодня все не так просто.
В то же время Анкара пытается через посредничество между Россией и Украиной присмотреться к роли особого модератора и коммуникатора между Москвой и Западом. Ниша для «особого члена НАТО» потенциально перспективная. В то же самое время российское руководство относится к предложению из Анкары осторожно. Ведь пойти на предложение Эрдогана – это значит по факту согласиться на равенство статусов с Киевом, тогда как в Кремле предпочитают обсуждать украинский кризис и пути выхода из него с ведущими мировыми игроками. Посредничество на этом направлении, как таковое не отвергается, но оно привязывается, в первую очередь к имплементации Минских соглашений, к чему в Киеве не слишком готовы. В особенности, когда речь идет о диалоге с непризнанными республиками Донбасса.
Однако, как бы ни сложились перспективы тройственного переговорного формата, быстрого прорыва, скорее всего, не произойдет. Но задача у турецкого президента не столько в получении лавров миротворца, сколько в более активном освоении геополитических пространств Евразии. Эрдоган дает понять всем своим партнерам: без его участия распутывание сложных конфликтных узлов проблематично.
Сергей Маркедонов
Для Турции Украина- не просто партнер. Военно-техническая кооперация между странами растет. 29 сентября 2021 года был подписан Меморандум о сотрудничестве между министерством обороны Украины и компанией «Bayraktar Savunma» по строительству учебно-испытательного центра для обслуживания беспилотников и подготовке соответствующего персонала. В странах-партнерах Украины из Восточной Европы такие проекты воспринимаются с энтузиазмом. В октябре прошлого года министр обороны Латвии Артис Пабрикс прямо посоветовал странам ЕС и НАТО брать пример с Турции и перенимать ее опыт во взаимоотношениях с Украиной.
В турецком меню есть такой особый пункт, как крымские татары. И в ноябре – декабря 2021 года Эрдоган, говоря о мире в Черноморском регионе, особенно подчеркивал данный вопрос. Он, среди прочего, имеет внутриполитическую значимость, а у президента Турции на «внутренних фронтах» сегодня все не так просто.
В то же время Анкара пытается через посредничество между Россией и Украиной присмотреться к роли особого модератора и коммуникатора между Москвой и Западом. Ниша для «особого члена НАТО» потенциально перспективная. В то же самое время российское руководство относится к предложению из Анкары осторожно. Ведь пойти на предложение Эрдогана – это значит по факту согласиться на равенство статусов с Киевом, тогда как в Кремле предпочитают обсуждать украинский кризис и пути выхода из него с ведущими мировыми игроками. Посредничество на этом направлении, как таковое не отвергается, но оно привязывается, в первую очередь к имплементации Минских соглашений, к чему в Киеве не слишком готовы. В особенности, когда речь идет о диалоге с непризнанными республиками Донбасса.
Однако, как бы ни сложились перспективы тройственного переговорного формата, быстрого прорыва, скорее всего, не произойдет. Но задача у турецкого президента не столько в получении лавров миротворца, сколько в более активном освоении геополитических пространств Евразии. Эрдоган дает понять всем своим партнерам: без его участия распутывание сложных конфликтных узлов проблематично.
Сергей Маркедонов
Российская власть: три уровня недоверия.
1. Недоверие Западу. Он находится на поверхности и связан как с «комплексом 22 июня» (вероломное нападение с Запада), так и с конкуренцией с США на постсоветском пространстве, начавшейся еще в президентства Клинтона и Ельцина. Можно вспомнить прощальный внешнеполитический шаг Ельцина – выступление на стамбульском саммите ОБСЕ 1999 года, где уже прозвучали некоторые интонации мюнхенской речи Путина. После февраля 2014 года недоверие в полной мере распространилось и на страны Евросоюза – из-за ощущения «второго обмана», в результате которого был свергнут Янукович и фактически ликвидировано российское влияние в Украине. «Первым обманом» в России считают расширение НАТО на восток – для российской власти это аксиома, вне зависимости от интерпретаций конкретных заявлений западных политиков более чем тридцатилетней давности.
2. Недоверие союзникам. Речь не о Китае (у которого нет союзников) и не о Турции (с Эрдоганом отношения абсолютно прагматичные – он воспринимается как договороспособный конкурент). Речь о союзниках по ОДКБ, которые играют в свои игры, руководствуясь собственными интересами. Даже Лукашенко не торопится разрешать размещение российской военной базы на территории Беларуси. Жапаров в Киргизии стал президентом, поставив Москву перед фактом. Токаев заявил о необходимости сворачивать операцию ОДКБ при первых признаках стабилизации. Рахмон поддерживает младшего Масуда в Афганистане, не оглядываясь на Москву. Пашинян занимается сложными маневрами и смог удержать власть вопреки мнению немалой части российских элит, для которых он остался чужим.
3. Поколенческое недоверие. Это естественный процесс, но сейчас сильно обострившийся из-за усиливающегося не только технологического, но и ментального разрыва между поколениями. Каждое следующее поколение больше встроено в глобальный мир, меньше зависимо от телевизора и менее исторично. Сам тезис о «возрождении России», популярный еще в «демократические» времена, означал апелляцию к имперскому прошлому. Постсоветские поколения (миллениалы, старшим из которых уже по 40, и «зумеры», старшие из которых уже имеют право голосовать) не хотят конструировать прошлое и не ностальгируют по советским границам. Они не классические для России «западники», но при этом не враждебны Западу. У советских лидеров времен предыдущей холодной войны были сомнения насчет молодежи, но они перекрывались верой в «молодой рабочий класс» как авангард советской молодежи. Сейчас такой веры нет - отсюда и желание решить геополитические вопросы как можно быстрее.
Алексей Макаркин
1. Недоверие Западу. Он находится на поверхности и связан как с «комплексом 22 июня» (вероломное нападение с Запада), так и с конкуренцией с США на постсоветском пространстве, начавшейся еще в президентства Клинтона и Ельцина. Можно вспомнить прощальный внешнеполитический шаг Ельцина – выступление на стамбульском саммите ОБСЕ 1999 года, где уже прозвучали некоторые интонации мюнхенской речи Путина. После февраля 2014 года недоверие в полной мере распространилось и на страны Евросоюза – из-за ощущения «второго обмана», в результате которого был свергнут Янукович и фактически ликвидировано российское влияние в Украине. «Первым обманом» в России считают расширение НАТО на восток – для российской власти это аксиома, вне зависимости от интерпретаций конкретных заявлений западных политиков более чем тридцатилетней давности.
2. Недоверие союзникам. Речь не о Китае (у которого нет союзников) и не о Турции (с Эрдоганом отношения абсолютно прагматичные – он воспринимается как договороспособный конкурент). Речь о союзниках по ОДКБ, которые играют в свои игры, руководствуясь собственными интересами. Даже Лукашенко не торопится разрешать размещение российской военной базы на территории Беларуси. Жапаров в Киргизии стал президентом, поставив Москву перед фактом. Токаев заявил о необходимости сворачивать операцию ОДКБ при первых признаках стабилизации. Рахмон поддерживает младшего Масуда в Афганистане, не оглядываясь на Москву. Пашинян занимается сложными маневрами и смог удержать власть вопреки мнению немалой части российских элит, для которых он остался чужим.
3. Поколенческое недоверие. Это естественный процесс, но сейчас сильно обострившийся из-за усиливающегося не только технологического, но и ментального разрыва между поколениями. Каждое следующее поколение больше встроено в глобальный мир, меньше зависимо от телевизора и менее исторично. Сам тезис о «возрождении России», популярный еще в «демократические» времена, означал апелляцию к имперскому прошлому. Постсоветские поколения (миллениалы, старшим из которых уже по 40, и «зумеры», старшие из которых уже имеют право голосовать) не хотят конструировать прошлое и не ностальгируют по советским границам. Они не классические для России «западники», но при этом не враждебны Западу. У советских лидеров времен предыдущей холодной войны были сомнения насчет молодежи, но они перекрывались верой в «молодой рабочий класс» как авангард советской молодежи. Сейчас такой веры нет - отсюда и желание решить геополитические вопросы как можно быстрее.
Алексей Макаркин
Положение Бориса Джонсона становится все более шатким из-за череды разоблачений по поводу вечеринок, которые проходили на Даунинг-стрит, 10 и в правительственных зданиях во время строгих общенациональных локдаунов. Особенно плохую службу Джонсону оказало его утверждение в парламенте о том, что, посещая вечеринку с алкоголем и закусками в саду своей резиденции 20 мая 2020 г., он считал, что это рабочее мероприятие, не нарушающее введенных ранее во всей стране ограничений. В связи с этим громким скандалом очередную свинью Джонсону подложил его бывший главный советник Доминик Каммингс, который заявил, что предупреждал премьера о незаконности готовившегося мероприятия и что тот лгал депутатам относительно своей неосведомленности.
Во вторник в интервью Sky News Джонсон отверг обвинения Каммингса, настаивая, что его никто не предупреждал. Однако все заметили, что во время интервью премьер вел себя крайне неуверенно. В тот же день, как стало известно, около 20 депутатов-тори, впервые избравшихся в Палату общин на выборах 2019 г. в пришедших в упадок районах северной Англии, собрались на закрытую встречу для обсуждения вопроса о том, как эффективнее добиваться смещения Джонсона. Им есть о чем волноваться. Согласно недавнему опросу, поддержка консерваторов в этих районах настолько упала, что из 45 избирательных округов, выигранных ими у лейбористов в 2019 г., в случае новых выборов им удалось бы удержать лишь три.
А в среду в ходе еженедельного заседания Палаты общин, посвященного ответам премьера на вопросы депутатов, Джонсону вновь пришлось столкнуться с рядом крайне неприятных моментов. Перед началом заседания депутат-тори Кристиан Вэйкфорд, также впервые избравшийся в северной Англии в 2019 г., объявил о переходе к лейбористам. Он подчеркнул, что политика Джонсона ничего не делает для помощи людям, которых он представляет. Затем по главе правительства вновь едко прошелся лидер лейбористов Кир Стармер. «Пробираясь среди пустых бутылок и тарелок с бутербродами, он не понимал, что это вечеринка? Неужели премьер-министр не осознает, насколько смешно это звучит?», – вопрошал Стармер. Но, пожалуй, самый болезненный удар премьеру нанес один из наиболее влиятельных тори Дэвид Дэвис, который вместе с Джонсоном был членом кабинета Терезы Мэй и отвечал за переговоры по брекситу. Он сказал, что долго защищал премьера от своих сердитых избирателей, но повторяющиеся сообщения о вечеринках в разгар локдаунов перевесили чашу его терпения. «Я ожидаю, что лидер страны возьмет на себя ответственность за свои действия», – заявил Дэвис и процитировал знаменитое обращение депутата-тори Лео Эмери к премьер-министру Невиллу Чемберлену в 1940 году: «Во имя Бога, уходите!».
Пока Джонсон упорно отвергает все эти призывы и настаивает на том, что нужно дождаться результатов расследования в отношении вечеринок в правительственных помещениях, которое проводит Сью Грей – одна из руководителей гражданской службы. Ожидается, что доклад будет опубликован на следующей неделе. К этому моменту готовятся и сам Джонсон, и его противники внутри правящей партии. По слухам, число писем депутатов-тори с требованием проведения голосования по вотуму недоверия Джонсону приближается к необходимому порогу – 54. Ну а премьер-министр в среду объявил, что пик распространения омикрона пройден и с 27 января отменяются введенные в декабре ограничения: ковид-пропуска для прохода в ночные клубы и на массовые мероприятия, обязательное ношение масок в помещениях и в транспорте и рекомендации об удаленной работе. Многие британские медики предупреждают, что эта мера преждевременна и может привести к новому всплеску заражений. Но для Джонсона, судя по всему, важнее добиться поддержки многочисленных противников ковидных ограничений внутри фракции тори и быстро перезагрузить политическую повестку.
Александр Ивахник
Во вторник в интервью Sky News Джонсон отверг обвинения Каммингса, настаивая, что его никто не предупреждал. Однако все заметили, что во время интервью премьер вел себя крайне неуверенно. В тот же день, как стало известно, около 20 депутатов-тори, впервые избравшихся в Палату общин на выборах 2019 г. в пришедших в упадок районах северной Англии, собрались на закрытую встречу для обсуждения вопроса о том, как эффективнее добиваться смещения Джонсона. Им есть о чем волноваться. Согласно недавнему опросу, поддержка консерваторов в этих районах настолько упала, что из 45 избирательных округов, выигранных ими у лейбористов в 2019 г., в случае новых выборов им удалось бы удержать лишь три.
А в среду в ходе еженедельного заседания Палаты общин, посвященного ответам премьера на вопросы депутатов, Джонсону вновь пришлось столкнуться с рядом крайне неприятных моментов. Перед началом заседания депутат-тори Кристиан Вэйкфорд, также впервые избравшийся в северной Англии в 2019 г., объявил о переходе к лейбористам. Он подчеркнул, что политика Джонсона ничего не делает для помощи людям, которых он представляет. Затем по главе правительства вновь едко прошелся лидер лейбористов Кир Стармер. «Пробираясь среди пустых бутылок и тарелок с бутербродами, он не понимал, что это вечеринка? Неужели премьер-министр не осознает, насколько смешно это звучит?», – вопрошал Стармер. Но, пожалуй, самый болезненный удар премьеру нанес один из наиболее влиятельных тори Дэвид Дэвис, который вместе с Джонсоном был членом кабинета Терезы Мэй и отвечал за переговоры по брекситу. Он сказал, что долго защищал премьера от своих сердитых избирателей, но повторяющиеся сообщения о вечеринках в разгар локдаунов перевесили чашу его терпения. «Я ожидаю, что лидер страны возьмет на себя ответственность за свои действия», – заявил Дэвис и процитировал знаменитое обращение депутата-тори Лео Эмери к премьер-министру Невиллу Чемберлену в 1940 году: «Во имя Бога, уходите!».
Пока Джонсон упорно отвергает все эти призывы и настаивает на том, что нужно дождаться результатов расследования в отношении вечеринок в правительственных помещениях, которое проводит Сью Грей – одна из руководителей гражданской службы. Ожидается, что доклад будет опубликован на следующей неделе. К этому моменту готовятся и сам Джонсон, и его противники внутри правящей партии. По слухам, число писем депутатов-тори с требованием проведения голосования по вотуму недоверия Джонсону приближается к необходимому порогу – 54. Ну а премьер-министр в среду объявил, что пик распространения омикрона пройден и с 27 января отменяются введенные в декабре ограничения: ковид-пропуска для прохода в ночные клубы и на массовые мероприятия, обязательное ношение масок в помещениях и в транспорте и рекомендации об удаленной работе. Многие британские медики предупреждают, что эта мера преждевременна и может привести к новому всплеску заражений. Но для Джонсона, судя по всему, важнее добиться поддержки многочисленных противников ковидных ограничений внутри фракции тори и быстро перезагрузить политическую повестку.
Александр Ивахник
Борис Макаренко об итогах первого года президентства и перспективах Джозефа Байдена для Forbes. https://www.forbes.ru/society/453149-god-bajdena-spravitsa-li-prezident-ssa-s-ceredoj-neudac?fbclid=IwAR2daODKuJ8AeklLxDvxKoKbZi8N27YeN9lcdKPoVrCHaxgnyjN50kgDnbo
Forbes.ru
Год Байдена: справится ли президент США с чередой неудач
После первого года в Белом доме Джозеф Байден оказался в сложном положении: политический опыт не помог ему справиться с новой волной пандемии, избежать скандального ухода из Афганистана и остановить углубляющийся раскол в Демократической партии. Уже
Алексей Макаркин для Газеты.ru об итогах двух лет работы правительства М. Мишустина https://m.gazeta.ru/comments/2022/01/20_a_14438743.shtml?updated
Газета.Ru
Правительство развития
Два года работы правительства Михаила Мишустина – повод для того, чтобы проанализировать первые результаты его деятельности. Чрезвычайность ситуации, связанная с пандемией, не мешает в нормальном режиме реализовывать долгосрочные задачи развития страны.
24 января в Италии начнутся выборы президента, результат которых может сильно повлиять на развитие политической ситуации в стране. Семилетние полномочия Серджо Маттареллы заканчиваются 3 февраля. Италия – парламентская республика, но роль президента там весьма высока в периоды нередких политических кризисов. В таких случаях глава государства может распускать обе палаты парламента, вручать мандат на формирование правительства или назначать временный технический кабинет. Год назад ключевую роль в преодолении правительственного кризиса сыграл как раз Маттарелла, который предложил пост премьера бывшему председателю ЕЦБ Марио Драги. Используя свой высокий авторитет, Драги смог быстро создать правительство национального единства, в которое вошли как технократы, так и представители основных политических партий.
Процедура выборов президента в Италии имеет большую специфику. Главу государства избирает коллегия выборщиков: 630 членов Палаты депутатов, 320 членов Сената и 58 делегатов из регионов. Голосование является тайным. Для избрания номинанты должны получить 2/3 голосов в любом из первых трех раундов голосования, в последующих раундах достаточно абсолютного большинства. Как правило, голосование затягивается на много дней. Другая странная особенность этих выборов состоит в том, что кандидаты официально не выдвигаются, а номинируются самими выборщиками в результате многоходовых закулисных переговоров. При этом кандидатами могут быть не только партийные деятели. Три из четырех последних президентов были независимыми фигурами. Традиция предполагает, что пост главы государства должен получить человек с чистой репутацией и широким доверием в обществе.
Перед нынешними президентскими выборами парадоксом стало то, что единственным политиком, открыто заявившим о своем желании быть избранным, явился 85-летний Сильвио Берлускони, который никак не может похвастаться высокоморальным обликом. Трижды занимавший пост премьера бизнесмен и политик знаменит своими деловыми и сексуальными скандалами и до сих пор не разделался с судебными преследованиями. Однако его центристская партия «Вперед, Италия!» входит в электоральный альянс с правопопулистскими партиями «Лига» и «Братья Италии», и те публично поддержали его кандидатуру. Вместе с тем правый альянс имеет лишь 441 голос в коллегии выборщиков, и все попытки Берлускони заручиться поддержкой депутатов из малых партий и независимых к успеху не привели. Осознав бесперспективность своих притязаний, Берлускони 22 января заявил об отказе номинироваться.
Другое имя, которое сейчас часто упоминается – это действующий премьер-министр Марио Драги. Он-то как раз имеет и высокий авторитет, и широкое уважение в обществе. Сам Драги уклончиво отвечал на вопрос, хочет ли он получить пост президента. Для партий, входящих в его правительство, проблема с его номинацией заключается в том, что если Драги станет главой государства, то правительство скорее всего развалится, и тогда неизбежны досрочные парламентские выборы. Это сильно напрягает многих депутатов, особенно из «Движения 5 звезд», которое растеряло свою популярность в стране. Итальянские эксперты считают возможными еще два сценария. Первый предполагает, что левоцентристские и правые партии сумеют договориться о поддержке альтернативной компромиссной кандидатуры на пост президента. В этом контексте звучат имена члена Еврокомиссии, бывшего премьера Паоло Джентилони и министра юстиции, бывшей главы Конституционного суда Марты Картабии. Согласно второму сценарию, в случае невозможности достичь компромисса партийные лидеры могут обратиться к действующему президенту с просьбой номинироваться на новый срок, с тем чтобы правительство Драги могло доработать до очередных парламентских выборов весной 2023 г., а затем Маттарелла досрочно ушел бы в отставку, и на его место мог быть избран Драги. В целом, как нередко случается в итальянской политике, ситуация весьма неопределенная.
Александр Ивахник
Процедура выборов президента в Италии имеет большую специфику. Главу государства избирает коллегия выборщиков: 630 членов Палаты депутатов, 320 членов Сената и 58 делегатов из регионов. Голосование является тайным. Для избрания номинанты должны получить 2/3 голосов в любом из первых трех раундов голосования, в последующих раундах достаточно абсолютного большинства. Как правило, голосование затягивается на много дней. Другая странная особенность этих выборов состоит в том, что кандидаты официально не выдвигаются, а номинируются самими выборщиками в результате многоходовых закулисных переговоров. При этом кандидатами могут быть не только партийные деятели. Три из четырех последних президентов были независимыми фигурами. Традиция предполагает, что пост главы государства должен получить человек с чистой репутацией и широким доверием в обществе.
Перед нынешними президентскими выборами парадоксом стало то, что единственным политиком, открыто заявившим о своем желании быть избранным, явился 85-летний Сильвио Берлускони, который никак не может похвастаться высокоморальным обликом. Трижды занимавший пост премьера бизнесмен и политик знаменит своими деловыми и сексуальными скандалами и до сих пор не разделался с судебными преследованиями. Однако его центристская партия «Вперед, Италия!» входит в электоральный альянс с правопопулистскими партиями «Лига» и «Братья Италии», и те публично поддержали его кандидатуру. Вместе с тем правый альянс имеет лишь 441 голос в коллегии выборщиков, и все попытки Берлускони заручиться поддержкой депутатов из малых партий и независимых к успеху не привели. Осознав бесперспективность своих притязаний, Берлускони 22 января заявил об отказе номинироваться.
Другое имя, которое сейчас часто упоминается – это действующий премьер-министр Марио Драги. Он-то как раз имеет и высокий авторитет, и широкое уважение в обществе. Сам Драги уклончиво отвечал на вопрос, хочет ли он получить пост президента. Для партий, входящих в его правительство, проблема с его номинацией заключается в том, что если Драги станет главой государства, то правительство скорее всего развалится, и тогда неизбежны досрочные парламентские выборы. Это сильно напрягает многих депутатов, особенно из «Движения 5 звезд», которое растеряло свою популярность в стране. Итальянские эксперты считают возможными еще два сценария. Первый предполагает, что левоцентристские и правые партии сумеют договориться о поддержке альтернативной компромиссной кандидатуры на пост президента. В этом контексте звучат имена члена Еврокомиссии, бывшего премьера Паоло Джентилони и министра юстиции, бывшей главы Конституционного суда Марты Картабии. Согласно второму сценарию, в случае невозможности достичь компромисса партийные лидеры могут обратиться к действующему президенту с просьбой номинироваться на новый срок, с тем чтобы правительство Драги могло доработать до очередных парламентских выборов весной 2023 г., а затем Маттарелла досрочно ушел бы в отставку, и на его место мог быть избран Драги. В целом, как нередко случается в итальянской политике, ситуация весьма неопределенная.
Александр Ивахник