На прошедшем 23-24 марта саммите ЕС помимо наиболее громко прозвучавшего решения о поставках Украине в течение года 1 млн снарядов было немало других вопросов. В частности, Еврокомиссия представила новую промышленную стратегию, которая нацелена на стимулирование развития в ЕС технологий, связанных с «зеленой» энергетикой. Обсуждался вопрос, как вести себя в отношениях с Китаем после напугавшего многих визита председателя Си в Москву. Стало известно, что на следующей неделе Китай посетит премьер Испании Педро Санчес, а вслед за ним в начале апреля президент Макрон вместе с главой Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен. В пятницу в центре внимания была тема финансовой стабильности еврозоны в условиях начавшегося в США и отозвавшегося в Швейцарии банковского кризиса.

Но, пожалуй, все другие темы затмил вопрос, который вообще отсутствовал в повестке дня. Это противостояние между Германией с рядом примкнувших к ней стран, которые стремятся продлить жизнь двигателя внутреннего сгорания в автомобилестроении, и теми, кто настаивает на полном переходе к электромобилям. Напомним, что в октябре прошлого года Европарламент, Еврокомиссия и лидеры стран ЕС достигли соглашения о том, что с 2035 г. в союзе должны быть запрещены продажи новых легковых автомобилей и фургонов с выбросами двуокиси углерода. Фактически это ставило вне закона выпуск новых авто с ДВС уже через 12 лет. Депутаты Европарламента в феврале одобрили соответствующий законопроект и направили его членам союза для окончательного подписания.

Однако в последний момент Германия к возмущению многих стран ЕС отказалась одобрить этот законопроект. Крупнейшая автомобильная держава Европы потребовала, чтобы Еврокомиссия нашла юридически закрепленную возможность продолжать после 2035 г. производство ДВС для машин, работающих на так называемом электротопливе. Это синтетическое топливо, которое вырабатывается из улавливаемой в воздухе двуокиси углерода путем химического гидрирования или из водорода с помощью электроэнергии из возобновляемых источников. За такой вариант решительно выступили лидеры неолиберальной Свободной демократической партии – министр финансов Кристиан Линднер и министр транспорта Фолькер Виссинг. Их требование поддержал канцлер Олаф Шольц. В Европе многие настроены против ДВС с электротопливом, поскольку оно дорого и не обеспечивает нулевого углеродного выброса. Еврокомиссия заняла уклончивую позицию.

Шольц, прибыв в Брюссель на саммит, заявил, что ЕК обещала сделать исключение для электротоплива и должна его выполнить. Сразу после этого представитель ЕК отметил, что речь не шла о внесении изменений в прежде одобренный законопроект. На полях саммита несколько лидеров стран ЕС выступили с критикой обструкционистского подхода Германии. Председатель Европарламента Роберта Метсола подчеркнула: «Мы не можем отступать от достигнутых соглашений, потому что это подрывает доверие между парламентариями и авторитет законодательного процесса». В четверг вечером Германия представила Еврокомиссии на подпись юридическую декларацию, в которой та обязуется найти правовой путь для исключения из запрета ДВС с электротопливом. Однако к концу саммита Берлин и Брюссель не смогли договориться. Ситуацию для ЕС еще более осложняет то, что Германия не одинока. Польша, Чехия, Словакия, Венгрия, Болгария, а главное – Италия также выступают против запрета на ДВС с 2035 г. Премьер Италии Джорджа Мелони, уезжая с саммита, заявила, что Рим будет добиваться исключения не только для электротоплива, но и для биотоплива.

А в самой Германии этот вопрос вызвал обострение разногласий внутри трехпартийной правящей коалиции. «Зеленые» горячо поддерживали законопроект ЕС о запрете ДВС. Теперь они считают, что нынешняя позиция Берлина бьет по репутации Германии в Европе. На днях вице-канцлер Роберт Хабек публично обвинил партнеров по коалиции в отходе от борьбы против климатических изменений и в блокировании ряда важных проектов, выдвинутых «Зелеными». В воскресенье растущие противоречия будут обсуждаться на специальной встрече руководства трех партий.

Александр Ивахник

Истоки партийного проекта «За семью» связаны с событиями 2020 года, когда в пандемию и государство, и священноначалие предписали верующим не посещать храмы, в том числе и на Пасху. Для части консервативных практикующих верующих это было неприемлемо. Они лояльны государству по большинству вопросов, но есть сфера, которую они считают неприкосновенной, относящейся к их идентичности. Причем даже патриарх не является для них безусловным авторитетом — в православной традиции нет принципа безошибочности. Может ошибаться не только патриарх, но и собор, решения которого требуют еще неформального принятия (рецепции) со стороны верующего народа. Под которым крайние консерваторы понимают себя — а на любые социологические данные и оценки (что о численности практикующих верующих, что о проценте крайних консерваторов среди практикующих верующих) ссылаются на прецедент св. Марка Эфесского, в одиночку восставшего против Флорентийской унии.

Впрочем, сфера, связанная с идентичностью, может быть довольно широкой. И включать в себя не только недопустимость любых запретов в любых условиях на посещение храмов. Но и тему безусловного запрета абортов — любые паллиативы здесь для консервативных активистов являются временными полумерами. И вопрос о запрете «кощунственных» фильмов, причем кощунство понимается весьма широко — вспомним историю с фильмом «Матильда». Причем современная российская партийная система основана на многочисленных негласных договоренностях, где лидеры партий проявляют изрядную гибкость. С крайними консерваторами по принципиальным для них вопросам договориться невозможно. А что принципиально (то есть душеспасительно) — решают они сами.

Поэтому, с одной стороны, для новой партии — жестко антизападной, охранительной, традиционалистской — сейчас есть «окно возможностей». Не столько электоральных (большого запроса на такую партию в обществе не видно), сколько политических, когда в условиях СВО значимость таких союзников объективно возрастает. А, с другой стороны, есть ограничитель, связанный с проблемой управляемости. Причем не только для светской власти, но и для духовной, не заинтересованной не только во внутрицерковном размежевании на политической основе, но и даже в потенциальной критике «справа». Какой из аргументов возобладает, станет ясно, когда будет решаться вопрос о регистрации партии.

Алексей Макаркин

Если в Великобритании у руля стоит индус Риши Сунак, то Шотландию возглавил человек с пакистанскими корнями и верующий мусульманин Хамза Юсаф. Это стало результатом неожиданной отставки в феврале главы регионального правительства с 2014 г. Николы Стёрджен и прошедших затем выборов нового лидера правящей Шотландской национальной партии (ШНП). До этого 37-летний Юсаф был министром здравоохранения Шотландии. Он родился в Глазго в семье выходцев из Пакистана, окончил местный университет и в 2011 г., в возрасте 25 лет, был избран членом регионального парламента. В правительстве Стёрджен Юсаф занимал ряд министерских постов и считался одним из ближайших к ней людей. В понедельник были объявлены итоги двухнедельного онлайн голосования, в котором приняли участие 70% из 72 тыс. членов партии. Юсаф получил 52% голосов, его соперница, министр финансов Кейт Форбс – 48%.

В годы правления Стёрджен ШНП отличалась завидным единством, но, как теперь выяснилось, это определялось прежде всего непререкаемым авторитетом самой Стёрджен. В ходе избирательной кампании за пост лидера соперников объединяла лишь приверженность главной стратегической цели ШНП – достижению независимости Шотландии. По экономическим, социальным и политическим вопросам между ними выявились серьезные разногласия. Юсаф выступал как продолжатель либерально-прогрессистского курса Стёрджен. 32-летняя Кейт Форбс, выросшая в набожной евангелической семье, показала себя сторонницей консервативных социальных ценностей. В самом начале кампании она заявила, что голосовала бы против легализации однополых браков в Шотландии в 2014 г., если бы тогда была членом парламента. После этого несколько влиятельных первоначальных союзников Форбс внутри партии отвернулись от нее; ожидалось, что она откажется от борьбы. Однако она, наоборот, ужесточила риторику и подвергла резкой критике результаты работы Юсафа на различных министерских постах, а итоги деятельности всего правительства назвала «посредственными», что было уже явным выпадом против Стёрджен.

В такой ситуации партийная верхушка, да и сама Стёрджен, по сути, поддерживали кандидатуру Юсафа. Его победе обрадовались и «Зеленые», которые входят в коалиционное правительство и обеспечивают ему парламентское большинство. Тем не менее, совсем небольшой разрыв в уровне поддержки Юсафа и Форбс свидетельствует о том, что в ШНП существуют серьезные противоречия и что новому лидеру будет очень нелегко восстановить партийное единство. Он уже заявил о своем желании сохранить Форбс в составе кабинета, та пока четко свою позицию не обозначила, заметив лишь, что глава правительства должен будет прислушиваться к мнению тех членов партии, которые голосовали за нее. Ожидается, что Форбс будет противодействовать обещаниям Юсафа повысить налоги на богатых.

Что касается зашедших в тупик планов Стёрджен по организации в Шотландии повторного референдума о независимости, то этот вопрос, видимо, будет поставлен на долгую паузу. После победы Юсаф лишь ритуально заявил, что «нынешнее поколение» шотландцев должно стать свидетелем независимости региона. Никаких новых идей у нового лидера на этот счет нет. Руководство ШНП понимает, что даже если бы Лондон дал согласие, сейчас проводить референдум контрпродуктивно. На середину марта доля сторонников независимости среди шотландцев составляла 41%, противников – 48%, 10% – не определились. Главная текущая задача Юсафа другая – повышение в регионе своего рейтинга, который пока что низок. А для этого необходимы удачные шаги в социально-экономической политике.

Лейбористы, которые быстро восстанавливают былую популярность в Шотландии, рады победе Юсафа. Они считают его, в отличие от Стёрджен, слабым лидером, который не сможет сохранить гегемонию ШНП в регионе. Не случайно лидер лейбористов Кир Стармер за последний месяц трижды посетил Шотландию. Если на парламентских выборах 2019 г. лейбористы получили лишь одно место из отведенных Шотландии 59, то на будущих выборах они рассчитывают примерно на 20 мест. Это может значительно подкрепить их надежды на общую победу.

Александр Ивахник

Международный олимпийский комитет (МОК) выпустил рекомендации для международных федераций и организаторов международных соревнований, согласно которым спортсмены с российскими и белорусскими паспортами могут быть допущены к соревнованиям только в нейтральном статусе и на индивидуальной основе. Напомним, что в феврале прошлого года МОК объявил о недопуске российских спортсменов к соревнованиям.

Теперь же правила меняются. Не допускаются сборные команды. Также к соревнованиям не могут быть допущены спортсмены, активно поддерживающие СВО. Не допускаются также имеющие «контракт с российскими или белорусскими военными организациями, национальными службами безопасности». То есть спортсмены, выступающие за ЦСКА и имеющие офицерские звания (пусть даже и номинальные), допускаться не будут. И, конечно же, требуется нейтральный статус — без гимна, флага и иной символики.

В январе этого года в СМИ утверждалось, что спортсмен для допуска на соревнования должен будет осудить СВО. Но уже тогда президент Олимпийского комитета России Станислав Поздняков говорил, что это неверная интерпретация — и достаточно будет «неподдержки». То есть если спортсмен участвует в мероприятиях, связанных с СВО (все равно каких — даже гуманитарных) или использует ее символику, то он не допускается. Если не проявляет публичной активности в этом вопросе, то участвовать сможет.

Сборные тоже могут участвовать в соревнованиях, но тех, на которые юрисдикция МОК не распространяется. Только что сборная России по футболу провела товарищеские матчи с командами Ирана и Ирака — и ФИФА, кстати, даже учитывает их в своем рейтинге. Но не более того.

Вопрос о допуске россиян на Олимпиаду-2024 в Париже пока отложен. Но вряд ли приходится сомневаться в том, что в лучшем случае условия будут примерно такими же. Притом, что часть стран – членов МОК выступает против допуска россиян в принципе. Когда Международная федерация фехтования (FIE) в нынешнем месяце приняла решение допустить к участию в турнирах российских и белорусских спортсменов, то Германия и Финляндия отказались проводить на своей территории фехтовальные турниры, а более 300 фехтовальщиков выступили с протестом. Так что еще далеко не все решено — позиция МОК выглядит попыткой компромисса.

Но вопрос в том, устроит ли такой компромисс и российскую сторону. До СВО, во время допинговых скандалов, компромиссные сценарии Россия одобряла — без энтузиазма, но исходя из интересов спортсменов, для которых пропуск Олимпиады — это драма, профессиональная и человеческая. Теперь государственные приоритеты изменились — нейтральность с аполитичностью с целью достижения индивидуальных целей (не попасть под санкции, получить допуск на мероприятия) не приветствуются. Да и частичный допуск на жестких условиях, не только без флага и гимна, но и без наиболее популярных командных видов спорта для российской стороны выглядит крайне непривлекательно. Так что Поздняков уже назвал новые критерии «неприемлемыми» и «фарсом».

Алексей Макаркин

Почему Биньямин Нетаньяху согласился приостановить судебную реформу? Потому что и он, и другие лидеры «Ликуда» знакомы с опросами общественного мнения. А они таковы.

По данным опроса института Мено Гева по заказу службы новостей N12, 53% респондентов поддерживают протесты против судебной реформы, в том числе — 35% сторонников «Ликуда» и 23% голосовавших за партии правящей коалиции. 63% респондентов поддерживают остановку продвижения реформы, тогда как 24% выступают против. 58% поддерживают судебную реформу, которая будет достигнута путем переговоров, 18% выступают против. 63% респондентов выступают против увольнения министра обороны Йоава Галанта, выступившего с критикой реформы, в том числе — 58% избирателей «Ликуда».

Опрос института «Кантар» по заказу государственной службы новостей «Кан Хадашот» показал, что 62% считают увольнение Йоава Галанта неоправданным шагом, 62% считают оправданной остановку продвижения реформы. 68% респондентов дали неудовлетворительную оценку работе премьер-министра Биньямина Нетаниягу, включая 55% сторонников «Ликуда». 47% считают, что главный автор реформы, министр юстиции Ярив Левин должен уйти в отставку, включая 38% сторонников «Ликуда». 57% респондентов заявили, что демонстрации протеста должны прекратиться после остановки продвижения законопроекта, включая 41% противников реформы.

Таким образом, цифры показывают, что большинство респондентов одобряют приостановку реформы, при которой вето Верховного суда может быть преодолено простым большинством депутатов парламента, а в составе комитета, назначающего судей, должны доминировать политики, а не судьи и другие юристы, как сейчас. Столь сильный перекос в сторону правительственного большинства может сказаться на независимости суда. И поэтому стала размываться база поддержки «Ликуда» — немалая часть его сторонников считает, что проект слишком «правый». И, что немаловажно, против реформы немалая часть военного истеблишмента, который в Израиле традиционно политизирован — и отставные генералы, как тот же Галант или Бени Ганц — нередко становятся депутатами и министрами.

Но в то же время 58% сторонников компромиссной судебной реформы означают, что и позиция сторонников безусловного сохранения статус кво тоже уязвима. И 57% полагающих, что протесты должны приостановиться при остановке реформы — это те, кто не хочет «валить» правительство Нетаньяху любой ценой. Поэтому возможности для маневра у Нетаньяху есть, хотя они ограничены влиянием наиболее правой части правительственной коалиции, которая выступает за реформу в жестком варианте.

Алексей Макаркин

Вчера министры энергетики и транспорта стран ЕС окончательно ратифицировали закон, который запрещает продажу новых легковых автомобилей и фургонов с выбросами двуокиси углерода на едином рынке ЕС с 2035 г. Данный закон, являющийся одним из ключевых элементов «Зеленого курса» Евросоюза, вступит в силу в ближайшее время после публикации в официальном журнале ЕС. Это событие стало неожиданным для многих, поскольку в кулуарах прошедшего 23-24 марта саммита ЕС самым обсуждаемым вопросом была позиция Германии, которая блокировала принятие давно подготовленного законопроекта, настаивая на возможности продажи после 2035 г. новых машин с двигателями внутреннего сгорания, работающими на электротопливе. Это синтетическое топливо, которое вырабатывается из смеси улавливаемой в воздухе двуокиси углерода и водорода, производимого с помощью электроэнергии из возобновляемых источников. При этом ДВС на электротопливе не обеспечивает нулевого углеродного выброса.

Подписание во вторник знакового закона стало возможным благодаря тому, что Еврокомиссия и Берлин после тянувшихся несколько недель вязких переговоров достигли в субботу компромиссного соглашения. В отличие от лидеров ряда стран ЕС и европарламентариев, резко критически настроенных к требованию Германии, евробюрократы оказались более сговорчивы. ЕК обязалась создать легальный путь для продаж новых автомобилей с ДВС на электротопливе после 2035 г. При этом такие машины должны быть оборудованы пока не существующей технологией, которая не даст им возможности работать на традиционном топливе (ведь желающие заправляться более дешевым бензином или дизелем наверняка найдутся). «Мы достигли соглашения с Германией о будущем использовании электротоплива в автомобилях», – сообщил исполнительный вице-президент ЕК Франс Тиммерманс, отвечающий за «Зеленый курс» Евросоюза. Разработка технических стандартов для использования электротоплива займет несколько месяцев. Осенью 2023 г. ЕК должна опубликовать свои предложения в качестве так называемого делегированного акта. Это формат официального, но не законодательного документа ЕК, который часто используется для регламентации технических вопросов. Предусматривается, что делегированный акт будет юридически прикреплен к уже принятому закону о полном запрещении автомобильных выбросов CO₂.

Впрочем, эти договоренности могут столкнуться с рядом процедурных по форме, но политических по существу сложностей. Европарламент, где много противников уступки в отношении электротоплива, не имеет права вносить поправки в делегированный акт, но может отвергнуть его целиком. Предусматривая эту возможность, Германия настояла на том, чтобы ЕК обязалась при таком развитии событий инициировать пересмотр всего закона о запрещении продажи новых автомобилей с вредными выбросами. Однако подобный пересмотр может пройти лишь при согласии Европарламента и Евросовета, на что рассчитывать довольно трудно. Так что сейчас Берлин может быть доволен, но окончательно судьба электротоплива, а значит и ДВС, еще не решена. Кстати, эксперты топливного рынка вообще сомневаются в перспективах широкого использования электротоплива в качестве альтернативы электромобилям, поскольку его производство дорого и пока не существует в промышленных объемах. Оно может стать скорее нишевым рынком для люксовых моделей авто вроде Porsche и Ferrari. Крупные массовые автопроизводители делают ставку на совершенствование и масштабирование технологий электромобилей. Но в Германии лидеры неолиберальной Свободной демократической партии, выступившие решительными защитниками ДВС как исторической национальной гордости, могут заработать сейчас так необходимые им политические очки.

Напомним, что блокирующую позицию Германии в отношении принятия закона ЕС о запрете на продажу с 2035 г. новых авто с вредными выбросами разделяли еще ряд стран союза. Но изменение подхода Германии после достижения соглашения с ЕК повлияло и на них. На заседании профильных министров во вторник лишь Польша проголосовала против закона. Италия, Болгария и Румыния предпочли воздержаться.

Александр Ивахник

Сейчас много говорят о возвращении практики доносов. На самом деле, она полностью не исчезала.
Писали всегда, даже в 90-е годы — только тогда их обычно игнорировали. В советское время доносили на «антисоветчиков» и «врагов народа». Когда потерпел поражение ГКЧП, доносчики тут же информировали о «врагах демократии» и «сообщниках путчистов». Сейчас — о «врагах государства» и «иностранных агентах». Так что дело не только в строе, но и в психологии.

Впрочем, доносчиков в процентном соотношении не так много. Если даже принять за достоверную неподтвержденную довлатовскую цифру в 4 миллиона доносов, то «запрещенная» перепись 1937 года показала, что в стране проживало 162 миллиона человек. И это притом, что «профессиональные» доносчики писали существенно больше, чем по одному доносу.

В современной России доносчиков на самом деле тоже немного. Но у них есть одна немаловажная особенность, которая видна из дискуссий в Рунете еще нулевых годов. Тогда — примерно одновременно с моральной реабилитацией Сталина и Берии, появилось и новое оправдание доносов. Оно было следствием постсоветской фрустрации. Если в постсталинское время аргументы о том, что «враги народа» были заговорщиками, планировавшими свергнуть советскую власть и отдать супостатам Украину, воспринимались как откровенно нелепые (как прорыть туннель от Бомбея до Лондона), то после распада СССР популярность «теорий заговоров» резко усилилась. Причем чем дальше, тем больше. В 1992 года, согласно опросу ВЦИОМ, лишь 18% респондентов считали главной причиной распада СССР курс, проводимый Горбачевым, Шеварднадзе и Яковлевым. В 2012 году такой ответ дали уже 45%.

И из этого возникали два следствия. Первое — принцип аналогии; если здесь заговорщики развалили страну, то почему этого не могло быть тогда. И, может быть, Бухарин с Вавиловым и Мейерхольд с Тухачевским действительно были врагами — а раз так, то те, кто доносил на них, оказываются правы. Второе — мечты: а если бы вдруг такие же доносчики в свое время (где-нибудь в 70-е годы) сообщили бы наверх о реальных настроениях Горбачева и Ельцина, Кравчука и Яковлева — и к ним бы прислушались. Может и СССР удалось бы спасти. Таким образом доносы получили моральное оправдание в «патриотической» субкультуре еще задолго до наших дней.

Алексей Макаркин

4 апреля президент Макрон и глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен отправятся с визитом в Китай, но установки этих двух визитеров заметно расходятся. Когда Макрон объявил о своем приглашении главе ЕК поехать вместе с ним в Китай, он объяснил это тем, что у него нет европейского мандата, а вдвоем они смогут говорить «единым европейским голосом». Однако есть сомнения, что это получится. Макрон сообщил, что обсудил с канцлером Шольцем предстоящие в Пекине переговоры с Си Цзиньпином и они пришли к «общему видению». Это видение состоит в необходимости «взаимодействовать с Китаем, чтобы оказать давление на Россию» с целью прекращения военного конфликта в Украине на принципах территориальной целостности и суверенитета. Кроме того, Макрон, видимо, попытается выстраивать личные отношения с председателем Си в ходе совместной поездки в Гуанчжоу – столицу провинции Гуандун, которой в свое время руководил отец Си. Ну и, конечно, Макрон будет добиваться более широких возможностей для работы французского бизнеса в Китае.

Представление о том, что главу Китая можно побудить оказать некое давление на Москву и способствовать справедливому урегулированию конфликта присуще многим европейским лидерам, но это представление мало реалистично. Об этом лишний раз говорят прошедшие в пятницу в Пекине переговоры Си и премьера Испании Педро Санчеса. После переговоров Санчес сообщил, что он проинформировал Си о поддержке Испанией мирных предложений, сформулированных президентом Зеленским. Он добавил, что призвал Си поговорить с Зеленским. В свою очередь, китайские государственные СМИ в сообщении о переговорах отметили, что Си призвал положить конец «мышлению холодной войны» и давлению «крайних санкций» против России.

Позиция Урсулы фон дер Ляйен в отношении Пекина серьезно отличается от осторожных подходов лидеров крупных западноевропейских стран, для которых Китай является ведущим торговым партнером. В последнее время главу ЕК даже внутри Евросоюза считают слишком односторонне ориентирующейся на установки администрации президента Байдена, которая пытается оказывать давление на страны ЕС для объединения в борьбе с экономическим и политическим курсом Пекина. В четверг глава Еврокомиссии выступила в Брюсселе со своей развернутой оценкой отношений между ЕС и Китаем. Оценка оказалась откровенно жесткой. Фон дер Ляйен признала, что эти отношения стали «более далекими и трудными» в последние годы. В частности, напряженность между двумя сторонами значительно возросла из-за таких вопросов, как агрессивный курс Пекина в отношении Тайваня, репрессии против уйгуров и китайские торговые санкции в отношении Литвы. Также глава ЕК выразила озабоченность по поводу тесных связей Пекина с Москвой и его отказа осудить российскую военную операцию в Украине. С ее точки зрения, этот вопрос будет одним из определяющих факторов дальнейшего развития отношений между ЕС и Китаем.

Оценивая в целом современную эволюцию Китая, фон дер Ляйен отметила, что страна становится более репрессивной внутри и более напористой за рубежом, заменяя эпоху реформ и открытости эпохой безопасности и контроля, а «ясная цель КПК заключается в системном изменении международного порядка с Китаем в его центре». Тем не менее, глава ЕК подчеркнула, что попытка отгородиться от Китая была бы неосуществимой и не соответствующей интересам ЕС. Вместо этого надо сосредоточиться на снижении рисков для Европы. На дипломатическом фронте это означает усиление взаимодействия с партнерами по глобальным вопросам и укрепление международных институтов. В сфере экономики ЕС примет в этом году новую Стратегию экономической безопасности, которая будет включать меры контроля над внешними инвестициями, связанными с некоторыми чувствительными технологиями, с тем чтобы они «не повышали военные и разведовательные возможности системного соперника».

Что удивительно, выступление фон дер Ляйен прозвучало за несколько дней до визита в Китай. Остается подождать, как это отразится на ходе ее переговоров в Пекине и как она будет согласовывать позиции с гораздо более гибким и прагматичным Макроном.

Александр Ивахник

В Болгарии снова День сурка. Прошедшие в воскресенье пятые за два года парламентские выборы опять не привели к появлению явного победителя, который смог бы сформировать устойчивую коалицию большинства. Две ведущие политические силы страны – правоцентристская партия ГЕРБ Бойко Борисова, который до весны 2021 г. более 10 лет возглавлял правительство и создал глубоко коррупционный режим, и коалиция новой реформаторской партии «Продолжаем перемены» (ПП) и либеральной партии «Демократическая Болгария» (ДБ) – пришли к финишу с почти одинаковым результатом. Разрыв между ними составил всего около 50 тыс. голосов. ГЕРБ, базой влияния которой является провинциальная Болгария, получила 26,5% голосов. Коалиция партии ПП, созданной летом 2021 г. двумя гарвардскими выпускниками Кирилом Петковым и Асеном Василевым, и партии ДБ во главе с Христо Ивановым набрала 24,5%.

Наибольшего прогресса на выборах добилась националистическая и пророссийская партия «Возрождение», которая выступает против членства в НАТО и даже в ЕС. Проведя кампанию под лозунгом организации референдума за отказ от перехода страны на евро, она переместилась на третье место с 14,2% (в октябре 2022 г. было 9%). Союзная с партией ГЕРБ партия этнических турок «Движение за права и свободы» показала обычный для себя результат – 13,7%. Близкая к президенту Румену Радеву Болгарская соцпартия продолжила терять сторонников, сохранив лишь 8,9% голосов. Наконец, с трудом перейдя 4-процентный барьер, в парламент вернулась популистская партия «Есть такой народ» во главе с шоуменом Слави Трифоновым. Явка на выборах, как и в октябре, была крайне низкой – всего 40%. Это говорит о том, что большинство избирателей испытывают сильную усталость и неверие в возможность вернуть политическую жизнь самой бедной страны ЕС в нормальной русло.

Что теперь? Президент Радев заявил, что сразу после подведения окончательных итогов голосования он без промедления вручит мандат на формирование правительства лидеру показавшей наивысший результат партии, т.е. Борисову. Однако ясно, что решить задачу создания правящей коалиции Борисову будет очень сложно. Предстоят длительные и трудные межпартийные переговоры. В принципе и ГЕРБ, и коалиция ПП-ДБ заинтересованы в том, чтобы положить конец правлению временных правительств, назначаемых Радевым по своему усмотрению и стоявших у руля на протяжении полутора лет из двух последних. Кроме того, у двух крупнейших партийных сил сходны внешнеполитические позиции: вхождение в «Шенген» и еврозону, евроатлантическая солидарность, безусловная поддержка Украины и санкций против России. Стремление президента маневрировать между Брюсселем и Москвой вызывает у них неприятие.

С другой стороны, ПП-ДБ постоянно напоминает о непреодоленном коррупционном наследии ГЕРБ и лично Борисова, заявляет, что не пойдет на соглашение с ГЕРБ, пока партией руководит Борисов. Велики различия во внутриполитических установках двух сил. ГЕРБ ставит во главу угла возвращение к политической стабильности и, по сути, отрицает необходимость радикальных системных реформ. ПП-ДБ по-прежнему настаивает на осуществлении глубокой реформы судопроизводства и прокуратуры и выступает за серьезные изменения в сферах здравоохранения и образования. Однако болгарские эксперты не исключают того, что перед лицом безмерно затянувшегося и всем надоевшего политического тупика ГЕРБ и ПП-ДБ все же смогут договориться о формировании внепартийного технократического правительства, которое будет пользоваться их поддержкой в парламенте. Такое правительство должно будет провести ряд институциональных реформ, необходимых для получения €5 млрд из пандемийного фонда ЕС, и подготовить страну к вступлению в еврозону. У Борисова есть и другой вариант – попытаться сформировать коалицию с «Движением за права и свободы» и Болгарской соцпартией, но такой коалиции может не хватить мандатов для устойчивого большинства. Если же оба варианта не реализуются, то Болгарию ждет новое временное правительство и уже шестые выборы где-нибудь осенью.

Александр Ивахник

Владимир Путин уже второй раз за последние месяцы посещает Тульскую область. Первый визит был 24 декабря — тогда президент не только провел совещание с представителями оборонной отрасли, но и посетил губернаторский ситуационный центр, где происходит сбор и обработка информации по ситуации в регионе. Сейчас же в Туле прошло заседание Госсовета по развитию промышленности в условиях санкций. Основным докладчиком выступил губернатор Алексей Дюмин, являющийся главой промышленной комиссии Госсовета. В докладе много говорилось о необходимости протекционистского курса в экономике — подобные идеи продвигают многие промышленники. Также было предложено вернуть в школьную программу черчение — вообще вопрос о возвращении чего-либо советского сейчас весьма популярен в обществе, в значительной степени обращенном в прошлое.

На встрече Путина с работниками завода «Тулажердормаш» даже формальная претензия со стороны одного из участников пошла губернатору на пользу. Участник встречи, живущий в Зареченском районе Тулы, рассказал о постоянных пробках и поинтересовался мерами развития региональной транспортной инфраструктуры. В ответ президент заявил, что если регион готов делать шаги по развитию этой инфраструктуры, то правительство РФ может уже в нынешнем году выделить средства, запланированные на будущий год. И поинтересовался, когда будет сдан Зареченский мост. Дюмин тут же сообщил, что мост будет готов уже в 2024 году и проблема пробок будет снята.

Кстати, в этом году в Туле завершается строительство онкологического центра, рассчитанного на 340 мест (а поликлиника — на 400 посещений в смену). Общая стоимость составляет 9,4 млрд рублей. Сооружение центра началось в 2021-м, первоначально его намеревались открыть в 2024-м, но работы идут столь быстрыми темпами, что объект будет сдан уже в нынешнем году — сами здания (четыре корпуса) построены уже в 2022-м. Можно вспомнить прецедент с Суворовским училищем в Туле, которое с приходом Дюмина построили в 2016 году буквально за несколько месяцев — и открыли в сентябре, как раз к губернаторским выборам. Президент тогда приезжал в училище на церемонию вручения знамени.

Алексей Макаркин

Следующее предварительное судебное заседание по делу Дональда Трампа планируется на 4 декабря 2023 года

Это означает, что в нынешнем году Трамп будет оставаться на свободе — он обвиняется в преступлении, которое не относится к насильственным или тяжким, ранее не судим, имеет постоянный источник дохода и постоянное же место жительства. Его арест был символическим, краткосрочным и без некоторых стандартных процедур, предусматривающих надевание наручников и фотографирование в профиль и анфас. Правда, одной стандартной процедуры — дактилоскопирования — Трамп все же не избежал.

Что еще означает дата 4 декабря? Если сторона защиты не будет затягивать процедурную стадию, то рассмотрение дела по существу начнется в январе 2024-го. Но, в любом случае, Трампу придется в этот период заниматься этим делом вместо того, чтобы все силы бросить на участие в праймериз. Несмотря на его широкую известность, к Трампу также относится истина, что за избирателем надо ухаживать — а это предусматривает проведение активной агитационной кампании. А Рон Десантис не упустит возможности и вложится по максимуму в агитацию в Айове и Нью-Гемпшире. Пока что в Нью-Гемпшире Трамп опережает Десантиса на 13 пунктов — разрыв немаленький, но преодолимый.

Впрочем, праймериз можно (хотя и не без проблем) выиграть и отвлекаясь на судебные слушания — если удастся по максимуму мобилизовать сплоченных идеологизированных трампистов, не желающих поддержать никого, кроме своего кумира. Но уже на следующей стадии — общенациональной кампании — привлечь колеблющихся избирателей куда сложнее, особенно если дело завершится обвинительным приговором. Он не будет препятствием для участия в выборах — есть прецедент 1920 года, когда социалист Юджин Дебс, осужденный за антивоенную агитацию, стал кандидатом в президенты и получил почти миллион голосов — но это составило всего 3,4% голосов избирателей. Прецедент для Трампа не слишком оптимистичный.

Алексей Макаркин

Политический алгоритм «Жириновский» — продолжение курса на мемориализацию ЛДПР, «вечным лидером» которой остается Жириновский.

Прецедент в отечественной истории был с ВКП(б)-КПСС, где каждое следующее руководство партии апеллировало к Ленину, который оставался «живее всех живых». Только тогда была эпоха модерна с многочисленными памятниками и музеями — а сейчас постмодерн с нейросетью. Так что памятник Жириновскому открыли на кладбище, а для широкой аудитории он останется в виде алгоритма. Интерес, конечно, будет меньшим, чем к живому Жириновскому, основу поклонников которого еще с 1991 года составляли телезрители. Но все же какую-то часть аудитории привлечь удастся — хотя бы на первое время (потом нейросеть надоедает — это все же не живой человек).

При этом ЛДПР держится на плаву в немалой степени за счет воспоминаний о Жириновском — и демонстрация верности идет партии на пользу, сохраняя ее ядерный электорат. В том числе с учетом отсутствия у Слуцкого собственной харизмы — здесь он Жириновскому, разумеется, не конкурент. Но сохранение рейтингов ЛДПР связано не только с воспоминаниями, но и с дефицитом предложения на партийном рынке, где очень мало узнаваемых брендов. Жириновский сделал ЛДПР узнаваемым брендом — третьим по «раскрученности» после президентской «Единой России» и КПРФ как наследницы КПСС. Пока такой дефицит сохраняется, ЛДПР имеет неплохие шансы оставаться на политической арене. Тем более, что она еще с 1990-х годов востребована властью как лояльная политическая сила, аккумулирующая часть националистического протеста и критикующая КПРФ.

Алексей Макаркин

Начавшаяся в Турции предвыборная борьба за пост президента складывается для объединенной оппозиции не так благоприятно, как она рассчитывала. Еще в середине марта казалось, что шансы положить конец 20-летнему правлению Эрдогана велики как никогда. Запредельная инфляция и глубокое снижение уровня жизни вследствие волюнтаристской финансовой политики президента. Нерасторопность властей в организации помощи миллионам пострадавших от страшного февральского землетрясения. Недовольство продвинутых горожан в связи с тем, что Эрдоган откровенно выстраивал персоналистский режим и подминал под себя прокуратуру, суды и значительную часть СМИ. Всё это играло против президента.

С другой стороны, шесть основных партий оппозиции после длительных и сложных переговоров смогли объединиться в Национальном альянсе и в начале марта выдвинуть единого кандидата – лидера кемалистской Республиканской народной партии (РНП) Кемаля Кылычдароглу. В этот альянс вошли очень разные политические силы, но их объединяет стремление избавиться от президентского авторитаризма и вернуться к парламентской демократии. 20 марта Кылычдароглу совершил рискованный, но важный шаг – он посетил руководство прокурдской левой Демократической партии народов (ДПН), которую власти преследуют за якобы тесные связи с запрещенной Рабочей партией Курдистана. Курды составляют до 15% электората страны и в подавляющем большинстве ориентируются на ДПН. После этого руководство ДПН заявило, что партия не будет выставлять своего кандидата в президенты, и призвало поддержать Кылычдароглу. Все мартовские опросы показывали, что рейтинг Кылычдароглу превышает рейтинг Эрдогана, а некоторые прочили ему победу уже в первом туре 14 мая.

Однако после официальной регистрации кандидатов 27 марта ситуация осложнилась. Помимо действующего президента и кандидата от объединенной оппозиции в гонку после успешного сбора 100 тыс. подписей вступили еще два человека. Это представитель крайне правого «Альянса ататюркистов» Синан Оган и Мухаррем Индже. И если поддержка первого не превышает 1-2%, то второй более популярен, а главное – он будет забирать голоса у Кылычдароглу. Индже – фигура хорошо известная в Турции. На президентских выборах 2018 г. РНП выдвинула именно его, а не Кылычдароглу, поскольку считалось, что его яркая риторика и боевитая манера поведения лучше соотносятся с агрессивным стилем Эрдогана. Тогда Индже набрал 30,6% голосов против 52,6% у Эрдогана. Затем, после неудачной борьбы с Кылычдароглу за пост лидера, он покинул РНП в 2021 г. и создал собственную партию «Отечество», ориентированную на светских националистов.

Ведущие оппозиционные деятели призывали Индже снять свою кандидатуру. 29 марта с ним встретился Кылычдароглу, но это ни к чему не привело. Формально Индже позиционирует себя как соперника обоих главных кандидатов. Но в своей публичной активности он фокусирует внимание на недемократичности РНП и на отрыве руководства партий оппозиционного альянса от их массовой базы. Индже подчеркивает, что столь разнородный альянс не сможет управлять страной. Он также поддерживает внешнюю политику Эрдогана и его политику безопасности, настаивает на недопустимости уступок «террористическим группам». Это перекликается с риторикой Эрдогана, который голословно утверждает о большом влиянии Демократической партии народов на объединенную оппозицию и отсюда протягивает нить к «террористам из РПК». Турецкие аналитики считают, что Индже наиболее привлекателен для молодых избирателей, которые устали от Эрдогана, но которых не вдохновляет 74-летний Кылычдароглу и его альянс с прежними союзниками президента.

Рейтинг Индже пока составляет 5-10% – достаточно, чтобы перевести выборы во второй тур. Это даст преимущество Эрдогану, поскольку 14 мая одновременно проводятся и парламентские выборы, а на них, скорее всего, победит президентская Партия справедливости и развития и ее союзники. И перед вторым туром Эрдоган со всей мощью своего контроля над СМИ будет убеждать избирателей в том, что нельзя допустить раскола во власти, иначе – хаос, развал и торжество внешних противников.

Александр Ивахник

Современный мир — в значительной степени мир интересов

Поэтому Макрон едет в Китай, где ведет переговоры с Си Цзиньпином как лидером одного из ключевых экономических партнеров Евросоюза. Поэтому Байден фактически продолжает курс Трампа на поддержку американской промышленности — невозможно выиграть выборы, опираясь только на талантливых ребят из новой экономики. Поэтому саудиты, сохраняя партнерство с США, в то же время в нефтяной политике исходят из собственных интересов, которым никак не соответствуют низкие цены на нефть. И выстраивают отношения с Ираном, что пока выглядит тактикой, а не долгосрочной стратегией. Поэтому и Индия одновременно является членом БРИКС и диверсифицирует импорт вооружений между Россией, Францией и США. Сотрудничает с Китаем и при этом конкурирует с ним в качестве мирового центра влияния и не забывает про исторические китайско-пакистанские отношения.

Поэтому и китайские представители разного уровня делают внешне противоречивые заявления, которые то обнадеживают российское общество, то разочаровывают его. Хотя, с точки зрения китайской стороны, эти заявления являются не противоречивыми, а взаимодополняющими — типа «мы вас понимаем, но обязательств перед вами у нас нет». То есть партнерство, а не союзничество. Ведь Китай в политике все более конкурирует с США, а в экономике остается одной из ключевых составляющих глобального мира.

Есть ли место в современном мире идеалам? Конечно, есть — но они, насколько возможно (чтобы не утратить собственную идентичность), сопрягаются с темой интересов. При этом интересы не стоит понимать вульгарно — как желание заработать любой ценой, обеспечить пресловутые 300% прибыли, при которых капитал готов на любое преступление (о чем писал Маркс, приводя соответствующую цитату из ныне прочно забытого Даннинга). Интересы могут пониматься достаточно широко — от социально-экономической сферы до представлений о комфортном и безопасном мире, в котором, кстати, и торговые отношения развиваются лучше.

Алексей Макаркин

Как и следовало ожидать, президент Макрон и глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен не смогли изменить позицию председателя Си Цзиньпина в отношении России и военного конфликта в Украине, хотя именно это объявлялось главной целью их визита в Китай. Единственно, чего удалось добиться от лидера Китая, так это повторения слов о том, что «мирные переговоры должны возобновиться как можно скорее, принимая во внимание разумные озабоченности всех сторон проблемой безопасности и с учетом Устава ООН». И вроде бы Си обещал, когда созреют условия, позвонить президенту Зеленскому. Зато визит запомнится тем, как по-разному принимали двух европейских политиков. Даже с учетом того, что визит Макрона был государственным, а визит фон дер Ляйен – рабочим, отличия в обхождении с ними были явно демонстративными. К Макрону относятся в Пекине как к самостоятельному европейскому лидеру с высокими международными амбициями, на которого надо делать ставку в попытке оздоровить отношения с ЕС. А фон дер Ляйен воспринимается как проводница американского курса на изоляцию Китая от Запада. Сама она добавила оснований для такого восприятия, когда за несколько дней до визита выступила с резко критическими оценками в отношении нынешней эволюции Китая, что, конечно, не осталось в Пекине незамеченным.

Макрону, который прибыл в Китай с большой делегацией чиновников и бизнес-лидеров, был оказан исключительно радушный прием. У трапа самолета его встретил министр иностранных дел Цинь Ган. Программа пребывания президента Франции была составлена крайне плотно. В общей сложности он общался с председателем Си около семи часов. Главу же Еврокомиссии встречал в аэропорту министр экологии, да и то у пассажирского выхода. Из серьезных переговоров у нее состоялась отдельная встреча с премьер-министром Ли Цяном и общая с Макроном беседа с Си. Особенно разница во внимании к двум гостям проявилась в четверг. Макрона на площади Тяньаньмэнь на красной ковровой дорожке перед строем почетного караула встречал Си Цзиньпин, прозвучал салют, затем оба лидера прошли в Дом народных собраний, где провели переговоры один на один. После переговоров состоялось их совместное выступление перед журналистами и затем вместе с членами делегаций подписание торговых соглашений (крупнейшее – с компанией Airbus). И только потом, в одиночку поднявшись по огромным ступеням Дома народных собраний, к Си и Макрону присоединилась фон дер Ляйен для полуторачасовых переговоров. Вечером там же для президента Франции был дан торжественный банкет, а фон дер Ляйен в это время в представительстве ЕС в Пекине общалась с журналистами.

Показательно также, что в китайских государственных СМИ все внимание было сосредоточено на визите Макрона и на теме китайско-французских отношений, а о главе ЕК едва упоминалось. В социальных же сетях фон дер Ляйен рисовалась как американская марионетка. В заметке, опубликованной на канале, связанном с Минобороны, говорилось: «Фон дер Ляйен – это хорошо известная проамериканская персона, распродающая Европу к выгоде Америки и без устали подталкивающая ЕС к конфронтации с Россией».

В пятницу президента Франции продолжали обхаживать в южнокитайском городе Гуанчжоу. Сначала в Университете имени Сунь Ятсена он пообщался со студентами, которые встретили его с похоже искренним восторгом. После этого председатель Си, приехавший в Гуанчжоу ради Макрона, показал ему резиденцию отца, который в свое время руководил провинцией Гуандун. Затем два лидера в течение трех часов беседовали с глазу на глаз в чайном домике у живописного озера. Столь большое время, уделенное Си Цзиньпином гостю, возможно, объясняется личной симпатией к Макрону, известному умением обходить острые углы. Но на первом плане – прагматичный интерес. В условиях растущей взаимной конфронтации с США Пекин стремится не допустить консолидации ЕС на антикитайских позициях и минимизировать препятствия на пути развития экономических связей. Макрон, который постоянно подчеркивает необходимость стратегической автономии Европы, является в этом отношении критически важным партнером.

Александр Ивахник

Главное в поправках к законопроекту о порядке оповещения призывников — это изменение правил постановки на воинский учет и вручения повестки, а также временные обеспечительные меры. Председатель комитета Госдумы по обороне Андрей Картаполов заявил, что новые правила будут распространяться на тех, кто «не получает повестку или делает вид, что не получает».

Теперь постановка на воинский учет осуществляется путем внесения сведений во вновь созданный Реестр воинского учета и может осуществляться без личной явки призывников в военкомат.

Повестки направляются в письменной форме и дублируются в электронной форме. Есть три варианта письменной формы — традиционные (личное вручение сотрудниками военкомата или представителями работодателя) и новая (по почте заказным письмом с уведомлением о вручении). А повестка в электронной форме направляется «в порядке и способами, которые установлены Правительством». Все они будут иметь одинаковую юридическую силу.

Конечно, на практике заказное письмо можно не брать, а электронное уведомление проигнорировать (обязанности заходить в Интернет у российских граждан нет). И вот тут действует положение о том, что повестка считается врученной с момента ее размещения в личном кабинете гражданина на соответствующем информационном ресурсе.

Но что будет, если предусмотрительный призывник совсем уйдет с данного портала? В законопроекте сказано, что если повестка не считается врученной одним из перечисленных способов, то она все же считается врученной по истечении семи дней с даты ее размещения в Реестре повесток. Так что удаление аккаунта не повлияет на вручение повестки.

Теперь о временных мерах. Призывникам с момента, когда повестка считается врученной, в качестве временной меры, направленной на обеспечение их явки по повестке, запрещается выезд из страны. В течение суток им направляется предупреждение о применении в их отношении временных мер в случае неявки по истечении 20 дней со дня, указанного в повестке. Если же и после этого призывник не явится, то он лишается права на управление транспортными средствами. С учетом высокой степени «автомобилизации» населения эта мера представляется основной. Другие меры: запрет получать кредиты, регистрировать недвижимость и автомобиль, быть самозанятым или индивидуальным предпринимателем.

Изменения порядка оповещения призывников военное ведомство продвигало еще в 2018 году. Но тогда куда более ограниченные меры (вручение повестки заказным письмом) столкнулись с проблемой политических рисков, возможного недовольства призывников и их родителей. Поэтому принятый в первом чтении законопроект завис в Думе на несколько лет. Во втором чтении он был принят в феврале прошлого года, но третье чтение было отложено. Законопроект был возвращен на второе чтение и ужесточен. Видимо, в нынешней ситуации тема общественного мнения уже неактуальна — тем более, что общество расколото, и немалая его часть требует ужесточительных мер, причем она наиболее активна в публичном пространстве.

Та же часть общества, которая выступает против таких мер, в основном старается не светиться — и предпочитает индивидуальные стратегии адаптации. В данном случае проще говоря — договориться с военкомом или отправить потенциального призывника за пределы России, не дожидаясь, пока повестка будет размещена в Реестре. Но в обоих случаях действует финансовый ресурс, который есть далеко не у всех — и в последнее время он в основном истощался.

Алексей Макаркин

Вопрос о гипотетическом альянсе Сергея Миронова и Евгения Пригожина связан с мотивацией последнего.
Что касается мотивации Миронова, то она понятна — как любой партийный лидер, он заинтересован в стабильных спонсорах на общенациональном уровне. В 2022 году партия, согласно отчету, практически полностью жила за счет госфинансирования — 639 млн рублей из 653 млн партийных доходов (98%).

Однако проблема спонсора заключается в том, что финансировать всю партию ему не слишком интересно. В отличие от бизнеса, парламентская партия не может позволить себе закрыть или «заморозить» неперспективные отделения в регионах. У «Справедливой России» во многих субъектах Федерации отделения слабы и зависимы от действующих губернаторов. Их амбиции не распространяются дальше получения единичных депутатских мандатов в региональных парламентах и муниципалитетах, что не влияет на политические процессы. На губернаторских выборах они только обозначают участие.

И возникает вопрос — зачем спонсору финансировать партию в целом. До думских выборов 2026 года еще далеко, какова будет к тому времени политическая расстановка сил, никто не знает. У Пригожина могут быть конкретные интересы в Петербурге, но и следующие выборы в питерский ЗАКС должны пройти в том же 2026 году. Конечно, есть еще выборы питерского губернатора, которые состоятся в 2024-м, но вряд ли можно предполагать, что они пройдут по реально конкурентному сценарию. И тем более из области политической фантастики является предположение, что реальным конкурентом кандидату от власти станет представитель «Справедливой России». Внутриэлитного раскола в «северной столице» федеральная власть не допустит.

А раз так, то локальное сотрудничество для решения текущих политических задач (а они есть и вне электорального процесса) вполне возможно — но «генеральное спонсорство» весьма сомнительно.

Алексей Макаркин

На Западе продолжается большой политический шум, связанный с итогами визита президента Макрона в Китай и особенно с его интервью, которое он дал в самолете по пути в Париж. Главная идея интервью, опубликованного 9 апреля, состояла в том, что ЕС должен уменьшить свою зависимость от США и избегать втягивания в конфронтацию между Китаем и США из-за Тайваня. Президент Франции уверен, что интересам европейцев не соответствует обострение кризиса вокруг Тайваня и они не должны просто следовать в этом вопросе за США. Макрон трезво признал: «Европейцы не могут разрешить кризис в Украине. Как мы можем убедительно сказать Китаю в отношении Тайваня: осторожно, если вы сделаете что-то плохое, мы будем там?» По словам президента, при вовлеченности в борьбу между двумя сверхдержавами Европа будет лишена времени и ресурсов, чтобы финансировать свою стратегическую автономию, и она «станет вассалом». Если же у Европы будет несколько лет для развития этого проекта, то она сможет стать «третьей сверхдержавой», третьим полюсом мирового порядка.

Хотя президент Франции давно продвигает идею стратегической автономии Европы в экономике, технологиях и обороне, на этот раз его откровенные рассуждения вызвали шквал критики по обе стороны Атлантики. Часть политических сил на Западе истолковала его оценки как умиротворение Пекина. Особенно громким было негодование в рядах Республиканцев США. Заявления Макрона «были обескураживающими, они были позорными и очень геополитически наивными», отметил председатель подкомитета Палаты представителей по Китаю Майк Галлахер. Взгляды президента Франции «приводят в уныние, поскольку угроза КПК Тайваню является растущей опасностью для глобального баланса сил», подчеркнул Майкл Маккол, глава Комитета Палаты представителей по иностранным делам. А Дональд Трамп в свежем интервью и вовсе заявил, что Макрон в ходе визита «целовал задницу Си». Озвученные Макроном установки могут добавить доводов тем Республиканцам, которые считают, что Байден оказывает слишком большую финансовую и военную помощь Украине. Подтверждением тому служат слова известного сенатора Марко Рубио, который написал в твиттере: если Европа собирается выбирать сторону в вопросе о Тайване, то «возможно, нам следует в принципе сказать, что мы собираемся сосредоточиться на Тайване и угрозах, которые представляет Китай, а вы, парни, будете разбираться с Украиной».

Надо сказать, что комментарии Белого дома и Госдепа были направлены на сглаживание ситуации, в них подчеркивалась высокая степень сотрудничества и координации с Францией. Тем не менее, в Европе поднялась заметная волна тревоги по поводу того, что позиция Макрона может нанести ущерб трансатлантическим отношениям. Особенно это проявилось в Восточной Европе. «Вместо того, чтобы строить стратегическую автономию, я предлагаю развивать стратегическое партнерство с США», – заявил премьер Польши Моравецкий накануне визита в Вашингтон. Глава МИД Чехии Ян Липавский отметил: «Европа должна больше вкладывать в свою безопасность, но я не считаю это препятствием для сотрудничества с США». Критические голоса прозвучали и в Германии. Наиболее резко высказался экс-глава комитета Бундестага по внешней политике Норберт Рёттген из ХДС, который оценил визит Макрона в Китай как «пиар-акцию для Си и внешнеполитический провал для Европы».

Вместе с тем, критики не прозвучало от правительств таких крупных стран, как Германия, Италия и Испания, которые выступают за тесное взаимодействие ЕС с Китаем как важным игроком на мировой сцене и ключевым торговым партнером. А председатель Евросовета Шарль Мишель во вторник подчеркнул, что позиция Макрона среди лидеров стран ЕС не является изолированной. По его оценке, за последние годы влияние идеи стратегической автономии в рамках союза сильно выросло. Мишель констатирует, что в Европе сохраняется большая приверженность союзу с США. «Но если этот союз предполагал бы, что мы слепо, систематически следуем позиции США по всем вопросам, то нет», – заключил глава Евросовета. Впрочем, у какой точки зрения в ЕС сейчас больше сторонников, сказать сложно.

Александр Ивахник

Джо Байден 12 апреля посетил Северную Ирландию в рамках празднования 25-летия Соглашения Страстной пятницы, но его пребывание в Белфасте продлилось лишь полдня, после чего он отправился с трехдневным визитом в Республику Ирландия. Там он, помимо общения с политиками, будет посещать места, где жили его ирландские предки, и встречаться со своими дальними родственниками. Кратковременность визита президента США в Ольстер, конечно, не случайна. Она объясняется тем, что Соглашение Страстной пятницы, положившее конец долгим кровавым столкновениям между ирландцами-католиками и юнионистами-протестантами, предусматривало введение системы разделения власти между этноконфессиональными группами и создание автономной Ассамблеи и правительства, но уже более года работа этих органов блокируется Демократической юнионистской партией (ДЮП).

Эта партия настаивает, что подписанный в рамках брексита североирландский протокол, оставляя провинцию в едином товарном рынке ЕС, поставил под сомнение основы ее существования внутри Соединенного Королевства. ДЮП не считает, что Байден может способствовать выходу из внутриполитического кризиса, поскольку он не беспристрастен и всегда занимал ирландскую сторону. Показательно, что известные деятели ДЮП накануне приезда президента США отмечали в СМИ, что он имеет репутацию «прореспубликанского, антиюнионистского и антибританского» политика и вообще «ненавидит Соединенное Королевство». Представителю Белого дома пришлось в Белфасте уверять репортеров, что Байден не настроен антибритански, а напротив является «убежденным сторонником нашего двустороннего партнерства».

Что касается партнерства с Британией, то Белфаст не стал площадкой для этого. Утром Байден провел чисто формальную получасовую встречу с британским премьером Риши Сунаком в гостинице, где остановился. В рамках же своей основной программы президент США явно не хотел акцентировать острые вопросы о внутри-ольстерском конфликте и тупиковом состоянии региональной власти. Он отклонил предложение выступать в Стормонте – здании провинциального парламента, который уже год не собирается. А в своей речи в кампусе местного университета перед общественностью он вспоминал не только о своих ирландских корнях, но и о предках из числа ольстерских шотландцев-протестантов. До этого Байден коротко переговорил с каждым из лидеров пяти основных региональных партий, включая лидера ДЮП Джеффри Дональдсона.

Речь президента США была выдержана в осторожных, обтекаемых фразах. Естественно, он говорил о значении Соглашения Страстной пятницы для сохранения мира в Ольстере. Байден выразил убежденность в том, что демократические институты, учрежденные Соглашением, остаются критически важными для будущего Северной Ирландии и что система разделения власти является единственным способом гарантировать, чтобы «враги мира не возобладали». Он также отметил, что существование эффективного автономного правительства расширит экономические возможности Ольстера и десятки крупных корпораций США будут готовы инвестировать в регион. «Поэтому я надеюсь, что региональная Ассамблея и правительство будут вскоре восстановлены. Решение за вами, а не за мной, но я надеюсь, что это случится», – так предельно аккуратно выразил президент США свой главный месседж.

Лидер ДЮП Дональдсон позитивно оценил сдержанность Байдена и воздержался от критики. Однако он заявил журналистам, что весь визит и речь Байдена «не меняют политической динамики» в регионе. Правительство Сунака надеялось, что подписанное в конце февраля соглашение с ЕС, которое свело к минимуму проверки британских товаров, предназначенных для Ольстера, откроет путь к восстановлению системы разделения власти в провинции. Но ДЮП хочет дальнейших уступок от ЕС и собирается представить свои предложения британскому правительству через несколько недель. Лондон, в свою очередь, заявил, что соглашение с Брюсселем пересмотрено быть не может. Так что перспектива преодоления политического тупика в Ольстере пока не просматривается.

Александр Ивахник

Более трех десятилетий назад в Россию символически вернулась эмиграция.
Изгнанники, которых официальная пропаганда ранее осуждала или, в лучшем случае, жалела как неприкаянную «полынь в чужих полях», вдруг стали интересны и актуальны. Не для всего общества, но для немалой части людей социально активных и мыслящих. Но при этом в российском дискурсе утвердились три идеи, для эмиграции довольно маргинальные и конфликтные между собой, связанные с сильнейшей фрустрацией — но нередко соединяющиеся в причудливую смесь. Споры же, которые вели представители других течений — хоть лево-, хоть правоцентристских (и там вставал вопрос об отношении к демократии, решавшийся по-разному) — практически не влияли на современное, также фрустрированное, общественное сознание.

Первые две идеи, кстати, продвигались в относительно локальных аудиториях еще в советское время, и только третья была по идеологическим основаниям «запретным плодом».

1. Сменовеховство. Государство превыше всего. Раз больше нет царя и разгромлен сражавшийся за «единую и неделимую» адмирал Колчак, то надо служить тем, что хотя бы на новых основаниях восстановил единство страны — и, по мере возможности, ее исторические границы. Тем более, что можно надеяться на то, что большевистская власть станет более умеренной. Но даже если этого не произойдет, то надо принять судьбу такой, какая она есть в надежде на будущие поколения.

2. Евразийство. Враг в Европе, друг — в Азии. Россия — евразийская страна с упором именно на азиатский компонент. Европа многократно предавала защищавшую и спасавшую ее Россию, навязывая ей свои представления о должном. Поэтому Россия в союзе с Азией должна защищаться от европейской военно-идеологической экспансии и если не замуровать, то прикрыть окно, опрометчиво прорубленное Петром.

3. Радикальный монархизм. Государя в 1917 году предали все элиты. Дворянство, духовенство, генералитет, бизнес и даже великие князья. Либералы не предали, потому что всегда были врагами России. Революционеры подрывали ее основы со времен декабристов. Остались верными Распутин, Вырубова, граф Келлер (и еще несколько имен). Дальше развилка — или громко идти до конца, разоблачая всех возможных предателей и врагов. Или потихоньку признать, что Сталин не так уж плох — погоны восстановил, Берлин взял, да и большевиков больше, чем все белые генералы вместе взятые. И тут намечается тропинка к пункту первому — сменовеховству.

Алексей Макаркин

Закончившийся в субботу визит Лулы да Силва в Китай подтвердил, что выбирая между позициями Пекина и западных столиц в острых международных вопросах, Бразилия будет занимать китайскую сторону. Победа Лулы на выборах в декабре породила на Западе надежду, что левый президент крупнейшей латиноамериканской страны, в отличие от своего праворадикального предшественника Жаира Болсонару, не только будет продвигать демократические нормы на своем континенте, но и солидаризироваться с США и Европой по геополитической проблематике. Однако очень скоро стало ясно, что Лула, резко активизировав внешнюю политику страны, выступая за укрепление международного сотрудничества и позиционируя Бразилию как важного мирового игрока, одного из лидеров Глобального Юга, отстаивает независимый и довольно прагматичный курс.

Во время переговоров с Олафом Шольцем в январе и с Джо Байденом в феврале Лула отказался не только поставлять оружие в Украину и присоединиться к антироссийским санкциям, но и вообще занять однозначную позицию по украинскому военному конфликту. Вместе с тем в марте и апреле президент Бразилии пытался взять на себя роль инициатора создания «клуба мира» из ряда неприсоединившихся стран, который бы выступил посредником в прекращении военных действий и достижении мира между Россией и Украиной. Помимо прочего, Лула говорил по видеосвязи с президентом Зеленским, посылал своих советников в Москву и Киев для консультаций с лидерами двух стран. Конкретные предложения Лулы по условиям мирного договора сводились к тому, что Россия выводит войска и отказывается от недавно присоединенных регионов, но оставляет за собой Крым. Понятно, что эти предложения в настоящее время неприемлемы ни для Москвы, ни для Киева. Но Лула делал большую ставку на то, что к его инициативам присоединится могущественный Китай и тогда, возможно, у них появится больше шансов на реализацию. Перед визитом в Китай бразильский лидер открыто говорил о том, что его идея о присоединении Пекина к «клубу мира» станет одним из главных пунктов его переговоров с Си Цзиньпином.

Однако, судя по всему, Си не захотел ничего добавлять к тем 12 крайне неопределенным пунктам для разрешения украинского кризиса, которые были озвучены Пекином в феврале. В итоге в совместном заявлении, опубликованном после трехчасовых переговоров в пятницу, отмечается, что «Бразилия позитивно восприняла китайское предложение, в котором содержатся мысли, способствующие поиску мирного выхода из кризиса», а «Китай приветствует усилия Бразилии, направленные к достижению мира». Также стороны согласились, что «диалог и переговоры» являются единственным жизнеспособным путем, чтобы покончить с кризисом, и призвали другие страны «играть конструктивную роль в продвижении политического урегулирования между Украиной и Россией». В субботу, в самом конце визита, Лула, выступая перед журналистами, произнес слова, которые наверняка должны понравиться Пекину. «Соединенным Штатам необходимо прекратить поощрять войну и начать говорить о мире, Евросоюзу необходимо начать говорить о мире. Прежде всего, необходимо убедить те страны, которые поставляют оружие, поощряя войну, прекратить делать это», – сказал президент Бразилии.

В свою очередь, Си Цзиньпин принимал в Пекине бразильского лидера столь же пышно, как недавно президента Макрона. Он встречал Лулу на площади Тяньаньмэнь, они прошли по красной ковровой дорожке перед строем почетного караула под залпы салюта. Но помимо приятных почестей Лула получил и немало полезного для своей страны. 13 апреля в Шанхае он посетил исследовательский центр IT-гиганта Huawei и завод крупного производителя электромобилей BYD – обе компании имеют масштабные проекты в Бразилии. Вообще Китай с 2009 г. является главным торговым партнером Бразилии, ведущим рынком для бразильского экспорта и крупнейшей в Латинской Америке площадкой для китайских инвестиций. Именно вопросы торговли и инвестиционного сотрудничества были в центре переговоров Лулы с Си. Было подписано 15 двусторонних соглашений в самых различных сферах – от сельского хозяйства до аэронавтики.

Александр Ивахник