‼️“Все из нас прекрасно понимают, для чего это делается. Это делается, в первую очередь для того, чтобы мы замолчали раз и навсегда. Чтобы не давали никакой информации, никаких показаний от нас не шло. Если только мы вчетвером — то есть нас не станет, то есть они нас обнулят — то, ну, уголовное дело, в принципе, развалится процентов, ну, наверное, на 70. То есть, так как мы — ключевые свидетели”

Ранее мы уже не раз публиковали информацию о преступной деятельности комбата Оганеса Петросяна и начальника штаба Алексея Шека из 54-го мотострелкового полка (в/ч 31831). Избиения, поборы, торговля гуманитаркой, фальшивые боевые распоряжения, отправки "в один конец", угрозы бойцам и запугивание их семей. Эти факты подтверждены множественными свидетельствами и обращениями. По ним было заведено уголовное дело. Но сейчас его расследование фактически блокируется.

Военнослужащий Козлов Алексей Геннадьевич записал обращение, в котором рассказал, что он вместе с тремя сослуживцами — Романом Бередовским, Романом Хлебниковым и Максимом Фириченко — являются ключевыми свидетелями по делу. Он уточнил, что в живых остались только четверо и они готовы дать показания.

“На руках имеются документы, подтверждающие то, что они занимаются финансовыми махинациями в больших, то есть в крупных, размерах, денежных. То есть, людей — мертвые души, как говорится — людей нет в живых, либо там, ну, я не знаю, они там никогда не были. То есть, а денежные средства там начисляются, куда-то перечисляются”

Несмотря на то, что Оганеса Петросяна и Шека формально отстранили от руководства батальоном, они продолжают служить — и теперь занимаются комплектованием подразделений из заключённых в "Шторм V". Более того, как утверждает Козлов, сбор "добровольных" поборов никуда не исчез — схема работает до сих пор.

По его словам, после того, как один из свидетелей передал Следственному комитету доказательства финансовых махинаций со стороны командования, им начали поступать угрозы. Козлов уточнил, что с подачи капитана 3 ранга Тураева и командира полка В. Кукурика бойцов пытались отправить в зону боевых действий под формальным предлогом перевода в другое подразделение. Их ставят перед фактом, угрожают, манипулируют документами, отказывают в предоставлении законных отпусков и в оформлении справок действующих участников СВО. По словам бойца, всё это делается с одной целью — устранить свидетелей.

“Полностью документацию подготовили, потом ребят поставили перед фактом и сказали: у вас есть 20 минут на то, чтобы, типа, решить свой вопрос, либо вы едете за ленточку”

Алексей уточнил, что их переводят с формулировками, не имеющими юридической силы. На обращения и рапорта никто не отвечает. Рапорты о ранении, отпуске, участии в СВО просто игнорируются. Медицинские показания подделываются. Военнослужащих, небоеспособных по состоянию здоровья, продолжают отправлять на боевые задачи.

Козлов заявляет, что их жизни находятся под прямой угрозой. Они знают, что их могут "обнулить" в любой момент. В то же время исполнители преступлений продолжают службу: некоторые теперь переведены в военную полицию. Упоминаются фигуранты с позывными "Змей", "Седой", "Хач" — именно они участвовали в избиениях бойцов по приказам Петросяна и Шека.

Военнослужащий заявил, что пока свидетелей отправляют на убой, командиры, обвинённые в преступлениях, продолжают службу, а следствие бездействует. Более того, по словам Козлова, сотрудники 121-го военного следственного отдела СК РФ в Донецке передают командованию полка информацию, в том числе сведения о показаниях и наличии компрометирующих документов.

“Я не знаю, как с нами будет, что с нами будет дальше. Наша жизнь сейчас, как говорится, на очень тоненьком волоске висит, потому что вероятен такой случай, что нас отправят на передовую — именно на первую линию — ну и безвозвратно, короче”

Козлов прямо говорит: если с ними что-то случится, это будет не случайностью, это попытка уничтожить ключевых свидетелей, чтобы развалить уголовное дело. Сам он надеется, что даже если их “обнулят”, дело всё равно будет доведено до конца, и виновные понесут наказание.