Премия Diagram за самое странное название книги давно привлекает внимание издателей, потому что странные книги в последнее время продаются очень хорошо. Людям нравится покупать и дарить такие книги. В 2021 году обозначились два фаворита: “Обрезан ли Супермен” (‘Is Superman Circumcised?’) и “Мисс, мне насрать: привлечение внимания к сложному поведению в школах” (‘Miss, I Don’t Give a Shit: Engaging with Challenging Behaviour in Schools’).
Иногда под шуточными названиями могут скрываться отлично написанные истории. Так, в 2016 году премия досталась книге Алана Стаффорда «Слишком обнаженный для нацистов», посвященной водевильной труппе Уилсон, Кеппел и Бетти. Второе место в том году заняла довольно серьезная книга доктора Джонатана Аллана «Чтение сзади: Культурная история ануса».
Не менее серьезной книгой было пособие Майкла Янга «Управляем стоматологической клиникой по-чингисхановски» («Managing a Dental Practice: The Genghis Khan Way»), получившей премию Diagram в 2010 году.

Вопрос о том, насколько грамотность важна в литературном творчестве, волновал, волнует и будет волновать очень многих. Должен ли пишущий человек быть абсолютно грамотным или какие-то ошибки допускаются? Спорить можно долго, но, наверное, следует учитывать тот факт, что даже классики иногда писали с ошибками. Ну, например, “наше все” Александр Сергеевич Пушкин сделал в своих бессмертных произведениях множество грамматических ошибок. Он писал “бревны” вместо “бревна”, “селы” вместо “села” и “серебряной” вместо “серебряный”. Лингвисты и литературоведы, которые подробно анализировали тексты Пушкина, признавали, что это не стилистические приемы, а однозначные ошибки. Снижают ли они значимость пушкинских произведений для русского языка и русской литературы? Вот уж вряд ли.
Другой русскоязычный поэт из разряда классиков, Владимир Маяковский, по собственному признанию, ненавидел запятые и точки. Почему? Потому что не умел их правильно расставлять, на что ему постоянно указывали издатели. Известно, что справляться с синтаксисом и грамматикой Маяковскому помогали друзья, в том числе Осип и Лиля Брик, а также Давид Бурлюк. Литературоведы уверены, что у поэта была дислексия.
Знаменитый создатель “Алисы в стране чудес” Чарльз Лютвидж Доджсон, больше известный под псевдонимом “Льюис Кэрролл”, всю жизнь писал с ошибками. Издателям и редакторам приходилось править его тексты нещадно. Для английского джентльмена викторианской эпохи такая безграмотность считалась недопустимой, но самого Доджсона это мало волновало.
Другой английский классик, Джейн Остин, чей изысканный литературный язык покорил миллионы читателей по всему миру, также очень часто делала ошибки. Именно поэтому, она всегда нанимала корректоров.
Нет сомнений в том, что дислексией страдала Агата Кристи. Все свои истории она записывала с ошибками. У корректоров хватало работы. Зато какие истории! По своей популярности книги Агаты Кристы могут соперничать с шедеврами Шекспира и Библией.

Короче, если вы делаете в слове "учиться" сразу три ошибки - это не значит, что вы не можете стать величайшим писателем всех времен и народов. Для пущей убедительности вот портрет напряженного Маяковского. Возможно, он думал в тот момент о запятых.

Громкие чествования классиков литературы часто бывают связаны с какими-нибудь несуразностями. Например, английского поэта и писателя Томаса Харди, когда он умер в 1928 году, очень хотели похоронить в Уголке поэтов в Вестминстерском аббатстве. Поклонников у него было много, ему прочили Нобелевку и называли чуть ли не лучшим писателем Англии. Казалось, что в Уголке ему самое место. Однако этому воспротивилась вдова Харди писательница Флоренс Дагдейл. Она считала, что ее муж должен быть похоронен дома, в его любимом Дорчестере. Несколько дней поклонники и безутешная вдова спорили. Пора уже было прийти к компромиссу. И он таки нашелся - расчлененка!
Из писателя решили вынуть сердце и похоронить отдельно в Дорчестере, а тело - в Вестминстерском аббатстве. Пришел специалист, аккуратно вытащил орган из мертвого Харди, после чего труп сразу увезли в Лондон. Сердце решили похоронить на следующий день. Обернули бумагой, положили в специальгую коробку, а коробку - в прохладную кладовую. Ночью любимый кот Харди прокрался в эту самую кладовку и съел сердце. Голодный был, наверное.
Надо отдать должное Флоренс Дагдейл - она не стала умерщвлять животное. Кот спокойно дожил до старости, а когда умер, был похоронен рядом с условным сердцем хозяина. Короче, там в фамильном склепе в Дорчестере никакого сердца Харди нет, там похоронена пустая коробка и кот, который стал как бы частичкой того сердца. Хотя большую часть он выкакал задолго до этого, конечно. Наверняка, в том же саду.

А на этом фото Флоренс Дагдейл смотрит на своего выдающегося мужа и думает о чем-то.

Иногда нас спрашивают: что делать, если читать книги не хочется? Ну вот совсем не хочется и все. Это очень плохо? Это деградация, отставание в развитии? Конечно нет! Нет никаких исследований, нет никаких доказательств того, что тексты, оформленные в виде книг, ценнее и чем-то лучше всех остальных. Вы можете читать публикации в СМИ, посты в социальных сетях, блоги, бумажные и электронные журналы - это не превратит вас в идиота. Ну а если вы будете разнообразить эти тексты, то ваш кругозор и ваш словарный запас точно расширятся. Насильно же заставлять себя читать книги не нужно - толку все равно не будет. Кстати, некоторые писатели на определенном этапе своей жизни тоже отдавали предпочтение текстам медийным и совсем не брали в руки книги. Такие периоды были в жизни Хемингуэя, Кортасара, Берроуза, Брэдбери, Итало Кальвино и многих других.

Друзья! Мы же друзья, да? Мы хотим корысти ради навязать вам свои услуги в период новогодних каникул. И не просто навязать, а предложить наш курс творческого письма по неповторимо-демократичным ценам.
Стандартный курс - это 10 занятий. При предоплате до 31 декабря он будет стоить 5 тысяч рублей - по 500 рублей за одно занятие. Пройти его с нами можно будет в удобное время, в индивидуальном порядке, по скайпу. Спешите, дарите занятия друзьям и родным - осталось 10 дней!
И да, мы лишний раз спешим напомнить, что наш курс творческого письма - это не повсеместно размноженные писательские курсы для тех, кто хочет плавать в океане художественной литературы. Нет, мы не такие. Мы, в первую очередь, помогаем развивать стилистические навыки и пополнять лингвистические ресурсы всем, кто хоть как-то связан с текстами. Наши методики соответствуют университетской программе, они проверены временем и людьми.
Короче, пишите, звоните. Ответим на все вопросы.

Иногда, чтоб найти нужное слово, стоит просто обратиться к словарю. Например, там можно найти термин, обозначающий человека, преданного тщетным стремлениям или самой тщетности - Футилитарий (Futilitarian). Очень ёмкое слово 😉

Фото: Мартин Коллар.

Этимология слова подчас раскрывает нам целую цепочку возможных метафор и эпитетов, а также указывает на философскую подоплеку сложившейся семантики. Например, слово "война" и "хуже" (‘war’ and ‘worse’) происходят от одного и того же германского слова, означающего «запутать или перепутать». Увы, это слово не теряет своей актуальности.

Фото: Мартин Коллар

В эти тяжелые, непредсказуемые времена творческое письмо становится особенно важным. С помощью текстов мы можем общаться с по-настоящему близкими людьми и с самими собой. Тексты помогают нам выживать в самых страшных условиях, потому что письмо делает человека внутренне свободным. Не случайно во многих тюрьмах заключенным запрещалось и до сих пор запрещается писать. Любое творчество неразрывно связано со свободой, в том числе, творчество литературное. И поэтому мы призываем вас: ведите дневники, сочиняйте, общайтесь посредством текстов - это поможет справиться с тяготами нынешними и грядущими. Ну а мы всегда рады помочь сделать эти тексты ярче, богаче и свободнее.

Друзья! Хотим напомнить, что у нас есть развернутый курс для тех, кому по каким-то причинам трудно заниматься самостоятельно. А сегодня это и впрямь трудно - новостная лента проблемы стилистики и креативного письма делает, мягко говоря, не слишком актуальными. Однако не нужно забывать, что литературное творчество возвращает к жизни в самых тяжелых условиях.
Развернутый курс от базового отличается принципиально. Базовый - это быстрое знакомство с методиками креативного письма. Предполагается, что вы после такого знакомства занимаетесь самостоятельно. В развернутом курсе подход более персональный, темп ниже, а эффект выше.
Практика показывает, что такой подход дает очень хороший результат. В развернутом курсе от 20 до 35 занятий.
Возникнут вопросы, обращайтесь! Ответим быстро.

Интересно, что стилистику лучше всего развивает искреннее письмо, тексты, отражающие нашу, а не чью-то еще позицию. В психолингвистике этот феномен был изучен еще в 70-е годы прошлого века. Отражая на письме чуждые нам взгляды, мы задействуем стилистические ресурсы и словарный запас в гораздо меньшем объеме. Боле того, мы можем испортить писательские навыки, которыми обладаем.

На занятиях мы не перестаем говорить о том, как важно свои тексты хоть кому-нибудь показывать. Пусть это будут ваши друзья, посты в социальных сетях с ограниченной аудиторией или анонимные заметки в блогосфере - контакт с читателями необходим. Он важен с точки зрения стилистики. Об этом писал еще Григорий Осипович Винокур, выдающийся лингвист и литературовед. Он подчеркивал, что авторскую стилистику невозможно развивать без стороннего взгляда. Если мы подолгу не видим реакцию людей на наши тексты, то у нас чаще всего складывается ложное представление о том, насколько понятно и точно мы высказываем мысли. Обратная связь должна быть обязательно.

В русскоязычной среде полемика вокруг заимствованных слов - дело давнее. Всегда находятся люди, которые яростно выступают против иностранной лексики, считают ее лишней и чуждой. Довольно часто против заимствований выступают государственные идеологи. Так, в Петербурге, во второй половине 1830-х годов развернулась не слишком продолжительная и громкая, но все же дискуссия вокруг одного иностранного слова. Латинское по своему происхождению, оно пришло в Россию из Франции, сразу вызвав противоречивое к себе отношение. Среди высокопоставленных вельмож нашлись те, кто считал новый термин навязанным и нелепым. Особенно слово не понравилось патриотично настроенному министру народного просвещения Сергею Уварову, автору небезызвестной триады “Самодержавие, Православие, Народность”. Вскоре общественное внимание переключилось на другие проблемы, и слово стало тихо входить в русский лексикон. Это было слово “культура”.

В российской науке о стилистике превалирует теория о функционально-стилевом расслоении, и на эту теорию мы часто опираемся в своих занятиях. Отдельные методики и упражнения учитывают принадлежность к тому или иному функциональном стилю. Эта системность не только научно обоснована, она еще и удобна. Однако мы хотим расширить диапазон обучения, и со следующей недели введем в свою программу занятия, основывающиеся на английской системе стилей.
Эта система имеет под собой мощную теоретическую базу, не противоречит российской теории о функционально-стилевом расслоении и помогает решать массу практических задач.
Речь идет о четырех основных стилях письма:
1. Описательный стиль (Denoscriptive writing style)
2. Повествовательный или нарративный стиль (Narrative writing style)
3. Убеждающий стиль письма (Persuasive writing style)
4. Разъяснительный стиль письма (Expository writing style)
На занятиях мы разберем каждый стиль, и с каждом научимся работать.

Как описать реальность, если она пугает, удручает или просто ужасает? Как избежать банальностей и штампов, когда речь заходит о событиях, вызывающих очень мощную эмоциональную реакцию? На эти вопросы нет единственно верного ответа, но некоторые писатели после Первой и Второй мировых войн прибегали к нарочито простым конструкциям, спокойному повествованию и почти механическому перечислению фактов. И эта стилистическая скупость оказывалась подчас гораздо сильнее отчаянных возгласов. Ну а отдельные авторы стремились вовсе отказаться от каких бы то ни было эмоций. Так, американский писатель Уолтер Абиш, которому во время войны пришлось вместе с семьей бежать от нацистов из Австрии, в своем новаторском романе “Сколь это по-немецки”, в некоторых его частях, попробовал абсолютно сухое, безэмоциональное письмо. Получилось? Не совсем. Полностью отказаться от эмоций в литературном произведении практически невозможно. Автор стремился к этому, но читатели все равно видели эмоциональную окраску. Зато сегодня тексты Уолтера Абиша часто используются на занятиях creative writing. Студенты берут отрывки из романа “Сколь это по-немецки” и как бы раскрашивают их образной речью. Вы можете тоже так попробовать, почему нет.

На следующей встрече в библиотеке Маяковского мы предложим собравшимся выполнить парочку практических упражнений по использованию образных средств в тексте. Напомним, что 20 апреля речь пойдет о связи креативного письма с изобразительным искусством. Присоединяйтесь, будет много интересного!

Многие из знаменитых писателей пробовали себя в самых разных профессиях и видах деятельности. И как правило, этот опыт оказывал очень сильное влияние. Например, Эрнест Хемингуэй, Дэшил Хэммет, Эдвард Эстлин Каммингс, Уильям Сомерсет Моэм, Джон Дос Пассос и Арчибальд Маклиш стали яростными противниками войн, после того, как во время Первой мировой поработали водителями машин Красного креста. Перевозка раненых оставила неизгладимое впечатление.
Довольно сильно на творчество Артура Конан Дойла повиляла работа офтальмологом. Чарльз Диккенс на всю жизнь запомнил труд на фабрике по производству ваксы. Ну а Джек Лондон некоторое время был устричным пиратом - работа совсем не такая романтичная, как может показаться, опасностей и всякого мрака в ней хватало. Зато теперь мы можем прочитать великолепную серию рассказов о тихоокеанских приключениях.

А это в качестве иллюстрации архивное фото с Хемингуэем времен Первой мировой войны.

Стилистика письменной речи со временем может меняться очень сильно, и сегодня написать текст так, как будто вы человек XVIII века, очень сложно. Тем интереснее упражнения, которые предлагаются на курсах креативного письма.
Если отслеживать изменения в стилистике, можно почерпнуть немало знаний о словоупотреблении, синтаксисе, о композиционном построении текстов, о том, как со временем менялась семантика слова и его коннотация. Например, слово “мужик” до середины ХХ века соответствовало значению, описанному в словаре Даля: “муж, мужчина простолюдин, человек низшего сословия”. Долгое время “мужиком” называли человека грубого, примитивного, лишенного критического мышления и безропотно следующего установленным правилам/традициям. Также “мужиком” называли работника, выполняющего грязную, грубую работу при доме. В XIX веке назвать дворянина “мужиком” - это гарантированно спровоцировать конфликт, возможно, дуэль.
Во второй половине ХХ века коннотация этого слова стала более нейтральной, хотя “мужчина” оставался гораздо более уместным и уважительным, чем “мужик”. В комплиментарно- побудительном смысле детям намного чаще говорили “будь мужчиной” ,чем “будь мужиком”.
В XXI веке ситуация изменилась: “мужик” стал вытеснять “мужчину”, коннотация сменилась на положительную для большинства русскоговорящих и само слово “мужик” в определенной среде расценивается теперь как комплимент.

а вот два образа для сравнения