Увидев Уилсона, Уилер поспешила к нему.

— Ооооу... Оууу... — попыталась она что-то донести.

Оказавшись рядом с Хиггсбери, Мэйбл повисла в воздухе, с тревогой глядя на Уилсона.

— Оуу... — вздохнула она.

Ощущение в теле призрака были совершенно никакими. Будто не хватало всего: даже нервов, чтобы это почувствовать! Такое ощущение, будто тело всё ещё было, но это лишь галлюцинация. Фантом!

Уилер сердито уставилась на дронов, попытавшись пригрозить кулаком.

Не получилось: рук не было. Да и рта, чтобы плюнуть на них.

— ООооууу ОООууу... — не понимала значение их фразы она.

Обернувшись, авантюристка обнаружила то, как мир в некоторых местах тряся, искажался и менялся в цвете. Было легче думать, что это только ей видится и что таково зрение призраков, но паника проникла червём в её разум.

Необычное ощущение оживления вернуло Уилер к созерцанию мира в ярких красках. Встав на ноги Мэйбл посмотрела на Уилсона, нервно улыбнулась и сделала шаг навстречу. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но смогла только ахнуть, ощутив тягучий удар в затылок. Словно шарик с водой силы Альтера окутали Уилер, наведя сильнейшую сонливость. Картинка перед глазами поплыла, а тело перестало слушаться.

Она заснула до того, как столкнулась лицом с землёй.

Перелистывая Дневник, Мэйбл пыталась вспомнить когда и где она могла его потерять. Уилер помнила, что Дневник на долгое время пропал, но почему — не понимала. Также она совершенно не знала как и кто засунул его обратно ей в рюкзак. Подозрение падало на Амелию. Но та, невинно облизывая себе шёрстку, совсем не обращала внимания на обвинения.

Уилер фыркнула и отвела от подозреваемого взгляд. Енотокотик вряд ли справилась с тем, чтобы засунуть Дневник в рюкзак, а после закрыть его на застёжку.

Мэйбл прекратила думу. Учитывая, что в этот Дневник заключены лунные силы, можно на них всё необъяснимое свалить.

— Главное, что он вернулся и я могу снова давать всем желающим интервью! Их определённо много.

После того, как Садо скрылась, Уилер в лёгком шоке стала стремительно думать над тем, как ей без должной подготовки пережить зимнюю пору. Набросав в голове быстрый план действий, Мэйбл сперва соорудила себе костёр, и присела возле него, проверяя, какие вещи у неё были сейчас при себе.

Рюкзак таинственным образом исчез, будто его и не было. А в куртке находились только клаксон, компас и Дневник.

— Здравствуйте, дорогие читатели, — поприветствовалась с невидимыми следящими она, прежде чем убрать Дневник за пазуху.

Как следует согревшись, она засунула в компас найденный кремень и пошла искать нужный материал.

...

Весь вчерашний день авантюристка провела в поисках ресурсов, попутно греясь всеми возможными способами. Один раз она даже куст сожгла лишь бы пальцы отогреть, иначе дальше не получилось работать.

К наступлению темноты Мэйбл нашла каменную пустошь со свирепами птицами и огромными валунами. Она разожгла очередной костёр, добыла весь доступный камень, не отбегая далеко от костра, вернулась обратно к нему и уселась.

В карманах были морковь и ягоды. Она пожарила их, подкрепилась и вновь взяв в руки факел, отправилась дальше бороздить тёмную глушь. Она искала последний недостающий материал — золото.

Время шло, Мэйбл замерзала, но не сдавалась. Она аккуратно кралась, лишь бы не разбудить птиц, выслеживая своим зорким взглядом золото.

Удача подвернулась ей лишь под утро. Почти обессиленная авантюристка вновь вооружилась киркой, размахнулась и попыталась добыть хоть кусочек золота. С каждым ударом она всё больше и больше выбивалась из сил. Двигаемая лишь решимостью Уилер высекла из валуна не только искры, но и желаемое золото. Самородки упали ей под ноги и она очень быстро их собрала, обжигаясь холодом.

Она сбежала с каменного поля, соорудила из остатков травы костёр и рухнула рядом с ним. В тишине, в холоде и в голоде она старалась не задремать, но отдохнуть.

Чтобы окончательно не заснуть и не замёрзнуть, Уилер села на бревно и старалась выровнять дыхание, концетрируясь на нём. Бессонная, полуголодная ночь давала о себе знать слабостью и желанием увядь. Но выдержка и многолетний опыт выживания помогали ей держаться в рассудке, собираясь с силами для дальнейших подвигов.

Уилер подняла голову и уставилась на Уилсона. Его приход сбодрил её лучше снега за шиворот.

С одной стороны Мэйбл была зла, что тот почти не являлся, а если и приходил, то покидал лагерь быстрее оптимизма. А с другой она сама тоже большую часть времени проводила вне лагеря, ведь любила путешествовать, изучать местность и проверять себя на прочность. Но она хотя бы возвращалась и оставалась более чем на три минуты.

— Да не так и давно, так... — сохраняла она саркатичный тон, — ...пару местных лет? Я не считала особо, Персик.

Уилер шмыгнула и вытерла нос рукавом. Она внимательно выслушала Уилсона, но это не особо остудило её злобу.

— А я в это время изучала флору и фауну Константы, а также твои оставленные записи. Много нового я не узнала!.. Существа здесь часто примитивные или очень сложно поддаются изучению. Как кролики выживают с этими рогами? Откуда приходит циклополень? Почему Хиггсбери стал отшельником? — задавалась она вопросами с одинаковой интонацией, слегка сдерживая возмущения.

— Хорошо, я поверю, — Уилер стала греть своё лицо горячими ладонями, — Храни уж свои "запретные" знания у себя.

Её любопытство на деле хотелось узнать всё, даже если это сломает её судьбу. Она была уверена в том, что знает достаточно мерзкой правды, чтобы больше никакая правда не убивала её так сильно, как, например, знание о восьмилетних невестах. На одной такой свадьбе она уже бывала, о чём по сей день жалеет. Это было опустошающее зрелище, которое остальные воспринимали как норму.

— А есть чем поделиться, что не сломает меня?

— Да, интересует, — она подсела поближе, — А ещё меня интересует твоё состояние. Думаю, о Крикуне мы можем поговорить в лагере, где ты также сможешь показать записи.

Сейчас Мэйбл больше интересовало то, как пережить зиму и как себя чувствует Уилсон, нежели подробности жизни Крикуна.

— Клянёшься? — Авантюристка протянула Уилсону мизинец, — Клянись, иначе сейчас же я сломаю твой мизинчик... Все твои мизинцы!

Пожав ему мизинец, Уилер потянула его руку к своим губам и аккуратно поцеловала его тонкую фалангу. Она отпустила мизинец и снова потянулась к огню, греясь.

— Я могу уже создать научную машину, если требуется. Но взамен дай мне траву. Мне для факелов нужно...

Для Уилер подобный жест обозначал только некую печать или подпись, подтверждающую сделку. Мол, если Уилсон не сдержит обещание, то она отрежет его палец, лишив какой-то связи с ней, который сформировался через поцелуй.

Встав, авантюристка с увлечением принялась ставить машину. После она сколотила несколько досок, которые она бросила в научную машину, а та взамен выдала им сундук. Затем Мэйбл взяла травы у друга и смогла наконец-то сделать себе рюкзак, без которого она и шагу не хотела делать. Все вещи должны быть при себе!

— Что за посох? — заинтересовалась Мэйбл, — Как его смастерить?

Она никогда не была на "приключении" от Максвелла, поэтому то, что Уилсон знал на подкорке, для неё было в новинку.

— Значит, надо постараться найти шестерню... — Медленно размышляла Мэйбл, — Шестерёнки можно достать из фигур, а фигуры обитают возле мраморных статуй!

У неё будто лампочка вспыхнула и она громко спросила:

— Уилсон, у тебя есть мрамор?

— Значит, я не знаю как мы найдём фигуры, которые обычно возле мрамора обитают... — подытожила Уилер, — Тогда будем просто путешествовать, надеясь на сестру фортуну!

Выпрямившись, Мэйбл постаралась хоть что-то разглядеть вдали, но там были либо только деревья, либо снежная стена.

— А все детали сделаны из одних и тех же материалов? — попыталась облегчить она задачу, — Если да, то если мы найдём один кусок из всех, то получить остальные не составит проблемы!

Она продемонстрировала свой компас, напоминая о его возможностях.

— Пойдём. Лучше хоть куда-то идти, чем бездействовать.

Уилер затянула капюшон поплотнее и побежала за товарищем.

Вдруг её взгляд упал на то, что у Уилсона были короткие каблуки, в которые снег попадёт сразу после первого сугроба. Попытавшись спасти учёного от ещё более мокрых носков, Мэйбл обогнала его и начала смело протаптывать путь.

Авантюристка со своими сапогами-вездеходами до колен не боялась ни рыхлого снега, ни луж. Она боялась капканов, которые могут скрываться под слоем снега. От подобного даже сапог не спасёт и тогда носок всё же промокнет. И кость разобьётся.