«Перенос внутренней коммуникации со студентами в „Сферум“ национального мессенджера MAX носит добровольный характер. Отсутствие мессенджера у студента не является основанием для отчисления».

«Он из госпиталя приехал, но дома переночевал только один раз. Он снял коттедж где-то. Всё гулял, пил. У него крыша вообще съехала.

Я вчера умоляла его: «Пойдем домой, пойдем домой». Но он не шел. Я сама себя сейчас просто виню, что не смогла его остановить. Я пыталась. Но он ведь не слушал», — говорит Юлия.

«Куратор моей группы принуждал нас устанавливать мессенджер, называя тех, кто этого не делает, экстремистами. Сейчас моя группа сидит на карантине, но половина группы не могла узнать об этом, потому что у нас теперь вся информация в MAX, а в "Сферум" эту информацию не скидывали. Хотя, сейчас "Сферум" сросся с мессенджером, и поэтому те, у кого приложения нет, узнают все по "сарафану" от ребят, которые поставили его», – рассказывает студент.

«Я вынуждена покинуть город, опасаясь за свою жизнь», — сообщила девушка, добавив, что написала три заявления в полицию.

«Это очередная попытка давления. Документы суд приобщает, но фактически не учитывает. Надеемся на апелляцию, хотя шансы невысоки», — заявил Мосин.