В Rammstein всегда есть внутренняя конкуренция и это определённо правильно. Однако, во время записи альбома Mutter, между мной и группой возникла сильная напряжённость. И мне необходимо было отстраниться. Это было одной из причин, почему я должен был уйти. Для выживания Rammstein я должен был уехать, чтобы позволить группе дышать.

<...> Пока я был в Rammstein, мне постоянно хотелось петь, и я верил, что когда-нибудь этим займусь. Но понемногу я стал забывать об этом. Я сделал многое для Rammstein, но моей энергии хватило бы на большее; мой темп работы был гораздо выше, чем у остальных музыкантов, и,
наконец, что-то дало сбой. Это было ужасно.»

Когда я приехал в Нью-Йорк, я был вдохновлён этим городом, его опытом и влиянием. Тогда я переехал на старую пожарную станцию, у которой была длинная история. Я начал писать музыку и, в конце концов, я понял, что должен делать то, что всегда хотел делать - петь. У меня никогда не хватало смелости этим заняться, я всегда пытался это подавить. Но когда пришло время, я сам себе сказал: "Всё, пора этим заняться".