146 лет назад  родился величайший политический деятель, мыслитель, руководитель Советского государства Иосиф Виссарионович Сталин. После смерти его имя подверглось гнусной клевете, аналогов которой, наверное, нет и не было в мире. Но история всегда расставляет всё на свои места.

И отрадно, что сегодня интерес к личности Сталина растёт, его имя постепенно очищается от грязи и лжи, навешанных на него политическими пигмеями, имён которых уже никто и не вспомнит.

Сегодня мы предлагаем вашему вниманию стихотворение, которое Вождю посвятил Александр Николаевич Вертинский. Да, да, тот самый.

ОН (песня о Сталине)

Чуть седой, как серебряный тополь,
Он стоит, принимая парад.
Сколько стоил ему Севастополь?
Сколько стоил ему Сталинград?

И в седые, холодные ночи,
Когда фронт заметала пурга,
Его ясные, яркие очи,
До конца разглядели врага.

В эти черные тяжкие годы
Вся надежда была на него.
Из какой сверхмогучей породы
Создавала природа его?

Побеждая в военной науке,
Вражьей кровью окрасив снега,
Он в народа могучие руки
Обнаглевшего принял врага.

И когда подходили вандалы
К нашей древней столице отцов,
Где нашел он таких генералов
И таких легендарных бойцов?

Он взрастил их.
Над их воспитаньем
Долго думал он ночи и дни.
О, к каким роковым испытаньям
Подготовлены были они!

И в боях за Отчизну суровых
Шли бесстрашно на смерть за него,
За его справедливое слово,
За великую правду его.

Как высоко вознес он Державу,
Мощь советских народов-друзей.
И какую великую славу
Создал он для Отчизны своей.

Тот же взгляд, те же речи простые,
Так же мудры и просты слова.
Над разорванной картой России
Поседела его голова.

Сегодня День Рождения человека, без которого, История России немыслима. Вероятно, без этого человека нашей России не существовало бы вовсе.

Он не был святым, он не был безупречным, он ошибался. И в людях тоже. Но он шел вперед, иногда не считаясь с ценой. А еще он верил в то, что Россия может иной, более светлой и справедливой.

Если хотите, он верил в то, что Россия может быть суверенной. Что было совершенно неочевидно ни в 1916 году, ни в 1920м, ни в 1930м. А в 1941м именно для того, чтобы мы не были суверенной страной, на Россию войной пошел тогдашний «объединенный Запад».

И потому попытки сперва заляпать его имя, а потом и вовсе стереть его из многовековой Истории России обречены. Стирая имя Сталина, вы стираете и суверенитет нашей страны. А заодно, - соглашаетесь с тем, что кто-то может нашу страну «стереть». И очень неслучайно, что нынешняя истерика привластных антикоммунистов совпадает с тем, как по-новому начинает звучать слово не «суверенитет». Не только с трибун. Но и в метро и не только в московском. Мы как общество начинаем наконец осознавать, что это такое. Почему нам без него никак нельзя…

Без кого или без чего? А это, уж, пусть каждый для себя решит. Подумает и решить. Ибо способность к самостоятельному мышлению, — это тоже признак суверенитета.

Еще в молодости, совсем в молодости, он написал эти строки. Даю в русском переводе, писал он тогда по-грузински.

Ходил он от дома к дому,
Стучась у чужих дверей,
Со старым дубовым пандури,
С нехитрою песней своей.

А в песне его, а в песне –
Как солнечный блеск чиста,
Звучала великая правда,
Возвышенная мечта.

Сердца, превращенные в камень,
Заставить биться сумел,
У многих будил он разум,
Дремавший в глубокой тьме.

Но вместо величья славы
Люди его земли
Отверженному отраву
В чаше преподнесли.

Сказали ему: “Проклятый,
Пей, осуши до дна...
И песня твоя чужда нам,
И правда твоя не нужна!

Нет!
Нам нужна ваша Правда, Товарищ Сталин

Нам чертовски нужно понять ваше время, вашу жизнь. Ваши решения, ваши сомнения, ваши ошибки и ваши победы.

Нам это нужно, чтобы строить свою жизнь и свое время. Чтобы построить нашу новую Россию.

Так, и только так.
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/73/Stalin_face.jpg/967px-Stalin_face.jpg

Доброе утро, товарищи!

Возглавляя ВСНХ, Дзержинский был крайне недоволен работой нефтяной отрасли за присвоение себе больших прибылей и за чрезмерные цены на нефть, особенно для потребителей. Такую практику Феликс Эдмундович считал недопустимым местничеством, а руководителей, которые прибегали к ней,— рвачами и спекулянтами.  Вот, что он писал начальнику Грознефти: «Экспорт должен преобладать над импортом, а баланс по конкретным видам продукции и товаров должен определяться строго на плановой основе. У нас каждый трест и синдикат — сам по себе. Во всех почти вопросах: по зарплате, по восстановительным работам, по концентрации, по овладению рынком. И каждый норовил все свое «счастье» использовать для себя, а «несчастье» переложить на государство, требуя дотаций, субсидий, кредитов, высоких цен. Я мечтаю о том, чтобы все наши руководители основных трестов— каждый будучи на своем посту,— представляли единое целое— единую государственную линию, единую государственную цель… Смотреть глазами своего аппарата— это гибель для руководителя».