ja ja, ich edge

ja jestem piekielny goonerem . to koniec do mene bracia

Сегодня ночью мне опять являлся Андрей. Он сел ко мне на кровать, обнял по-отечески, и сказал, что видит в моих глазах немой вопрос. И это действительно было так. Я хотел узнать у самого Бога, какую музыку мне слушать и Бог кивнул головой, дав понять, что может ответить на этот вопрос. Я спросил, должен ли я слушать индастриал? И Андрей ответил, что и сам раньше им увлекался, но после 14 лет слушать эту наивную, не очень плотно слепленную музыку, состоящую из случайным образом следующих друг за другом звуков, карикатуру на краут-рок, просто смешно. Тогда я спросил, может мне следует слушать арт-рок? Андрей сказал, что мне не следует слушать пресловутые концептуальные альбомы арт-рока, а на деле вдохновлённые мюзиклами дурацкие пародии на оперы Рихарда Вагнера, только для того, чтобы потешить свое самолюбие. "Может нью-эйдж?" - спросил я, "Нет, ты же не алкоголоик или табакокурильщик, которого отучают от вредных пристрастий" - ответил мне Он.

— Хип-хоп?

— Поимев дело с одним героинистом, с остальными тысячами иметь дело не хочешь, их закидоны заранее понятны. А в хип-хопе как раз приходится иметь. Это же бездна дисков, и все одинаковые, с одинаковыми дефектами и примочками, которые авторы и потребители смакуют так, будто это истина в последней инстанции.

— Брейккор? Дабстеп?

— Не обманывай себя, если бы всё это дело называлось так, как оно того заслуживает - неоджангл, - то истинные ценители бы тихо сдулись и любили себе под нос свой регги.

— Может быть фрик-фолк?

— Нет, пресловутая weirdness стала восприниматься как замаскированность под креативное выделывание. То есть как отсутствие подлинной творческой позиции.

— Диско? - спросил я, но по глазам Андрея понял, что спросил глупость.

Наш разговор длился еще несколько минут. Я перепробовал все жанры, которые знал, полдюжины даже сам выдумал, но на все получал длинную, ухающую пасту в ответ. Даже классика была не по нраву Андрею. И тогда я задал свой последний вопрос: "Господь, но что же мне тогда слушать?". Андрей улыбнулся, повернулся к окну и задумчивым голосом ответил: "Ничего...". А потом медленно повернулся ко мне, недобро сверкнув глазами. Его лицо начало меняться, рот растянулся в сардонической усмешке, и он начал произносить-напевать будто на всех частотах сразу: ЗЗЗЗДДДДДРРРРААААВВВВСССТТТТВВВВУУУУЙЙЙЙТТТТЕЕЕЕ ДДДДРРРУУУЗЗЗЗЬЬЬЯЯЯЯЯЯ. Я было попытался спрыгнуть с кровати, но упал на пол. Тогда я просто попытался зажать уши, свернувшись калачиком и закрыв глаза. Казалось, я пролежал так несколько дней или недель, а может и полминуты. Когда поток звуковых волн, ощутимых даже кожей, исчез, я открыл глаза и оглянулся. Я сидел один посреди комнаты. Глянув в окно, я увидел, что уже светало. Окно было всё в трещинах из-за звукового напора. На моих глазах оно рассыпалось вдребезги. И тут я понял, что не слышал звуков бьющегося стекла. Я толкнул кушетку - и не услышал, как она упала. Я подошёл к окну и заорал что есть мочи. Крика я не услышал. Из окна этажом ниже высунулась недовольная рожа и что-от начала говорить, но её слов я тоже не услышал.

И это чистая правда, анон, можешь мне не верить, но теперь я знаю, какой путь выбрал Андрей для меня.