В Сигнаги большая выставка Пиросмани (уже долго там, пока его дом-музей реставрируется, как я поняла). И там же - лев, который сами знаете чей прототип, вы его в городе видите каждый день (а то и в кошельке своём).
Поражает тонкость работы, конечно. Люди, делайте золотых крошечных львов, а не вот это всё.

4 с лишним года живу в Грузии и не рисую Грузию. Долгое время вообще не видела смысла рисовать, потом думала, а что рисовать. Как никого не обидеть, как не впасть в культурную апроприацию ненароком. Ну вот, пожалуйста, домашка, которую совсем кратко можно описать как "короткие истории, которые у вас вокруг происходят". А у меня вокруг Грузия, вот первая картинка (как нехорошо тг жмёт картинки, ох).

Читерство немного, потому что это не моя личная ситуация, а наша общая известная ситуация. Но она такая типичная! Сфотографировал протестных собак Артём Монахов, а это моя вольная интерпретация, хоть я и не совсем справилась с рисованием того, что тут происходит.

И знаете, что? Нижний беспорядочный вариант мне кажется куда более живым, обжитым, весёлым, коллажным и тёплым. Лишь бы все эти пристрои были безопасными для их жителей и прохожих.

И вообще Тбилиси, со всеми его потёртостями, очень живой: вот этот кирпич тут лежит не просто так, а с него кошечка залезает в фонтанчик попить. Это кресло начинкой наружу под кустом не чтобы вас бесить, а на нём по утрам сидит дед. И до вас сидел, и после вас сидеть будет :)

Легко полюбить кружевные балконы Сололаки, а ты поди непарадный Сабуртало полюби! Я люблю.

Сегодня день рождения у башни Резо Габриадзе, писателя Саши Соколова и меня :) Такое вот соседство.

Если вы загрустили, потому что сегодня в Тбилиси холодно и нет солнца, помните, что в Москве сегодня выпал снег, а у нас завтра +17 🤩

#изжизни и чтобы вы просто знали, что я за человек.

1) у нас недавно прорвало трубу (всё закончилось с минимальными потерями), и теперь у нас в ванной в полу дыра: надо ждать, пока там всё просохнет и тогда заделывать. Но вот вокруг дыры в полу - идеально намытые полы.

2) я заполняю налоговую декларацию в первые 20 минут нового месяца. Иногда - в первые 40 минут, а в новый год вообще днём 1 января, и тогда очень волнуюсь.

В Тбилиси лучший свет в году, солнце и жёлтые листья.
В Тернополе уже 20 погибших, и скорее всего будет больше.
В Тбилиси мы тут что-то копошимся, я снова начала учиться.
В Киеве подруги не спят ночами:
"Нам кажется, мы всей страной завели младенца".
Только младенец этот - дед, похотливый до власти.

Я не знаю, как это всё может идти параллельно и как с этим жить. Но вот живём как-то. Не привыкли, но притупились немного. Помним, что всё это - реальность, но не норма. Чекаем привилегии, поддерживаем друг друга. Но блин, такое иногда отчаяние, что не можем остановить ничего.

Апдейт - 25.
Апдейт - 31.

Друг пытается пристроить собаку Тапли, я один раз видела её вживую, она замечательная: весёлая, ласковая и очень симпатичная. Тапли - потому что окрас медовый, а на фото как будто более серый

Что-то мне было нужно и я долистала свой инст очень далеко. А там - выставка "Грузинский авангард" в Пушкинском музее. В Москве, 8,5 лет назад. Обложка журнала "Дуруджи", 1926 год.

Меня ещё тогда эти буквы завораживали, но я не могла тогда подумать, что я буду читать и писать эти буквы. Что я вообще буду в Грузии жить.

Где, интересно, мы все будем ещё через 8,5 лет. 15 лет. 25 лет.

Всех Гиорги - с именинами! Всех остальных - тоже с праздником!
გიორგობას გილოცავთ!

случай #изжизни в такси.

- Вы по образованию кто?
- Художница.
- Гуманитарий, выходит? Сейчас буду вам стих читать, а вы вспомните, кто это.

Сергей Есенин был, "Заметался пожар голубой".

А вчера остановил меня курьер и на английском спросил дорогу. А я очень глубоко в своих мыслях была, поэтому:
а) зачем-то сначала спросила его, говорит ли он по-английски
б) начала объяснять дорогу, зачем-то вплетая туда "патара куча" и прочее.

Если вы меня остановили на улице, а я была в неадекватном состоянии - это я просто про домашку думаю.

Не, ну сюда мы точно донатим и вас зовём. Вдруг кто не слышал: это НКО, помогающее бороться с путинским режимом, а именно - защищать тех, кто попал под репрессивный российский каток.