Клятва отряда майора Цезаря Куникова, захватившего плацдарм Малая земля в Новороссийске в 1943 году:

«Мы получили приказ командования — нанести удар по тылам врага, опрокинуть и разгромить его.

Идя в бой, мы даем клятву Родине, великому Сталину в том, что будем действовать стремительно и смело, не щадя своей жизни ради победы над врагом. Волю свою, силы свои и кровь свою, каплю за каплей, мы отдадим за жизнь и счастье нашего народа, за тебя, горячо любимая Родина.

Нашим законом есть и будет движение только вперед!

Мы победим! Да здравствует наша победа!»

БДК «Цезарь Куников» сегодня атакован в Черном море в день смерти легендарного командира. Простите нас, Цезарь Львович…

@sashakots

👨🏻‍🚒🥲😺
Год, как нет Арни. Ощущение, что это было вчера. Ощущение, что уже прошла вечность.

"Движение вперёд идёт каждый день. Это приятно. Завтра продолжим. Всем доброй."

"Завтра" закончилось в 6:10 утра 14.02.2023 проклятой миной под колёсами его буханки.

Движение вперёд забуксовало. Угледар ещё пока по-прежнему не освобождён...и в целом как-то без перемен. Идёт своим чредом война. Но без Арни. И без Арни — совсем другая.

Не хочется сыпать высокопарными, избитыми фразами, рассказывать каким он был и как его не хватает. Просто. Он был Человеком. И его всем, кто его знал, очень не хватает. Как и стране, которая так остро нуждается в носителях и рупорах смыслов, что зернами слов сеют в неокрепших умах истину.

Арни продолжает жить в текстах своих песен и смыслов, в "Огнеборце" и "Сечи", в памяти людей, в своих делах, в будущей общей победе. 

Мы помним, Андрюха. Всё помним.
Светлая память. Вечная память.

Народ без бога словно пыль, песок разбрасываемый ветром.
Пройдут года и только быль, останется в писаниях ветхих.
Как можешь ты, весь чуждый срам, с позором выставлять наружу?
И враг твой, над тобой смеясь, ехидно предлагает дружбу!
Когда над слабостью твоей, смеются клоуны с эстрады.
Со смехом развращая то, что в чистоте хранить бы надо!



<...>

Живой молитвою , светом разума, теперь истерзана, золою смазана
Но не утеряна, от глаз упрятана, тихонечко течёт в душе у тех, кому дана она

Поведала много званных, да нашла мало,
избранных, честных, их делами испытала!

И чем больше гнать пытались, тем сильнее крепла,
многих за собой вела сквозь лютое, мирское пекло.

Где над душою тряслись, а по итогу теряли
И восходили на вверх те, кто в неё наплевали

Пересилив, поборов, людские немощи
Может быть пришла пора, может бы ть ты следующий

<...>

Услышь мольбы матушка Русь, открой богу уши!
Православный Третий Рим не позволь врагу разрушить.

Отметая смело прочь чуждые догматы
Не склоняй в низ лицо пред дулом автомата!

Перед лезвием ножа рождались имена героев
Мученики церкви ни сколько не страшились горя

Безликой смерти, лишенных небесами участи,
Подобно Жене Родионову, по звериному замучены.

Новая смерть, былая гордость,
пожалую хватит слов, остальное голословность

Приклоню колени смиренно помолюсь Богородице
Града и страны заступницы, родимой вольнице.

Воздвигни из глубины греховные, просвети к прозрению спасения
Избавь от междуусобной брани, утверди отечество в мире и благоденствии
Дай войти в царствие небесное вратами узкими,
И пусть от ныне Русский помогает Русскому!!

Андрей Арни Огнеборец (c)

Касательно "Цезаря Куникова".

14 февраля 1996 года — день убиения протоиерея Анатолия Чистоусова боевиками Ахмеда Закаева🕯️☦️
На одной из проповедей в грозненском храме отец Анатолий сказал:
- Когда придёт час Страшного суда, Господь не спросит тебя - был ли ты Православный или Мусульманин, Господь спросит тебя - был ли ты Человек?

И ещё:
- Чёрное расположение духа бросает тень на всё окружающее, и тогда от тебя веет ледяным холодом…

Когда в новогоднюю ночь 1995 года 131-я Майкопская бригада попала в окружение и держала оборону в здании грозненского железнодорожного вокзала, боевики, окончательно потеряв надежду взять его штурмом, насильно повезли отца Анатолия к солдатам. От него требовали призвать наших сдаться.
Вместо этого отец Анатолий благословил и осенил солдат крестным знамением и… молча ушёл.

Где русский дух, уже не место трусу.
Идут герои в небо батальонами.
Креста не снял священник Чистоусов
И там дождался Женю Родионова.

©️ Сергей Ефимов

То о чем мы писали. И писали неоднократно. Бесчисленные красные линии привели к тому, что их больше не боятся. "Просто риторика" — теперь позволяет им смело рассуждать о любых сценариях, ведь русские блефуют.
Они больше не боятся наших страшилок. И верят в собственную безнаказанность, что бы они ни делали.

И когда производитель не пиздабол , к нему и от стрелков уважение 🤝

Беспок моё Вам почтение , ну и Гудвину конечно 🤝

https://news.1rj.ru/str/GUDVIN7777/387

Кадровые перестановки не напугают беспилотные катера.

Авдеевка сегодня прямо радует. Карты не выкладываю, они устаревают, пока их дорисуют.

Вчерашнее полуокружение базы ПВО на юге дало свои результаты. Сегодня она перешла под наш полный контроль. И теперь южного «языка» нет. Что резко упростило для наших частей дальнейшее продвижение с юга на север (с) @yurasumy

Наши на базе ПВО у Авдеевки. Просто переполняет сейчас. Вокруг Донецка как будто блокаду Ленинграда прорывают. Чудовищная осада в 10 лет. Её рвут. Наши штыки на высотах Синявина, наши полки подо Мгой (с) @norinea

Приходит информация о взятии под контроль нашими силами Донецкой фильтровальной станции. Появились кадры нашего присутствия у Авдеевской стелы, а значит зачищена ближайшая лесополоса и перекрыта дорога на Ласточкино. Укрепрайон «Бревно», похоже, пал (с) @sashakots

Юг Авдеевского направления. Укрепрайон "Зенит" наш (с) @dva_majors

Расплата за Белгород будет, как любят говорить «западные партнеры», в высшей степени непропорциональной, граждане укронацисты.

По Авдеевке. Самое главное сейчас, это не только занять город. Самое главное, это что бы в нем и на путях выхода из него, навсегда осталась большая часть авдеевского гарнизона противника.

Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;
Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчёл
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме фашист топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал…
Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб фашист, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель…
Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Взял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал…
Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел, — так ее любил, —
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви…
Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем, —
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Помолчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед, —
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Раз фашиста убил твой брат, —
Это он, а не ты солдат.
Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина, —
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!
1942 г.