Кстати, я же не поздоровалась. Привет.

Прочитала четверть "Молчания" — и уже есть крутой твист. И он явно не последний. Как хорошо мне от этого предвкушения.

Вот такое предвкушение — очень важная для мистики и ужастиков штука. Саспенс тот самый, холодок по спине, закушенная губа. А еще эта книга пока попадает мне по всем моим любимым местечкам, все кинки гладит — за тобой следят, морочат тебя, заговаривают, закручивают, и ничего ты не сделаешь с этим, карусель не остановишь, потому что то, что морок наводит, сильнее тебя и древнее тебя, и играет тобой, будто ребенок куклой. А ребенок для куклы, конечно же, бог.

Да еще и в лесу все это.

Милая моя Лена, специально для тебя: если вдруг там в конце окажется, что это все не феи, а маньяк, мы с тобой придумаем свою концовку, а оригинальную забудем.

Нельзя изменить прошлое, верно? Просто надо стараться быть лучше в настоящем.

Это вот на лбу себе выбить, чтобы самой запомнить и другим показывать.

​Доброе утро!

Случилось невероятное.
Мои друзья знают, что со Стивеном Кингом у меня отношения сложные. Мне нравятся его сюжеты, я обожаю смотреть экранизации, я в восторге от его плодовитости, работоспособности... и я совершенно не могу его читать. Не заходит — и все тут. Его язык кажется мне чем-то средним между тем, как пишут подростки, и тем, как рассказывает свою историю подсевший к тебе в баре сильно подвыпивший незнакомый мужик. История может быть потрясающе интересной, но все равно ты в какой-то момент отвернешься, потому что слова для тебя неприятно пахнут.
Прочитать я смогла только «Сияние» и меньше половины «Стрелка». Он мне даже зашел, потому что язык внезапно там не кинговский — ну, на мой странный взгляд. Да, да, я не читала «Оно», кидайте камни. Оправдывает меня то, что восемь лет я была с парнем, который Кинга обожал и пересказал мне все в подробностях. Нет, я не просила. Да, я увлеченно слушала.
И вот сегодня я, собираясь на работу и одним глазом просматривая ленту твиттера, вспомнила, что слушать пересказы Кинга я могу, даже получаю от этого удовольствие. Так почему бы не рискнуть и не попробовать аудиокнигу?
Тут важно вот что: я не могу слушать аудиокниги. Вообще не воспринимаю. Лекции — да, подкасты — за милую душу. Но книги я должна читать.
Так вот. Случилось невероятное. Минус на минус дал плюс (хотя какое же это невероятное тогда, это ж программа пятого класса).
Я смогла послушать час «Оно». И мне понравилось.
Кажется, в моей жизни началась новая глава.

​Батюшки, вас тут тридцать! И вы все сами пришли! Как это классно, а🖤🖤🖤

Спасибо. Правда.

Википедия говорит, что сегодня важная дата для всех задротов типа меня — 123 года назад в New York Journal появились первые комиксы. Но так как Википедия, как известно, не источник, я в это особо не верю. Да и вообще — что считать первыми комиксами? Мне кажется, всякие гравюры, на которых пересказывались жития святых для неграмотного народа.

С тех пор комиксы перестали быть картинками для безграмотных (да-да, Владимир Ростиславович, вы чертовски неправы), прошли свой золотой, серебряный и бронзовый века. Это искусство. Вспомните «Маус», вспомните «Персеполис». Не зря есть понятие «графический роман».

Я обожаю комиксы. Больше всего — «Сэндмена» Геймана и «Убийственную шутку» Мура и Болланда. А как прекрасен Миллер и его «Город грехов»? А Супермен и Бэтмен? А Чарльз Ксавье (который стал для меня примером для подражания в детстве, кумиром)?

Комиксы — это здорово. Не слушайте тех, кто ничего в них не понимает. Они учат смелости, честности, любви. Они разговаривают не только с нашим разумом, но и с нашим сердцем. Это не просто книжки с картинками для невежи типа Гастона из «Красавицы и Чудовища» — это дивные новые миры.

Привет!

Субботний вечер с травяным чаем, домашним джемом из красной смородины (сама собирала, сама делала) и книгой — лучший субботний вечер.

Все ещё читаю «Молчание», перевалила за экватор. Пришла к вам с крошечной цитатой, которая почему-то ну очень мне понравилась:

«В конце книги была страница, которая начиналась словами: «Если хочешь попасть в страну фей…»
Там был рецепт волшебного чая из листьев и цветов наперстянки с добавлением меда, который должен был настаиваться несколько дней»

Наверное, понравилась мне эта цитата тем, что человек, немного знающий про травы и европейский фольклор, сразу поймёт, в чем тут дело.

Во-первых, наперстянка используется в медицине, но очень коварна. Она усиливает действие ядов на организм, например. Самостоятельно наперстянку нельзя использовать ни в коем случае — все виды ее ядовиты.

Во-вторых, наперстянку во многих странах связывали с феями и эльфами, вообще с чем-то волшебным. В Ирландии ее называли ведьминым напёрстком, например.

Так что понятно, что будет с девочкой, кажется мне.

Один из листов серии Хокусая «100 историй о призраках» посвящен Оиве – самому известному в Японии привидению онрё. В японской мифологии онрё – «обиженный, мстительный дух» – неупокоенная душа человека, цель которой наказать обидчика, нанесшего ей оскорбление при жизни.

Японцы очень любят традиционные сказки-страшилки с участием онрё – кайданы. Часто ставили их на сцене театра кабуки, где призраков обычно играли женщины в белых погребальных одеждах, с длинными распущенными волосами и мертвенно-бледным гримом. Этот образ плавно перекочевал в кинематограф: сначала японский, а затем и мировой. Самый, пожалуй, известный призрак онрё в кино – девочка с видеокассеты-убийцы из фильма «Звонок».

История Оивы основана на реальных событиях, а увековечена благодаря пьесе театра кабуки, написанной Цуруя Намбоку IV. Премьера «Страшной истории о призраке из деревни Ёцуя с дороги Токайдо» состоялась в 1825 году, после чего пьеса приобрела немыслимую популярность, а с появлением кинематографа пережила десятки экранизаций.

Чаще всего онрё становились женщины, погибшие по вине своих мужей. И героиня гравюры Хокусая – не исключение. Оива была замужем за ронином – самураем без хозяина. Иэмон был вынужден изготавливать зонты, чтобы содержать жену и новорожденного сына. Это было настолько унизительно для него, что он начинает ненавидеть молодую супругу, в которой видит источник своих бед, и совершает целую серию убийств.

Еще до свадьбы жертвой Иэмона становится отец невесты, осведомленный о злодеяниях ронина, которые тот совершал ранее. Затем сосед – дед девушки, влюбленной в Иэмона, уговаривает угостить жену «тонизирующим средством», которое в действительности было ядом, вызывающим мучительную смерть.

Вскоре ронину приходится избавиться от слуги – свидетеля преступления. Во время свадебной церемонии он по ошибке отрубает голову своей новой невесте, так как вместо нее ему видится изуродованное мучениями лицо умершей жены. Позже, пытаясь мечом отмахнуться от призрака убитого им слуги, нечаянно убивает и старика-соседа.

Привидение Оивы продолжает истязать подлого мужа на протяжении всей пьесы. Куда бы он ни шел, везде является ему ее зловещий лик. В одной из сцен в Оиву внезапно превращается загоревшийся бумажный фонарь, а из дыма от этого огня проявляется тело призрака. Именно этот образ Оивы в виде горящего фонаря и запечатлен на ксилографии Хокусая.

Подобно тому, сколько суеверий и загадочных событий связано с попытками экранизации романа Булгакова «Мастер и Маргарита», в Японии слагают истории о проклятии, преследующем всех, кто имеет отношение к постановке пьесы об Оиве.

В 1976 году череда несчастных случаев постоянно вмешивалась в размеренное течение жизни театра Иванами-холл в Токио. Болезни настигали актеров и их родных, приходил в негодность реквизит, переносились репетиции. В конце концов вся труппа прибыла на место погребения Оивы, чтобы отслужить там панихиду. А на премьере пьесы одно место в первом ряду оставили незанятым, и с тех пор это стало непреходящей традицией.

Как и обычай проводить поминальные службы на могиле Оивы перед каждой новой постановкой. Актрисы, которым предстоит играть мстительного призрака, обязательно посещают храм, посвященный Оиве, ведь считается, что им более всего стоит опасаться ее козней.

И хотя ее почитают особенно злобным онрё, на гравюре Хокусая Оива изображена скорее печальной, чем разъяренной. Пронзительны опущенные вниз уголки глаз, в бессильной злобе разинута беззубая пасть привидения-фонаря. Созданный мастером образ разительно отличается от призраков Оивы на гравюрах других авторов, где она предстает устрашающей сущностью, от одного вида которой стынет в жилах кровь.

Обожаю всякие списки. Если вы тоже — вот, делюсь.

Книги для тех, кто зевал на уроках истории от скуки: никаких бесполезных дат и биографий — только увлекательные факты и неожиданный взгляд на прошлое.

https://knife.media/5-history-books/

#партнерскийматериал

– Думаю, мы не знаем, с чем боремся.
– С историями, – сказал Сэм. – С разными выдумками. С волшебными сказками.
– Но если люди так сильно верят в них, разве это не наделяет их силой? Может быть, даже большей силой, чем правда?

Знаете, кажется, эта книга оказалась на самую мою любимую тему. Она о том, что самые страшные чудовища из-под кровати, самые жуткие монстры в тени — сами люди.

Скоро дочитаю, прям чуть-чуть осталось. Приду к вам с большой простыней.

​Как и обещала, пришла рассказывать вам, чем плоха и чем хороша книга «Молчание» Дж. Макмахон. Надеюсь, получится без спойлеров.

- Главная героиня Фиби не отличается умом и сообразительностью. Иногда мне казалось, что автор нарочно ее такой выписывает, потому что вокруг ну слишком много улик, знаков, прямых указаний, а она упорно их не видит.

- Твистов в конце слишком много. Ну слишком. Прям Шьямалан на максималках. Потому, наверное, последний слишком ожидаемый.

- Автор страдает тем, что многое рассказывает, а не показывает. Но тут сразу же переходим к плюсам.

+ То, что Макмахон показывает, она показывает качественно. Возможно, конечно, она просто попадает мне по моим болевым точкам, но вдруг у кого-то они со мной совпадают. У нее получается создать ощущение некомфорта, который пробирается под кожу. Лес, который наблюдает за тобой, совершенная невозможность доверять людям вокруг (Фиби, неумная, доверяет, но бог с ней), ощущение, что тебя морочат, водят в трех соснах.

+ Автор удачно выводит мотив предопределенности. В вначале она вскользь обращает внимание, что Фиби и Сэм, два главных героя, будто небесами сведены. Потом об этом как-то забываешь, однако мелодия тихо-тихо звучит на заднем плане, обрастает подробностями, предопределенностями в судьбах других героев. И в конце эта мелодия гремит во всю, оглушает — настолько она страшна.

+ «Молчание» хорошо тем, что пугает как мистической составляющей — Человек из тени, которого ты замечаешь только краем глаза, феи, магия, — так и реальностью. Есть ли магия, нет ли ее — самые страшные чудовища в этой книге все-таки люди. Да и не только в книге. Тайны любой семьи страшнее и интереснее тайн леса.

Остановлюсь подробнее и скажу, о чем, как мне кажется, эта книга.

Она о том, что «вера открывает двери». К сожалению, не только в мир цветов и танцев с феями, но и во тьму. Вера открывает двери страху, безумию, жестокости во имя этой веры. Открывает двери темному Средневековью.

О том, что все мы хотим быть избранными, особенными — и на этом так просто играть, так просто заставлять нас делать страшные вещи, надавливая на эту кнопку. Та самая вера подпитывает это болезненное убеждение. Вера дарит нам это чувство избранности.

О том, как доверчивы дети, как надо беречь их, как трудно им осознать, что с ними играют, как ранимы они. Как страдают дети, если для родителей они становятся лишь средством достижения целей.

О том, что бояться надо не леса с феями, не Человека из тени, монстра под кроватью, — бояться надо темного леса, который растет у нас внутри, у нас всех.

О том, что иногда от прошлого убежать нельзя, даже если ты мастер двигаться дальше. Прошлое приходит к тебе, открывает дверь, рушит твой мир.

Да, хэппи энда не ждите. Ждите темного волшебства.

Говорят, другие книги у Макмахон гораздо лучше. Что же, посмотрим.

​Заговорила про лес — нельзя не вспомнить Шекспира (ладно, я вообще не могу без Шекспира, я почти как Том Хиддлстон).

Замечательный театровед Алексей Бартошевич в курсе лекций для «Арзамаса» рассказывал, что влюблённые у великого барда вечно бегут в лес от злого мира. В лесу им хорошо и привольно, лес — это почти рай, лес — это природа и музыка. Лес их укрывает, защищает.

В «Молчании» девочка Лиза тоже бежит в лес, потому что там её ждет Король фей, чтобы отвести в своё прекрасное королевство. Вот только все совсем не как у Шекспира.

У нас на сайте новая нетленка: табличка по средневековой литературе.

Идея очень простая: 15 произведений — от «Эдды» до Данте, от «Беовульфа» до трубадуров, от Отца Церкви Августина до первого «проклятого поэта» Вийона, — разложены на 15 категорий. Все четко и понятно, по полочкам — для студентов филфака, поклонников «Игры престолов» и просто всех, кто слышал что-то про эти эпосы, песни и романы, но не знал, с чего начать их читать/изучать.

Если будет много лайков и шеров, сделаем такую же про Ренессанс или Древнюю Русь (через три года……) — так что, пожалуйста, распространяйте среди заинтересованных!

​Bonsoir. Мучаюсь тошнотой в пробке на МКАДе, думаю, как так вышло, что у меня явно детская тема пошла в книгах.

Вот дочитала я «Молчание», не взяла с собой в командировку SPQR — и пришлось читать то, что было в телефоне. А там было две книжки: «Потерянный мальчишка» Кристины Генри и «Страшные истории для рассказов в темноте» Элвина Шварца. Обе так или иначе о детях.

Первая — взгляд под другим углом на сказку про Питера Пэна. Довольно очевидный вышел текст, но тем не менее очень страшный. О том, как жестоки бывают дети, не знавшие любви. Судя по всему, вечное детство — это скорее кошмар, чем сладкая греза. Дочитаю — расскажу подробнее, мне половина уже осталась.

Вторая — сборник страшилок, которые дети (да и взрослые) рассказывают друг другу у костра, собираясь на ночёвку и т.д. Есть конфеты на любой вкус: призраки, ведьмы, вампиры, скелеты, разнообразные руки мертвецов и даже (внезапно!) ретеллинг «Песни о вещем Олеге». Отличная подборка, да ещё и поданная с юмором и большой любовью к этой части фольклора. Рекомендую уже сейчас. Вспомните все эти детские гробы на колесиках в чёрном-чёрном городе, гарантирую. Да и Хэллоуин скоро.

А вот мне ещё моя замечательная женщина Аня напомнила, что есть фильм «Страшные истории для рассказов в темноте». Кто смотрел? Внимания заслуживает?

​Забыла совсем. В «Страшных историях...» клёвые иллюстрации!