Габриэль Витткоп, «Вечный альманах гарпий»
Долго думала, надо ли включать мою любимую старушку в этот список. С одной стороны, она самая жуткая из всех авторов в нем — и при этом самая прекрасная. С другой стороны, не на хэллоуиновские темы она писала. И тут я вспомнила про гарпий. Я уже говорила о них, рассказывала одну из любимых шуток из книжки. Да, там шутки, загадки, короткие рассказы, лимерики, даже толкования снов и интересные факты — и от всего этого немного не по себе делается.

Собственно, Г.Ф. Лавкрафт
Тут мне трудно выделить одно произведение, потому что за этого товарища если возьмёшься, то уже не слезешь. Я люблю его мифы Ктулху, потому советую «Дагона», «Тень над Инсмутом», «Хребты безумия», «Сомнамбулический поиск неведомого Кадата» и всю эту ересь, которая так страшна и ужасна, что я просто не могу это описать, про Ньярлатотепов, Йог-Соттотов и остальных. Не менее, а может, и более крутые у него работы без них, например, «Крысы в стенах», «Некоторые факты о покойном Артуре Джермине и его семье». Отличаются тем, что в них почти нет того, что так страшно и ужасно, что я просто не могу это описать.

Джозеф Шеридан ле Фаню, «Кармилла»
В юности эта книга стала для меня мощным эротическим переживанием, а так как ужасы и секс связаны накрепко (Эрос и Танатос, ну вы поняли), одно только усиливает действие другого. Странная подруга Кармилла, явившаяся из сна, такой дивный образец классического вампира в литературе, что пропустить это нельзя. Тем более что Брэм Стокер все списал, реально все выпустил своего «Дракулу», написанного явно под впечатлением от «Кармиллы», на 25 лет позже.


Томас де Квинси, «Исповедь англичанина, употреблявшего опиум» и «Suspiria de Profundis»
Немного выбивается из списка. Это не классические хорроры, к которым мы привыкли, но страшно все равно. Нельзя было без этого — работы де Квинси дали жанру ужасов реально очень много. Помните, недавно вышла «Суспирия»? А помните, что это ремейк классики итальянского кинематографа, одного из лучших фильмов в жанре? А знаете, что там в оригинале трилогия? Рассказываю. Было у Дарио Ардженто (дай ему бог здоровья, дедуле замечательному) три фильма: «Суспирия», «Инферно» и «Мать слез». И рассказывают они о Трёх Матерях, древних злых ведьмах невероятной мощи: Mater Suspiriorum, Mater Tenebrarum и Mater Lacrimarum. Так вот этих матерей придумал (ну или увидел в опиумном приходе, я не помню уже) де Квинси. И описал их: Мать Вздохов, Мать Тьмы и Мать Слез.

Томас Харрис, «Молчание ягнят» и т.д.
Сейчас я бы вас оставила без этого мощного куска поп-культуры и прокляла бы себя на веки вечные. Даже моя мама, которая терпеть ужастики не может, видела фильмы. Но книги же лучше. Считаю, что история Ганнибала Лектора — одна из лучших придуманных писателями. Ну и история любви там обалденная.

Список, конечно, не окончательный. Но пусть будет так. Счастливого Хэллоуина.

Это важно! Потому что можно же не только читать, но и смотреть!🖤

И только я успела помечтать, чтобы на такой замечательный праздник случился у меня подарок и вас стало 40, как вас стало 43!

Любовь моя не знает пределов. Blessed be. Зажигайте свечи, вырезайте Джеков Фонарей🖤

Время РАЗОЖРАТЬСЯ.

"Знаменитый живописец И.С. Глазунов вспоминал, что даже в середине 50-х в Ленинградской академии художеств дипломникам и студентам давали «темник» возможных сюжетов будущих картин. «Темник, — пишет художник, — охватывал самые разные стороны жизни нашей страны, где были и такие, например, темы, как “Прибавил в весе”.

Наталья Лебина. "Советская повседневность: от нормы к аномалии..."

Ну драсьте-____-
Думаю о диверсии: подложить на этот стол немного комиксов. Но ведь потом сотрудникам магазина на место относить:(

​Я тут ела и вспомнила о ещё одной страсти своей, кроме книг.

Приготовление еды.

Я люблю готовить, умею это делать (никто ещё не отравился и не пожаловался) и, конечно, скупаю кулинарные книги. Вот Рамзи, например, моя безумная любовь, мой дивный сон.

Писать тут про кулинарные книги? Они правда бывают не менее увлекательны, чем некоторые детективы.

​Последний раз я была в библиотеке, когда писала первую версию своего диплома. Взяла отпуск на работе на неделю (в универ я не особо ходок была), пришла и записалась в Тургеневскую.

С тех пор ни разу там больше не появилась. А тут вдруг что-то меня разобрало. Приехала, узнала, что читательский мой сто лет как не действует, заменила его на стильную желтую пластиковую карточку, получила доступ к Литресу. И поняла, что не хочу уходить. Взяла «Оно», села в уголок зала у окна — и провела там лучшие минуты этого дня.

Кажется, мне пора завести себе новую традицию — раз в неделю вечером ехать не домой, а в библиотеку.

А вот всем подарочек к Хелловину: Нил Гейман (который чтец даже лучше, чем читатель и чем писатель) исполняет стишок Эдгара Аллана По про ворона и невермор
https://www.youtube.com/watch?v=2jSHKPp-66w

Это, конечно, волшебно. Но надо вспомнить классику:
https://m.youtube.com/watch?v=T7zR3IDEHrM

ТОВАРИЩИ, ЭТО НЕ УЧЕБНАЯ ТРЕВОГА

Тут выкатили новый трейлер «Ведьмака», и я ношусь по дому и ору как Банши.

Чтоб вы понимали — серия романов о Геральте, Цири и Йеннифер стала вторым прочитанным мною фэнтези после Толкина. Его я прочитала, спасибо папаше, в семь — и с тех пор ни одно фэнтези мне не заходило. Вообще никак, ни при каких условиях. А в 16 случился Ведьмак (Владик Шахуро, если ты когда-нибудь это прочитаешь — счастья тебе, детей здоровых, жизни долгой). И я пропала. Я влюбилась.

И чтоб вы понимали [2]. Генри Кавилл — это тот чувак, от которого я теряю разум. Напрочь. А ещё он задрот, да-да. Потому я ему доверяю Геральта.

Короче, есть повод перечитать. Есть повод перепройти.

https://youtu.be/ndl1W4ltcmg

Привет!

(Ешкин кот, вас ещё больше, чем было 🖤)

Вот вам, пережившим Самайн, ещё подборочка неочевидных страшилок.

Любимое @prochtenie на Самайн собрало подборку о самых жутких книгах от писателей и критиков — и я там в сторонке рекомендую пару по-настоящему жутких рассказов https://prochtenie.org/texts/29985

Вдовесок: еще три рассказа, которые пугают до мурашек

Сигизмунд Кржижановский. «Квадратурин» Чувак хочет расширить свою жилплощадь и получает от таинственного незнакомца особую краску, которая... увеличивает пространство. Волшебство оборачивается ужасом, который Марку Данилевскому со схожей фабулой в «Доме листьев» и не снился.

Анджей Сапковский. «Музыканты» Бременские музыканты штопают хрупкую ткань реальности, из прорех в которой лезет всякая хтонь. В какой-то момент хтонь таки прорывается наружу. Грустная история о том, что героический поступок чаще всего не оценят, а искусство существует только ради самого искусства.

Владимир Набоков. «Ужас» Если бы Набоков читал Лавкрафта, они могли бы подружиться.

​За окном продолжается пробная версия зимы (говорят, в следующий вторник +13, мы все умрем от головной боли), мой отпуск подходит к концу. Сегодня первое ноября, начался последний месяц осени, самый тёмный и самый тяжелый для меня. Хотя вроде бы многие дурно переносят осень.

На этой безрадостной ноте заявляю: раз все хреново, берись за Фэнни Флэгг. Чуть выше я делилась с вами постом замечательной @divainthelibrary о «Жареных зелёных помидорах в кафе «Полустанок». Как правильно она написала, эта книга напоминает о прекрасных мелочах в нашей жизни. Кажется, вся проза Флэгг такая. Я не бралась за остальные её книги раньше, но вчера, гуляя по Библиоглобусу, наткнулась на стол с её романами — и немедленно воспользовалась тем, что были скидки 20%. Купила «Дейзи Фей и чудеса», открыла сейчас — и появилось это невероятное, редкое в моей жизни ощущение покоя. Захотелось улыбнуться, захотелось обнять кого-то. Позвонить бабуле. Во, кажется, я попала в точку — от «Помидоров...» и от первых страниц этой книги есть ощущение, что ты у бабушки в гостях. И пусть домик уже старенький, мебель ни разу не икеа, а пахнет блинами, малиной протертой, немного — пылью и лавандой. И тебе хорошо до слёз.

Короче, если вдруг вы сильно захандрили, но за рецептом на антидепрессанты всё-таки ещё рано, — берите Флэгг. Не прогадаете.

Ооооооооох, наконец-то! Ребята из «Все свободны» сделали карту независимых книжных магазинов страны. Срочно ищите то, что ближе к вам и старайтесь покупать книги там — https://bookshopmap.ru/

​Говорила вчера, что получила доступ к библиотеке Литреса (не впечатлилась пока, кстати). Немедленно решила опробовать, взяла «Добро пожаловать в мёртвый дом». В принципе, назвать так рассказ о haunted house — это всё равно что назвать детектив «У нас тут кто-то убил человека».

И дальше тоже до боли предсказуемо и будто сто раз читано уже. Все на месте — внезапное наследство, тёмный страшный дом, у которого посередине второго этажа «два больших полукруглых окна, напоминающих темные глаза, которые пристально нас изучали», двое детей, один из которых чувствует, что с домиком что-то не так, собака, которая чувствует, что не только с домиком что-то не так...

Важно первое предложение. Оно тоже прям образец банальности: «Нам с Джошем новый дом сразу не понравился».

​На фоне шума вокруг экранизации «Текста» с Сашей Петровым решила рассказать своё мнение о книге. Я вчера видела её в книжных, даже в библиотеке её выставили на самое видное место.

Бралась я за Глуховского с опаской и только потому, что собиралась на спектакль в театр Ермоловой по этому роману. Спектакль, кстати, хорош формой, но вот Маланин ни разу не вытянул главгероя. А вот Петров, уверена, вытянет. Так, закончили лирическое отступление. С опаской. Я склонна к предубеждениям относительно некоторых авторов, и чаще всего это оберегает меня от потраченных зря сил и денег. Но тут предубеждение работало против меня. Надо было браться раньше. «Текст» мне зашёл — грубо, под кожу, зло, резко, но на место, будто когда-то под этой кожей, сросшейся с плотью, было пространство как раз для этого романа.

Я не хочу писать, что этот роман — страшная правда. Что это кристально чистое зеркало с небольшим увеличением — чтобы можно было подробнее рассмотреть все нарывы и язвы, все гнойные раны нашей действительности. Вы сами это узнаёте, когда читать начнёте. Эта книга будет комом в горле у вас вставать, гарантирую.

Я хочу сделать комплимент отличному языку — это язык художника. Причём, знаете ли, Фрэнсиса Бэкона. Мясной, плотный, мощный — и при этом такой многослойный, точный. Кровеносная система, а не язык. Я хочу похвалить то, как автор держит читателя в напряжении — иногда даже кажется, что оно слишком сильное, что перегнул, и бросаешь книгу, берёшь подушку и кричишь в неё громко: «АААААА, НЕ МОГУ БОЛЬШЕ» — но крючок уже глубоко в тебе, и ты снова берёшь книгу и читаешь.

Но беритесь за эту книгу только когда будете готовы. Когда у вас будут силы, чтобы вынести, сдюжить этот блестяще описанный, и оттого так болезненно воспринимаемый кусок реальности.

​Обожаю Фэнни Флэгг за таких женщин:

​​
Я уже пару раз упоминала, что люблю Габриэль Витткоп. И совершенно точно говорила, что беру одну ее книгу с собой в самолеты как талисман.

Это «Каждый день — падающее дерево». И пришло время рассказать про нее.

Как и все книги Витткоп, «Каждый день...» холодная и потрясающе мизантропичная, полная гордого презрения к человечеству. Читая, смотришь на происходящее в книге глазами главной героини Ипполиты — внимательным взглядом натуралиста, снимающего удачную охоту крупной кошки на антилопу, ученого, проводящего опыт. Ипполита — совершенно точно отражение, двойник самой Витткоп, которая анализирует саму себя в этой книге, однако это не автобиография. Очарование произведения в том, что можно лишь догадываться, какой из эпизодов списан с реальности, а какой — плод блистательной фантазии Витткоп.

Когда немного узнаешь о ней, о ее реальной жизни, понимаешь, что книга невероятна местами, но не невероятнее того, что было с этой женщиной.

Героиня, да и автор, которые здесь практически неразделимы (хотя помните, что идет постоянный анализ или самоанализ), равнодушны к ханжеской морали, религия интересует их исключительно как феномен. Святое (которое, конечно же, псевдосвятое, святое лишь потому что так кто-то сказал), считают они, стоит разобрать, отразить, изучить через превращение в противоположность. Объектом, над которым проведут опыт, за которым будут наблюдать в момент его падения, может быть и человек тоже.

Проза Витткоп похожа на готический собор — она точно так же несоизмерима с человеком. Человек в ней так мал, что теряется. Она блестящая, разноцветная, витиеватая, диковинная — и острая, как ледяная игла. Это не кружево слов — это чугунная ограда, это каменный иней. Языка насыщеннее, красивее, лучше я не встречала никогда. И, думаю, никогда не встречу. Простите меня, но раньше, когда я хотела похвалить стиль автора, его уровень владения языком, я говорила: «О, это почти Набоков». Уже много лет я говорю: «О, это почти Витткоп».

И героиня, и автор знают, что такое эстетика и могут видеть красоту во всем. И в падении тоже. Они не боятся смотреть на смерть — ведь это часть жизни, одного большого опыта и эксперимента.

Открывая «Каждый день...», погружаешься в личный дневник Ипполиты, проходишь с ней год, проходишь с ней жизнь. Видишь Индию и Германию, видишь настолько четко, что начинаешь чувствовать запахи и вкусы.

Витткоп завораживает. И эта книга подойдет, чтобы стать первой у читателя при знакомстве. Она не шокирует, как «Торговка детьми» и «Некрофил». В этом ее неоспоримый плюс.

Меня «Каждый день...» успокаивает, возвращает в равновесие, она охлаждает мой разум. Потому это моя книга-талисман.