Кое-кто, как Сангвиний, Лоргар или Фулгрим, приветствовали назначение Хоруса с самого начала. Другие, вроде Ангрона и Пертурабо, после его назначения впали в мрачное бешенство, и от Хоруса потребовалось все искусство дипломатии, чтобы утихомирить их ревность и ярость. Несколько примархов, и среди них Русс и Лион, равнодушно устранились, не удивляясь такому повороту событий.
Остальные, как Жиллиман, Хан и Дорн, просто не стали обсуждать приказ Императора, сочтя его правильным и закономерным.
*цокает языком*
Пацаны, ну конечно это закономерно, чего беситься-то. Его зовут Хорус, то бишь «недостижимый» и «тот, кто высоко». Вы чего ожидали-то?
Остальные, как Жиллиман, Хан и Дорн, просто не стали обсуждать приказ Императора, сочтя его правильным и закономерным.
*цокает языком*
Пацаны, ну конечно это закономерно, чего беситься-то. Его зовут Хорус, то бишь «недостижимый» и «тот, кто высоко». Вы чего ожидали-то?
Forwarded from Асташ | 18+
#дивное_чтение
Посмотрела список прочитанного: в 2019 я прочитала 120 книг, но написала сюда, наверное, где-то про половину. В следующем году попробую оставлять отзывы обо всём — очень хочется, чтобы книги нашли читателей.
А сегодня на повестке дня восхитительный сборник эссе о знаковых парфюмах каждого десятилетия минувшего века — книга Лиззи Остром "Парфюм. История ароматов XX века".
Мне кажется, этот сборник нужно читать даже тем, кто не знает о парфюме почти ничего — потому что Остром пишет настолько живо и ярко, что представить себе аромат, который она описывает в том или ином эссе, не составляет труда. Она не станет расписывать пирамиду, скрытую в каждом флаконе, зато с удовольствием расскажет, кто в те времена охотился за конкретными духами и не выходил из дома, не брызнув раз-другой на волосы и запястья. Один аромат напомнит об ученицах частной школы, другой — об одетых с иголочки денди, третий — о домохозяйке, которая находит отдушину в стеклянной бутылочке с фигурной крышкой.
Сама я разбираюсь в парфюме не так хорошо, как хотелось бы. Безусловно, он входит в список моих интересов, но иногда я понимаю, что изучить всё на свете невозможно. Фэшн, парфюм, кулинария (не книги с рецептами, а истории о поварском деле) — за всем этим я предпочитаю за редким исключением наблюдать со стороны. И Остром даёт возможность ясно и чётко представить, какими ароматами славился минувший век, что они собой представляли, и какие духи можно поймать сейчас на блошиных рынках, если постараться, а какие в чуть изменённом виде можно попробовать в любом крупном маркете парфюмерии и косметики.
Советую однозначно, десять из десяти ❤️
Посмотрела список прочитанного: в 2019 я прочитала 120 книг, но написала сюда, наверное, где-то про половину. В следующем году попробую оставлять отзывы обо всём — очень хочется, чтобы книги нашли читателей.
А сегодня на повестке дня восхитительный сборник эссе о знаковых парфюмах каждого десятилетия минувшего века — книга Лиззи Остром "Парфюм. История ароматов XX века".
Мне кажется, этот сборник нужно читать даже тем, кто не знает о парфюме почти ничего — потому что Остром пишет настолько живо и ярко, что представить себе аромат, который она описывает в том или ином эссе, не составляет труда. Она не станет расписывать пирамиду, скрытую в каждом флаконе, зато с удовольствием расскажет, кто в те времена охотился за конкретными духами и не выходил из дома, не брызнув раз-другой на волосы и запястья. Один аромат напомнит об ученицах частной школы, другой — об одетых с иголочки денди, третий — о домохозяйке, которая находит отдушину в стеклянной бутылочке с фигурной крышкой.
Сама я разбираюсь в парфюме не так хорошо, как хотелось бы. Безусловно, он входит в список моих интересов, но иногда я понимаю, что изучить всё на свете невозможно. Фэшн, парфюм, кулинария (не книги с рецептами, а истории о поварском деле) — за всем этим я предпочитаю за редким исключением наблюдать со стороны. И Остром даёт возможность ясно и чётко представить, какими ароматами славился минувший век, что они собой представляли, и какие духи можно поймать сейчас на блошиных рынках, если постараться, а какие в чуть изменённом виде можно попробовать в любом крупном маркете парфюмерии и косметики.
Советую однозначно, десять из десяти ❤️
Истина не может принести вреда, даже в том случае, когда передает жестокие или уродливые образы.
А вот это, кажется, абсолютная правда. Забавное дело: само по себе это высказывание — тоже истина, которая передаёт жестокий образ.
А вот это, кажется, абсолютная правда. Забавное дело: само по себе это высказывание — тоже истина, которая передаёт жестокий образ.
...во всей Галактике нет других сил, кроме света, гравитации и человеческой мысли.
И знаете, что? Самая сильная — это мысль.
И знаете, что? Самая сильная — это мысль.
– Мы оказались там, куда и стремились, – добавил Торгаддон. – К тому же живыми. А это уже хорошее начало.
Это прям про все мои командировки🤦🏻♀️
Это прям про все мои командировки🤦🏻♀️
Тарвицу даже пришло в голову, что мегарахниды могут атаковать людей и потому, что видят в представителях человечества враждебных чужаков. Ксеносов.
Эта мысль ужаснула его. Не могут же мегарахниды не видеть превосходства человека по сравнению со своим собственным строением? Может, они сражаются из-за ревности?
Суть человечества в паре абзацев. Абсолютная уверенность, что мы венец творения, а всё остальное — лишь стремление стать нами. Только повреди эту уверенность — и человек ужасается.
Эта мысль ужаснула его. Не могут же мегарахниды не видеть превосходства человека по сравнению со своим собственным строением? Может, они сражаются из-за ревности?
Суть человечества в паре абзацев. Абсолютная уверенность, что мы венец творения, а всё остальное — лишь стремление стать нами. Только повреди эту уверенность — и человек ужасается.
Вы простите великодушно, давно так не рвала книгу на цитаты.
«Как оказалось, у мегарахнидов имелась еще одна биологическая разновидность. Летающие существа снижались на длинных блестящих крыльях...»
Ну это ж просто как в этом меме:
«Как оказалось, у мегарахнидов имелась еще одна биологическая разновидность. Летающие существа снижались на длинных блестящих крыльях...»
Ну это ж просто как в этом меме:
Пришла поделиться с вами хорошими книжками (не своими). Большую часть из этого я хочу прочитать *_*
И вообще — сходите и подпишитесь на этот канал, не пожалеете. Уютный и умный он🖤
И вообще — сходите и подпишитесь на этот канал, не пожалеете. Уютный и умный он🖤
Forwarded from Полка Тихомировой
Поздравила себя с наступающим 🎁. Свежая поставка чтива. «В канун Рождества» и «Один день в декабре» - абсолютно ленивое «подъёлочное» чтиво, которое другое время не пойдёт. «Благоволительниц» мне рекомендовали, но читать буду позже, так как настроя на военную тематику сейчас нет. Последние книги Жоэля Диккера и Марлона Джеймса ждала с особенным нетерпением.
В этот день в 1865 году в Бомбее (теперь это Мумбаи) родился Джозеф Редьярд Киплинг, певец колониальной Индии и великолепный поэт.
"Когда Ипполита, все еще дрожа, выходит из гробовой ванной, где краны сочатся ржавчиной на накипь и где большие бледные пауки, гоняя таракана вдоль плинтусов, насыщаются шариками нафталина, рассыпанными по углам, она открывает окно, которое затемняет зеленая роспись, и вдруг видит засохший зимний сад, сотрясаемый перебранками павлинов и галок. А вдалеке — гору персикового цвета, на которую зигзагом взбирается стена до самых контрфорсов Нахаргарха, Тигровой крепости, где обитает призрак Нахар-Сингха. Одной из киплинговских Индий. По крайней мере, того, что от нее осталось"...
Это из "Каждый день - падающее дерево".
Давайте-ка я с вами поделюсь моим любимым стихотворением у Киплинга, что ли:
Серые глаза — рассвет,
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.
Чёрные глаза — жара,
В море сонных звёзд скольженье,
И у борта до утра
Поцелуев отраженье.
Синие глаза — луна,
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.
Карие глаза — песок,
Осень, волчья степь, охота,
Скачка, вся на волосок
От паденья и полёта.
Нет, я не судья для них,
Просто без суждений вздорных
Я четырежды должник
Синих, серых, карих, чёрных.
Как четыре стороны
Одного того же света,
Я люблю — в том нет вины —
Все четыре этих цвета.
"Когда Ипполита, все еще дрожа, выходит из гробовой ванной, где краны сочатся ржавчиной на накипь и где большие бледные пауки, гоняя таракана вдоль плинтусов, насыщаются шариками нафталина, рассыпанными по углам, она открывает окно, которое затемняет зеленая роспись, и вдруг видит засохший зимний сад, сотрясаемый перебранками павлинов и галок. А вдалеке — гору персикового цвета, на которую зигзагом взбирается стена до самых контрфорсов Нахаргарха, Тигровой крепости, где обитает призрак Нахар-Сингха. Одной из киплинговских Индий. По крайней мере, того, что от нее осталось"...
Это из "Каждый день - падающее дерево".
Давайте-ка я с вами поделюсь моим любимым стихотворением у Киплинга, что ли:
Серые глаза — рассвет,
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.
Чёрные глаза — жара,
В море сонных звёзд скольженье,
И у борта до утра
Поцелуев отраженье.
Синие глаза — луна,
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.
Карие глаза — песок,
Осень, волчья степь, охота,
Скачка, вся на волосок
От паденья и полёта.
Нет, я не судья для них,
Просто без суждений вздорных
Я четырежды должник
Синих, серых, карих, чёрных.
Как четыре стороны
Одного того же света,
Я люблю — в том нет вины —
Все четыре этих цвета.
Привет!
Первый пост в 2020 — и первая книга, которую я начинаю в 2020. «Кари Мора» Томаса Харриса. Посмотрим, что написал мастер за 13 лет уединенного молчания. Продавщица на Нонфикшене сказала, что отличная книга — и я прям поверила. Теперь время проверить.
Первый пост в 2020 — и первая книга, которую я начинаю в 2020. «Кари Мора» Томаса Харриса. Посмотрим, что написал мастер за 13 лет уединенного молчания. Продавщица на Нонфикшене сказала, что отличная книга — и я прям поверила. Теперь время проверить.
Первые 50 страниц, полет нормальный. Даже замечательный. Я немного отвыкла от языка Харриса, но он все такой же цепляющий. Как и герои.
Да, вторая моя любовь в книгах после мощного сочного языка — круто придуманные герои. Вот у Харриса с этим проблем, как вы понимаете, нет. Ну он же Ганнибала Лектера придумал, в конце концов.
На этот раз злодей в истории — страдающий тотальной алопецией на фоне генетического сбоя некрофил, торгующий органами и целыми (да и не очень) людьми, который ищет в особняке, когда-то принадлежавшем Пабло Эскобару, сокровища. От трупов он избавляется с помощью прибора для «жидкой кремации» — гидролиза, то бишь, вот тут подробно можно почитать, интересная штука.
Не знаю, как вам, а я прям горю.
Да, вторая моя любовь в книгах после мощного сочного языка — круто придуманные герои. Вот у Харриса с этим проблем, как вы понимаете, нет. Ну он же Ганнибала Лектера придумал, в конце концов.
На этот раз злодей в истории — страдающий тотальной алопецией на фоне генетического сбоя некрофил, торгующий органами и целыми (да и не очень) людьми, который ищет в особняке, когда-то принадлежавшем Пабло Эскобару, сокровища. От трупов он избавляется с помощью прибора для «жидкой кремации» — гидролиза, то бишь, вот тут подробно можно почитать, интересная штука.
Не знаю, как вам, а я прям горю.
— ...Я хочу свой собственный дом. Чтобы было так, что закрываешь дверь – и блаженная тишина. Ты сам себе хозяин. Слышишь, как дождь стучит по крыше, и знаешь, что ни капли не протечет тебе на кровать – только цветы в садике вымокнут.
— Ну вот, уже и садик.
— Cómo no? Мне хотелось бы, чтобы было где посадить цветы. И не только цветы. Представляешь: выходишь утречком на воздух, срываешь какую-нибудь зелень – и сразу на кухню. Рыба в банановом листе – объедение! Включаешь в кухне музыку на полную громкость, когда только ни захочется, или даже наливаешь себе стаканчик, пока готовишь, танцуешь у плиты…
— А парень? Разве тебе не нужен парень?
— Для начала я хочу, чтобы у меня была собственная дверь. А дальше, может, я для кого-нибудь ее и открою.
— Ну вот, уже и садик.
— Cómo no? Мне хотелось бы, чтобы было где посадить цветы. И не только цветы. Представляешь: выходишь утречком на воздух, срываешь какую-нибудь зелень – и сразу на кухню. Рыба в банановом листе – объедение! Включаешь в кухне музыку на полную громкость, когда только ни захочется, или даже наливаешь себе стаканчик, пока готовишь, танцуешь у плиты…
— А парень? Разве тебе не нужен парень?
— Для начала я хочу, чтобы у меня была собственная дверь. А дальше, может, я для кого-нибудь ее и открою.
Forwarded from Shakko: об искусстве
Осторожно, картинки неаппетитные https://shakko-kitsune.livejournal.com/1477286.html
shakko.ru
«Мёртвые любовники»: самая страшная картина Средневековья
Что это? И не надо кивать на произведения Босха: он в 16-м веке умер, это чистой воды эпоха Возрождения уже. Нас же интересует истинное Средневековье, мрачное такое все и готичное. Червивое! (Как-то я подзабросила перетаскивать в любимую константную жж-шечку…
Досматривая «Дракулу» BBC (Кстати, как вам? Привешу голосовалку), я поняла две вещи:
1) мое сердце до сих пор открыто практически любым произведениям о вампирах
2) у меня не было списка книг на эту тему в канале.
Второе — просто ужасно. Исправляюсь.
«Дракула», Брэм Стокер
Ну тут все понятно. Это самый, наверное, известный вампир в массовой культуре. Одних только экранизаций разной степени трэшовости сколько, а. Граф знаком многим детям с ранних лет — в «Улице Сезам» был Граф фон Знак — в оригинале его звали смешнее, Count von Count. Роман Стокера написан приятным, чуть нудноватым языком, успокаивающим, захватывающим. The more you know: если я не ошибаюсь, в начале Джонатан Харкер ест паприкаш.
«Вампир Лестат», Энн Райс
Уже писала про него тут, добавить нечего. Этот персонаж какое-то время был для меня ролевой моделью — настолько он огненный (здесь должна быть шутка про то, как он горел). Вампиры Энн Райс — это вам не кровавые упыри, не знающие пощады. Это тонко чувствующие, невероятные существа. А сколько в них эротизма...
«Витторио-вампир», Энн Райс
Да, вторая книга королевы вампирской литературы в списке — простите. Из этой книги я узнала о существовании художника, который теперь один из моих любимых. Это фра Филиппо Липпи. Ну и я не могла пройти мимо книги о вампирах, место действия которой — северная Тоскана, а время — эпоха Возрождения.
«Кармилла», Джозеф Шеридан Ле Фаню
С этой книги Стокер все списал. Ну ладно, не все. Но эта новелла старше Дракулы на четверть века. Приятная интрига, нежные чувства между двумя девушками, прекрасная вампирша — произведение, на мой вкус, достаточно смелое для конца XIX века.
«Потерянные души», Поппи З. Брайт
Как бы я ни любила старушку Райс и Лестата, вампиры из этой книги зацепили меня сильнее. Они слушают The Cure, едят конфеты и пьют Шартрез, держат бары в Новом Орлеане, а в волосах у них пряди цветов Марди Гра... Короче, ведут себя так, как многие поклонники всей этой готической ерунды мечтали бы вести себя. Вампиры в этой книге — отдельная раса, и они не только кровь могут у людей забирать — некоторые высасывают красоту.
«Вампир», Джон Полидори
Во-первых, это, вроде как, первый рассказ о вампире ever. Во-вторых, его написал врач Байрона — того самого, да. И, конечно, списал образ вампира он частично с лорда — пройти мимо было нельзя. Из этого рассказа и растут ноги у этого аристократичного образа вампира, с которым мы до сих пор живем.
1) мое сердце до сих пор открыто практически любым произведениям о вампирах
2) у меня не было списка книг на эту тему в канале.
Второе — просто ужасно. Исправляюсь.
«Дракула», Брэм Стокер
Ну тут все понятно. Это самый, наверное, известный вампир в массовой культуре. Одних только экранизаций разной степени трэшовости сколько, а. Граф знаком многим детям с ранних лет — в «Улице Сезам» был Граф фон Знак — в оригинале его звали смешнее, Count von Count. Роман Стокера написан приятным, чуть нудноватым языком, успокаивающим, захватывающим. The more you know: если я не ошибаюсь, в начале Джонатан Харкер ест паприкаш.
«Вампир Лестат», Энн Райс
Уже писала про него тут, добавить нечего. Этот персонаж какое-то время был для меня ролевой моделью — настолько он огненный (здесь должна быть шутка про то, как он горел). Вампиры Энн Райс — это вам не кровавые упыри, не знающие пощады. Это тонко чувствующие, невероятные существа. А сколько в них эротизма...
«Витторио-вампир», Энн Райс
Да, вторая книга королевы вампирской литературы в списке — простите. Из этой книги я узнала о существовании художника, который теперь один из моих любимых. Это фра Филиппо Липпи. Ну и я не могла пройти мимо книги о вампирах, место действия которой — северная Тоскана, а время — эпоха Возрождения.
«Кармилла», Джозеф Шеридан Ле Фаню
С этой книги Стокер все списал. Ну ладно, не все. Но эта новелла старше Дракулы на четверть века. Приятная интрига, нежные чувства между двумя девушками, прекрасная вампирша — произведение, на мой вкус, достаточно смелое для конца XIX века.
«Потерянные души», Поппи З. Брайт
Как бы я ни любила старушку Райс и Лестата, вампиры из этой книги зацепили меня сильнее. Они слушают The Cure, едят конфеты и пьют Шартрез, держат бары в Новом Орлеане, а в волосах у них пряди цветов Марди Гра... Короче, ведут себя так, как многие поклонники всей этой готической ерунды мечтали бы вести себя. Вампиры в этой книге — отдельная раса, и они не только кровь могут у людей забирать — некоторые высасывают красоту.
«Вампир», Джон Полидори
Во-первых, это, вроде как, первый рассказ о вампире ever. Во-вторых, его написал врач Байрона — того самого, да. И, конечно, списал образ вампира он частично с лорда — пройти мимо было нельзя. Из этого рассказа и растут ноги у этого аристократичного образа вампира, с которым мы до сих пор живем.