Друзья с Новым 2023 годом!

Пусть будет мир, а политзаключённые будут свободны! 🕊

Сохраняйте полезную информацию!

Друзья, у меня к вам просьба, но сначала напомню, что произошло 21 декабря.

21 декабря 2022 года белорусские милиционеры задержали в Гродно (туда он приехал в гости к другу) 34-летнего петербуржца Даниила Кринари. Его передали российской ФСБ. В России активиста подозревают в сотрудничестве с иностранным государством (ст. 275.1 УК РФ), рассказала «Ротонде» его жена. Она уточнила, что следствие считает, что Кринари сотрудничал с Украиной. 22 декабря его доставили в Москву, Лефортовский районный суд уже назначил ему два месяца ареста в СИЗО.


Я хочу вас попросить написать письмо или открытку Даниилу.
По образованию он дизайнер, а увлекался поэзией и часто нам с друзьями в совместном чате читал стихи своего собственного сочинения.

Кому: Кринари Даниил Дмитриевич, 15.05.88 г.р

Адрес для бумажных писем:
ФКУ СИЗО-2 ФСИН России («Лефортово»)
111020, Лефортовский вал д. 5, Москва, г. Москва

Написать электронное письмо через "ЗонаТелком"

ВАЖНО: Выбирайте в поле "регион" не "Москву" , а "Изоляторы центрального подчинения" - Учреждение "СИЗО-2".

Благодарю заранее за то, что напишите пару теплых слов Дане 💌

Привет! Сегодня публикуем отрывок из письма Вадима Останина 🔖

"Привет!Книга дошла,да! Дела у меня в данных обстоятельствах нормально.Продолжаю сидеть,всё стабильно)) Правда опять переводили из камеры в камеру.Сделали ремонт и посадили обратно.Вот недавно забрали холодильник и телевизор за нарушение режима.Так, что совсем теперь полная изоляция от внешнего мира. Из окна видно жилмассив, людей, хоккейную коробку, небо , солнце, облака, звезды и снег :)
В общем жить можно. Играем каждый день в шахматы, нарды,монополию.

<...>

Кот на рисунке просто великолепен! Взаимно обнимаю!"


Сам Вадим про письма пишет следующее:

Письма политзаключённым — это лучи поддержки, которые помогают переносить происходящее и дарят надежду на приближение светлых дней! Вот и — смотрю на открытки, читаю письма, и на душе становится светлее и теплее. И бесконечный день сурка с постоянными проверками, шмонами, шконками, прогулками в бетонном "стакане", переполненной камерой, баландой, зарешеченными дважды окнами и прочими тюремными "прелестями" уже не выглядит таким серым и безнадёжным.

Вы можете тоже написать письмо Вадиму:

Останин Вадим Валерьевич 7.10.1976 г.р.
Адрес: 125130, г. Москва, ул. Выборгская, д. 20, ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по городу Москве, Москва

‍Приговор Юрию Дмитриеву оставлен в силе

17 января 2023 года Третий кассационный суд общей юрисдикции в Санкт-Петербурге рассмотрел кассационную жалобу на приговор, вынесенный 29 декабря 2021 года городским судом г. Петрозаводска и оставленный без изменений Верховным судом Карелии 15 марта 2022 г. Юрий Алексеевич принимал участие в заседании по видеосвязи из колонии №18 в Мордовии, где он сейчас находится. Кассационный суд рассматривал адекватность приговора по обвинениям, по которым до этого дважды (в апреле 2018 и в июле 2020 гг.) тот же Петрозаводский суд выносил оправдательные решения. Чуда не произошло – последнее решение суда оставлено в силе, общий приговор – 15 лет заключения в колонии строгого режима и 1,5 лет ограничений в правах – оставлен без изменений.

Напомним, что судебное рассмотрение дела разделилось на две части после суда по апелляции 29 сентября 2020 года, прошедшего с рекордным количеством нарушений. По одному из обвинений срок заключения был увеличен в 3 раза, по другим статьям дело было в третий раз направлено на пересмотр. По первой части обвинения приговор (13 лет лишения свободы и 1,5 лет ограничения в правах) уже прошёл все стадии обжалования и оставлен без изменения. Сейчас вынесено кассационное определение по всем частям приговора в совокупности. Это решение может быть обжаловано в Верховном суде РФ.

Юрий Дмитриев признан ЦЗПЧ Мемориал политзаключённым. Все обвинения, выдвинутые против него, Мемориал считает сфабрикованными, обусловленными его деятельностью по сохранению памяти о государственном терроре и активной общественной позицией.

Говорят, во времена большого террора приговоры приводились в исполнение прямо в подвалах судов. Сегодня в этих подвалах пытают и бьют подсудимых.
***

Привет, это Дима. Живой и здоровый, но слегка помятый и очень злой. То, о чем я расскажу вам, — не вопиющий случай, а стандартная практика, существование которой не хочется замечать, пока она не коснется вас лично.

— Руки! — конвоир протянул наручники в окошечко аквариума.

— Старшой, повремени, не закончили же еще.

— Подошёл сюда, я сказал, руки давай, заседание окончено.

— Да подожди ты, судья в зале еще, а мне надо с адвокатом пообщаться.

Аквариум открывается, конвоир силой заковывает меня в наручники за спиной и утаскивает за дверь. Это то, что вы могли видеть, а за дверью — другой мир. Изнанка здания суда, скрытая от посторонних глаз: сеть коридоров и лестниц, связывающая все залы с камерным блоком в подвальном помещении или на цокольном этаже. В камерах — арестанты, ожидающие своего заседания или возвращения в тюрьму. В пустых коридорах — тишина, нарушаемая обычно только звуком шагов конвоя и лязгом дверей, но с пугающей частотой заполняемая криками.

С заломаными за спиной руками меня спустили по лестнице. Когда дверь камерного блока закрылась за нами, конвоир выключил свой видеорегистратор, и мне прилетел удар кулаком поддых.

— Ты че, сука, охуел? — вырвался у меня сам собой вполне резонный риторический вопрос. Такой наглости и глупости я, признаться, был удивлен. В ответ последовало несколько более сильных ударов, сопровождаемые оскорблениями и бравадой о том, что ему за это ничего не будет, а я занимаюсь херней и совсем страх потерял. Я, переводя дух от ударов, на понятном языке объяснял собеседнику, что он не прав в частной ситуации, да и в целом так себе человек. С каждым ударом делать это становилось сложнее и сложнее, вскоре я повалился на пол, а мент поволок меня в сторону туалета. На шум прибежал второй конвоир, но никакого участия в процессе не принял, а просто стал наблюдать, заодно прикрывая собой камеры. Первый, дотащив меня к туалету, резко вывернул вверх левую руку. Я закричал от боли и со стороны камер послышались удары в двери — арестантская солидарность. Происходящего они не видели, но прекрасно понимали, что значат эти звуки. Боль в плече и в запястьях была невыносимой, наручники глубоко врезались в кожу, пальцы онемели. Я кричал, что было сил, мужики колотили в двери камер, а конвоир продолжал сыпать оскорблениями и угрозами, пытаясь окунуть меня головой в унитаз. Я отчаянно вырывался, работая ногами, головой, зубами, словно загнанный зверь.

Спустя сколько-то минут или секунд — сказать невозможно — он оставил эти безуспешные попытки, уложил меня на пол и перешел к любимой теме всех извращенцев в погонах.

— Сейчас выебу тебя дубинкой и обоссу, — медленно проговорил он, замахиваясь, поочередно нанося удары по затылку и ягодицам.

Сил отвечать уже не было, и я только тяжело дышал, уткнувшись лицом в пол.

— Заканчивай там, а, и иди сюда, — послышался голос старшего смены из коридора. Он повиновался зову начальника, и мы остались со вторым конвоиром. Тот расстегнул мне наручники, предложил мне умыться, усадил на лавку и пристегнул меня к ней, наставляя, что распоряжения надо было выполнять сразу, и что оскорблять сотрудников не хорошо. Хорошо ли всё остальное, он сказать затруднялся: ничего не видел и не слышал.

Через несколько минут вернулся первый мент — весь красный, с круглыми глазами навыкате. Он молча отвел меня в камеру, где я сходу выложил все немного обеспокоенным, но не сильно удивленным арестантам: они конечно, выслушали и поддержали, но то, что в московских судах работают беспредельщики для них не стало новостью.

В СИЗО ситуацию также восприняли как дежурную. По приезде я сразу же обратится к врачу, который зафиксировал побои, выдал обезболивающих и посоветовал разрабатывать большие пальцы: по его словам , защемление нервов — типичное последствие «применения спецсредств».

— Из какого суда приехал? Ну да, слышал, они там не церемонятся... — заключил доктор то ли с сочувствием, то ли с одобрением подобных практик.

В Питер с любовью — вечер в поддержку политзаключённых Петербурга

Какой житель Москвы не любит Санкт-Петербурга? Исаакиевской собор, разводные мосты и каналы Невы далеко не все, чем славится город. Также Питер известен особо жесткими задержаниями на митингах и отважными людьми.

Мы приглашаем вас на мероприятие в поддержку политзаключённых в петербургских СИЗО. Расскажем истории этих людей и подпишем им открытки, передавая им частичку своего тепла и солидарности.

Приходите!

Когда: 25 января в 19:00
Где: пространство «Только Сами»
Ул. Шломина, д.6

Аукцион в поддержку политических заключённых!

- Зинаида Пронченко
- Светлана Сорокина
- Павел Лобков
- Молоко плюс
- Театр.Док
- Григорий Явлинский
- Лев Шлосберг
- Борис Вишневский
- Павел Дубравский
- художники
и многие другие продадут свои лоты в поддержку арестованных по политическим делам.

Приходите и участвуйте, солидарность с теми, кому она нужна - сейчас самое важное.

24 января.
18:30
Офис партии Яблоко.

Регистрация тут

Если вы не в Москве, но хотите поддержать ребят рублем, добавляйтесь в чат, где можно будет в прямом эфире купить понравившийся лот, ссылка тут.

Приглашайте друзей и знакомых.

Друзья, напоминаем, что ждём вас сегодня на вечере в поддержку политзаключённых Петербурга!

Начало: 25 января в 19:00
Где: пространство «Только Сами»
Ул. Шломина, д.6

https://news.1rj.ru/str/letter_stasya/243

КСТАТИ

Завтра, если что, это уже сегодня

Приходите поддержать Женю 💛