Forwarded from бісовський канал з елітною начинкою
масса опоссума равна шестнадцати тоннам потому, что даже в прекрасном эко мире будущего пассажиры спешат обратно в офисное рабство 😔
Forwarded from бісовський канал з елітною начинкою
Позволю себе устроить небольшой урок мемной истории, потому что это мой канал, не ваш.
Лирический герой «Sixteen Tons» - это шахтёр-угольщик времён Великой депрессии, и жизнь его не слаще редьки.
Система, по которой тогда работали шахтёры (да и не только они) много где была следующей: зарплату выдавали не деньгами, а купонами, рассчитываться которыми можно было исключительно в магазинах, принадлежащих добывающей компании. По той же схеме производилась оплата жилья: «деньги» удерживалась из зарплаты, которую они фактически не получали.
(все, кто постарше сейчас помолились за то, чтобы поздний Совок продолжал гореть в Аду)))
Существует мнение, что 16 тонн - это всё-таки преувеличение, так как в тридцатые это был по большей части ручной труд, но доподлинно известно, что ближайшие родственники автора песни работали на шахте и строчки для припева он буквально подрезал из личных бесед и переписок - позволю себе предположить, что такая норма действительно могла существовать.
Причём профсоюзы были, но в то время, к сожалению, с положением рабочих сделать ничего толком не могли в связи с экономическим упадком по всей стране - массово ситуация улучшилась только после второй мировой.
Великая депрессия на самом деле никогда не заканчивалась, как офисный пчелораб восьмидесятого уровня не стану даже отпираться: «You load sixteen tons, and what do you get? Another day older and deeper in debt» выцарапано на задворках моей тёмной, как угольная крошка, души - а я ведь даже ничего не гружу (кроме себя и вас).
Лирический герой «Sixteen Tons» - это шахтёр-угольщик времён Великой депрессии, и жизнь его не слаще редьки.
Система, по которой тогда работали шахтёры (да и не только они) много где была следующей: зарплату выдавали не деньгами, а купонами, рассчитываться которыми можно было исключительно в магазинах, принадлежащих добывающей компании. По той же схеме производилась оплата жилья: «деньги» удерживалась из зарплаты, которую они фактически не получали.
(все, кто постарше сейчас помолились за то, чтобы поздний Совок продолжал гореть в Аду)))
Существует мнение, что 16 тонн - это всё-таки преувеличение, так как в тридцатые это был по большей части ручной труд, но доподлинно известно, что ближайшие родственники автора песни работали на шахте и строчки для припева он буквально подрезал из личных бесед и переписок - позволю себе предположить, что такая норма действительно могла существовать.
Причём профсоюзы были, но в то время, к сожалению, с положением рабочих сделать ничего толком не могли в связи с экономическим упадком по всей стране - массово ситуация улучшилась только после второй мировой.
Великая депрессия на самом деле никогда не заканчивалась, как офисный пчелораб восьмидесятого уровня не стану даже отпираться: «You load sixteen tons, and what do you get? Another day older and deeper in debt» выцарапано на задворках моей тёмной, как угольная крошка, души - а я ведь даже ничего не гружу (кроме себя и вас).
Forwarded from Как я встретил столбняк
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Моё тотемное животное