Искандер Махмудов покупает контроль в ГК «Аквариус» #УГМК
51% акционерного капитала ГК «Аквариус». «Аквариус», осуществляет полный цикл производства высокотехнологичного оборудования, включая печать печатных плат, монтаж компонентов и сборку готовых изделий. Компания также занимается поставками, сборкой, обеспечением кибербезопасности подготовкой защищенного оборудования, включая оборудование уровня государственной тайны, а также аттестацией информационных систем.
Компания занимает примерно пятую долю рынка оборудования, включенного в реестр российской радиоэлектронной продукции Минпромторга. Производственные комплексы компании находятся в Шуе (Ивановская область) и Твери. Мощность производства — до 2,5 млн устройств в год. Оборудование компании «Аквариус» включено в Единый реестр российской радиоэлектронной продукции. Компания включена в SDN list.
«Аквариус» уже давно ищет покупателя и испытывает «финансовые трудности». Причина продажи - большой кассовый разрыв. Оценочно сумма сделки 50 млрд рублей. https://www.cnews.ru/news/top/2025-06-03_na_rynke_gotovitsya_krupnaya

Главные проблемы российских компаний:
1️⃣ Снижение спроса на продукцию и услуги – 38,4% (за квартал рост вдвое, по итогам 2024 года так говорили 19%)
2️⃣ Недоступность заемных средств и недостаток оборотных – около 30%
3️⃣ Неплатежи со стороны контрагентов – около 30%
4️⃣ Валютная нестабильность – 17,4% (⬇️ был 21%) 5️⃣ Рост цен на отечественную продукцию – 14% (⬇️⬇️ было 22%)
6️⃣ Негативное влияние санкций со стороны западных стран – 12,8% (⬇️ было 14%)
7️⃣ Проблемы с новым оборудованием из-за импортных ограничений – 9% (⬇️ было 15%)
8️⃣ Подорожания зарубежной продукции – 3,5% (⬇️⬇️ было 11,5%)
❗️ Резко выросла доля компаний, которые собираются сократить свои расходы: сейчас 74%, было – 58,2%.
опрос РСПП

Цена серебра выше 35 долларов за унцию - впервые за десятилетие. Резкий рост цен не случаен. Это не только повторение движения цен на золото как «альтернативы для бедных». Уже четыре года рынок серебра находится в жестком дефиците. Этот дефицит копился, копился и дал о себе знать.

Основная проблема на стороне производителей. Многие рудники в Азии и Латинской Америке сократили производство. Из-за хронически низких цен инвестиции не шли и в новое производство.

В ближайшее время рынок будет искать новый баланс. Рост цен отсеет часть потребления: в фотографии, производстве монет и изготовления контактов в электронике и энергетике. В то же время рост цен станет стимулом для наращивания производства у имеющих такие возможности.

Где стабилизируются цены и когда исчезнет дефицит – сказать сложно. А учитывая статус серебра как очень любимого спекулянтами товара, есть вероятность обновления исторического максимума на резком сокращении коротких фьючерсных позиций – то есть с выходом на 50 долл за унцию и выше.

Как 9000 подписчиков наберем, разыграем призы 📚 👕 🎧 приглашайте коллег подписаться на https://news.1rj.ru/str/Metals_Mining

ЦМАКП фиксирует, что обработка перестаёт быть драйвером промышленного роста:
«В обрабатывающей промышленности уровень загрузки продолжает быстро снижаться, до 74% (сезонность устранена)».
На графике видно, что загрузка в обработке вернулась в ту точку, «откуда всё начиналось» - в IV кв. 2022 года.

Как мы уже писали, для дальнейшего роста обработки (и ВПК, как важной её части) надо строить новые заводы. Из старых заводов уже не выжать 4-ю 8-часовую смену, потому что в сутках не 32 часа.
Но строительство новых заводов упирается в импорт оборудования, в первую очередь из «недружественных стран».

Интереснее другое. Куда теперь идёт «бюджетный импульс», если расширение в обработке прекратилось и даже пошло вспять? Точнее, эффективно ли расходуется «бюджетный импульс»?

​​Почему Центральные банки покупают в резервы золото, а не серебро?

Резервы золота в земле в 10 раз меньше, чем серебра, оно в 100 раз дороже за унцию и два раза плотнее. Золото проще хранить, транспортировать и охранять. Золотой резерв на $1 млрд помещается в чемодан; серебро на ту же сумму займет целый грузовик.

Кроме того, золото химически инертно и сохраняет свою форму, в то время как серебро тускнеет и разрушается со временем.

Узбекистан экспортировал золота на $3,57 млрд за первый квартал
С начала года Узбекистан экспортировал золота на 3,57 млрд долларов, что на 34% больше, чем за январь-март 2024 года. На драгметалл приходится 44% всего экспорта страны.

Экспорт золота с начала года достиг 3,57 млрд долларов, что в стоимостном выражении на 34% больше, чем за аналогичный период 2024 года ($2,66 млрд). В январе поставки драгметалла за границу не осуществлялись, в феврале — на 1,73 млрд долларов, в марте — на 1,84 млрд долларов.
Доля золота в общем экспорте страны увеличилась с 40,9% до 44

К маю 2025 года стоимость золота выросла на 25% с начала года, что резко выделяется на фоне общего снижения цен на сырьевые товары.

За тот же период совокупный индекс сырьевых товаров снизился на 9%, при этом энергия подешевела на 12,9%, а продовольствие — на 5,9%.

В сравнении с допандемическим уровнем цены на золото поднялись на 153%, что значительно превышает рост остальных категорий: общий индекс вырос лишь на 36%, цены на энергоносители — на 15%

Мировой рынок ИТ вырос в 2024 г. на 9,4% (до $5,1 трлн). Российский рынок подскочил сильнее – на 14% (до ₽3,5 трлн, или $37 млрд по курсу ₽92 за доллар). При этом сегмент инфраструктурного ПО увеличился на 28% (до ₽132 млрд). Ключевым драйвером роста стала реализация крупных проектов в сегменте B2B (Enterprise), где компании перешли от тестовых внедрений к промышленному использованию отечественных решений. Доля российских вендоров в этом сегменте составила 67% – за счет импортозамещения, пишут аналитики Strategy Partners.

Российский рынок инфраструктурного ПО продолжит рост с темпом около 20% в 2025-2026 гг. Доля отечественных вендоров станет доминирующей, что затруднит возвращение иностранных игроков. Однако возможное сокращение бюджетов на ИТ-решения (на 15-30%) может повлиять на динамику рынка.

При смягчении геополитической ситуации иностранные вендоры (например, SAP, Oracle, VMware) могут попытаться вернуться на рынок, усилив конкуренцию для отечественных разработчиков в B2B/B2C. Потребители, зависящие от зарубежных решений, могут задержать переход на российские аналоги в ожидании их возврата. Видимо, поэтому короли ИТ-импортозамещения лоббируют принудительное внедрение своего софта в гаджеты. А еще лучше – обложить налогом весь иностранный софт, чтобы не мучить себя рыночной конкуренцией, когда есть госзаказы.

Проблема в том, что рентабельность ПО зависит от его масштабирования. Разрабатывать софт для закрытого внутреннего – себе дороже, а на глобальном рынке российские ИТ-решения пользуются небольшим спросом. Несмотря на высокие темпы роста в 2022-2024 гг. (выше, чем в странах Запада) размер российского ИТ-рынка составляет 1% от мировой ИТ отрасли. Крупнейшими мировыми рынками остаются США, ЕС и Китай. В 2024 г. российский ИТ рынок составил 1,7% от ВВП страны меньше, чем в БРИКС, ЕС и США. По размеру российский ИТ рынок кратно уступает лидерам мировой ИТ индустрии (США, ЕС, Китай), и почти в 3,5 раза меньше ИТ рынка Индии.