i носок

За смешные 150 долларов вы получаете новый, красивый носок, удобно разрезанный для помещения туда вашего IPhone 17 pro max. Практично, красиво, стильно.

👍🏻 мне три
😐 а есть такие же, но с перламутровыми пуговицами?
🗿вы там что курите

Ai вошинг

Помните, как лет 10 назад все вдруг стали «эко-френдли»? Каждая вторая компания клеила на упаковку зелёный листик, даже если их завод отравлял три соседние области, это называлось гринвошинг. Так вот, встречайте его младшего, но гораздо более наглого брата — AI-вошинг.

Сегодня каждая компания, которая разобралась как давать запросы в DeepSeek, с гордостью заявляет что «мы используем AI в большинстве процессов». При этом 90% «AI-агентов» на рынке — это переименованные скрипты. Есть ощущение что пузырь уже готов лопнуть, осталось дождаться.

Гринвошинг был про имидж, компании хотели казаться хорошими в глазах потребителей. AI-вошинг скорее про деньги, компании хотят казаться умными в глазах инвесторов. Главная проблема AI-вошинга в том, что он убивает доверие не к конкретной компании, а к технологии в целом. Когда бабушка покупает «эко-гречку» и не чувствует разницы это не так страшно. Когда инвестор вкладывает миллионы в «AI-стартап», который оказывается набором скриптов, — это удар по всей индустрии.

Очевидно что пузырь лопнет, это давно не вопрос «если», это вопрос «когда». Все компании, у которых «AI» был только на презентации, умрут первыми. Возможно после этого вместо вопроса «у вас есть AI?» начнут задавать вопрос «Какую проблему вы решаете и сколько денег это приносит?». Ценность вернётся от хайпа к главному документу любого бизнеса под названием P&L.

AI-вошинг всего лишь детская болезнь роста, она пройдёт. И когда пыль уляжется, останутся только те, кто решал реальные проблемы, а не гнался за хайпом.

82% нажимают кнопки, 10% строят платформы

На недавней сессии НРФ с коллегами мы представили результаты нашего исследования, реализованного совместно АКАР × АРИР × АЦ РИР, о применении ИИ в рекламе.

Главный вывод — разрыв между теми, кто просто использует ChatGPT для текстов, и теми, кто строит полноценные ИИ-платформы, стремительно растет. Большинство компаний застряли на уровне «нажать кнопку», они используют ИИ как калькулятор, точечно, без системы и стратегии.

Компании, которые встроили ИИ в свою инфраструктуру, не просто ускоряют процессы, они меняют саму бизнес-модель и наращивают преимущество.

Сохраняем, репостим, комментируем, критикуем.

Бекмамбетов учит роботов плакать по-настоящему

Все привыкли, что большинство AI-персонажей из соц сетей — говорящие манекены с мёртвыми глазами. Сколько ни промпти «сделай грустно», обычно получается кривая гримаса. А теперь представьте, что вместо этого вы говорите нейросети, «у него вчера умерла собака, а закат напоминает ему, как они играли в парке». И кремниевый актер начинает играть, как сыграл бы кожаный.

По крайней мере к этому стремится новый проект Тимура Бекмамбетова, того самого, который снял «Особо опасен» и купил дом Уолта Дисней. Он инвестирует $5 млн в технологию, которую назвал «Станиславский».

Бекмамбетов считает, что для того чтобы получить от машины нечто похожее на человеческие эмоции, с ней надо говорить как с человеком, не отдавая приказы, а давая мотивацию.
Вы ставите задачу нейронке как актёру, даёте ей «бэкграунд», «сверхзадачу», «внутренний конфликт». А машина сама находит способ это «сыграть».

Это переход от исполнительства к эмерджентному поведению. AI не просто выполняет команду «быть грустным», он генерирует грусть из предложенных обстоятельств. Для своего нового фильма «Милосердие» с Крисом Праттом Бекмамбетов сделал полностью готовую AI-версию фильма и показал её студии Amazon ДО начала съёмок.

Следующий проект Бекмамбетова — экранизация книги «Человек с разрушенным миром» советского психолога Александра Лурии. Это история о том, как Лурия заново «перепрограммировал» мозг солдата после тяжелейшего ранения. Фильм будет почти полностью сделан с помощью AI.

Лурия перепрограммировал мозг пациента. Это именно то, чем мы сейчас занимаемся с AI

Будем посмотреть, как говорится.

Было бы смешно

Если бы не было правдой.

Голос как товар

Представьте, что вы можете заказать рекламу, которую озвучит Мэттью Макконахи. Или аудиокнигу, начитанную Майклом Кейном. Оба актёра только что подписали контракт с AI-компанией ElevenLabs и разрешили клонировать свои голоса. Лед тронулся, господа присяжные заседатели.

Очень долго знаменитые актеры и дикторы сопротивлялись технологиям, и такой контракт — это тектонический сдвиг. Голос перестал быть неотделимой частью человека, теперь это — лицензируемый актив, как фотография на стоке.

ElevenLabs запускает «Iconic Voice Marketplace». Это биржа, где бренды и креаторы могут легально (!) арендовать голоса знаменитостей. В списке не только Макконахи и Кейн, там же — покойные Джон Уэйн, Джуди Гарленд и даже Роберт Оппенгеймер, и живые Лайза Миннелли и Арт Гарфанкел.

Как это работает:
1. Бренд подаёт заявку: «Хотим, чтобы Майкл Кейн озвучил рекламу нашего кошачьего корма».
2. Правообладатель (сам Кейн или его наследники) одобряет или отклоняет заявку.
3. Если да — ElevenLabs генерирует нужный текст голосом Кейна.

Это попытка создать цивилизованный рынок там, где сейчас — Дикий Запад с дипфейками.

Зачем это актёрам? Два сценария

Сценарий 1, Цифровое бессмертие (Майклу Кейу вообще то 92 года)

Для возрастных актёров это способ сохранить свой голос навсегда. Тело стареет, голос — нет. Это возможность оставить после себя не только фильмы, но и живой, работающий актив, который будет приносить доход наследникам.

«Годами я одалживал свой голос историям. Теперь я помогаю другим найти свой», — говорит Кейн.

Сценарий 2, Масштабирование бренда (Мэттью Макконахи, 56 лет)

Макконахи — не просто актёр, он — бренд. Он уже несколько лет инвестирует в ElevenLabs, так что шкурный интерес тоже присутствует. Для него это способ масштабировать себя.
Он уже использует AI-клона своего голоса, чтобы выпускать аудиоверсию своей рассылки на испанском, при этом он не знает испанского, а клон — знает. Это позволяет ему присутствовать там, где его физически нет, озвучивать рекламу, аудиокниги, подкасты на разных языках, не тратя на это ни минуты своего времени. Его голос работает на него 24/7.

Мы вступаем в эпоху, где личность можно разобрать на активы и продать по частям. Главный вопрос — «как мы будем с этим жить?». Как мы будем доверять тому, что слышим? И что останется от «человека», когда его можно будет полностью симулировать?