В фильме «Франкенштейн» Гильермо дель Торо можно заметить множество оммажей к великим произведениям искусства — от Караваджо до Микеланджело. Некоторые из них используются как визуальные цитаты, усиливающие атмосферу фильма, другие напрямую отражают его сюжет.

Так, сцена, напоминающая «Фому неверующего» (Thomas the Apostle), возникает, когда Элизабет касается Существа, так же, как апостол Фома прикасался к ранам Христа после его воскрешения. Фома был тем, кто не поверил, пока не увидел чудо своими глазами, и этот мотив сомнения и принятия чудесного отражает отношение Элизабет к творению Виктора.

Композиция, вдохновленная «Сотворением Адама» (La creazione di Adamo), проявляется в сцене знакомства Элизабет и Существа: их пальцы тянутся друг к другу, как на знаменитом фресковом фрагменте Микеланджело. Это момент, где дель Торо подчеркивает идею: Виктор занял место Бога и сотворил жизнь.

А образ «Юноши с черепом» (Young Man with a Skull) отсылает к Гамлету и размышлению о жизни и смерти, теме, проходящей через весь фильм и определяющей судьбу каждого из его героев.