Когда я подводил итоги прошлого года, то смолчал о том впечатлении, которое осталось от продолжения политики другими средствами, совершаемого на юго-западных границах РФ и поставившего на карту (в том числе географическую) их измѣненіе.

Полтора мѣсяца я ждал, потому что никакие слова не казались соразмѣрными впечатлению и способными выразить его. К середине февраля дѣлается понятным, что приходится прибѣгать к объяснению на примѣрахъ и что даже оно окажется малым и недостаточным по выразительности.

Итак, прежде всего я ощущал и ощущаю удивление, безмѣрное ошеломление, причём не однократное, а длящееся во весь год.

Подобно жителям Набу в кинофильме «The Phantom Menace», приходится слышать или задавать вопрос «Разве это возможно?» только для того, чтобы затѣмъ с изумлением видѣть, что ещё как возможно именно это, а ничто другое не возможно и никогда не было возможным, даже если по наивности казалось возможным, и так раз за разом, а вокруг не кинофильм, а так называемый реальный міръ. И в этом мірѣ также можно отыскать аналогию по ощущениям, и тогда это будут ощущения ужé не набуанцев, а казахов, да не простых казахов, а существовавших 13 мѣсяцевъ назад (13 января 2022 г.) в воображении Кашина, который в передаче «Атака с флангов» на «Эхе Москвы» сказал, обращаясь к Лазерсон:

— Если бы я был казахом, я бы вот так всю неделю сидел смотрел бы в окошко и говорил: «Ууу». То есть я бы просто не понимал, что происходит.

(Конец цитаты.)

Разница в том, что мнѣ поневолѣ пришлось сидѣть и смотрѣть в окошко и говорить «Ууу» не недѣлю, а год, да притом не от непонимания того, что происходит, а от непрестанного перехода происходящих событий на неожиданные новые уровни, из которых каждый прежде считался совершенно недосягаемым.

Сами же Кашин и Лазерсон, уж конечно, не стали сидѣть и смотрѣть в окошко и говорить «Ууу», а вмѣсто того наговорили много такого, чего я одобрить никак не могу. (Напримѣръ, если кому-либо примерещится, что упоминанием кашинских казахов я одобрил содержимое канала @kashinguru, то подумайте ещё раз.)

Хотя и рѣдко (не каждый год и даже не каждый второй), а всё же встрѣчается в #аниме такой сюжетный ход: дѣвушка признаётся центральному персонажу в том, что знала его в прошлой жизни (причём рѣчь идёт не о том, скажем, что он рѣзко смѣнилъ имидж, когда стал старшеклассником, а о реинкарнации). И тот понимает досадливо, что её устами говорит прежде всего чунибё, а затѣмъ ещё, может быть, нарождающаяся влюблённость, но что самомý ему влюблённая чунибёшница низачѣмъ не нужна, да въ изрядной мѣрѣ и зазорно ему было бы воспользоваться любовною привязанностью, возникшею на основе необузданной фантазии о прошлых воплощениях, а не настоящих качеств его.

В качестве примѣра можно привести (и привожу видеоцитатою) одну из сцен первой части аниме «Denpa teki na Kanojo» 2009 года.

В качестве примѣра можно привести (и привожу видеоцитатою) финал пятой серии аниме «Oreshura» (это аниме также извѣстно под полным названием «Ore no Kanojo to Osananajimi ga Shuraba Sugiru») 2013 года.

Возможна ли завязка сюжета, диаметрально противоположная этим примѣрамъ?

Да: в зимнем сезоне 2015 года было аниме «Seiken Tsukai no World Break», и в нём большинство центральных персонажей и персонажиц были реинкарнациями людей прошлого (либо одного, либо послѣдовательно нѣсколькихъ) и вся цивилизация была выстроена вокруг возможности реинкарнаций.

Но, кажется, этакая противоположность чрезмѣрна глобальностью. Возможен ли сюжет как можно менѣе масштабный, в котором правдою оказывалася бы только реинкарнация дѣвушки и ея знакомого из другого міра, а вокруг них показан по-прежнему неизмѣннымъ привычный нам міръ, и в том-то заключается комедия положений, составляющая ≈половину любой хорошей романтической комедии?

Да, и такой сюжет тоже возможен: обратите внимание на ранобэ «Eiyuu to Majo no Tensei Rabu Kome». Насчёт него можно сожалѣть разве что о том, что малыми и несущественными показаны земныя проявленія сверхъестественности прошлых жизней и навыков центральных персонажей, гораздо значимѣе оказывается сюжетная роль их воспоминаний.

📔 ОГЛАВЛЕНИЕ

Не с первого взгляда замѣтна взаимосвязь между шестым пунктом моего сообщения 9 февраля (пункт про использование XYB в кодировщике jpegli для файлов JPEG, достигающем небывалых вершин соѿношенія качества и объёма файла) и пятым пунктом моего сообщения 6 февраля (это тот пункт, который ссылается на статью 1999 года об индивидуальных различиях в количестве клеток сѣтчатки глаз, чувствительных ко красному и к зелёному цвѣту).

Однако посмотрите попристальнѣе на цвѣтную иллюстрацию в той статье (скриншот прилагаю). Вы тотчас замѣтите, что оцѣнку «у кого-то больше колбочек, чувствительных ко красному цвѣту, у кого-то больше к зелёному…» необходимо продолжить: «…но у всѣхъ меньше колбочек, чувствительных к синему цвѣту, причём гораздо меньше: болѣе чѣмъ на порядок».

Постоянные читатели моего канала также могут припомнить, что подобную иллюстрацию (с изображением сѣтчатки глáза) я ужé цитировал в декабре 2019 года, когда упоминал о том, что графический формат файлов JPEG XL использует новое цвѣтовое пространство XYB.

Википедия сообщает (скриншоты прилагаю), что цвѣтовое пространство LMS основывается на величине отклика «красных», «зелёных» и «синих» колбочек сѣтчатки (подобно тому, как пространство sRGB основывается на величине свѣтимости красных, зелёных и синих пикселов экрана), а пространство XYB получается преобразованием из LMS по простым правилам:

① Компонент B равен отклику «синих» колбочек, его буква означает «blue» («синий»).

② Компонент Y суммирует отклик «красных» и «зелёных» колбочек, его буква Y многим знакома по традиции обозначать буквою Y яркость (напримѣръ, в пространствах YUV и YCbCr и YPbPr), но в XYB эта яркость остаётся исключительно красно-зелёною (без учёта отклика «синих» колбочек), как было принято и в CIE XYZ с 1931 г., так что Y означает «yellow» («жёлтый»).

③ Компонент X содержит разность величины отклика «красных» и «зелёных» колбочек.

Эдак вычленив компонент B, внутри файла можно люто сжимать его высокочастотную часть, по отношению к которой глаз слѣпъ из-за рѣдкости «синих» колбочек.