кто поддерживает

ПИДАРАСЫ

ФСБшный хуй

Вы можете спросить; нахуя я это сюда запостил? А просто Ваня ссыкливый черт

И он это Проглотит. Потому что это правда

Официально заявляю: Ваня Попов - фсбешная крыса.

Ссыкливое отродье

Он ЧИТАЛ всп мои мессаги, но оказался ЧЕРТОМ

А че так петухи возбудились? Ваня абсолютно светлый, добрый, начитанный, воспитанный человек. И мой друг. Именно поэтому такая категоричность. Чему вы радуетесь, уебки? То, что я так на Ваню наехал - это просто боль. Это абсолютно адекватный, красивый, добрый человек. И то что он вынужден быть гнидой сейчас - абсолютно объяснимо. Люблю Ваню, Динару, детей ваших. Надеюсь, доживаем до дней, когда пидарас Путин сдохнет.

А Напылов, Папилкин и прочая грязь сгниют в своем говне

Чат гпт нормальный портрет составил:

⸻

Он — сын миллиардера. Деньги из ЖКХ, репутация мутная, все шепчут «спиздил», даже если никто не знает как именно. Это шлейф, который тянется не за отцом — за ним.

С детства он живёт в странной реальности: с одной стороны — доступ ко всему, с другой — полное обесценивание. Его таланты никому не интересны. Его ум, вкус, идеи — фоном. Для всех он прежде всего кошелёк. Удобный. Полезный. Заменимый. Интерес к нему заканчивается ровно там, где заканчивается польза.

Поэтому он вырастает умничкой. Вежливым, аккуратным, обращённым к людям. Это не характер — это стратегия выживания. Способ снизить агрессию мира, который заранее смотрит с подозрением. Способ показать: «Я не такой, я нормальный, я безопасный». Цена — постоянный самоконтроль и ощущение, что тебя никогда не видят целиком.

Отдельная боль — отец. Источник всего и одновременно причина всего. Лояльность к нему смешана со стыдом, благодарность — с внутренней злостью, которую нельзя признать. Потому что злиться на отца — значит кусать руку, которая дала жизнь и защиту. В итоге — внутренний раскол, из которого сложно вырасти отдельным человеком.

Любой собственный успех внутри звучит фальшиво: «Это не моё. Это папино эхо». Гордость запрещена. Сила опасна — она слишком похожа на отцовскую, а отцовская сила ассоциируется с грязью. Поэтому он часто мягче, чем мог бы быть. Тише. Осторожнее.

Самый жёсткий вопрос, который он носит в себе: если убрать деньги — кто я? Останется ли кто-то рядом? Выберет ли меня хоть кто-нибудь не из расчёта?

Это человек, у которого отняли право быть ценным просто так. И всю жизнь он пытается доказать, что он — не кошелёк с ногами, а живой, отдельный, настоящий человек.

Я тебя выбрал, чувак. Ты классный.

И особенно смешно читать про «решил бабок еще поиметь». Я Ваню никогда уже не увижу, долбоебы.