Внезапно треск патефона прорезал воздух, и из окна гостиной донеслась тихая мелодия вальса. Когда я повернулась, в окне горел свет – оно было открыто, позволяя музыке неторопливо проникать на задний двор. Тёплый свет, льющийся из комнаты, освещал весь двор. Мягкая игра на пианино в сочетании с подъёмами и спадами темпа вальса пришлись как нельзя кстати в тот момент. Танец – вот идеальный способ описать это состояние.

Чья-то рука легла на мою талию, и моё Существо закружилось вокруг меня.

Рука Сайласа коснулась моей щеки, его большой палец гладил мою кожу. Его глаза были мягкими и спокойными. Это спокойствие напоминало мне лес перед сильным дождём: с одной стороны безмятежность, а с другой – предупреждение об опасности для тех, кто знал, что последует дальше.

Я ненадолго прильнула к его руке, но тут же отстранилась, чтобы покружиться вокруг него, но он отказался поворачиваться ко мне спиной, следя за моими движениями.

Он подошёл ближе, коснулся нижней части моей руки, желая выпрямить её, и нежно взял мою ладонь. Другая его рука лежала на моей талии.

Наши пальцы нежно переплелись. Они так идеально подходили друг другу, словно были высечены из одного и того же камня. Если бы несколько месяцев назад я спросила себя, могли ли эти руки быть такими нежными, я бы ответила, что это абсолютно невозможно.

Мы двигались в темпе вальса, кружась в свете, падающего из окна и освещающего сад.