Я вышел из комнаты и начал бродить по комнатам в отеле, пытаясь найти четверку.

Поднявшись на крышу, я детально ее осмотрел. Следов четвёрки не было, он сюда не ходил.

Я стал спускаться на кухню.

я зашёл на кухню и остолбенел. Да, четвёрка безусловно был на кухне, но явно не работал...

Я стоял в проходе пол часа, не меньше. Кухня была похожа больше на картину авангардиста, нежели на реальное происшествие. Не знаю, что на меня тогда нашло, я просто начал трясти четверку со всей силы.

Наконец, я оставил его в покое и уселся на стол к лежащему четвёрке. Было очень противное чувство горечи, от такого рыдать хотелось.

Я посадил четверку рядом со мной и обнял

Я помрачнел и уставился на четверку.

Я аккуратно уложил четверку

Я вздохнул и сел на пол рядом с четверкой.

Я взял его руки в свои и начал бережно разбинтовывать.

На ладонях четвёрки имелись шрамы от порезов, но сами ладони прекрасно зажили.

Я поднял четверку на руках

Я реально немного опешил, честно сказать. Я посмотрел на вялого четверку у меня на руках и заулыбался.

Дойдя до номера и отворив дверь, я аккуратно положил четверку на кровать.

Я просидел с четверкой все время, пока он спал. Знаете, когда он спит, он выглядит довольно мило. Тем не менее, мне захотелось чуточку размяться.

От четвёрки ответа не последовало.

Я вздохнул, встал с кровати и пошёл по лестнице вниз. Что-то приказало мне сегодня не уезжать на лифте. Дойдя до кухни, я взял железную плошку и начал набирать фрукты.

Я потащил плошку в номер, боясь пропустить пробуждение четвёрки. Мало ли что. Добравшись и открыв дверь, я, с радостью, обнаружил, что он всё ещё спал.

Я выдохнул, поставил плошку на тумбочку и стал ждать. Он проспал уже довольно много, этот соня уже встанет, я думаю.

Я призадумался, но понял, что не спал чуть меньше недели.

Я неловко усмехнулся. Даже зная то, что четвёрка мог в любой момент проснуться, для меня его пробуждение стало какой-то неожиданностью.

Я поставил плошку с фруктами на колени четверке

Я пожал плечами.

Я встал с кровати и взял плошку в руки.

На последних словах я захлопнул дверь в номер, сжал в руках плошку и пошёл её возвращать. Да и четверке, возможно, надо побыть на едине с самим собой.

Я не стал говорить о том, что отнёс эту тупорылую плошку. Мне кажется, мы уделяем слишком много времени в повествовании именно ей. Я уже ждал лифт, как назло он ехал с самого последнего этажа. Зачем кому-то понадобился последний этаж - я не знаю. Мне казалось, что прошла вечность с прибытия лифта, но, наконец - то, я сел и поехал. Дойдя до двери, я уже услышал странные звуки. Четверке явно не сиделось, он, будто мне мстил там, за дверью. Я открыл и увидел довольно странную картину. Четвёрка сидел у стола и что-то вырисовывал на моей бумаге. Приблизились, я все равно не особо понял его каракуль.

Я посмотрел на рисунок четвёрки и смастерил максимально задумчиво лицо, будто я сижу в галерее Лувра и смотрю в глаза Джаконды.

Я потрепал четверку по голове, взял его рисунок и закрепил на стене скотчем.

Я погрустнел, снял рисунок, скомкал и выбросил.

Я бросил ключи от номера на кровать и ушёл.