Кстати, о книжечках умиротворения, в которых комическое и трагическое срослись неразделимо и переданы виртуозно.

У меня есть редкий экземпляр: на них собирали краудом лет семь назад. Переводчик — несравненная Шаши Мартынова, редактор Макс Немцов, напечатано под эгидой легенды Додо Пресс. По-моему, этих трех заклинаний достаточно. Но если переиздадут, будет радость.

История деревушки, через которую пролегла граница между двумя Ирландиями — Свободным Ирландским государством и Северной — легкая, смешная, абстрактная и иногда под дых бьющая в самое неожиданное место. Мне кажется, только ирландские насмешники умеют так. Занятно, что главный герой Дэн иногда ломает четвертую стену, как стендапер, но делает это деликатно и всегда в точку.
Говорят, есть экранизация, но я все не дойду.
Он для меня стоит в одном ряду с Инголдбизи, Фланом О'Брайеном, Уальдом и Гиллиамом. Впрочем, Миллиган считается крестным отцом всея Монти Пайтон.

А еще Миллиган прекрасный хулиганский детский поэт, на русский его переводил великий Кружков. Помните «Вы когда-нибудь ели грюши? Нет, не груши, а именно грюши?» Ну так вот. В Нигме они выходили в сборнике «Чашка по-английски» с иллюстрациями Евгения Антоненкова.

Ps я по-кружковски пишу через А, но Миллигэн, как у Шаши, тоже ок. Думаю, он придумал бы шутку на этот счет.
Upd в московском Во весь голос на Трубной, 21 осталась пара-тройка или больше экземпляров, молнируют нам неравнодушные люди! Там, к слову, вообще много хороших книг. И милейшие сотрудники.

Стащила из аккаунта дорогого друга в запрещённой сети.
Ну и заодно традиционное субботнее кинонапоминание.
Тот редкий случай, когда люблю и первоисточник, и фильм Скотта, и продолжение Вильнёва. Добавить нечего.

UPD по трём многочисленным деликатным просьбам пишу названия: «Снятся ли андроидам электроовцы» Филипа Дика, экранизация Ридли Скотта «Бегущий по лезвию» (1982) и сиквел Дени Вельнёва «Бегущий по лезвию 2049» (2017).

Пока засосало во взрослую жизнь, а вас здесь прибавилось, привет. Обо мне можно почитать в закрепленном посте. Так-то я болтливая, просто сейчас немного пропала, но настроение понедельника — святое. Сначала традиционная история.

Сижу никого не трогаю, работаю основную работу. Неловко крутанувшись на кресле, выдергиваю из лэптопа наушники и комната содрогается от гроула Джеймса Хэтфилда, солиста Metallica. Одновременно происходит несколько вещей:
Кот тяжелой каплей стекает с моих колен на пол и уходит в будку, в которую не влезает из-за ветеринарного воротника, поэтому обреченно ложится к лесу задом, в нору передом.
Муж от неожиданности по-киношному забрызгивает монитор набранным в рот чаем.
Дети заводят светскую беседу:
— Как по музыке догадаться, чем сейчас занимается мама?
— Мама делает добрую детскую книгу!

Metallica это не то чтоб любовь, но привязанность уже лет 25 определенно, особенно двойной диск S&M, записанный совместно с симфоническим оркестром Сан-Франциско в 1999 году. Особое родство чувствую с солистом как с человеком, который то руку на концерте сломает, то рядом что-то взрывается и как результат 40 швов и модная стрижка. I feel dat pain *почесывает кривоватый нос, дважды перебитый годовалым сыном*

Тот случай, когда сложно придумать предисловие. Рассказала об одной из новинок Поляндрии No Age: «Как звери» Виолен Беро в переводе Марии Пшеничниковой.

Четырнадцать глав как четырнадцать свидетельских показаний, из которых постепенно складывается целая и цельная картина. В уединенной деревушке во французской части Пиренеев случилось нечто, всколыхнувшее местное общество: арестован парень по прозвищу Медведь и полицейские (а заодно и селяне) пытаются выяснить, что же произошло.

Что известно о сборнике Владислава Отрошенко «Околицы Вавилона»?

Часть миниатюр сначала вышла на французском языке, цикл «Персона вне достоверности» — на итальянском. И только некоторое время спустя книгу опубликовала Альпина.проза. Разумеется, на русском (но это не точно).
Название придумал французский издатель, автор только интерпретировал Détours de Babel на свой манер.
Закругляет это венок из каталога вавилонских языков и пучка миниатюр о поэте Катулле цикл донских историй — автор родом из Новочеркасска. А у донского казачества куда больше с древними римлянами, чем кажется на первый взгляд.
Это совершенно кортасаровское мифотворчество, по-хорошему ехидное и канонически абсурдное.

Я не смогла его адекватно пересказать для читателей блога АНФ, поэтому пришлось совершить метафизическое путешествие.

*дурниной* by the rivers of Babylon there we sat down yeah yeah, we wept, when we remembered Zion

Ладно, я держалась до вечера и ни разу не упомянула сегодняшнего юбиляра, потому что писала о нем много раз. Наиболее исчерпывающе, кажется, ЗДЕСЬ.
На Кинопоиске критики, журналисты и какой-то дяденька режиссер документалки о Пелевине называют свои любимые вещи.
А на на МирФ великий Владимирский пересказал всем вышеупомянутый фильм.

Ну и одна из любимых цитат. Очень про сегодня: ...новость о том, что мой подвиг останется никому не известным, не была для меня ударом; ударом была новость, что придется совершать подвиг. «Омон Ра»

Одному из моих любимых подкастов три года! Live long and prosper, дорогой Стивен КНИГ

А на сайте все очень подробно расписано по сезонам и темам. Не всегда очевидный выбор, занятные рассуждения, неожиданные выводы, много созвучного и приятное чувство юмора — из-за этого начала слушать как раз около трех лет назад. А недавно познакомилась с одной из ведущих, Валентиной @booksinmyhands в телеге. Словом, это любовь.

Слабослышащий редактор и тугоухий автор приехали на ЛитТучку к Наташе, Леше и Жанне рассказывать о книге про ребенка с нарушением слуха.
Книги на фото нет (она только вчера пришла на склад). Также на фото нет Наташи (она фотографирует) и Жанны (она терпеливо ждет, когда мы перестанем ржать и кривляться. Спойлер: не дождется).
А кадр, к слову, случайный. Но мне очень нравится.

Говорят, сегодня 39 лет с момента выхода «Цвета волшебства», хотя Пратчетт начал придумывать Плоский мир еще в 1960-х.
На бумаге у нас дома только подцикл о Тиффани Болен — его до сих пор очень любят дети, они же постоянно цитируют нак мак фиглей.

Скажу странное, наверное: я читала не все книги. Когда сэр Терри ушел, решила растянуть на как можно более долгий срок.

Ну и из категории: как себя вижу я/как меня видят другие. Мне всегда думалось, я Матушка Ветровоск, семья считает, что странный гибрид Джинни (кельды клана Явора Заядло) и Двуцветка.

Но кажется — всё это игры в одни ворота, бессмысленный бег по площадке, бассейн с дырою. Ты всем улыбаешься, вторишь, что ты в порядке. И снова не спрашиваешь: За что? Почему со мною?

Настроение @olgalishina

В личке строгое сообщение: уже вечер пятницы, а где же пятничная book of calm?
Так я поняла, что а) действительно пятница, б) вечер. Потому что сегодня тяжелый (и еще не завершившийся) рабочий день, а я уже выгляжу как богиня из Пушкинского (см. фото).

Зато (twimc) мы финалим кое-какие книги из моей серии. А значит, к концу года будет еще немного хороших новостей.

А у вас есть хорошие новости? Нам всем очень нужны хорошие новости, раз сегодня у меня для вас нет книжечек умиротворения (зато в прошлую пятницу было две. И, к слову, Питер, сообщение из комментариев для вас: в ВВГ на Маяковского привезли Пакун).

На сайте non/fiction № 24 уже опубликованы топ-листы. Вижу в них книги друзей и коллег. Но не могу не похвастаться: в топе детской литературы и списке прозы об особом детстве пять книг, которые делала я в Нигме и Альпина.дети, — «А бегемота нет!», «Как это будет по-английски», «Королева флешмобов», «Школа плавания» и «Брат дракона».

Это, конечно, заслуга авторов и команд, но и для меня профессиональная звездочка в дневник.

Дочь говорила: «Не трогай, это на Новый год!», но муж и сын включили Die Hard.
Уже давно смотрим в оригинале и каждый раз понимаем все больше узнаем что-то новое. Вот вы, наверное, все в курсе, как именно Макклейн ответил Груберу, когда тот спросил: ты кто такой, давай, до свидания. А мы впервые вслушались.

Положим, pain in the ass достаточно распространено. Fly in the ointment из 10 главы Екклесиаста («мертвые мухи портят и благовонную масть», у нас обычно это «ложка дегтя«) тоже довольно известная идиома. А вот над monkey in the wrench мы задумались. Ну то есть, понятно, что разводной ключ, но как бы в чем соль и зачем in the?
А дело в том, что monkey in the wrench не просто неприятность, когда ключ попадал в механизм станка и стопорил там все, разламывая детали. В 1910-е рабочие на заводах так устраивали саботаж с последующей забастовкой.

Осмелюсь предположить, это еще одно противопоставление пролетария Макклейна рафинированному Гансу и еще один намек на католическую школу (позже он скажет: Sister Teresa called me Mister McClane in the third grade).

Что характерно, примерно пару лет назад случайно расшифровали с Мужемколечкой ковбойские отсылки и yippee ki yay в фильме. Но тогда досталось запрещенной сети, а сегодня вам (sorry not sorry).

Вздохнув и покачнувшись, как поезд, запустилась почти бесконечная книжная неделя: сегодня финал Книгуру, а в четверг начинается и продлится до следующего понедельника включительно non/fiction № 24. Я буду сегодня в Гайдаровке и почти все дни на нонфике, где моих мероприятий чуть меньше, чем планировалось, оба на Территории Познания:

1 декабря в 19:15 мы с Ларой Романовской представляем книгу «Брат Дракона» вместе с продюсером ЯЭ-направления Альпина.Дети Машей Нестеренко, куратором инклюзивных программ ГЭС-2 Владом Колесниковым и сценаристкой, которая занимается репрезентацией глухих, Полиной Синевой. Хотя книга не совсем об инклюзии, главный герой, его автор и их редактор — люди с разного рода нарушениями слуха. Поговорим об адаптации и качестве жизни.
Больше подробностей о самой повести можно узнать из трех частей ЛитТучки, которые уже опубликованы на дзен-канале Библиомост.

5 декабря в 18:15 Настя Орлова (главред редакции «Книжный дом Анастасии Орловой», детский поэт), Ольга Лишина (поэт, прозаик,критик и блогер), Вера Байдак из «Октопоса» и я на круглом столе «Идет бычок качается», который будет модерировать Марина Соломонова из петербургской ЦГДБ им Пушкина, поговорим о детских стихах в мире взрослого книгоиздания и платежеспособности.

На прочие детские и подростковые мероприятия, где я не задействована, пойду по настроению и самочувствию. В остальные дни планирую обязательно попасть 3 декабря на встречу с Олегом Постновым в 14:00, круглый стол с Верой Богдановой и Асей Володиной в 15:00, в 17:15 увидеть Катерину Манойло, а в 18:15 — презентацию «Комитета охраны мостов», который написал Дима Захаров дорогой (и об этой книге я уже рассказывала немного).
4 декабря в 15:00 презентация третьего романа Ислама Ханипаева — автора, за развитием которого я наблюдаю не без удовольствия и одновременно с этим в Литкафе будет презентация графического путеводителя Леши Олейникова по пьесе «Горе от ума». В 18:15 РЕШ презентует книги фантастической серии «Другая реальность».
5 декабря традиционно профессиональный день, где я, по всей вероятности, буду от забора до упора.

Несмотря на, не только взрослая, но детская и кураторская программы, как всегда, насыщенные и занятные — обратите на них внимание тоже. Не в моих правилах реагировать на частные мнения, но на днях известный книжный обозреватель позволил себе ремарку, мол, нынче нонфик это недорогой книжный маркетплейс да и только. Я полагаю, когда работаешь со словом, надо с этим самым словом быть осторожнее и вдумчивее его транслировать, потому что Нонфикшн по-прежнему место для встреч и дискуссий — особенно важных теперь. Наша работа усложнилась в десятки раз и не надо ее обесценивать. Почему мы продолжаем делать то, чем занимались несмотря и вопреки, мы проговорили еще весной. А если надо объяснять, то не надо объяснять.

Все уже наверняка видели в ленте, но не могу не присоединиться — одно из моих любимых издательств @nlobooks запустило проект NLO.media. Истории людей и идей. По-моему, это чрезвычайно здорово и немного уменьшает энтропию.

Этой осенью я пережила немало бед, как многие из нас в этом году. Перенесла второй за полгода микроинсульт. Получила премию Ревизор как руководитель направления — первую и, скорее всего, последнюю в этой жизни. Сделала книгу, которую мы с подругой хотели несколько лет, но получилось только теперь (подруга в интервью постоянно сбивается и называет меня соавтором, не слушайте, я просто редактор). Сделала еще несколько хороших детских и подростковых книг и помогла с несколькими взрослыми. Пристроила в добрые руки несколько отличных текстов. Поучаствовала в жюри двух конкурсов — малой прозы и поэтического. Побывала в Выборге. Наконец-то влюбилась в Петербург. Впервые за полтора года прожила целые сутки одна-совсем одна в другом городе и была почти счастлива (интроверты поймут (с)). Едва не потеряла кота и выходила умирающего кота. Провела несколько лекций. Видела Сны Сибири. Посмотрела некоторое количество фильмов. Снова и снова убедилась, что дружба это самое сильное вуду в мире, и оно постоянно поднимает меня с одра — физического и метафизического. Хотя кое-кто из близких за несколько тысяч километров теперь. Несмотря на ограничения, прочитала (в основном, слушая) некоторое количество книг. Научилась заваривать чай с проливом. Снова отрезала отросшие волосы и обрила затылок (уже заросла, как Гарри Поттер). Приняла решение, которое едва не стоило мне третьего инсульта, но не люблю оглядываться. Переосмыслила опасение, что как профессионал я уже ничего не смогу и не добьюсь, в сотый раз начав сначала. Стала блогером-тысячником, как говорили когда-то, но сейчас, кажется, это мелочевка, да? Вообще вдруг узнала, что я прям читаемый блогер — но нет сил и времени сделать дайджест обзоров и полезных ссылок осени.
Но привет всем, кто меня почему-то читает.

Как-то так я себя обычно представляю на редколлегиях, но на интервью и презентациях обычно все больше смеюсь и чушь прекрасную несу.
Сегодня мы с автором «Брата Дракона» работаем двухголовой писателью Романовской в 19:15 на площадке Территория познания ярмарки non/fiction № 24. Меня будет легко узнать: в это время суток я обычно уже вползаю в гибернацию и даже моргаю с усилием.
Не приходя в сознание, постараюсь рассказать, легко ли было редактору с тиннитусом и сенсоневральной тугоухостью работать с текстом, в котором, в отличие от большинства других рабочих проектов, я прожила несколько лет как тест-ридер, в том числе потому, что у главного героя нарушение слуха.

Сынище смотрит в окно. На первом этаже дома напротив алкомаркет. В него, организованные при поддержке двух тётенек родкомитетовского вида в пары, заходит с десяток младшеклассников (ранцы, жилеты дорожных работников детектед).
— Всюду жизнь, — задумчиво констатирует сын и, отвернувшись от окна, наблюдает, как я одновременно читаю вопросы к презентации, подписываю блок в печать и одеваюсь, чтобы ехать на нонфик. — И только мадам редактор сделала книги, чтобы купить домой новые книги.
Муж, с угрозой:
— Я ей куплю! Мы старые еще не сносили!
Дочь, ябедно:
— Не купит: ей Шамиль уже подарил. Поношенные, правда, какие-то — может, заберет потом.

Но, к слову, о поношенных книгах. На нонфике случается занятная букинистика, а лично я традиционно планирую найти скоропечатню Мамонт и купить репринтную дореволюционную дичь брошюру в коллекцию.