С Новым годом, друзья! Особые поздравления моим подписчикам!

☦️ Поздравляем православных христиан с праздником Рождества Христова.

✨ Пусть этот светлый день подарит душевное тепло и наполнит сердца надеждой.

☦️ We congratulate Orthodox Christians on the Feast of the Nativity of Christ.

✨ May this bright day bring spiritual warmth and fill hearts with hope.

Из интервью директора Департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД России О.В.Постникова информагентству МИА «Россия сегодня» от 6 января 2026 года:

Стоит отметить, что, помимо прочего, к чёткому ответу США (на предложение России сохранить на один год после истечения срока действия Договора о СНВ) будет стимулировать ведущаяся в настоящий момент подготовка к предстоящей весной 2026 года очередной Обзорной конференции по Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).

Участники данного соглашения, к которым относится подавляющее большинство стран мира, весьма заинтересованы получить представление о том, как две крупнейшие ядерные державы собираются в обозримой перспективе обеспечивать предсказуемость и сдержанность в ракетно-ядерной сфере.

За счет реализации российской инициативы по "пост-ДСНВ" две наши страны были бы способны добавить позитива в атмосферу, в которой будет проходить Обзорная конференция Договора о нераспространении ядерного оружия.

Это немаловажно на фоне большого количества проблем и противоречий, накопившихся на площадке ДНЯО. Тем более что с каждым годом их становится всё больше. В этом плане достаточно вспомнить, что к уже существующим острым вопросам теперь добавилась и вопиющая ситуация вокруг бомбардировок иранских ядерных объектов, находящихся под гарантиями МАГАТЭ. Данная тема также станет одной из центральных в дискуссиях на конференции.

Срок действия Договора о СНВ истекает 5 февраля. США, по всей видимости, не готовы принять российское предложение о добровольном продлении ключевых количественных положений этого соглашения еще на год.

Как философски выразился президент США в интервью 8 января: «Если он истекает, значит, истекает». Он также оптимистично добавил: «Мы просто заключим лучшее соглашение». Это прозвучало как ничем не подкрепленное благое пожелание, весьма далекое от реальности.

Таким образом, через 23 дня последние ограничения на количество стратегического ядерного вооружения США и России перестанут существовать.

При содействии Секретариата МАГАТЭ достигнута договоренность о локальном прекращении огня на период проведения ремонтных работ на линии электропередач в окрестностях Запорожской АЭС.

🇷🇺 Комментарий Постоянного представителя Российской Федерации при международных организациях в Вене М.И.Ульянова информационному агентству ТАСС по ситуации с ядерно-энергетической инфраструктурой Украины

💬 Как регулярно подчеркивает Минобороны России удары по энергетической инфраструктуре Украины наносятся в ответ на украинские нападения на гражданские объекты на территории Российской Федерации. Делается это, по словам нашего военного ведомства, прежде всего, для того, чтобы нарушить энергоснабжение военно-промышленного комплекса Украины. Целенаправленных шагов по подрыву энергоснабжения подконтрольных Киеву атомных станций российские вооруженные силы не предпринимают.

💬 В том, что украинская сторона пытается привнести возникающие у нее в этой связи проблемы в повестку дня МАГАТЭ, ничего нового нет. Киев действует таким образом, по крайней мере, с осени 2024 года, когда при поддержке западного большинства в Совете управляющих Агентства ему удалось протащить резолюцию с поручением Секретариату МАГАТЭ осуществлять на постоянной основе мониторинг положения дел на украинских электроподстанциях. Это решение шло вразрез с мандатом Агентства, которое, как известно, занимается вопросами «мирного атома», а вовсе не энергетикой в целом. Но правовые аспекты мало волнуют современную Украину и ее покровителей на Западе.

💬 В информационных сводках МАГАТЭ с тех пор время от времени появляются сведения о незначительных неполадках в сфере энергоснабжения украинских АЭС, которые, впрочем, быстро и без особого труда устраняются. Попытки создать впечатление, будто перебои с электроэнергией чреваты чуть ли не ядерной катастрофой не выдерживают критики. В свое время МАГАТЭ совместно с Агентством по ядерной энергии Организации экономического сотрудничества и развития составило «Международную шкалу ядерных и радиологических событий». В этом документе черным по белому сказано, что даже полная потеря внешнего энергоснабжения, как правило, представляет собой нулевую ядерную угрозу. Тем не менее, украинская сторона, вне всякого сомнения, будет продолжать пытаться разыгрывать эту «карту» в МАГАТЭ.

🇷🇺 Comment by the Permanent Representative of the Russian Federation to the International Organizations in Vienna Mikhail Ulyanov to TASS news agency on the situation with Ukraine’s nuclear energy infrastructure

💬 As the Russian Ministry of Defence regularly emphasizes, strikes against Ukraine’s energy infrastructure are carried out in response to Ukrainian attacks on civilian facilities on the territory of the Russian Federation. This is done, according to our military, primarily in order to disrupt the energy supply to Ukraine’s military-industrial complex. The Russian armed forces are not taking any deliberate steps to undermine the power supply of nuclear power plants controlled by Kiev.

💬 There is nothing new in the fact that the Ukrainian side is trying to bring the problems arising for it in this regard into the IAEA agenda. Kiev has been acting in this way, at least since autumn 2024, when, with the support of the Western majority in the Agency’s Board of Governors, it managed to push through a resolution requesting the IAEA Secretariat to carry out, on regular basis, monitoring of the situation at Ukrainian electrical substations. This decision ran counter to the Agency’s mandate which, as is well known, deals with issues of the “peaceful uses of atomic energy”, and not with the energy sector as a whole. But legal aspects are of little concern to today’s Ukraine and its patrons in the West.

💬 In the IAEA updates since then, reports have from time to time appeared about minor disruptions in the power supply to Ukraine’s nuclear power plants, which, however, are quickly and without much difficulty remedied. Attempts to create the impression that power outages are fraught with almost a nuclear catastrophe do not withstand criticism. At one time, the IAEA, jointly with the Nuclear Energy Agency of the Organisation for Economic Co-operation and Development, developed the “International Nuclear and Radiological Event Scale”. This document states in black and white that even a complete loss of off-site power, as a rule, constitutes a zero nuclear threat. Nevertheless, the Ukrainian side will, without any doubt, continue trying to play this card at the IAEA.

🗓️ 21 января заместитель Министра иностранных дел России С.А.Рябков встретился с Послом Государства Израиль в Москве О.Йосефом.

Состоялось обсуждение ряда актуальных вопросов международной повестки дня, включая проблематику контроля над вооружениями и нераспространения ОМУ, с акцентом на ситуацию в Ближневосточном регионе.

#БлижнийВосток

🗓️ On 21 January, Deputy Minister of Foreign Affairs of the Russian Federation Sergey Ryabkov met with Ambassador of the State of Israel to Moscow Oded Yosef.

A range of current international issues was discussed, including arms control and WMD non-proliferation, with a particular focus on the situation in the Middle East.

🗓 22 января 2021 года состоялось формальное вступление в силу Договора о запрещении ядерного оружия (ДЗЯО).

ДЗЯО подаётся как «моральная победа», но в реальности он не создаёт механизмов реального разоружения. Ядерные государства в нём не участвуют - значит, ключевые игроки остаются вне режима.

Главная проблема ДЗЯО - игнорирование стратегической реальности: ядерное сдерживание существует не по идеологическим соображениям, а как инструмент предотвращения крупной войны между державами.

На текущий момент в современной крайне напряженной международной обстановке нет предпосылок для плодотворных переговоров о ядерном разоружении.

ДЗЯО фактически строится на лозунге «запретить - значит устранить». Но ядерное оружие - это элемент баланса сил и обеспечения безопасности в современном мире.

Изъятие ядерного сдерживания из стратегического уравнения потребует адекватной замены в виде иных эффективных схем поддержания стабильности в отношениях крупных военных держав. В противном случае будет нарушен непреложный принцип ненанесения ущерба чьей-либо безопасности в процессе ядерного разоружения.

Крайне опасно и то, что ДЗЯО пытается обойти традиционную архитектуру ядерного нераспространения, прежде всего Договор о нераспространении ядерного оружия, который является одним из немногих краеугольных камней международного мира и безопасности.

На практике мы видим, как ДЗЯО становится инструментом раскола: не «объединить ради мира», а разделить на морально «правильных» и «неправильных», не снижая рисков.

Подмена дискуссии о безопасности дискуссией о морали - путь к тупику. Разоружение не достигается словами «запретить», оно достигается устранением первопричин конфронтации и восстановлением переговорных треков.

🗓️ 22 January 2021 marked the formal entry into force of the Treaty on the Prohibition of Nuclear Weapons (TPNW).

The TPNW is often presented as a «moral victory», yet in practice it does not create mechanisms for genuine nuclear disarmament. Nuclear-weapon States are not party to it, meaning that the key actors remain outside the framework.

The core problem with the TPNW is its disregard for strategic realities: nuclear deterrence exists not as a matter of ideology, but as an instrument to prevent a major war among great powers.

At present, amid an extremely tense international environment, there are no prerequisites for productive negotiations on nuclear disarmament.

In effect, the TPNW is built around the slogan «to prohibit means to eliminate». However, nuclear weapons remain an element of the balance of power and a factor of security in today’s world.

Removing nuclear deterrence from the strategic equation would require an adequate replacement in the form of other effective arrangements for maintaining stability among major military powers. Otherwise, the fundamental principle of not undermining anyone’s security in the course of nuclear disarmament would be violated.

It is also highly dangerous that the TPNW seeks to bypass the traditional nuclear non-proliferation architecture, first and foremost the Treaty on the Non-Proliferation of Nuclear Weapons, which remains one of the few cornerstones of international peace and security.

In practice, we see the TPNW becoming an instrument of division: rather than «uniting for peace», it splits States into those that are morally «right» and «wrong» without reducing risks.

Replacing a security-focused discussion with a moral debate leads to a dead end. Disarmament is not achieved by declaring «prohibition», but by addressing the root causes of confrontation and restoring meaningful negotiating tracks.