чуть не пропустила, как кэти хорин разносит всю индустрию моды на чем свет стоит. если что спойлер: выжили только prada и balenciaga.
и хотелось бы сказать, что хорин просто не с той ноги встала, но не получается: в индустрии и правда что-то нехорошее происходит. Первый консерн: в моде не осталось творчества. Всем управляют конгломераты, у которых вместо мозгов – маркетологи.
«Потому что в конце концов они возьмут тиктокера с 150 млн подписчиков и назначат его креативным директором. Однако все, что может создать сей тиктокер, так это только внимание. И это очень недальновидная стратегия в духе «нам нужно продать как можно больше». Я думаю, так можно разрушить весь имидж бренда», – цитата Демны Гвасалии, которому Хорин любезно дала слово в колонке. Как вы понимаете, это нежный пинок в сторону LV и их Фаррела Уильямса, которого в колонке она ну разве что филиппом плейном не назвала.
Второй консерн: уход в тихую роскошь перекрывает дорогу молодым, талантливым и дерзким дизайнерам, которые не хотят в простоту и беж. Из этого вытекает то, что нас ждут невероятно скучные коллекции больших брендов и много классных вещей от маленьких, но недолго живущих брендиков.
Ну и если вспомнить обсуждение начала сентября, где говорилось о том, что модная индустрия перестала быть работой мечты, получаем довольно печальную перспективу с кадровой дырой.
и хотелось бы сказать, что хорин просто не с той ноги встала, но не получается: в индустрии и правда что-то нехорошее происходит. Первый консерн: в моде не осталось творчества. Всем управляют конгломераты, у которых вместо мозгов – маркетологи.
«Потому что в конце концов они возьмут тиктокера с 150 млн подписчиков и назначат его креативным директором. Однако все, что может создать сей тиктокер, так это только внимание. И это очень недальновидная стратегия в духе «нам нужно продать как можно больше». Я думаю, так можно разрушить весь имидж бренда», – цитата Демны Гвасалии, которому Хорин любезно дала слово в колонке. Как вы понимаете, это нежный пинок в сторону LV и их Фаррела Уильямса, которого в колонке она ну разве что филиппом плейном не назвала.
Второй консерн: уход в тихую роскошь перекрывает дорогу молодым, талантливым и дерзким дизайнерам, которые не хотят в простоту и беж. Из этого вытекает то, что нас ждут невероятно скучные коллекции больших брендов и много классных вещей от маленьких, но недолго живущих брендиков.
Ну и если вспомнить обсуждение начала сентября, где говорилось о том, что модная индустрия перестала быть работой мечты, получаем довольно печальную перспективу с кадровой дырой.
🐳148
Найдена роскошь — великолепное пальто с высоким воротником и широкими крылатыми плечами–пагода авторства Эльзы Скиапарелли 1933 года — эту иллюстрацию для Vogue сделал Карл Эриксон. Карл работал в Vogue аж 40 лет, а в индустрии его знали просто как Эрика — к сожалению, художник довольно рано скончался от проблем с алкоголем.
🐳142
Оказывается, союз Тимоти Шаламе и Кайли Дженнер не самый странный из тех, который можно представить — 10 лет назад Тимоти уже увлекался непо–деткой, тогда ею была Лурдес Леон. Лурдес — дочь Мадонны, которая предпочитает, чтобы ее называли Лолой. Да, это та самая, которую показушно не пускали на показ Марка Джейкобса. Такой вот факт в копилку ненужных фактов, не благодарите.
🐳144
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Burberry забрендировали станцию метро — в рамках Лондонской недели моды пройдёт показ бренда. Пока Bond street превратилась в Burberry street, мы ждём красоты от Дэниела Ли.
🐳102
Пускай по степени кринжа лондонское мероприятие Vogue World получило высокие оценки, но серебряное платье от Maison Margiela, созданное специально Джоном Гальяно для Кейт Мосс, заслужило внимания. И хотя из-за медленного хождения по подиуму было сложно разглядеть всю роскошь платья с накладкой из черного шелка, на эскизе его видно — и это прекрасно.
🐳114
Прекрасная Амелия Грей в кавер–стори fashion issue D в объективе Джонни Дюфорта. По обилию Miu Miu сразу угадывается стилизация Лотты Волковой. За мейк-ап отвечал Ядим.
🐳62
Об очень милой традиции напомнили в Dazed — дизайнеры и их камео на подиуме у других дизайнеров. Так, например, Вивьен Вествуд появилась на показе Йоджи Ямомото 1998, Мартин Маржела (несмотря на свою приверженность анонимности) остался инкогнито, пусть и без маски на шоу Жана Поля Готье, а Александр Маккуин по просьбе Рей Кавакубо прошел по подиуму в коллекции 1997 у Comme des Garçons.
🐳97
Адольф Дасслер придумал модель adidas samba аж в 1949 — тогда эти кроссовки предназначались для футболистов. Фишка была в том, что samba стали первыми кроссовками, в которых было комфортно играть даже суровой европейской зимой. Но настоящую популярность силуэт встретил на Чемпионате по футболу в Бразилии в 1950 — модель не просто так назвали в честь коренного афро–бразильского танца и музыкального жанра. Начиная с 1970–х samba набирала обороты и среди обычной европейской молодежи, преимущественно британской. А сейчас, спустя 70 лет силуэт переживает очередной бум — на этот раз с тонной коллабораций и фото на пинтересте.
🐳103