Forwarded from Многонационал
Администрация города Рыбинск решила отойти от многонационального стиля архитектуры и издала постановление о рекомендации использовать дореволюционный стиль и шрифт в рекламных вывесках на фасадах зданий.
Казалось бы, такая мелочь, но насколько это меняет облик города. Русская айдентика превосходна.
Казалось бы, такая мелочь, но насколько это меняет облик города. Русская айдентика превосходна.
Forwarded from Архитектурные излишества (Paul Melkiades)
В Выборге в ходе реставрации здания 1914 года постройки убрали оригинальные призмы Люксфера (своеобразные призматические стекла, дающие дневной свет в подвале) и все залили цементным раствором.
Forwarded from Русское Национальное Государство
Николай II в действующей армии, Минская губерния, Новогрудский уезд, станция Барановичи. Первая мировая война, 1914 год.
@RUSNG
@RUSNG
Forwarded from Русское Национальное Государство
Родственники моряков погибшей АПЛ «Курск» на месте гибели подлодки. Баренцево море. 2000 год.
12 августа 2000 года в Баренцевом море в 175 километрах от Североморска на глубине 108 метров потерпел крушение российский атомный подводный ракетоносный крейсер К-141 «Курск». Все 118 членов экипажа субмарины погибли.
@RUSNG
12 августа 2000 года в Баренцевом море в 175 километрах от Североморска на глубине 108 метров потерпел крушение российский атомный подводный ракетоносный крейсер К-141 «Курск». Все 118 членов экипажа субмарины погибли.
@RUSNG
12 августа 1912 года по Военному ведомству России был издан приказ, согласно которому вводился в действие Штат воздухоплавательной части Главного управления Генерального штаба, именно поэтому 12 августа принято считать началом создания военной авиации России.
На снимке: «СЕСТРОРЕЦКИЙ АВИАТОР» — Федотов Аркадий Григорьевич.
Родился в Сестрорецке, жил на углу Морской и Ботанической улиц в Курорте. Окончив восемь классов коммерческого училища в Курорте, затем воздухоплавательную офицерскую школу в Гатчине. После начала Первой Мировой войны поступил на военную службу рядовым солдатом 1-й авиационной роты.
23 сентября 1915 г. был командирован в 3-й корпусной авиационный отряд в качестве летчика-наблюдателя. За храбрость во время воздушных разведок награждён орденом Святой Анны IV степени. 15 июня 1916 г. его аэроплан вылетел в направлении станции Подгайцы, выдержал пулеметный бой с самолётом противника, невзирая на подбитый аппарат, проник в район расположения неприятеля, произвёл разведкам доставил сведения особой важности - фотографии укрепления противника. Тем самым способствовал удачным действиям 2-го армейского корпуса. Был награждён Георгиевским оружием (залотым оружием «За Храбрость»).
Во время воздушной разведки 17-го июля 1916 г. на аппарате системы "Вуазен" после сильного артелирийского обстрела в районе дер.Гниловоды атакован немецким самолетом "Фоккер", который ему удалось сбить. Сам же был смертельно ранен двумя пулями , одна из которых была разрывной. Однако собрал разведданные и доставил в штаб. 5-го мая 1917 г. посмертно был удостоен ордена святого Георгия IV степени. Скончался от полученных ран 19-го июля 1916 года. Похоронен на Сестрорецком кладбище.
8 ноября 2013 г. в 120-й день рождения авиатора и героя Первой мировой войны на Сестрорецком кладбище(уч.10) состоялось открытие нового памятника. Инициатива его создания и установки принадлежала педагогам и учащимся гимназии №433 и муниципальному совету города Сестрорецка.
На снимке: «СЕСТРОРЕЦКИЙ АВИАТОР» — Федотов Аркадий Григорьевич.
Родился в Сестрорецке, жил на углу Морской и Ботанической улиц в Курорте. Окончив восемь классов коммерческого училища в Курорте, затем воздухоплавательную офицерскую школу в Гатчине. После начала Первой Мировой войны поступил на военную службу рядовым солдатом 1-й авиационной роты.
23 сентября 1915 г. был командирован в 3-й корпусной авиационный отряд в качестве летчика-наблюдателя. За храбрость во время воздушных разведок награждён орденом Святой Анны IV степени. 15 июня 1916 г. его аэроплан вылетел в направлении станции Подгайцы, выдержал пулеметный бой с самолётом противника, невзирая на подбитый аппарат, проник в район расположения неприятеля, произвёл разведкам доставил сведения особой важности - фотографии укрепления противника. Тем самым способствовал удачным действиям 2-го армейского корпуса. Был награждён Георгиевским оружием (залотым оружием «За Храбрость»).
Во время воздушной разведки 17-го июля 1916 г. на аппарате системы "Вуазен" после сильного артелирийского обстрела в районе дер.Гниловоды атакован немецким самолетом "Фоккер", который ему удалось сбить. Сам же был смертельно ранен двумя пулями , одна из которых была разрывной. Однако собрал разведданные и доставил в штаб. 5-го мая 1917 г. посмертно был удостоен ордена святого Георгия IV степени. Скончался от полученных ран 19-го июля 1916 года. Похоронен на Сестрорецком кладбище.
8 ноября 2013 г. в 120-й день рождения авиатора и героя Первой мировой войны на Сестрорецком кладбище(уч.10) состоялось открытие нового памятника. Инициатива его создания и установки принадлежала педагогам и учащимся гимназии №433 и муниципальному совету города Сестрорецка.
Forwarded from ТЕХНОЛОГИИ ПРОШЛОГО
Forwarded from Русское Национальное Государство
Два обер-офицера и унтер-офицер с полковым знаменем лейб-гвардии Егерского полка. Красное Село. 17 августа 1902 года.
@RUSNG
@RUSNG
Forwarded from Русское Национальное Государство
Что такое большевизм?
Большевизм - это когда пьяные красные матросы "случайно" уничтожают старинный оборонительный форт, памятник архитектуры.
20 июля 1923 года, отпущенные в увольнение, пьяные матросы с линкора с говорящим названием «Парижская коммуна» (бывш. линкор «Севастополь») высадились на форте «Император Павел I» около Кронштадта. Во время осмотра возник спор на предмет того, заряжены ли мины, содержащиеся на складе. Проверка была произведена радикальным методом — поджиганием одной из них. В результате возникшего пожара и множества взрывов форт был практически полностью уничтожен, сохранился только один фрагмент стены, где и во время блокады Ленинграда размещалось несколько дальнобойных орудий.
@RUSNG
Большевизм - это когда пьяные красные матросы "случайно" уничтожают старинный оборонительный форт, памятник архитектуры.
20 июля 1923 года, отпущенные в увольнение, пьяные матросы с линкора с говорящим названием «Парижская коммуна» (бывш. линкор «Севастополь») высадились на форте «Император Павел I» около Кронштадта. Во время осмотра возник спор на предмет того, заряжены ли мины, содержащиеся на складе. Проверка была произведена радикальным методом — поджиганием одной из них. В результате возникшего пожара и множества взрывов форт был практически полностью уничтожен, сохранился только один фрагмент стены, где и во время блокады Ленинграда размещалось несколько дальнобойных орудий.
@RUSNG
Купальные будки.
Пляж был одной из самых привлекательных особенностей Сестрорецкого Курорта. Он отличался ровной поверхностью, отсутствием камней и дном, образованным из хорошо утрамбованного морским прибоем крупнозернистого песка. Между пляжем и галереей, по европейскому образцу, был устроен широкий цветник с затейливыми дорожками и скамейками для отдыха. В период благоприятной летней погоды вдоль береговой полосы расставляли длинные ряды соломенных стульев и таких же соломенных будочек-кресел, в которых все желающие могли, «защитившись вполне от солнца или ветра, проводить безмятежные часы, любуясь бесконечною поверхностью моря и правильными, красивыми волнами, с мягким шуршанием и симфоническим ропотом непрерывно набегающими па песчаный пляж».
Для посетителей, которые решались окунуться в волны Финского залива, также были предусмотрены все возможные удобства. Для них, по одну сторону для мужчин и по другую для дам, были выставлены деревянные, отдельно стоящие будочки для переодевания. Поскольку традиции тех времён не предусматривали иного вида одежды для купания, как купальные костюмы - здесь же, в специальном павильоне, их предлагалось купить или взять на прокат. На специальной доске, прикреплённой снаружи павильона, регулярно отмечалась температура воды в заливе. Кроме того, по той причине, что глубина прибрежной части залива нарастала здесь очень медленно и до глубокого места приходилось изрядно пройти по морю, к услугам купающихся на прокат предлагалось взять специальные будки на колесах. Во избежание путаницы, которая могла возникнуть в силу одинакового вида арендованных повозок, в особенности находящихся в морской акватории, каждая кабинка имела свой собственный номер, крупно изображавшийся на передней стенке. Отдыхающий брал купальный костюм и в повседневной одежде поднимался по лесенке в такую повозку, пока она стояла на пляже. Затем лесенку опрокидывали вверх, к будке припрягали лошадь и увозили до глубокого места. Здесь лесенку вновь опускали в воду, а возница верхом на лошади возвращался назад. Клиент переодевался и спускался из повозки, обращённой в сторону от любопытствующих на берегу, для принятия водных процедур. Когда же купавшийся желал вернуться на берег, то выкидывал флаг, имевшийся в каждой такой будке. После этого возница возвращался, впрягал в повозку лошадь и вывозил на берег. Такая традиция, в то время получившая большую популярность во многих европейских странах, преследовала цель организовать купание отдыхающих с достаточной степенью сохранения своей скромности и достоинства. Использование «машин для купания», как их ещё называли, было более строго навязано женщинам, поскольку даже предстать в закрытом купальном костюме перед противоположным полом в те времена считалось дурным тоном. Тем не менее многочисленные шаловливые открытки того времени говорят о том, что даже используя столь индивидуальный способ принятия морских ванн, полностью уединиться от мужского любопытства дамам удавалось не всегда.
Несмотря на то, что попасть в курорт без покупки входного билета было нельзя, и этим обеспечивался вход лишь для состоятельных представителей общества, отдых на морском пляже не всегда обходился без досадных происшествий. Вот как описывал М.А.Кузмин свои впечатления от поездки в Сестрорецкий курорт, состоявшейся 29 июня 1906 г.: «Была невероятная жара <…> Посмотрев немного на детский бал, пошли на берег <…> и стали купаться в «выездных брючках» из вывезенной лошадью кабины. Было чудное солнце и вода в море тепла и мягка, купальные костюмы дают возможность ходить на виду не одетыми и даже, сказал бы, более раздетыми, чем без ничего. Потом обедали. <…> Посидев и погуляв немного, опять стали купаться. Был скандал: покуда купальщики были в воде, какой-то тип обобрал все кабины, 8 часов, 10 кошельков, пиджак, палку, письма. Вещи, кажется, отправили в участок и его тоже, только господин, у которого стащили пиджак, настоял, чтобы его выдали тотчас же. Потом гуляли в лесу, пили пиво, ели мороженое и поехали весело в город».
Пляж был одной из самых привлекательных особенностей Сестрорецкого Курорта. Он отличался ровной поверхностью, отсутствием камней и дном, образованным из хорошо утрамбованного морским прибоем крупнозернистого песка. Между пляжем и галереей, по европейскому образцу, был устроен широкий цветник с затейливыми дорожками и скамейками для отдыха. В период благоприятной летней погоды вдоль береговой полосы расставляли длинные ряды соломенных стульев и таких же соломенных будочек-кресел, в которых все желающие могли, «защитившись вполне от солнца или ветра, проводить безмятежные часы, любуясь бесконечною поверхностью моря и правильными, красивыми волнами, с мягким шуршанием и симфоническим ропотом непрерывно набегающими па песчаный пляж».
Для посетителей, которые решались окунуться в волны Финского залива, также были предусмотрены все возможные удобства. Для них, по одну сторону для мужчин и по другую для дам, были выставлены деревянные, отдельно стоящие будочки для переодевания. Поскольку традиции тех времён не предусматривали иного вида одежды для купания, как купальные костюмы - здесь же, в специальном павильоне, их предлагалось купить или взять на прокат. На специальной доске, прикреплённой снаружи павильона, регулярно отмечалась температура воды в заливе. Кроме того, по той причине, что глубина прибрежной части залива нарастала здесь очень медленно и до глубокого места приходилось изрядно пройти по морю, к услугам купающихся на прокат предлагалось взять специальные будки на колесах. Во избежание путаницы, которая могла возникнуть в силу одинакового вида арендованных повозок, в особенности находящихся в морской акватории, каждая кабинка имела свой собственный номер, крупно изображавшийся на передней стенке. Отдыхающий брал купальный костюм и в повседневной одежде поднимался по лесенке в такую повозку, пока она стояла на пляже. Затем лесенку опрокидывали вверх, к будке припрягали лошадь и увозили до глубокого места. Здесь лесенку вновь опускали в воду, а возница верхом на лошади возвращался назад. Клиент переодевался и спускался из повозки, обращённой в сторону от любопытствующих на берегу, для принятия водных процедур. Когда же купавшийся желал вернуться на берег, то выкидывал флаг, имевшийся в каждой такой будке. После этого возница возвращался, впрягал в повозку лошадь и вывозил на берег. Такая традиция, в то время получившая большую популярность во многих европейских странах, преследовала цель организовать купание отдыхающих с достаточной степенью сохранения своей скромности и достоинства. Использование «машин для купания», как их ещё называли, было более строго навязано женщинам, поскольку даже предстать в закрытом купальном костюме перед противоположным полом в те времена считалось дурным тоном. Тем не менее многочисленные шаловливые открытки того времени говорят о том, что даже используя столь индивидуальный способ принятия морских ванн, полностью уединиться от мужского любопытства дамам удавалось не всегда.
Несмотря на то, что попасть в курорт без покупки входного билета было нельзя, и этим обеспечивался вход лишь для состоятельных представителей общества, отдых на морском пляже не всегда обходился без досадных происшествий. Вот как описывал М.А.Кузмин свои впечатления от поездки в Сестрорецкий курорт, состоявшейся 29 июня 1906 г.: «Была невероятная жара <…> Посмотрев немного на детский бал, пошли на берег <…> и стали купаться в «выездных брючках» из вывезенной лошадью кабины. Было чудное солнце и вода в море тепла и мягка, купальные костюмы дают возможность ходить на виду не одетыми и даже, сказал бы, более раздетыми, чем без ничего. Потом обедали. <…> Посидев и погуляв немного, опять стали купаться. Был скандал: покуда купальщики были в воде, какой-то тип обобрал все кабины, 8 часов, 10 кошельков, пиджак, палку, письма. Вещи, кажется, отправили в участок и его тоже, только господин, у которого стащили пиджак, настоял, чтобы его выдали тотчас же. Потом гуляли в лесу, пили пиво, ели мороженое и поехали весело в город».
Традиция использования купальных повозок, зародившаяся в Англии в 30-х годах XVIII века, просуществовала почти два века, и сошла «на нет» лишь к началу 20-х годов ХХ века. К этому времени моральные ценности человеческого общества претерпели значительные изменения, и совместное купание обоих полов стало считаться социально приемлемым.
Николаенко А.Ю., 2020
Николаенко А.Ю., 2020
Кому из нас не известен легендарный образ мастера Левши, в котором талантливый писатель Н. С. Лесков раскрыл талант тульских оружейников. Своего литературного героя автор отправляет учиться оружейному делу в Англию, и это не случайно.
Дело в том, что в период правления императрицы Екатерины Великой была распространена практика заграничных командировок для ознакомления с деятельностью передовых предприятий, в том числе и по изготовлению оружия.
Так, в 1785 году в Лондон из Тулы отправились оружейники Яков Леонтьев и Алексей Сурнин. Считается, что именно последний послужил прообразом «сказочного» Левши. Однако они были не единственными, кто совершенствовал свое мастерство за границей. Побывал в Британии и другой тульский оружейник – Иван Полин.
Там тульский оружейник увлекся созданием необычного для своего времени многозарядного оружия. До наших дней сохранилась пара ударно-кремневых пистолетов с барабанами на 5 зарядов, изготовленных Иваном Полиным в Лондоне в 1801 г. Сегодня эти револьверы являются достоянием собрания Гатчинского арсенала.
Данные образцы свидетельствуют о конструкторском таланте тульского мастера, который увлекался изобретением самых различных систем, в том числе и многозарядного оружия, известного в Европе с середины XVII столетия. Примером тому служит еще одно его детище – пистолет с тремя «магазинами», размещенными в рукояти! Они представляли собой отдельные хранилища для пуль, пороховых зарядов и затравочного пороха. Сейчас эти уникальные образцы, сделанные И. Полиным в 1782 г., хранятся в Государственном историческом музее в г. Москве.
Таким образом, тульские оружейники были прекрасно осведомлены о различных новинках в оружейной технике и еще задолго до принятия на вооружение в 1891 г. первой российской магазинной винтовки, разработанной С.И. Мосиным, имели богатый опыт создания многозарядных конструкций.
Не осталось без внимания Ивана Полина и оружие, стреляющее при помощи сжатого воздуха. Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи в г. С.-Петербурге располагает пневматическим ружьем, изготовленным нашим земляком в 1814 г. Возможно, в настоящее время оно является единственным сохранившимся образцом отечественного российского пневматического оружия начала XIX столетия.
Все перечисленные конструкции, предложенные Иваном Полиным, оказались достаточно сложными для их массового производства. Наряду с созданием таких экспериментальных образцов мастер занимался и совершенствованием штатного армейского оружия. Известно, что в 1798 г. он совместно с А.М. Сурниным и другими тульскими оружейниками разработал образцовое пехотное ружье, принятое в том же году на вооружение.
О заграничных поездках И. Полина свидетельствуют клейма на его оружии, выполненные на английский манер, например, «Polinson London». Сегодня замечательные работы Ивана Полина хранятся в крупнейших музеях России и за рубежом, а также в частных коллекциях. Дошедшие до нас образцы еще раз подтверждают воплощенное в образе Левши высокое мастерство тульских оружейников.
Дело в том, что в период правления императрицы Екатерины Великой была распространена практика заграничных командировок для ознакомления с деятельностью передовых предприятий, в том числе и по изготовлению оружия.
Так, в 1785 году в Лондон из Тулы отправились оружейники Яков Леонтьев и Алексей Сурнин. Считается, что именно последний послужил прообразом «сказочного» Левши. Однако они были не единственными, кто совершенствовал свое мастерство за границей. Побывал в Британии и другой тульский оружейник – Иван Полин.
Там тульский оружейник увлекся созданием необычного для своего времени многозарядного оружия. До наших дней сохранилась пара ударно-кремневых пистолетов с барабанами на 5 зарядов, изготовленных Иваном Полиным в Лондоне в 1801 г. Сегодня эти револьверы являются достоянием собрания Гатчинского арсенала.
Данные образцы свидетельствуют о конструкторском таланте тульского мастера, который увлекался изобретением самых различных систем, в том числе и многозарядного оружия, известного в Европе с середины XVII столетия. Примером тому служит еще одно его детище – пистолет с тремя «магазинами», размещенными в рукояти! Они представляли собой отдельные хранилища для пуль, пороховых зарядов и затравочного пороха. Сейчас эти уникальные образцы, сделанные И. Полиным в 1782 г., хранятся в Государственном историческом музее в г. Москве.
Таким образом, тульские оружейники были прекрасно осведомлены о различных новинках в оружейной технике и еще задолго до принятия на вооружение в 1891 г. первой российской магазинной винтовки, разработанной С.И. Мосиным, имели богатый опыт создания многозарядных конструкций.
Не осталось без внимания Ивана Полина и оружие, стреляющее при помощи сжатого воздуха. Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи в г. С.-Петербурге располагает пневматическим ружьем, изготовленным нашим земляком в 1814 г. Возможно, в настоящее время оно является единственным сохранившимся образцом отечественного российского пневматического оружия начала XIX столетия.
Все перечисленные конструкции, предложенные Иваном Полиным, оказались достаточно сложными для их массового производства. Наряду с созданием таких экспериментальных образцов мастер занимался и совершенствованием штатного армейского оружия. Известно, что в 1798 г. он совместно с А.М. Сурниным и другими тульскими оружейниками разработал образцовое пехотное ружье, принятое в том же году на вооружение.
О заграничных поездках И. Полина свидетельствуют клейма на его оружии, выполненные на английский манер, например, «Polinson London». Сегодня замечательные работы Ивана Полина хранятся в крупнейших музеях России и за рубежом, а также в частных коллекциях. Дошедшие до нас образцы еще раз подтверждают воплощенное в образе Левши высокое мастерство тульских оружейников.