Если ваш близкий человек находится в плену, пожалуйста, выключайте эмоции, думайте головой, будьте осторожны, не навредите ему!

Видим, что некоторые жены записывают какие-то видеообращения с требованиями обмена, выкладывают их на Ютубе, отправляют украинской стороне и тд.

Поверьте, нам совершенно все равно, как вы к кому из чиновников относитесь, за кого будете голосовать, а во многом и разделяем ваши возмущения. Но пожалуйста, думайте, как ваши действия могут повлиять на вашего пленного.

Раскладываем на пальцах в очередной раз.
Наша сторона передаёт список фамилий наших пленных. Та сторона вычеркивает тех, кого отдавать не хочет. Без согласования укр стороной никто из плена выйти не сможет.

А теперь включаем базовую логику. Если семья пленного прекрасно работает на украинскую пропаганду, будет ли им выгодно отдавать такого бойца? Или логичнее ещё помариновать его, пока его жена/мать/сестра с радостью продолжает в соцсетях играет на руку Киеву, поливая Россию, обвиняя власти в бездействии и тд?

То же самое по интервью Золкину. Да, мы понимаем, зачастую это единственная возможность пообщаться с родным человеком. Призываем не отказываться от этого шанса, но пожалуйста, будьте осторожнее, думайте головой!

Недавно смотрели одно такое интервью, в котором жена, не дожидаясь вопросов украинского журналиста, понеслась рассказывать, как она против СВО выступает, какие власти РФ негодяи и тд. На ее мужа было жалко смотреть, он быстро понял, что ничего хорошего после этого не будет, пытался остановить словесный поток супруги, но она его не услышала.

Мы понимаем, что у вас много эмоций и есть, что сказать, далеко не всегда хорошего. Но пожалуйста, думайте, когда это можно сделать, а когда это принесет проблемы вашему пленному и отсрочит момент его обмена.

Мы общаемся с сотнями жён, матерей и сестер пленных. Это прекрасные женщины, сильные, отважные, любящие и преданные. Но, к сожалению, всегда есть единичные исключения. «Гражданская жена» одного пленного уехала на Украину, попросила там политического убежища и радостно торгует лицом в различных интервью, чуть не лопаясь от собственной значимости.

Ну, гражданская жена - это, конечно, громко сказано. Познакомились они незадолго до СВО, ни о каком браке и долгой совместной жизни речи не шло, но она решила воспользоваться ситуацией.

С мамой Жени (пленного) мы на связи. Ее, конечно, искренне жаль. Кстати, с так называемой "женой" она познакомилась уже после того, как ее сын попал в плен. Требовала, чтобы дама прекратила свои попытки связаться с украинской стороной и перестала публиковать данные Жени на украинских ресурсах. Но у той, видимо, уже были далеко идущие планы.

Совершенно очевидно, что дама не думала о пленном, не думала о двоих детях (их она притащила с собой без оповещения отца), искала исключительно личной выгоды, минуты славы, сладких обещаний.

Мозгов у мамзели, видимо, ещё меньше, чем совести. Не очень понятно, на что она рассчитывает: что ее в Европу выпустят? Что ее СБУ до конца жизни будет охранять? Что она за счёт дырявого бюджета Украины будет жить безбедно? Смешно. Используют и выбросят, как сами знаете, что. Только у резинового изделия хоть миссия какая-то есть.

Мы тут все про сложности, проблемы и мошенников, но есть и хорошие новости.

В августе к нам обратились неравнодушные граждане, просили помочь бойцу Шторма. Парень после тяжёлого ранения, нуждался в операции на роговице, был риск потери глаза.

Да вы, может, и сами видели, тогда история разошлась по соцсетям.

Мы сделали запросы, обратили внимание ответственных органов на ситуацию, и вот сегодня его прооперировали. Предстоит ещё восстановление, реабилитация, но главное позади.

Так что работаем, ребят. Да, не все получается, да, не все быстро, но и результаты есть.

Украина объвила о том, что планирует создать должность некоего "парламентера", который якобы поможет российским родственникам пропавших определить, в плену ли боец.

Мы сразу предупреждаем. Вся информация, полученная от этого должностного лица, не может считаться достоверной. Плен будут подтверждать и пропавшим, и погибшим.

Зачем это нужно? У России в плену в десять раз больше бойцов, чем у Украины. И обмены мы хотим один к одному. Украина же продавливает всех на всех с объективным курсом один к десяти. Так как наши переговорщики на это не согласны, Киев взял официальную политику на искусственное раздувание списка российских пленных.

Если предатели страны, работающие на СБУ так брызжут ядом в нашу сторону - значит, мы все делаем правильно, значит, мешаем им.

Вот, кстати, ещё один пример их дезинформации и информационного прессинга родственников российских военнослужащих.

Украинская сторона и их прислужники на территории РФ собирают данные о российских бойцах из открытых чатов, где родственники ищут пропавших. Потом публикуют все эти списки с пометкой, что эти люди в плену. При этом туда попали и реально пленные, и пропавшие, и даже те ребята, которые уже были признаны погибшими по результатам ДНК экспертизы и похоронены.
Иногда родственники в группах поиска допускают ошибку или опечатку в фамилии или дате рождения. И вот в этих списках "пленных" ровно те же ошибки. Ещё одно подтверждение того, что это просто собранная из открытых источников информация о всех подряд военных РФ.

В итоге родственники, конечно, переживают тяжелейший стресс, заваливают нас письмами с просьбой проверить достоверность этой информации. А у нас не остаётся времени на другую работу по помощи нашим военным. Чего, конечно, и добивается Украина.

Кроме того, таким образом они раздувают мыльный пузырь, заявляя, что у них в плену тысячи тысяч мульонов россиян. Обычная провокация, не более.

Напоминаем родственникам: списки в интернете - это просто списки в интернете. Ни о какой достоверности там говорить не приходится, к сожалению.

Так же приходится подчеркнуть, что в обменах, как обычно, заинтересована только российская сторона. У Киева задача номер один - дестабилизация ситуации в России, задача номер два - вытащить из плена своих азовцев, кракенов и тех, кто реально замазан в военных преступлениях. Напоминаем, обычных мобилизованных ВСУшников они никогда не горели желанием забирать.

Одна из задач украинских властей - давление на родственников участников СВО. Особенно много мошенников вокруг темы пленных. Собрали в одном посте наиболее распространенные способы дезинформации и мошенничества.

1. Приходит сообщение от журналиста "украинской правды" или другого СМИ. Сообщают, что боец в плену, просят обратиться в телеграм аккаунт "комендатура Днепра" или аналогичный.

2. Всевозможные списки пленных, которые публикуют в телеграме. Это просто собранные из открытых чатов данные бойцов, которых разыскивают родственники. Некоторые из этих не "пленных" уже опознаны и похоронены. В некоторых фамилиях и датах рождения допущены ошибки, которые сделали сами родственники при публикации объявления о розыске.

3. Минюст Украины. Родственники отправляют данные по своему бойцу, им приходит ответ, что боец в плену. Обращайте внимание, что домен электронной почты - gmail.com. Ни один госорган не пишет с почты с общего незащищенного домена. Кроме того, Минюст вообще не занимается пленными и обменами.

4. Звонок "СБУ", подтверждающий нахождение бойца в плену. Так же просто по данным, которые сами родственники оставляют в открытых группах. Никаких доказательств не предоставляют, поговорить с пленным не дают, просто требуют давить на часть, МО, иногда просят выйти с пикетом или даже поджечь местную администрацию или военкомат.

5. Не жди меня с Украины. Есть телеграм канал с таким названием, где выкладывают фото и видео с пленными. Но так же полно чатов, ботов с аналогичным названием, на которых якобы можно оставить заявку на розыск бойца. Понятия не имеем, относятся ли эти боты к каналу с аналогичным названием, но информация, полученная из них, не имеет отношения к действительности.

6. Приходит сообщение от Розыскного управления МО РФ, сообщают, что боец в плену, рассказывают, что списки на обмен на ближайший месяц уже согласованы, но можно попасть на следующий. Позже присылают фальшивую выписку из приказа о признании бойца военнопленным, называют даже какой он в очереди на обмен (такой очереди вообще не существует), обещают после обмена двойные выплаты.

7. Вариант "вот тут контакт одного человечка, у него есть другой свой человечек, а у того человечка кто-то там где-то там в СБУ, проверит по своим каналам". Абсолютно бездоказательная история, ни фото, ни видео, никаких подтверждений того, что человек в плену не присылают.

8. Присылают видео бойца, часто без сознания с госпитале. Требуют деньги за включение в обмен, иначе ему грозит пожизненное заключение. Так же могут требовать деньги на лечение/операцию/перевозку бойца в в другую страну, с территории которой позже пройдет обмен. В большинстве случаев эти видеозвонки - просто видеомонтаж, одни и те же кадры, одни и те же ракурсы, просто поставлены разные лица. Если вы попросите услышать голос бойца, вам скажут, что он в бессознательном состоянии. Если спросите про родинки, татуировки, вам скажут, что не могут их показать, и вообще, не видели их, потому что бойца трогать запрещено.


Пожалуйста, помните, каждый раз, когда вы публикуете данные бойца в открытых чатах, и ТЕМ БОЛЕЕ, когда пересылаете их непонятно кому с украинской стороны - вы становитесь мишенью для мошенников!

Многие родственники не понимают: какие мошенники, они же денег не просили! Но дело в том, что они могут так же собирать данные о военнослужащих РФ. Могут требовать выходить на митинги и поджигать военкоматы. Могут намеренно вводить в заблуждение о том, что человек в плену, чтобы больше родственников оказывали давление на российские власти и требовало обменять бойцов любой ценой. Тогда Украина сможет у переговорщиков требовать своих азовцев и кракенов, а не мобилизованных ВСУшников. Ну и в целом, их пленных у нас в разы больше, а так они искусственно подгоняют показатели, чтобы не было этого "десять к одному".

Один из немногих органов власти, работа которого нас впечатляет в хорошем смысле этого слова - военная прокуратура. Мы не публикуем каждый случай, когда через нее удалось решить вопрос с выплатами, с надлежащим оформлением бойца, с выводом на лечение, с отменой незаконной мобилизации, но таких случаев много, это наша ежедневная рутинная работа.

Считаем несправедливым не отметить, что в большинстве случаев, при соблюдении процессуальных норм, военная прокуратура принимает решение в пользу бойца и выносит представление об устранении нарушения со стороны части.

❓Что нужно, чтобы прокуратура могла помочь в решении вашей проблемы?
❗Соблюдать процессуальный порядок. Сначала всегда, во всех случаях, боец должен написать рапорт в часть и зафиксировать факт его вручения. Пока этого не произойдет - прокуратура не сможет найти нарушений в действиях части. Да, мы в курсе, что с подачей рапортов бывают большие сложности. Но у прокуратуры нет инструментов, чтобы переступить через эту ступень. Она реагирует на зафиксированные нарушения со стороны части или на отсутствие реакции в ответ на поданный рапорт.
Поэтому ещё раз: договариваемся с командованием, отправляем заказными письмами, отправляем на адрес МО с пометкой, что адрес части не представляется возможным узнать, используем все средства. Без этого никак, к сожалению.
Ну и банальное: когда обращаетесь в прокуратуру, не забывайте указывать все данные, которые могут пригодиться для решения проблемы: ФИО бойца, дату рождения, номер части, личный номер, контактный телефон кого-то из родственников.


❓ Почему прокуратура не выносит конкретного решения?
❗В большинстве случаев, пространные ответы без конкретики поступают на те обращения, где нарушен процессуальный порядок. Например, боец требует у прокуратуры отправить его на лечение. Прокуратура понимает документы части - а там нет рапорта военнослужащего с просьбой о госпитализации. С точки зрения закона это означает, что он и не ставил часть в известность о плохом самочувствии. Единственное, что может тут сделать прокурор - написать бойцу, что ему нужно обратиться к командованию.

❓Почему отвечают долго?
❗По закону срок ответа на обращение граждан - тридцать дней. Но это только если вы сразу напрямую обратились в компетентный орган. Если вы, например, пишете в администрацию президента, а та спускает жалобу в главную военную прокуратуру, а та в региональную (гарнизонную) - это значит, что на каждом этапе обращение могут обрабатывать тридцать дней.

На всякий случай: мы не пишем, что проблем с прокуратурой нет вообще. Это невозможно ни в одном работающем органе. Вот сейчас, например, разбираемся с одной частью в ДНР, которая не выплачивает ДД семьям пропавших и пленных. Там прокуратура неоднократно получала от нас обращения, собирала информацию, но реагирования до сих пор нет. Но в ЛДНР вообще ситуация сложная, до сих пор надзорные органы там как будто стесняются работать в полную силу.

Несколько дней пробивали информацию с ребятами военнослужащими и она подтвердилась - противник рассылает зараженные файлы на телефоны, почты военнослужащих и сотрудников силовых структур.

Файлы разные, какие-то называются «премии за месяц», какие-то «премиальные выплаты военнослужащим и сотрудникам», какие-то «отпуска на квартал» и так далее.

Эти файлы зараженные, при подключении к интернету - информация утекает с телефона. Практически все - фото, переписки, а также внутренняя информация - карты и позиции.

Так что, бойцы, будьте бдительны и не открывайте такие файлы, хотя всем хочется и премию и отпуск, но тут с подставных аккаунтов и почт вам шлют троянского коня.

Откуда у украинской стороны данные телефонов и почт:

Тут все просто, родственники пропавших без вести выставляют телефоны, кто-то в плен попал с телефоном, слитые базы, через аккаунты в соцсетях есть привязка к телефону, по закрытым платным базам формируют.

У СБУ и ГУР неплохо работают информвойска. Я бы тоже так делала. А ведь мы в силах обрушить на них нашу мощь, и специалистов у нас очень много, но ими никто не занимается, хотя можно такое сколотить PSY OP и не снилось.

Просим всех родственников военнослужащих быть очень осторожным и бдительными.
Мы много раз писали,что СБУ и ГУР поставили себе в приоритет работу с семьями ВС РФ. Пытаются подорвать Россию изнутри. Работа ведётся по всем направлениям. И сбор данных о военнослужащих, расположениях, командовании. И искусственное раздувание списка пленных. И наращивание количества лояльных к СБУ россиян.

Например, сейчас, сбежавшая на Украину Ирина Крынина активно бегает по группам родственников и предлагает передать посылку бойцам, находящимся в плену, снять все на видео, дать возможность пообщаться.
Да, вроде бы ничего такого, помощь, редкий шанс безлимитно пообщаться с пленным. Но не забывайте, Крынина сотрудничает с украинскими спецслужбами. Да, сначала вроде как вот такая милая услуга. А потом, слово за слово - и вы нет-нет, да и предоставите какую-то нужную им информацию. Или ещё как сыграете на руку Киеву.

Помните, в открытых чатах и группах нельзя публиковать никакие личные данные. Всю информацию из таких открытых групп воспринимайте как возможный вброс украинской стороны.

Это у нас СВО и только в зоне соприкосновения. Враг же ведёт полноценную войну, в том числе в тылу и в информационном пространстве.

Осторожно! Очередные мошенники, желающие нажиться на семьях пропавших и пленных бойцов.

Мы уже писали про проблемы с подразделениями Шторм Z.
К сожалению, проблемы сохраняются в значительном количестве случаев. Так же много путаницы, потому что условия для Z-ок менялись.

По сведениям нашего Юрбата, с сентября к бойцам из ИК применяют 270-ФЗ. Они выходят по УДО, и тут же подписывают контракт. Ранее бойцам с зоны выписывали помилование "на будущее", так что в системе оно начинало отображаться через 5 месяцев после подписания контракта.

Ранее контракт подписывали на полгода. Часть из тех Z-ок уже дома. Сейчас контракт на год, но, по факту, как и обычные контрактники, служить они будут до окончания СВО, если нет исключительных случаев, о которых мы уже писали ранее.

Ранее (до сентября) выплаты Z-кам приходили на карту или выдавались наличными ПОСЛЕ окончания контракта. В некоторых случаях, половина выдавалась ежемесячно, а остаток - по окончанию срока контракта.

Сейчас те, кто отправился на фронт уже по 270-ФЗ, должны проходить, как и прочие военнослужащие, по системе АЛУШТА. На практике, к сожалению, случаются ошибки, когда бойца в системе не зафиксировали. Это иногда случается и с обычными контрактниками, и с мобилизованными, и с добровольцами. Решаются такие проблемы достаточно просто через военную прокуратуру.

Самая большая несправедливость в отношении бойцов Шторма Z - это выплаты по ранению. Ранее, до весны этого года, в контрактах так же, как для остальных, были прописаны 3 млн за ранение. Позже МО разработало новый контракт, согласно которому за ранение Z-ки получают 50-300 тысяч рублей.

Мы понимаем, что основной мотивацией для них является освобождение. Но особенно остро стоит вопрос с выплатами для тех, кто в результате боевых действий получил инвалидность первой степени. Очевидно, что человек уже не сможет вести прежнюю жизнь, не сможет устроиться на обычную работу - и вот за такие последствия ранения им выплачивают всего 300 тысяч рублей!

Кроме того, бойцам Шторм Z не дают возможность оформить военную инвалидность, соответственно, они не могут получать лечение и реабилитацию в специализированных учреждениях МО, те же протезы они получают от государства в порядке общей очереди, а не от Минобороны.

Мы считаем это огромной несправедливостью и упущением, и просим МО и другие ответственные органы вернуть бойцам из ИК, которые проливают свою кровь на СВО, нормальные выплаты по ранению, а так же прочие социальные льготы, положенные тем, кто получил тяжёлую инвалидность в зоне боевых действий.

По поводу мобилизованных, есть несколько моментов, с которыми к нам регулярно обращаются из-за непонимания правовой базы.

❗ Мобилизованных могут направлять непосредственно в зону боевых действий. Их могут направлять в штурмы. В соответствии с Указом Президента РФ от 21 сентября 2022 г. N 647 призванные на военную службу по мобилизации, имеют статус военнослужащих, проходящих военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации по контракту.
То, что в военкомате некоторым устно обещали, что мобилизованные не будут находиться на передней линии, не будут ходить в штурмы - не прописано НИ В ОДНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОМ АКТЕ.

❗ Мобилизованные являются такими же военнослужащими, как и контрактники, поэтому все приказы командования так же обязательны к выполнению. Формулировка "он не прятался, он готов защищать страну, но не так, а по-другому" не является спасением и защитой от обвинений в дезертирстве или нарушении приказа. И тут мы ничем помочь не можем.

❗ Перевод из одного в подразделение в другое не требует одобрения военнослужащего. Куда направили - там и служат. Какие задачи поставили - те и выполняет. Это не отдел кадров частной фирмы, где можно отказаться от перевода в смежный отдел.

❗ Есть мобилизованные, которые попали в пекло через неделю после мобилизации. Есть те, кто год сидел в расположении, а сейчас негодует, что его отправляют на первую линию. Дорогие наши, это и есть ротация, да, не повсеместная, да, не слишком системная, но именно так она и происходит. Тем, кто год сидел на передовой, надо отдохнуть. Поэтому подтягивают тех, кто год сидел в тылах.

❗ Проведение ВВК при призыве на военную службу по мобилизации не предусмотрено законодательством.

Мужчины, пребывающие в запасе, при изменении у них категории годности после прохождения срочной службы, вправе были обратиться в военные комиссариаты по месту жительства с заявлением и медицинскими документами для изменения категории годности. Это то, чем мы рекомендуем заняться всем, кто сейчас находится в запасе. Если этого не было сделано своевременно - в документах военкомата остаётся последняя утвержденная категория.

❗ С отпусками да, все сложно. Потому что плохо отлажена система замены тех, кто уехал на отдых. Потому что есть те, кто ушел в отпуск, и с тех пор полгода тянет время с одного больничного на другой. Потому что есть те, кто ушел у отпуск и сбежал. Это все, а так же, в первую очередь, ситуация на конкретном участке фронта, влияет на решение командования об отпусках.
Но знаем подразделения, где все четко - и отпуска, и ротации.

Про проблемы, связанные со всеми видами военнослужащих, мы пишем регулярно. Но мы можем помогать только в рамках действующего законодательства и процессуального порядка. Мы не принимаем решений, у нас нет полномочий и власти моментально исправить ту или иную ситуацию. Мы не можем прыгнуть через пять ступеней вверх, чтобы дать кому-то отпуск, о котором он не писал рапорт, или чтобы наказать командира, который обижает бойцов, которые нам даже имена свои не хотят сказать.

Да, закон не всегда справедлив. И в тех местах, где возможно внесение каких-то поправок и доработок, мы их запрашиваем.
Не всегда закон работает на местах. Тут мы тоже стараемся, бодаемся, бьемся как рыбы об лёд, привлекаем внимание, что-то получается, что-то – нет.

Но вопросы типа "а почему именно эти 300 тысяч?", "пусть остальных тоже мобилизуют" находятся совсем, совсем не в нашей компетенции. Да, мы можем покачать головой, вместе с вами повозмущаться, но, по факту, это никак не изменит ситуации, а время мы предпочитаем тратить на то, что действительно можно изменить и исправить.

Реакции на предыдущий пост говорят лишь о том, что правду слышать неприятно. Поэтому, прочитав у нас честный пост, люди присылают письма с возмущениями и оскорблениями. Но, если закрывать глаза на реальность, то эта реальность прилетит потом камнем в лоб.

Мы не думаем, что в ближайшее время возможна вторая волна мобилизации. Это слишком сложно и по экономическим причинам (выплаты мобилизованным - существенная нагрузка на бюджет, причем получают их, в том числе, при нахождении в тылу), и по социальным (чем меньше людей вовлечены в тему СВО, тем спокойнее общество).

Так что, исходя из нынешнего положения дел, те, кто уже мобилизован - так или иначе будут служить до окончания СВО. Причем служба будет проходить, по большей части, непосредственно на линии соприкосновения. Это чисто практические соображения. Контрактнику в госпитале или в тылу платят оклад 30 тысяч, а мобилизованому в любом случае под 200. С точки зрения бюджета целесообразнее, чтобы боец, на которого тратится больше бюджетных денег, приносил больше пользы непосредственно на земле.

Это одна из причин подмеченной нами тенденции, когда мобилизованных подталкивают к заключению контракта. Это стимулируется, в том числе, указом 580, в котором для контрактников приоткрыли щёлочку с возможностью для увольнения. Тут есть несколько подводных камней:

▫️увольнений по этому указу добиться все равно сложно.

▫️после подписания контракта к бойцу автоматически применяется 269 указ о повышении предельного возраста до 65 лет.

▫️в материальном плане контрактник выигрывает, только если принимает непосредственное участие в наступательных действиях.

Решение принимать каждому бойцу самостоятельно, наша задача - предоставить максимальный объем информации, чтобы решение было осознанным и взвешенным.

Для читающих невнимательно: если мы говорим с вами честно, поясняем вам логику государственного аппарата, это не значит, что мы всем довольны и приветствуем подобное положение дел.

Но нравится это вам или нам, не нравится, кажется это справедливым или нет - повлиять на это никто из нас не может. И петиции на всяких сайтах с иностранными доменами подписывать совершенно бесполезно (кто вообще пустил нелепый слух, что после сбора подписей эти петиции будут рассматривать госорганы?).

Ещё раз: мы работаем в правовом поле, а не с миром колдовства и магии. Мы можем помочь добиться того, что положено по закону. Можем разъяснить юридические тонкости и нюансы. Но в данный момент невозможно повлиять на вопросы мобилизации, которые являются принципиальными для государства.

В законодательстве оговорено наличие у нас трёх категорий военнослужащих: контрактники, добровольцы и мобилизованные. Однако, есть ещё один вид бойцов, это те, кто подписал контракт с ЧВК.

Несмотря на то, что в сознании большинства, ЧВК - это только Вагнер, на самом деле бригад, являющихся, хоть не на бумаге, но по факту ЧВК, несколько: Ветераны, Редут, Волки и тд.
И тут начинаются сплошные юридические непонятки.

Вообще, по закону у нас никаких ЧВК вообще не существует.  Бойцы этих структур подписывают контракт с ними, а не с МО. При этом они находятся в ведении министерства и  имеют приписку к конкретным частям. Несмотря на это, МО во многих случаях занимает позицию "где подписывали - туда и идите!".

🔴 До сих пор не налажена система страхования ребят из ЧВК. Ее просто нет, соответственно, выплаты по ранению и гибели у добровольцев значительно ниже, чем у мобилизованных или контрактников.
❗ Аналогичная проблема и у добровольцев, которые по закону вполне себе существуют и приравнены к контрактникам. Указом Президента РФ от 03.08.2023 установлены гарантии по страхованию добровольцев и Правительству РФ даны указания о разработке порядка выплат страховых сумм, однако до сегодняшнего дня порядок так и не принят.

🔴 Вечная история: на руки не дают копию подписанного контракта. Добиться его получения нереально. Так же невозможно получить выписку о включении в личный состав.

🔴 Многим бойцам ЧВК не удается добиться статуса ВБД. МО отвечает, что, контракт подписан с ЧВК, а для них выдача УВБД не предусмотрена. Сейчас будем заново отправлять запросы, посмотрим, может, после урегулирования этого вопроса с Вагнерами, и для других ЧВК что-то изменится.

🔴 У ЧВК не налажено обещание с родственниками бойцов и даже со своими бойцами. У ребят нет понимания, куда им подавать рапорта, у кого выяснять порядок выплат и тд. МО отвечает, раз контракт подписан с условным Редутом - то там и выясняйте. При этом связаться с ЧВК практически невозможно.

🔴 Особенно остро стоит вопрос по выплатам ДД для семей пропавших и пленных. Многим родственникам не выплачивают ничего, и они не могут добиться положенных по закону выплат год и даже больше.


Получается, что бойцы, по факту, находятся в распоряжении ВС РФ, но при этом все вопросы с выплатами и социальными гарантиями отданы на откуп частникам, которых как будто бы никто проконтролировать не может, а, соответственно, никто не может защитить права военнослужащих.

Снова приходится поднимать тему с эвакуацией тел павших.

Проблемы две:

1. Командование не общается нормально с родственниками участников СВО. Семьи находятся в неведении, не могут добиться информации и пояснений, данных человеческим языком. Поэтому возникает много непонимания: сослуживцы говорят, что боец погиб, а где же тело? Почему не привозите?

Попробуем объяснить мы:

Не будем лукавить. Конечно, бывают и ситуации, в которых погибших не забирают, несмотря на то, что оперативная обстановка позволяет это сделать. Нехватка машин. Нехватка личного состава. Да и равнодушие командования встречается. Но это, скорее, единичные случаи.

Чаще всего дело обстоит так:
Бойцы гибнут чаще всего не в тылу, не в своих располагах и опорниках, а на пересечённой местности, в серой зоне. Работино, Клещеевка, Авдеевка, Водяное и другие населенные пункты - это горячие точки сейчас. Там ежедневные штурмы, ежеминутные обстрелы, бойцам нужно окапываться, маскировать себя и технику, ходить в наступление, штурмовать чужие опорники.

Если боец погиб в серой зоне, командование не будет рисковать живыми, чтобы достать погибших. У них на первом месте - задачи по наступлению, штурму, по смещению линии фронта. И вот когда линия фронта будет смещена в нашу пользу, тогда уже можно будет собрать тела.

Если боец погиб непосредственно при штурме, на украинских позициях, вероятнее всего, его заберёт украинская сторона. Так же и наши забирают, при случае, тех, кто погиб на нашей территории. Потом проходят обмены телами. Чтобы как можно скорее опознать своего погибшего воина, надо обязательно сдать ДНК.

Объясните вы это родственникам! Общайтесь с ними! Иначе так и будут появляться все эти видео и интервью о том, что МО, якобы, не отдает тело погибшего. А его не то, что не отдают, его забрать с места гибели не могут, потому что там самые настоящие боевые действия.

2. Несмотря на наши (и не только наши) предложения, создание специального эвакуационного подразделения так и остаётся нереализованным.

Мы продолжаем настаивать на том, что необходимо создать официальную бригаду, в задачи которой будет входить исключительно эвакуация погибших. Желающие подписать контракт с МО для работы в таком подразделении есть. Вопрос создания системы связи между ним и вооюющими бригадами и налаживания деятельности - исключительно вопрос воли и желания министерства. На это не потребуются ни бюджетные миллиарды, ни сложные поправки в законодательство.
Это снимет часть задач с подразделений, участвующих в наступлении.
Это покажет родственникам участников СВО, что государству не все равно.
Это банальное уважение к тем, кто пал в боях за родину.