МУЧИТЕЛЬНЫЙ ГОЛОС
110 лет Эдит Пиаф

Так обозначил голос Пиаф Жан Кокто: "мучительный".
Но, кроме голоса и образа, она двумя автобиографиями создала ещё сильный антибогемный заряд. Ее самоистребительная, сродни Есенину и Высоцкому, жизнь гипотетически хоть кого-то спасла от медленного суицида.
Марлен Дитрих изумлялась: "Меня приводила в ужас способность Эдит Пиаф прожигать жизнь".
Так было попущено ей, и без этих бездн и подъемов ее голос бы просто иссяк.
"Канун моей смерти я предвидела в одной песне, над которой работала. И если бы я могла выбирать, то хотела бы, допев, упасть на сцене, чтобы никогда уже больше не встать".
Так, в общем, и произошло.

Толя Лобоцкий... Я в его классе тамбовской школы проходила практику по лит-ре на 3м курсе. Какие прекрасные доегэшные ребята! Как жаль...
👇

НА ПОСЛОВИЦУ СУДА НЕТ

Иван Михайлович Снегирев - профессор римской словесности Московского университета. Его студентом был, например, Иван Гончаров.  Один из пионеров этнографии, исследователь народного быта и пословиц, первый, кто обратил научный взор на русский лубок.
Замечательнейший труд И.М. Снегирева «Русские в своих пословицах. Рассуждения и исследования об отечественных пословицах и поговорках» (кн. 1—4, 1831—1834):
«Долгое время мудрость передавала плоды своего размышления в простых, кратких и складных изречениях, благозвучных для слуха, доступных для ума и емких для памяти... Случайно высказанное одним и подтвержденное большинством голосов переходило в общее достояние: имена молвивших исчезли, речь их осталась...
Пред нею (пословицей), как пред законом, все равны, а она никому неподсудима, потому что безымянна, безлична и нелицеприятна. На пословицу суда нет... Над кем пословица не сбывается?»

Перефразируя Лермонтова: а чем мы заменили их? Мемами? Пирожками?

"СЛУЧАЙНОСТЬ, ОБРОСШАЯ ЛИТЕРАТУРОЙ"

Итак, по нашему календарю 200-летие военного мятежа на Сенатской площади случилось вчера, 26-го декабря. Я заметила это аккурат 14-го. Следом многие повторили. А отписались и отговорились по годовщине все кому не лень. Чтобы не повторять задов и в то же время обозначить свое мнение, приведу только две цитаты. Первая принадлежит В. О. Ключевскому:

«Декабристы — это историческая случайность, обросшая литературой».

Такой итог нельзя признать негативным при нашем литературоцентризме.
Вторая цитата - шутка генерал-губернатора Москвы Ф.В. Ростопчина, которую Некрасов зарифмовал в поэме "Русские женщины", т. е. тоже литература:

В Европе сапожник, чтоб барином стать,
Бунтует, — понятное дело!
У нас революцию сделала знать:
В сапожники, что ль, захотела?..

Собственно, это все, что хотелось сказать по остывающим следам.

АНТИПОДЫ... ТАК ЛИ?

Предновогодние дни проходят в хлопотах и предвкушениях, елочных игрушках и ножках для холодца. История не знает праздников. Ее хлопоты повседневны, и проявляется она датами.
Утром 28 декабря 1925 г. в гостинице "Англетер" нашли тело Сергея Есенина.
27 декабря 1938 г. во Владперпункте, пересыльном пункте Владивостока, от истощения (или от тифа и истощения) умер Осип Мандельштам.
В истории литературы они числятся антиподами. Но так ли это, если смотреть изнутри поэзии, которой оба служили беззаветно, хоть и с разными прижизненными амплитудами?

ПАМЯТНИК ЛЮБВИ

27-го декабря считается датой гибели Мандельштама. 29-го - реальный день рождения его жены, Надежды Яковлевны, которую он, по свидетельству Ахматовой, любил безумно. В тот же день завершающегося года исполняется 45 лет по кончине Н. Я. А любовь ума не требует, она и есть род высокого безумия. Что бы ни происходило меж ними в земном измерении, перед небом Надежда и Иосиф слова несбыточные о единой плоти воплощали. Пройдя вместе с избранником сквозь все горнила, после гибели мужа жена взяла на себя тяготу его гения, спасла от небытия и передала нам. Долгие годы она хранила все его стихи в памяти, не рискуя записать.
Да любите друг друга, братие и сестры! Ни на что не рассчитывая, кроме самой любви. Все равно выше и лучше нее здесь и сейчас ничего ни с кем не случится. Просолив Надежду и Иосифа в морях житейских, памятник им поставили во дворе здания Двенадцати коллегий СПбГУ. Называется «Памятник любви».

ЕЩЕ ПУСТЕЕ...

Умер Анатолий Королев. Огромная потеря, которую еще предстоит осознать. Ярчайший писатель, недостижимый собеседник.
Предчувствие иногда сильнее чувства, затеняемого иронией. Готовясь буквально накануне ухода Анатолия к записи эфира, посвященного "Пиковой даме", я перечитывала его исследование и думала о том, насколько он внимателен и нов в разгадке пушкинского квеста. Насколько созвучны мистической природе дарования Королева загадки Пушкина.
Королева нескрываемо игнорировала эпоха литературного обнуления. А возможно, просто не имела потенции для прочтения его гипертекста. Меня душевно привлекала и роднила с Толей стоическая беззаботность по отношению к своим творениям. Он знал себе цену, и профанное мнение его вряд ли волновало.
Царствия небесного большому писателю, мыслителю, человеку! Еще пустее стало...

Прекрасный новогодний подарок от "Вопросов литературы" и Елены Титовой, филолога из Вологды, старинного друга по ныне свинченной соцсети. Обстоятельная умная рецензия на книжку мою "Фобия длинных слов". Благодарю и кланяюсь!

https://voplit.ru/article/m-k-u-d-i-m-o-v-a-fobiya-dlinnyh-slov-zapisi-2013-2020-gg-m-russkij-pen-tsentr-biblio-tv-2023-576-s/

РАННИЙ ЧЕЛОВЕКОЛЮБЕЦ

Все семейные саги похожи друг на друга. Все, кроме одной, не похожей ни на что до нее. 145 лет назад в катковском "Русском вестнике" завершилась публикация 1-й части "Братьев Карамазовых" - "История одной семьи".
С кем проводить уходящий год, кроме, конечно, близких? С Алексеем Фёдоровичем Карамазовым! Кто ближе русскому сердцу, чем этот почти мальчик с его смирением и непокорством, принятием неизбежного и отрицанием не подобного идеалу - Христу?
"Прежде всего объявляю, что этот юноша, Алеша, был вовсе не фанатик, и, по-моему по крайней мере, даже и не мистик вовсе. Заране скажу мое полное мнение: был он просто ранний человеколюбец, и если ударился на монастырскую дорогу, то потому только, что в то время она одна поразила его и представила ему, так сказать, идеал исхода рвавшейся из мрака мирской злобы к свету любви души его".

Ф. М. Достоевский. "Братья Карамазовы"

ДАЛЬШЕ И ВЫШЕ

С Новым годом, с первыми его датами!

170 лет назад в России родился новый литературный жанр – военная проза. Произошло это после публикации «Современником» очерка с неловким названием «Севастополь в декабре месяце» за таинственной подписью «Л. Н. Т.». Второй очерк был опубликован вовсе анонимно. 12 января 1856 г. вышла из печати первая книжка «Современника».  Третий очерк – «Севастополь в августе» -  был, изглоданный цензурой, впервые подписан полным именем: «Граф Л. Н. Толстой». В 1856 г. два фрагмента вошли в сборник «Военные рассказы графа Л. Н. Толстого». Как бы ни менялись воззрения Толстого на войну и историю впоследствии, писателем он стал, написав в декабрьском фрагменте про «убеждение в невозможности взять Севастополь».
В августе 1855 г. великий город пал.
Но если смотреть дальше и выше неприятных для национального самолюбия обстоятельств, то дальше снова была война - за освобождение христиан южной Европы. И новые шаги русской литературы в вечность.

ЯВЛЕНИЕ ПАСТЕРНАКА

2 января 1914 г. из новогодней типографии вырвался "Близнец в тучах". Еще весьма блоковидный и рилькеподобный, еще пленник символизма, но уже с футуристическими молниями. Автор будет безжалостен к своему первенцу, многое перепишет, от многого откажется. Но зрячим уже было ясно: Пастернак явился!

Метался, стучался во все ворота,
Кругом озирался, смерчом с мостовой...
- Не тот это город, и полночь не та,
И ты заблудился, ее вестовой!

Но ты мне шепнул, вестовой, неспроста.
В посаде, куда ни один двуногий...
Я тоже какой-то... о город, и полночь не та,
И ты заблудился, ее вестовой!

Но ты мне шепнул, вестовой, неспроста.
В посаде, куда ни один двуногий...
Я тоже какой-то... я сбился с дороги:
- Не тот это город, и полночь не та.

ДО СМЕРТНОГО КРЕСТА

Николаю Рубцову - 90.
Две корневых черты поэтики Рубцова - благородство и аристократизм - могут показаться тавтологией. Но если благородство - качество врожденное, то аристократизм может быть приобретен и развит. Так с Рубцовым-поэтом и произошло.
Шатобриан говорил: «Аристократия проходит через три последовательных возраста: возраст превосходства, возраст привилегий, возраст тщеславия; она вырождается во втором и угасает в третьем». Привилегий у Рубцова при жизни не было. Его официально воспринимали как регионального поэта. До разрушительного тщеславия он не дожил.
Рубцов ни в одной строке не снизил пафоса изысканности - высшей формы естественности, ненарочитости: "Как будто время ни при чем". Аристократизм нимало не противоречит народности. Рубцов стал народным поэтом, смыв мазут и тавот, представ перед нами в полноте чистой души:

Пусть она
Останется чиста
До конца,
До смертного креста!

Памятник на родине поэта, в Емецке, работы Николая Овчинникова

Мадуро много лет работал водителем автобуса в компании Caracas Metro. Всё прямо как в песне Окуджавы:

Здесь остановки нет, а мне — пожалуйста!
Шофёр автобуса — мой лучший друг.

В своде русской поэзии, посвященной Рождеству Христову, часто трудно выбрать соответствие себе нынешней. Но во всем, что связано с поэтическим воссозданием мира, надо всегда полагаться на чувство. Сегодня самым совпавшим оказалось стихотворение Даниила Андреева.

СОЧЕЛЬНИК

Речи смолкли в подъезде.
Все ушли. Мы одни. Мы вдвоем.
Мы живые созвездья
Как в блаженное детство зажжем.

Пахнет воском и бором.
Белизна изразцов горяча,
И над хвойным убором
За свечой расцветает свеча.

И от теплого тока
Закачались, танцуя, шары —
Там, на ветках, высоко,
Вечной сказки цветы и миры.

А на белую скатерть,
На украшенный праздничный стол
Смотрит Светлая Матерь
И мерцает Ее ореол.

Ей, Небесной Невесте —
Две последних, прекрасных свечи:
Да горят они вместе, Неразлучно и свято в ночи.

Только вместе, о, вместе,
В угасаньи и в том, что за ним… Божий знак в этой вести
Нам, затерянным, горьким, двоим.

Даниил Андреев
1949

Картина В. Ю. Жданова