[#тейк #зарисовка ]

[#тейк #арт ]

[#тейк #арт ]

[#тейк #видео ]

[#тейк #зарисовка ]

Первый снег как напоминание об ошибке — ошибке что когда-то стало парадоксом и незаметно поглотила собой мысли Войдмена. Всё было постепенно, ровно, как поглощение вирусом исходного кода мира. До того момента, Войдмен был один в пустоте, такой что была тихой. Не было даже звука, никто не мешал. Всё было так, как того пожелал он. Но, всего-то за один диалог Войдмен в первые заметил как хрустят дрова в костре, который согревает от холода. Почему-то, Войдмен только из-за этого парадокса понял почему же люди ждут зиму. Может быть, если не этот парадокс, то Войдмен не узнал красоту людской души, вернее не стеклянность и никогда бы появление Хаоса не стало их совместной проблемой, одновременно прочным связующим. Наверное, именно Альтфедов, со своим желанием показать как жили его сородичи, Войдмен никогда бы не понял что люди имеют уважение к богам. Вернее, Альтфедов имел уважение к Богине Луны, что по его описанием была доброй, нежной и молчаливой. Видимо, именно из-за этого, смотря на луну, Войдмен вспоминал пустые глаза Альтфедова, в которых он не смог поймать ни намёка на то что в отличие от остальных Альтфедов человек. Войдмен просто не готов был признать что первый снег, который ложился на землю, украшая в белую пелену, принося на душу какую-то грусть. А прикрыв глаза, Войдмен слышал в ветре голос того парадокса, который пел о детях Ночи и о том, какой путь они проходили. Содясь на снежный покров, и после ложась, ощущая как холод пронизывает спину, Войдмен открыл глаза, смотря вверх. Видя уже так мягкий снег, который хлопьями летел сверху, кажется, с бесконечно белого неба. В первые, Войдмен из своего рта замечает облоко пара, который клубится медленно поднимаясь вверх. От такого, он вновь вспоминает голос Альтфедова, который рассказывает о каких-то кораблях пересекающих океаны снега, благодаря ветрам в равнинах. В голове он снова слышит этот спокойный голос, на столько, что он смешивается с чем-то приятным и Войдмен положив руку на грудь ощущает под ладонью биение сердца.
«— когда я верну себе своё тело, прокочу на снежном корабле тебя. Тебе точно понравится. Обещаю.»
Войдмен слегка сгибает пальцы, когда ощущает как сердце бьётся чаще от такого. Потому что знает, что у него нету сердце, никогда не было и не должно быть. Он об этом позаботился когда-то давно, потому что не хотел быть подобием людей. Но, при этом, для себя в своём коде прописал отдельную строку для Альтфедова.
— Только потому что он не человек.- в голове, наконец-то, звучит собственный голос, как будто пробивался сквозь голос Альтфедова. Такой, манящий, к которому Войдмен тянулся и старался распознать, понять как его повторно воссоздать после совершения ошибки. Может быть, Войдмен только ради этого и начал эту связь с настоящим миром. Может быть, только ради Альтфедова и его кода, Войдмен забрался в уязвимый код Джаста, создавая видимость того как у Джаста есть выбор. Войдмен вирус, а Альтфедов не был человеком, но тем не менее, Войдмен сумел из вируса стать человеком, а Альтфедов стал той основой кода, благодаря которому вся эта цепочка запустилась.
— потому что ты скучаешь по мне, верно?- голос доносящийся уже не из головы Войдмена, а откуда-то из пустоты и вирус оборачивается, надеясь что ему не послышалась.

[#тейк #арт ]

[ #тейк #видео ]

[ #тейк #арт ]

[ #тейк #арт ]

[ #тейк #видео ]