Задачи протеста на графике

Протест идёт волнами, то нарастает, а то убывает. Эти волны часто вложены одна в другую; после одной волны, следует другая.

В момент объявления войны и в момент объявления мобилизации, внешние шоки вызвали локальные пики активности протестующих. Было очевидно, что надо действовать прямо сейчас, и любой ценой.

Но волна обязательно начинает убывать, и у людей возникает вопрос: что теперь?

Прежде всего, надо отойти от традиционного линейного мышления о протесте. Неровный зубчатый график как бы намекает, что спад активности – в той же степени повод ждать новый пик, как и повод грустить об угасании прежнего. Здесь нельзя экстраполировать: если вчера сожгли три военкомата, сегодня два, то не обязательно завтра сожгут только один.

На данный момент лучше сознательно отказаться от традиционных планов. И вместо этого – играть на динамике протеста, как играют на бирже. Планы сложатся сами собой в момент, когда общая активность выйдет на плато.

И не только из-за внешних событий активность может внезапно пойти вверх. Каждая новая протестная акция способна изменить динамику волны. Всё очень нестабильно.

Проводите атаки и гражданские акции, чтобы:

• Поддержать уровень протеста. Можно сделать правый склон волны более пологим. В тот момент, когда начнется новая волна, она будет расти не с нуля, а наложится на уже существующий уровень. Даже единственная ваша акция сделает склон чуть длиннее; и возможно, сделает следующие акции чаще.

• Учитесь запускать волны. Взрыв активности может вызвать не только внешний шок, но и достаточно заразительный пример. Важна зрелищность, важно широкое распространение отчётов, важно удобство исполнения акции и важно воодушевление, которое она вызывает. Задача-минимум: запустить хотя бы небольшую и локальную волну активности. Провести несколько акций, распространять отчёты, и добиться, чтобы появились подражатели.

• Усиливайте волну на взлёте. Когда чужие акции учащаются – чаще проводите собственные. Большая волна способна дать нечто вроде кумулятивного эффекта. Много малых событий заметнее вместе; больше воодушевляют новых потенциальных участников; рассеивают внимание противника.

Последняя волна продолжается прямо сейчас, и в любой момент может перейти в новую волну в неожиданном месте. Мы ещё не упоминали на канале последние атаки, протесты в Туве. Каждая акция – поддерживает огонь и повышает шансы на новый взрыв возмущения.

Ещё атаки:

• Новосибирск, военкомат.

• Администрация в Ростовской области. Кирпич через стекло, затем коктейль.

Кроме инструкций активистов, при подготовке можно почитать профессиональные инструкции по борьбе с поджогами. Пример на английском.

Мы пропустили, а в Дагестане на 30 сентября (сегодня) опять назначены протесты. Вот крупный дагестанский канал протестного толка для обновлений.

Нам присылают:

• Дизайнер предлагает помощь в создании агиток и брошюр. Пишите нам.

• Канал «Зелёная Лента». Разные формы относительно безопасного, но наглядного протеста.

• Канал и сайт «Мирважен». Задача – открыть глаза тем, кто согласен с пропагандой; подобрать аргументы для тех, кто с ними спорит. Карточки на канале про то, как власти лгали, что не собираются нападать на Украину. Статья на сайте про то, как зачищали независимые СМИ.

• Аукцион «Поджог» (благотворительные аукционы в помощь политзаключенным) предлагает пройти опрос о планах в связи с мобилизацией. Нам кажется, канал интереснее, чем опрос.

• Петиция за отставку Шойгу. Соседний канал экспериментирует с ограниченными целями протеста. Может впустую выпустить пар, а может наоборот, дать людям вкус успеха.

• Советы «Прометея» по проведению акций.

• Подписчик предлагает вырезать телевидение в домах, чтобы оставить людей без пропаганды. Может вызвать неодобрение аудитории. Был даже канал, посвященный методу (@raisabesputina)

• Сотрудники военкомата включали пожарную сигнализацию, чтобы выманить людей из квартир. Подписчики сообщают, что так же можно сделать с самим военкоматом. «В центре извещателя есть небольшая дырочка, в которую можно запихнуть глубоко проволочку и извещатель выдаст тревогу».

• Оппозиционный канал «Гражданская Свобода». Вот, например, видео – работали ли в России митинги (не смотрели).

Мы делаем рекламу всем антивоенным инициативам, принципиально бесплатно, но порой затягиваем. Напомните, если мы вас пропустили. Агитки, которые вы присылали, опубликуем позднее.

Увидели пост про рост тревожности в обществе. И вспомнились две недавно виденные заметки про fearmongering, или, если угодно, fear management:

1. Оппозиция не отрабатывает страхи населения.

2. Власть отрабатывает страхи населения.

Большинство присоединяется к протестам, когда видит угрозу выживанию. Угроза выживанию страны и населения есть. Значит, угрозу выживанию нужно показывать, чтобы мобилизовать на протест.

Нравится подход во втором тексте. У нас в группе была брошюрка, где условия среды для работы (Россия) разбирались с перспективы алиена. Это помогает разрушить очарование привычки, и обнаружить больше действующих механизмов.

Только надо отметить, что озвученное очередным правителем – не обязательно его реальные страхи, а скорее именно риторика, направленная на условную Марью Ивановну. При всех психологических проблемах, диктатор наверняка ещё понимает, что речи конструируются для целевой аудитории. Если разделить реальные страхи элит и транслируемые аудитории сигналы «я свой», можно обнаружить больше механизмов для использования.

Фрагмент из работы McAdam, 1983: "Tactical Innovations and the Pace of Insurgency". Речь о стратегической артикуляции командой Мартина Лютера Кинга ненасильственных методов. Если коротко – важно было вызвать насилие оппонентов в адрес черных протестующих. Это сознательно выбранный рычаг давления на конкретную слабую точку в «структуре политических возможностей» – правительство США в тот момент было зависимо от поддержки черного электората. У нас структура политических возможностей отличается, но это не уменьшает ценности данной истории, как примера стратегического мышления. На днях хотим опубликовать текст, где будет больше выдержек на эту тему.

[В предыдущей кампании в Элбани, движение выбрало место со слишком компетентным шефом полиции – он отвечал «силой скорее чем насилием». Не сумев спровоцировать насильственный ответ от властей и сторонников сегрегации, движение не добилось победы. Макадам приводит слова Лютера Кинга о том, что они провели долгие часы, пытаясь извлечь полезный опыт из ситуации в Элбани, когда планировали кампанию в Бирмингеме].

Скорее всего, полное понимание обсуждаемой динамики протестующими родилось из событий в Элбани. Черные протестующие всё лучше понимали важность белого насилия, как стимула для федерального вмешательства. Как утверждает Хаббард (1968), это понимание повлияло на выбор Бирмингема, как следующего места для крупных протестов. «Бирмингемская инновация Кинга была преимущественно стратегической. Она включала не только лучше отточенные тактики, но также выбор города-мишени, в котором был комиссаром публичной безопасности 'Бык' Коннор, знаменитый расист и горячая голова, на кого можно было положиться, что он не станет отвечать ненасильственно» (Hubbard, 1968:5).

Версия, что выбор Бирмингема был сознательным стратегическим выбором, поддерживается тем фактом, что Коннор занимал временную неустойчивую позицию [was a lame-duck official], будучи побежден умеренным в выборах в начале апреля 1963. Если бы SCLC подождали с запуском протестной компании до момента, когда умеренный принял бы должность, вероятно случилось бы куда меньше насилия, и меньше давления чтобы вынудить федералов вмешаться.

«Следует предположить, что ... SCLC ... узнают хорошего врага, когда видят его ... такого, чтобы можно было рассчитывать, что его глупость и природная злоба сыграют прямо им на руки, для широкой эксплуатации в прессе как архиврага и злодея» (Watters, 1971:266).

Результаты этого выбора места для протеста хорошо известны и ясно видны на Рисунке 4 и в Таблице 2. Бирмингемская кампания апреля-мая 1963 спровоцировала значительное белое сопротивление в форме крайней жёсткости полиции и многочисленных случаев насилия сегрегационистов. Федеральное правительство снова было вынуждено принять поддерживающую позицию по отношению к черному движению. Конечным итогом этого смещения в позиции правительства была административная поддержка билля о гражданских правах, который, даже в значительно смягченной версии, правительство раньше считало политически неприемлемым (Brooks, 1974).

Под давлением повстанцев, билль был наконец подписан годом позже как «Акт о гражданских правах от 1964 года».

В телеграм-каналах пишут о новых атаках. И они становятся всё более отчаянными.

В последнее время случилось несколько протестных самоубийств или попыток самоубийств (прощальное письмо одного из погибших), в Екатеринбурге мужик с топором бросался на автомобили с «новой свастикой», а в Казани девочка-школьница кинула «Коктейль Молотова» в военкомат. Также ещё одна атака с КМ в Красноярске (видео).

Антивоенные партизаны – новые герои страны, и пока у нас есть такие люди, есть и надежда.

Россию спасут 17-летние школьницы с зажигательными бомбами.

Стратегическое планирование ненасильственного и разрушительного протеста. На примере Америки 50-60-х.

Цели протестующих были довольно ограниченными. С другой стороны, этот протест дал начало и мощным движениям альтернативы. В конце концов, прежде Summer of Love, было Summer of Freedom движения за гражданские права.

Вторая часть будет позже.

https://telegra.ph/Non-violent-Disruption1-10-06

Ещё атака на военкомат. Вечная слава горящим сердцам!

И ещё атака: мужчина поджег автомобили возле Москва-Сити. Пишут, что из-за антивоенной позиции.

Стратегическое планирование ненасильственного и при том разрушительного протеста. Часть вторая.

Ссылка из первой части появилась не сразу, так что если кто не видел...

Новые тактики движения + эскалация + некоторые детали тактического планирования.

https://telegra.ph/Non-violent-Disruption2-10-06

Идея для фрейминга целей протеста: «остановить войну – остановить распад России».

Это инверсия символических ролей, где протестующие «уничтожают страну», а тоталитарный лидер – защищает.

Истории, объясняющие задачи протеста, должны обращаться к нуждам широкого круга людей, которых необходимо мобилизовать на протест, а не узкого круга активистов.

Ссылки и идеи, которые нам присылают подписчики:

• Перевод книги "Practical Utopia". Телеграм, гитхаб.

• Планируют создать аналог беларуской Bypol – связывать между собой разные группы и создать общую революционную платформу.

• Подписчик предлагает дoксинг: «почему никто до сих пор не публикует ФИО всех сyдей, выносящих резонансные приговoры, и всех мeнтoв, участвующих в рeзoнансных делах? ... Нaрoд должен знать своих гeроев».

• Канал «Голос разума».

• Черный журнал – текст «Федерация вместо государства». ЧЖ также запустил сайт.

• «Войны в Украине не было» – критика российской пропаганды с отсылкой к Бодрийяру.

• Издательство directio libera выпускает книгу Малатесты «Краткая система анархизма в десяти беседах». Не читали.

• Фильм «Проверка на фашизм», который проводит параллели между нацистской и зэт-пропагандой. Не смотрели. И трейлер.

• Предлагают фантастический способ атаки: во время грозы спровоцировать удар молнией. Необычные идеи полезны, даже если непрактичны – частый перебор вариантов рано или поздно даст и реальные протестные инновации.

• Агитка для Дагестана. Текст, файл. Тот же канал: заметка про эмиграцию в страны ЕС и мнение о расклейке рискованной агитации.

Мы публикуем любые антивоенные ссылки, но можем затянуть сроки. Пожалуйста, напомните, если ваше предложение пропустили.

В социологии протеста встречается понятие рекрутинга «блоками» (block recruitment) в противоположность рекрутингу «индивидуальному». Блоками – это когда в протестный проект вовлекают сразу целую группу – вроде церковной общины, футбольного клуба или родительской группы детского сада.

«Антивоенный Больничный» тут опубликовал пост с опытом товарищей из Ирана. Оказывается, они тоже применяют блок-рекрутинг.

Другие интересные моменты в отчёте: децентрализация протеста, намеренное использование «отката» репрессий (backlash/backfire в литературе), а также конструирование бренда с помощью лозунгов разного уровня и разных функций. Семантические конструкции тоже нужно сознательно простраивать: точки входа, маршруты ассоциаций, смысловые узлы.

Опять удары по жилым кварталам.

Помните подрывы домов в России? Теперь Россия регулярно делает то же самое в Украине. Террор, поставленный на конвейер, наспех вылепленная идеология ненависти, абсолютно бессмысленные и массовые убийства – всё для того, чтобы один старик удержался у власти ещё несколько лет.

Ещё одна мотивация больше рисковать и больше работать для нас здесь. Такого просто не должно происходить.

Стрельба по патрульной машине в Мск.

Кажется, это не тот случай, но вызов наряда + засада – один из старых способов (рискованный, этически серый) добывать боевое оружие.

Primary, secondary & tertiary targeting

Перевод фрагмента из работы "Deepening the Explanation of Radical Flank Effects: Tracing Contingent Outcomes of Destructive Capacity" by Rune Ellefsen.

Ещё один пример того, что протест можно видеть как спектр, а мишени – как сети (другой текст на тему).

Стратегия протеста SHAC взяла в качестве модели ранние кампании британского движения за освобождение животных, которым удалось добиться успеха и принудить к закрытию малые предприятия, что разводили и продавали животных для экспериментов (Upton 2012).

В случае SHAC, участники кампании использовали разнообразный репертуар коллективных и индивидуальных действий, диапазоном от легальных (как демонстрации) и полу-легальных (как разрушительный протест на территории компаний), до нелегальных (как саботаж собственности людей, связанных с компанией-мишенью), и от мирных методов (марши) до конфликтных (демонстрации у дверей руководителей) или насильственных (например, атака на Брайана Касса, управляющего директора HLS, с рукояткой от кирки) (Monaghan 2013).

Логика кампании в целом состояла в том, чтобы нанести экономический урон (della Porta and Diani 2006) компании HLS на нескольких уровнях, благодаря согласованным действиям легального (умеренного) и подпольного (крайнего) крыла движения.

Давление на первичную цель (HLS) было налажено и напрямую и, что важнее, через таргетинг вторичных или третичных мишеней. Таргетинг вторичных целей – это когда протест направлен на «цепочки ценности»* [value chains] первичной цели, в этом случае, на другие компании и бизнес-связи (а также их персонал), которые нужны были HLS, чтобы продолжать работу (Baron and Diermeier 2007). Таргетинг третичных целей – это когда под ударом оказываются «цепочки ценности» вторичных целей.

Атаковать цепочки ценности компании – это сложная стратегия, которая использует «эффект умножения»** [также: эффект мультипликатора; multiplier effect] таким образом, что влияние на первичную цель – в нашем случае, HLS – полностью определяется слабейшим звеном в цепи (Diermeier and Van Mieghem 2005, 24), то есть, уязвимостью той компании, которая стоит перед наивысшей стоимостью от решения не переключаться на другой вид экономической активности [non-switching cost], здесь – стоимостью отказа порвать связи с первичной целью.

SHAC успешно принудила предприятия, связанные с HLS, порвать эти связи. Мишени были тщательно подобраны, а детальная информация о мишенях распространялась через такие каналы, как сайт SHAC, письма и электронные рассылки. Что сделало информацию доступной каждому. Таким образом, мишени действий были определены равно для умеренного и крайнего крыла движения.

[Конец фрагмента]

* Цепочки ценности. Здесь: все необходимые для создания на месте производства «продуктов» составляющие: материалы и полуфабрикаты, труд работников, деловые связи, руководство и организационный опыт.

** Эффект умножения. Здесь: пропорция, в которой повреждение одной из составляющих производства повлияет на результат производства.

Как говорится – не обязательно лезть на закрытый режимный объект, когда у него есть сети поставки с частными компаниями-исполнителями и незащищёнными маршрутами перевозок, есть линии электропередач и подстанции, необходимые для работы, и есть персонал, который выходит после работы домой либо собирается в ближайших кофейнях.

Эту технику можно применять не только в России против сетей подпитки государственной военной машины, но и в других странах для давления на сотрудничающие с правительством РФ структуры.

Россия опять бомбит гражданские объекты в Украине, массово. Вот что это значит для сопротивления.

Удары, которые должны подавить и запугать представителей группы, имеют врожденные риски: они также способны дать обратный эффект и мобилизовать группу на сопротивление. Это называется «откатом» (backlash/backfire), и верно для любых разрушительных действий: расстрелов демонстраций, массовых бомбежек городов, и даже чрезмерно жестоких действий протестующих в отношении оппонентов.

Жестокость РФ можно использовать, как повод для протеста и повод для привлечения симпатий.

Правительство РФ, вероятно, играет в deterrence strategy и пытается создать «активную защиту». Это когда ты не можешь предотвратить действия противника технически, но можешь каждый раз после нежелательного хода противника повторять один и тот же собственный ход: наносить противнику особенно сильные убытки, даже в ущерб себе. Смысл в том, чтобы создать последовательную связку из двух событий. Тогда противник будет знать, что неотъемлемая часть стоимости его собственных действий – это убытки от ответных действий оппонента. Это может действовать даже на фоне постоянно продолжающихся враждебных действий – просто отпугивающие ходы должны быть подчеркнуто заметны.

Однако, мобилизующее влияние жестокости на саму жертву и на свидетелей обыкновенно оказывается сильнее в долгосрочной перспективе, особенно в современном информационном обществе. Сообщества, которые применяют жестокие методы, при прочих равных проигрывают, потому что теряют общественную поддержку и дарят общественную поддержку противнику. Так, жестокость сепаратистов в чеченской войне была стратегической ошибкой, хотя относительно полезным тактическим инструментом. Жесткость ИГ, которая оттолкнула поддержку мирового сообщества, можно противопоставить мягким методам сапатистов, изначально направленных на привлечение поддержки больше, чем на победы в вооружённых стычках.

Поэтому, мобилизующий эффект жестокости нужно сознательно усиливать после каждого запугивающего удара со стороны правительства РФ. И использовать его, чтобы привлечь поддержку общественности, поколебать поддержку противника, отсечь крайних сторонников противника от умеренных – внутри России также как и вовне (здесь схематическое изображение спектра ЦА для комплексных кампаний влияния).

Кстати, вот анонсированы какие-то протесты за границей.

Малые формы насилия против собственности могут предшествовать более разрушительным формам протеста, например бунтам.

Отрывок из довольно старой, но интересной работы – поскольку она рассматривает протест как меняющуюся частоту действий и обнаруживает общие паттерны для волн действий ("The Diffusion of Collective Violence". Pitcher, Hamblin and Miller, 1978):

«Этот анализ также ставит под сомнение предположение Тилли (1975), что насилие малого масштаба недостаточно важно для изучения. Данные указывают, что меньшие формы насилия часто предшествуют более серьезным формам, как часть процесса эскалации. Например, четыре вспышки [действий] аграрных рабочих были вложены одна в другую, причем вспышка поджогов началась первой и закончилась последней, вспышка митингов по поводу заработной платы началась второй и кончилась предпоследней, далее были вложены [волны] порчи машин и бунтов. <...> Незанятые сельскохозяйственные рабочие, осознав что ранние стратегии не работают, очевидно, перешли к эскалации насильственного конфликта в надежде на победу. Хэмблин и др. (1973: 129-33) также опубликовали анализ, который показывает процесс эскалации в различных вспышках политического насилия в Латинской Америке».

Посыл простой: поджоги военкоматов важны не только сами по себе, но и как опора для других тактик, которые последуют, если война продолжится. Никакая акция не заканчивается на себе, она влияет на будущие акции. Это подтверждают и частотные паттерны вспышек протеста.

Ссылки, которые предложили подписчики или которыми мы хотели поделиться

• Здесь и здесь обнаружили новости про четыре новые атаки, которые произошли на днях. Здание администрации, военкомат, z-мобиль и военное предприятие. А также: пенсионерка подожгла отделение «Сбербанка».

• Текст про воронку конверсии в протестах – от канала «Метатекст».

• Этот канал перевел книгу «Практическая утопия», а теперь публикует фрагменты.

• Канал «бармалеи/партизаны» про сопротивление диктатурам в истории.

• «Бункер радикала» публикует листовки с оккупированных территорий, которые таргетируют коллаборантов. Тоже средство давления. Работает в основном через интернет – достаточно пары листовок для фото. И работает не только в Украине.

• Канал «Antiwarriors» делал таргетированные на конкретные целевые группы листовки. Вот например.

• Фотограф, который сотрудничал с государственными учреждениями, сделал массовую антивоенную рассылку бюджетникам. Он говорит, что ответы в основном положительные. Очень важно не молчать, и озвучивать свою позицию коллегам, родным, всем кому возможно.

• «Бункер радикала» предлагает текст про фашизм.

• Либертарианский проект «Montelibero» экспериментирует со свободной организацией в Черногории. Помогают с экстренной эмиграцией. Как мы понимаем, они не прочь налаживать контакты с представителями других идеологий, если те не будут проявлять агрессию.

Мы публикуем любые антивоенные ссылки, но можем затянуть сроки. Пожалуйста, напомните, если ваше предложение пропустили.

Коротко об ориентации канала – для вновь прибывших

Периодически слышим от подписчиков: «анархисты нужны протесту, но... я не поддерживаю анархию».

Скорее всего, никакого конфликта взглядов тут нет: мы тоже не поддерживаем «анархию» в том значении, которое чаще всего используется в быту. Спонтанные убийства, мародерства, право силы. Анархизм для нас – это идея радикальной демократии. Как современная демократия, только с более полным участием граждан и большей децентрализацией. Мы понимаем проблемы и ограничения проекта радикальной демократии в современном мире. Именно этому был посвящен канал до войны. Подробнее можно почитать здесь.

Почему это может быть важно сейчас?

Так называемые «идеологические инновации» способны усиливать протест; новая идея порой означает разницу между победой и поражением. А мировой конфликт между относительно демократическими и авторитарными системами должен закончиться смещением к ещё большей демократии.

Дополнительные акценты для нашего понимания анархизма:

• Как мы считаем, анархистам стоит поддерживать любые демократические тенденции относительно текущего положения вещей. Радикальная демократия – это не конкретное состояние, а вектор движения. Такое представление даёт пространство для сотрудничества со всеми сторонниками прав человека и народного участия в управлении.

• Скорее всего, работать в ближайшее время будет только сочетание анархия + реал политик. «Анархизм-лайт». Что-то на пересечении крайних анархистских идеалов и уже существующих – несовершенных, но устойчивых – демократических систем. Помеси – это анархично.

• Анархизм не должен оставаться «традиционным» – заслуживают внимания любые эксперименты с народным самоуправлением, распределением власти, конструированием сдержек и противовесов. Это дает возможность кооперироваться с другими экспериментальными демократическими проектами. Наша конечная задача – создать инкубатор жизнеспособных и притом более демократических форм общества, а не построить утопию по чертежу.

Призыв к бойкоту от media resistance group

Некоторые люди жалуются, что за рубежом они ничего не могут сделать, чтобы помешать правительству России. Что там протесты бессмысленны. Media resistance group показывает, почему это не так.

Российская военная машина критически зависит от цепочек поставок из-за рубежа. Можно нарушить эти цепочки поставок и лишить её ресурсов.

Следует находить зарубежные компании, которые помогают войне и распространять о них информацию; яркими акциями делать присутствие российского капитала видимым; устраивать блокады и (добавим мы от себя) проводить разрушительные – даже если легальные – акции протеста, чтобы нарушить повседневные операции бизнеса.

Если вы не хотите выходить на улицы – можно находить и систематизировать информацию о зарубежной поддержке диктатора, чтобы передать для распространения.

Текст на сигме от media resistance group. Перевод на английский.