Дьявол и К в деталях
По рассказам очевидцев заинтриговала выставка «ГОТИКА МОДЕРН» в Альбертине. Оказавшись в Вене, конечно, туда ринулись. Увидели не совсем то, что ожидали, но того, что увидели, оказалось достаточно.
Концептуально-кураторские выставки обычно страдают натяжками и часто предлагают псевдо-открытия. У этой нет претензий перевернуть мир и открыть Америку. В принципе мы давно знаем, что авангард и модерн, отвергая каноны классики, выродившейся в классицизм, искали источники вдохновения в старом искусстве: им была готика, им был ранний ренессанс. Но то, что известно в общих чертах, становится по-настоящему понято, когда его удается рассмотреть в деталях. Ведь главные персонажи готики – дьявол и смерть, и речь прежде всего о них, вездесущих. А дьявол – он всегда в деталях.
Иконической тут является гравюра Дюрера «Рыцарь, смерть и дьявол». Но лично я открыл для себя работы дюреровского ученика Ханса Бальдунга Грина. Они потрясающие. Чего стоит пронизанная двусмысленным вызывающим эротизмом «Мадонна с ребенком и попугаями». Или зловещая «Смерть, преследующая Девушку».
Выставка сформирована с участием музеев Осло и Хельсинки, отсюда северный акцент. Аллегории модерна включают, разумеется, Крики Мунка и «Раненого ангела» Хуго Симберга, и еще -- гораздо менее известное, но тоже очень сильное «Чувство зависимости» Саши Шнайдера.
На афише выставки, разумеется, «Череп с сигаретой» Ван Гога – живая иллюстрация концепта. На его фоне мы и снялись с внучкой Сашей и ее мужем Женей, приехавшими в Вену из недалекого Брно. Старшее поколение представляло готику, младшее – модерн.
По рассказам очевидцев заинтриговала выставка «ГОТИКА МОДЕРН» в Альбертине. Оказавшись в Вене, конечно, туда ринулись. Увидели не совсем то, что ожидали, но того, что увидели, оказалось достаточно.
Концептуально-кураторские выставки обычно страдают натяжками и часто предлагают псевдо-открытия. У этой нет претензий перевернуть мир и открыть Америку. В принципе мы давно знаем, что авангард и модерн, отвергая каноны классики, выродившейся в классицизм, искали источники вдохновения в старом искусстве: им была готика, им был ранний ренессанс. Но то, что известно в общих чертах, становится по-настоящему понято, когда его удается рассмотреть в деталях. Ведь главные персонажи готики – дьявол и смерть, и речь прежде всего о них, вездесущих. А дьявол – он всегда в деталях.
Иконической тут является гравюра Дюрера «Рыцарь, смерть и дьявол». Но лично я открыл для себя работы дюреровского ученика Ханса Бальдунга Грина. Они потрясающие. Чего стоит пронизанная двусмысленным вызывающим эротизмом «Мадонна с ребенком и попугаями». Или зловещая «Смерть, преследующая Девушку».
Выставка сформирована с участием музеев Осло и Хельсинки, отсюда северный акцент. Аллегории модерна включают, разумеется, Крики Мунка и «Раненого ангела» Хуго Симберга, и еще -- гораздо менее известное, но тоже очень сильное «Чувство зависимости» Саши Шнайдера.
На афише выставки, разумеется, «Череп с сигаретой» Ван Гога – живая иллюстрация концепта. На его фоне мы и снялись с внучкой Сашей и ее мужем Женей, приехавшими в Вену из недалекого Брно. Старшее поколение представляло готику, младшее – модерн.
❤60👍15👏2💩1
Нержавеющий «БРОНЕНОСЕЦ»
100 лет назад состоялся первый показ самого знаменитого фильма Сергея Эйзенштейна «Броненосец "Потемкин"»
Скорее всего, живых свидетелей съемок «Броненосца» уже не осталось. Одного из последних я встретил десять лет назад в далеком Рио-де-Жанейро, ему тогда было 99. Борис Соломонович Шнайдерман, ровесник Октябрьской революции, вырос в Одессе, уехал с родителями в Бразилию и стал там главным переводчиком русской литературной классики. Однажды вместе с другими мальчишками восьмилетний Борис пошел поиграть на Потемкинской лестнице, а там шла киносъемка: по лестнице спускались элегантные дамы, потом появились вооруженные повстанцы, среди толпы — детская коляска... Всем происходящим командовал какой-то человек с буйной шевелюрой: то был Эйзенштейн.
Первоначально планировалось, что в фильме будут отображены события всего 1905 года в Москве, Петербурге, в Закавказье и на Дальнем Востоке; этому замыслу отвечал сценарий, написанный матерой коммунисткой Ниной Агаджановой. Эйзенштейн начал со съемок в Ленинграде, но помешали туманы, к тому же поджимали сроки сдачи фильма, и тогда режиссер принял решение ограничиться лишь одним из эпизодов сценария — восстанием на «Потемкине». И перенес съемки в Одессу. Это оказалось гениальным ходом: получилась емкая, сжатая полнометражная метафора революции.
«Броненосец "Потёмкин"» впервые показали в декабре 1925 года на торжественном заседании, посвященном юбилею революции 1905 года. Это был первый случай демонстрации фильма в Большом театре: ведь в то время кино еще не считали за искусство, и вокруг этой затеи было много скепсиса. Когда наступил день премьеры, Эйзенштейн с помощниками еще монтировали фильм. Оператор Эдуард Тиссэ уехал с готовыми частями в Большой театр и вынужден был начать показ. Григорий Александров, едва «доклеив» последнюю часть, повез ее, но его мотоцикл сломался, и ему пришлось бежать до театра пешком. Когда он взлетел по лестнице к кинобудке, услышал гром аплодисментов. В это время на экране появился поднимающийся на мачту «Потемкина» красный флаг. На самом деле снимали белый, а потом на 108 кадрах вручную красили его красными чернилами.
Это стало началом триумфальной судьбы фильма. Ее участниками стали Маяковский и Мейерходьд, Малевич и Родченко, даже Мэри Пикфорд и Дуглас Фэрбенкс: оба летом 1926 года приехали в Советский Союз, чтобы заманить Эйзенштейна в Голливуд. Ровно через месяц после московской премьеры показ «Потемкина» состоялся в Берлине. Картина вызвала огромный энтузиазм публики и неодобрение властей. На премьере был король Швеции Густав V. В советской прессе ликовали: «В Берлине на просмотре "Потемкина" присутствовал шведский король и так хлопал — чуть себе руки не отбил». Следующей после Берлина остановкой на маршруте славы стал Лондон. Фильм тут же запретили, но показывали на подпольных собраниях Компартии — смотреть его приезжали даже из Франции. Впрочем, скоро он добрался и до Парижа, тоже произведя сенсацию. Большевики рассматривали картину Эйзенштейна как орудие пропаганды, делая упор прежде всего на зарубежный резонанс.
Три десятилетия спустя «Броненосец "Потемкин"» уже был абсолютной классикой. В 1958-м на Международной выставке в Брюсселе его признали лучшим фильмом всех времен и народов.Знаменитые режиссеры — от Терри Гиллиама до Романа Полански — цитировали и даже пародировали хрестоматийные сцены на одесской лестнице. В СССР картину, конечно, канонизировали и выхолостили, сделав придатком идеологии и вызвав тем самым реакцию отторжения.
Когда я учился во ВГИКе, студенты хотели смотреть фильмы Антониони, Годара, Копполы, а вместо этого их заставляли бесконечно изучать творчество певцов революции — Эйзенштейна, Пудовкина и Довженко. Эту троицу тогда многие просто возненавидели вместе с ее фильмом-флагманом, который пренебрежительно называли «Бронетемкин "Поносец"». И только наиболее прозорливые из киноведов, такие как Наум Клейман, занялись серьезным изучением Эйзенштейна и его шедевра.
А там было чем заняться. Тут и важнейшие открытия в области киноязыка — «монтаж аттракционов», или «интеллектуальный монтаж».
100 лет назад состоялся первый показ самого знаменитого фильма Сергея Эйзенштейна «Броненосец "Потемкин"»
Скорее всего, живых свидетелей съемок «Броненосца» уже не осталось. Одного из последних я встретил десять лет назад в далеком Рио-де-Жанейро, ему тогда было 99. Борис Соломонович Шнайдерман, ровесник Октябрьской революции, вырос в Одессе, уехал с родителями в Бразилию и стал там главным переводчиком русской литературной классики. Однажды вместе с другими мальчишками восьмилетний Борис пошел поиграть на Потемкинской лестнице, а там шла киносъемка: по лестнице спускались элегантные дамы, потом появились вооруженные повстанцы, среди толпы — детская коляска... Всем происходящим командовал какой-то человек с буйной шевелюрой: то был Эйзенштейн.
Первоначально планировалось, что в фильме будут отображены события всего 1905 года в Москве, Петербурге, в Закавказье и на Дальнем Востоке; этому замыслу отвечал сценарий, написанный матерой коммунисткой Ниной Агаджановой. Эйзенштейн начал со съемок в Ленинграде, но помешали туманы, к тому же поджимали сроки сдачи фильма, и тогда режиссер принял решение ограничиться лишь одним из эпизодов сценария — восстанием на «Потемкине». И перенес съемки в Одессу. Это оказалось гениальным ходом: получилась емкая, сжатая полнометражная метафора революции.
«Броненосец "Потёмкин"» впервые показали в декабре 1925 года на торжественном заседании, посвященном юбилею революции 1905 года. Это был первый случай демонстрации фильма в Большом театре: ведь в то время кино еще не считали за искусство, и вокруг этой затеи было много скепсиса. Когда наступил день премьеры, Эйзенштейн с помощниками еще монтировали фильм. Оператор Эдуард Тиссэ уехал с готовыми частями в Большой театр и вынужден был начать показ. Григорий Александров, едва «доклеив» последнюю часть, повез ее, но его мотоцикл сломался, и ему пришлось бежать до театра пешком. Когда он взлетел по лестнице к кинобудке, услышал гром аплодисментов. В это время на экране появился поднимающийся на мачту «Потемкина» красный флаг. На самом деле снимали белый, а потом на 108 кадрах вручную красили его красными чернилами.
Это стало началом триумфальной судьбы фильма. Ее участниками стали Маяковский и Мейерходьд, Малевич и Родченко, даже Мэри Пикфорд и Дуглас Фэрбенкс: оба летом 1926 года приехали в Советский Союз, чтобы заманить Эйзенштейна в Голливуд. Ровно через месяц после московской премьеры показ «Потемкина» состоялся в Берлине. Картина вызвала огромный энтузиазм публики и неодобрение властей. На премьере был король Швеции Густав V. В советской прессе ликовали: «В Берлине на просмотре "Потемкина" присутствовал шведский король и так хлопал — чуть себе руки не отбил». Следующей после Берлина остановкой на маршруте славы стал Лондон. Фильм тут же запретили, но показывали на подпольных собраниях Компартии — смотреть его приезжали даже из Франции. Впрочем, скоро он добрался и до Парижа, тоже произведя сенсацию. Большевики рассматривали картину Эйзенштейна как орудие пропаганды, делая упор прежде всего на зарубежный резонанс.
Три десятилетия спустя «Броненосец "Потемкин"» уже был абсолютной классикой. В 1958-м на Международной выставке в Брюсселе его признали лучшим фильмом всех времен и народов.Знаменитые режиссеры — от Терри Гиллиама до Романа Полански — цитировали и даже пародировали хрестоматийные сцены на одесской лестнице. В СССР картину, конечно, канонизировали и выхолостили, сделав придатком идеологии и вызвав тем самым реакцию отторжения.
Когда я учился во ВГИКе, студенты хотели смотреть фильмы Антониони, Годара, Копполы, а вместо этого их заставляли бесконечно изучать творчество певцов революции — Эйзенштейна, Пудовкина и Довженко. Эту троицу тогда многие просто возненавидели вместе с ее фильмом-флагманом, который пренебрежительно называли «Бронетемкин "Поносец"». И только наиболее прозорливые из киноведов, такие как Наум Клейман, занялись серьезным изучением Эйзенштейна и его шедевра.
А там было чем заняться. Тут и важнейшие открытия в области киноязыка — «монтаж аттракционов», или «интеллектуальный монтаж».
❤49👏8❤🔥3👍3🔥2💩1
И мощные параллели с кубизмом, конструктивизмом, сюрреализмом. И преодоление специфики немого кино: как говорил сам Эйзенштейн, «рожденное музыкой изображение неминуемо стремится звучать». Эмоциональные пики: катящаяся с лестницы коляска с ребенком, сапоги наступающих солдат, разбитое пенсне врача — все это создает колоссальное напряжение и по образной мощи сопоставимо с античными трагедиями..
Самым важным оказалось умение отделить пропагандистские задачи от того этического импульса, который руководил режиссером в его работе.
Как ни пытались идеологи присвоить знаменитый фильм, представив его «школой революции», то есть революционного насилия, универсальное воздействие картины на зрителей разных стран и культур объясняется совсем другим.По словам Клеймана, это прежде всего фильм о человеческом достоинстве, о братстве людей.
Каждый раз, когда я бывал на публичных показах «Броненосца», убеждался в его непреходящей магии. Энергия массовых сцен переходила в зал, заражала зрительский коллектив. Один такой показ в 2012 году происходил прямо на Потемкинской лестнице во время Одесского кинофестиваля в присутствии звезд мирового кино. Там же шли другие классические фильмы: Клаудия Кардинале представляла «Восемь с половиной» Феллини, Джеральдина Чаплин — «Огни большого города» своего великого отца. А когда смотрели Эйзенштейна, звезды сидели на ступенях лестницы, и аутентичность этого места окрашивала событие особенно сильной эмоцией.
А в этом году я представлял юбилейный показ «Броненосца» в Финляндии, в лапландском городке Соданкюля. На плакате проходящего там кинофестиваля был изображен Матрос из «Потемкина» рядом с Одри Хепберн и Джеймсом Дином — иконами мирового кино. Публика всех возрастов стояла в очереди, зал был полон, ни одного свободного кресла. Зрители увидели в «Потемкине» нечто большее, чем революционную пропаганду или даже блистательный формальный эксперимент. Увидели воплощенную кинематографическими средствами мечту о мире без насилия и унижения.
Самым важным оказалось умение отделить пропагандистские задачи от того этического импульса, который руководил режиссером в его работе.
Как ни пытались идеологи присвоить знаменитый фильм, представив его «школой революции», то есть революционного насилия, универсальное воздействие картины на зрителей разных стран и культур объясняется совсем другим.По словам Клеймана, это прежде всего фильм о человеческом достоинстве, о братстве людей.
Каждый раз, когда я бывал на публичных показах «Броненосца», убеждался в его непреходящей магии. Энергия массовых сцен переходила в зал, заражала зрительский коллектив. Один такой показ в 2012 году происходил прямо на Потемкинской лестнице во время Одесского кинофестиваля в присутствии звезд мирового кино. Там же шли другие классические фильмы: Клаудия Кардинале представляла «Восемь с половиной» Феллини, Джеральдина Чаплин — «Огни большого города» своего великого отца. А когда смотрели Эйзенштейна, звезды сидели на ступенях лестницы, и аутентичность этого места окрашивала событие особенно сильной эмоцией.
А в этом году я представлял юбилейный показ «Броненосца» в Финляндии, в лапландском городке Соданкюля. На плакате проходящего там кинофестиваля был изображен Матрос из «Потемкина» рядом с Одри Хепберн и Джеймсом Дином — иконами мирового кино. Публика всех возрастов стояла в очереди, зал был полон, ни одного свободного кресла. Зрители увидели в «Потемкине» нечто большее, чем революционную пропаганду или даже блистательный формальный эксперимент. Увидели воплощенную кинематографическими средствами мечту о мире без насилия и унижения.
❤82👍20🔥6👏6💩3🕊3
230 ролей – и ни одной «сыгранной»
К 100-летию со дня рождения МИШЕЛЯ ПИККОЛИ
В течение двадцати лет я посещал Дни французского кино, которые устраивает в Париже для журналистов и прокатчиков компания Unifrance. За это время повстречал почти всех актуальных актеров и актрис Франции, с некоторыми сложились и личные дружеские отношения. Многие приезжали на фестивали в Россию, я вел с ними пресс-конференции, много общался, так что хорошо представляю, каковы в жизни Изабель Юппер и Фанни Ардан, какими были Жан-Луи Трентиньян и Ален Делон. Но есть в этом актерском созвездии один совсем непознанный объект – Мишель Пикколи. Не помню, чтобы хоть раз он мелькнул в числе тех, кто готов встретиться с журналистами и дать интервью. Вообще был непубличной персоной.
Между тем это основной актер французского кино, снявшийся за свою 94-летнюю жизнь в 230 фильмах. Во многих, особенно поначалу, это были небольшие роли, и к тому времени, когда Францию захлестнула режиссерская «новая волна», он уже казался староват для того, чтобы стать ее актерским лицом. Тем более что это место прочно занял Жан-Поль Бельмондо, «на последнем дыхании» сыгравший и в одноименном фильме Жан-Люка Годара, и в других, окрашенных юношеским негативизмом и бунтарством.
У Пикколи дыхание было длинное, и спешить ему было некуда. И вот всего через три года после своего дебюта тот же Годар, признанный лидер «новой волны», приступая к глубоко личному фильму «Презрение», зовет на главную роль Пикколи. Его герой – писатель, продающий свои идеалы, свой талант и фактически свою красавицу жену продюсеру, который олицетворяет соблазн, коварство и ничтожество коммерческого кино. В роли жены – Брижит Бардо. Съемки проходят под палящим солнцем острова Капри. Именно там Пикколи восходит по ничем не огражденным высоким ступеням виллы Курцио Малапарте. Это кадр навсегда вошел в иконографию мирового кино и запечатлен на афише Каннского фестиваля. С него началось восхождение Мишеля Пикколи к кинематографическим вершинам.
Нет, он так и не стал кинозвездой – в отличие от Жана Габена, Жерара Филипа и того же Бельмондо. Он просто стал незаменимым артистом для лучших французских режиссеров – Жака Риветта и Жака Деми, Клода Соте и Алена Кавалье, Алена Рене и Леоса Каракса. Их фильмы «Война окончена», «Смятение», «Мелочи жизни», «Очаровательная проказница», «Девушки из Рошфора», «Дурная кровь» стали гордостью национального кино во многом благодаря филигранным ролям Пикколи. Хотя и партнерши у него были первоклассные: Жанна Моро, Мишель Морган, Даниель Дарье, Анни Жирардо, а с Катрин Денев, как и с Роми Шнайдер, он снялся ни много ни мало в шести фильмах.
Пикколи, француз до мозга костей, стал любимым персонажем испанца Луиса Бунюэля: еще в 1956 году тот снял его в фильме «Смерть в этом саду», потом — в «Дневнике горничной», «Дневной красавице», «Млечном пути», «Скромном обаянии буржуазии» и «Призраке свободы». У итальянца Марко Феррери, режиссера, особенно ему близкого, Пикколи выступил в знаменитом фильме «Большая жратва» и еще нескольких. Однажды даже появился у Хичкока (в фильме «Топаз»), а за роль в итальянской картине «Прыжок в пустоту» Марко Беллоккьо получил приз Каннского фестиваля.
В фильме Феррери «Диллинджер мертв» герой Пикколи, по профессии — инженер-химик, приходит домой, застает жену лежащей в постели с головной болью. Готовя горячий ужин, долго священнодействует на кухне: подливы, соусы, приправы. Потом обнаруживает скомканную старую газету. В ней — револьвер и сообщение за 1934 год: убит знаменитый гангстер Диллинджер. Герой любовно смазывает заржавевшее оружие, долго забавляется с ним и даже красит в красный цвет: впору подумать, что он собрался на майские баррикады (фильм появился в 1968 году). Вместо этого он отправляет на тот свет опостылевшую жену и исчезает в кровавом мареве, где мерещатся экзотические острова и просторы дальних морей.
Типичный персонаж Пикколи — элегантный буржуа с сомнительной сексуальной или криминальной изнанкой, когда-то левых взглядов, которые обломала жизнь.
К 100-летию со дня рождения МИШЕЛЯ ПИККОЛИ
В течение двадцати лет я посещал Дни французского кино, которые устраивает в Париже для журналистов и прокатчиков компания Unifrance. За это время повстречал почти всех актуальных актеров и актрис Франции, с некоторыми сложились и личные дружеские отношения. Многие приезжали на фестивали в Россию, я вел с ними пресс-конференции, много общался, так что хорошо представляю, каковы в жизни Изабель Юппер и Фанни Ардан, какими были Жан-Луи Трентиньян и Ален Делон. Но есть в этом актерском созвездии один совсем непознанный объект – Мишель Пикколи. Не помню, чтобы хоть раз он мелькнул в числе тех, кто готов встретиться с журналистами и дать интервью. Вообще был непубличной персоной.
Между тем это основной актер французского кино, снявшийся за свою 94-летнюю жизнь в 230 фильмах. Во многих, особенно поначалу, это были небольшие роли, и к тому времени, когда Францию захлестнула режиссерская «новая волна», он уже казался староват для того, чтобы стать ее актерским лицом. Тем более что это место прочно занял Жан-Поль Бельмондо, «на последнем дыхании» сыгравший и в одноименном фильме Жан-Люка Годара, и в других, окрашенных юношеским негативизмом и бунтарством.
У Пикколи дыхание было длинное, и спешить ему было некуда. И вот всего через три года после своего дебюта тот же Годар, признанный лидер «новой волны», приступая к глубоко личному фильму «Презрение», зовет на главную роль Пикколи. Его герой – писатель, продающий свои идеалы, свой талант и фактически свою красавицу жену продюсеру, который олицетворяет соблазн, коварство и ничтожество коммерческого кино. В роли жены – Брижит Бардо. Съемки проходят под палящим солнцем острова Капри. Именно там Пикколи восходит по ничем не огражденным высоким ступеням виллы Курцио Малапарте. Это кадр навсегда вошел в иконографию мирового кино и запечатлен на афише Каннского фестиваля. С него началось восхождение Мишеля Пикколи к кинематографическим вершинам.
Нет, он так и не стал кинозвездой – в отличие от Жана Габена, Жерара Филипа и того же Бельмондо. Он просто стал незаменимым артистом для лучших французских режиссеров – Жака Риветта и Жака Деми, Клода Соте и Алена Кавалье, Алена Рене и Леоса Каракса. Их фильмы «Война окончена», «Смятение», «Мелочи жизни», «Очаровательная проказница», «Девушки из Рошфора», «Дурная кровь» стали гордостью национального кино во многом благодаря филигранным ролям Пикколи. Хотя и партнерши у него были первоклассные: Жанна Моро, Мишель Морган, Даниель Дарье, Анни Жирардо, а с Катрин Денев, как и с Роми Шнайдер, он снялся ни много ни мало в шести фильмах.
Пикколи, француз до мозга костей, стал любимым персонажем испанца Луиса Бунюэля: еще в 1956 году тот снял его в фильме «Смерть в этом саду», потом — в «Дневнике горничной», «Дневной красавице», «Млечном пути», «Скромном обаянии буржуазии» и «Призраке свободы». У итальянца Марко Феррери, режиссера, особенно ему близкого, Пикколи выступил в знаменитом фильме «Большая жратва» и еще нескольких. Однажды даже появился у Хичкока (в фильме «Топаз»), а за роль в итальянской картине «Прыжок в пустоту» Марко Беллоккьо получил приз Каннского фестиваля.
В фильме Феррери «Диллинджер мертв» герой Пикколи, по профессии — инженер-химик, приходит домой, застает жену лежащей в постели с головной болью. Готовя горячий ужин, долго священнодействует на кухне: подливы, соусы, приправы. Потом обнаруживает скомканную старую газету. В ней — револьвер и сообщение за 1934 год: убит знаменитый гангстер Диллинджер. Герой любовно смазывает заржавевшее оружие, долго забавляется с ним и даже красит в красный цвет: впору подумать, что он собрался на майские баррикады (фильм появился в 1968 году). Вместо этого он отправляет на тот свет опостылевшую жену и исчезает в кровавом мареве, где мерещатся экзотические острова и просторы дальних морей.
Типичный персонаж Пикколи — элегантный буржуа с сомнительной сексуальной или криминальной изнанкой, когда-то левых взглядов, которые обломала жизнь.
❤48👍12👏7
Такой мужчина живет в собственной вилле с видом на море или роскошной городской квартире на весь этаж. Он эрудирован, хорошо воспитан и занимает солидное положение в обществе. Он многого достиг и, разумеется, ни перед чем не остановится, он непременно имеет тайных молодых любовниц и сомнительных деловых друзей.
Когда надо, впрочем, как в «Девушках из Рошфора», Пикколи, эксперт по моральной амбивалентности, прекрасно воплощал романтическую чистоту и нежность. Он вообще легко перевоплощался в кого требовали режиссер и сценарий — в коммунистов и миллионеров, художников и рабочих, полицейских инспекторов и героев Сопротивления. Его дьяволическим героям доводилось растворять в кислоте трупы и даже поедать их, но ни разу актер не потерял при этом галльской невозмутимости и отстраненного холодка, от которого мороз по коже.
Ни одну роль он не «сыграл» в классическом и оттого затертом смысле этого слова. Просто влезал под кожу каждого своего героя, практически отождествляясь с ним. В фильме Нанни Моретти «У нас есть папа!» он предстал в гротескной роль кардинала, ни за что не желающего стать папой. А у португальца Мануэла ди Оливейры появился в короткометражной новелле «Уникальная встреча» — о встрече папы Римского и Никиты Хрущева. Высокий Пикколи изобразил коротышку Хрущева с присущим ему тонким юмором и вкусом к провокации.
А когда «бабушка новой волны» Аньес Варда снимала в 1995-м юбилейный фильм к столетию кинематографа «Сто и одна ночь», она увидела именно Пикколи, и никого другого, в образе Месье Синема, символизирующего сам дух экранного искусства. Все звезды — и Ален Делон, и Марчелло Мастроянни, и Жерар Депардье, и Ханна Шигулла — приходят навестить «столетнего» господина Симона Синема. Старик немного болен, его то и дело схватывают припадки, но чаще он притворяется, а на самом деле еще вполне ничего: любит поесть и выпить, романтически влюблен в Катрин Денев. Но та, конечно, предпочитает Роберта де Ниро. В кино – как в жизни. Пикколи никого не соблазнял и ни с кем не соперничал. Он просто поднимался по лестнице, спокойно шел к высотам мастерства, секреты которого были ведомы ему одному.
Когда надо, впрочем, как в «Девушках из Рошфора», Пикколи, эксперт по моральной амбивалентности, прекрасно воплощал романтическую чистоту и нежность. Он вообще легко перевоплощался в кого требовали режиссер и сценарий — в коммунистов и миллионеров, художников и рабочих, полицейских инспекторов и героев Сопротивления. Его дьяволическим героям доводилось растворять в кислоте трупы и даже поедать их, но ни разу актер не потерял при этом галльской невозмутимости и отстраненного холодка, от которого мороз по коже.
Ни одну роль он не «сыграл» в классическом и оттого затертом смысле этого слова. Просто влезал под кожу каждого своего героя, практически отождествляясь с ним. В фильме Нанни Моретти «У нас есть папа!» он предстал в гротескной роль кардинала, ни за что не желающего стать папой. А у португальца Мануэла ди Оливейры появился в короткометражной новелле «Уникальная встреча» — о встрече папы Римского и Никиты Хрущева. Высокий Пикколи изобразил коротышку Хрущева с присущим ему тонким юмором и вкусом к провокации.
А когда «бабушка новой волны» Аньес Варда снимала в 1995-м юбилейный фильм к столетию кинематографа «Сто и одна ночь», она увидела именно Пикколи, и никого другого, в образе Месье Синема, символизирующего сам дух экранного искусства. Все звезды — и Ален Делон, и Марчелло Мастроянни, и Жерар Депардье, и Ханна Шигулла — приходят навестить «столетнего» господина Симона Синема. Старик немного болен, его то и дело схватывают припадки, но чаще он притворяется, а на самом деле еще вполне ничего: любит поесть и выпить, романтически влюблен в Катрин Денев. Но та, конечно, предпочитает Роберта де Ниро. В кино – как в жизни. Пикколи никого не соблазнял и ни с кем не соперничал. Он просто поднимался по лестнице, спокойно шел к высотам мастерства, секреты которого были ведомы ему одному.
❤98👍39🔥10
БРИЖИТ БАРДО (1934 - 2025)
Ушла под занавес года, в Международный день кино (годовщину первого киносеанса). Б.Б. -- один из самых прекрасных его символов. И не только секс-символов. Она осталась навсегда запечатленной в классических шедеврах - "Истине" Клузо, "Презрении" Годара. Зрители ее эпохи не забудут Бабетту, идушую на войну, и Богом созданную витальную женщину, танцующую, еще совсем недавно, на пляже Сен-Тропе.
Находясь на пике мировой славы, чреватой разрушением психики и личной жизни, Брижит бросила кинематограф и полжизни прожила в тени. Хорошо, плохо, правильно, неправильно -- но не на виду у всех. И только сама отвечала за свои поступки. Лучшие из них связаны с защитой животных. Теперь и они, и кино золотой эпохи остались без ее патронажа.
Прощай, Брижит!
Ушла под занавес года, в Международный день кино (годовщину первого киносеанса). Б.Б. -- один из самых прекрасных его символов. И не только секс-символов. Она осталась навсегда запечатленной в классических шедеврах - "Истине" Клузо, "Презрении" Годара. Зрители ее эпохи не забудут Бабетту, идушую на войну, и Богом созданную витальную женщину, танцующую, еще совсем недавно, на пляже Сен-Тропе.
Находясь на пике мировой славы, чреватой разрушением психики и личной жизни, Брижит бросила кинематограф и полжизни прожила в тени. Хорошо, плохо, правильно, неправильно -- но не на виду у всех. И только сама отвечала за свои поступки. Лучшие из них связаны с защитой животных. Теперь и они, и кино золотой эпохи остались без ее патронажа.
Прощай, Брижит!
💔168❤34🕊9❤🔥4😢1🙏1
Богиня золотого века
Скончалась БРИЖИТ БАРДО — самая знаменитая французская киноактриса середины ХХ века. Она прожила 91 год, успев побывать всемирным секс-символом, героиней светских и политических скандалов, принципиальной затворницей и яростной защитницей животных. Брижит стала первым реальным женским прототипом для бюста Марианны — символа Французской Республики, украшающего ее официальные учреждения.
Брижит Бардо ушла из жизни в Международный день кино, и это тоже символично. Ровно 130 лет назад во Франции состоялся первый киносеанс. Родина кинематографа зажгла множество кинозвезд, но в этом блистательном созвездии Б. Б. всех затмевает — прошлых, настоящих и будущих. С будущими, впрочем, не все так просто: звездная эпоха уходит в прошлое.
Уже полвека прошло с тех пор, как она бросила сниматься,— срок давности, покрывающий и славу, и преступления. Но забыть о себе человечеству не дала. Вдобавок сделала, кажется, все, чтобы испортить свой имидж убийственными политическими заявлениями (актрисе инкриминировали разжигание национальной розни), но это ей все равно не удалось.
Бардо осталась в памяти не хмурой морщинистой старухой и сторонницей ультраправого «Национального фронта», а прекрасной Афродитой, вышедшей из волн рыбацкого поселка Сен-Тропе.
Б. Б. открыл для кино ловец девичьих дарований Роже Вадим Племянников. Он же благословил ее — свою молодую жену — на сенсационный по тем временам акт раздевания на съемках фильма «И бог создал женщину...». Финалом любовной сцены героини с Жаном-Луи Трентиньяном стал их мимолетный роман. Очень скоро Бардо расходится с Вадимом и рожает сына от нового мужа — актера Жака Шарье, снимается с ним в комедии «Бабетта идет на войну». В действительности в армию призывают Жака, и он чуть не сходит с ума в казарме, где каждый хранит соблазнительный портрет Б. Б. и хочет обсудить с сослуживцем «национальный роман». Незадолго до этого подобный опыт на армейской службе пережил и Трентиньян.
В фильме Луи Маля «Частная жизнь» Бардо сыграла кинозвезду, гибнущую в результате бесцеремонного вторжения в ее privacy. Это было близко к реальности, Бардо на пике славы не могла выйти на балкон своего дома: ее немедленно начинали фотографировать с вертолета. Браки, романы, попытки самоубийства, брошенный сын, который, став взрослым, не желает знаться с матерью,— такой была реальность ее публичного существования.
Только удалившись от парижской суеты и окружив себя четвероногими друзьями, Бардо обрела подобие гармонии. По ее словам, «собака приносит нам боль, лишь когда умирает». Когда она и ее ровесница Софи Лорен отмечали юбилей, пресса забавлялась стычкой богинь экрана. Софи приняла участие в рекламе меховых изделий, а Брижит с присущей ей страстью защитницы животных сказала журналистам все, что об этом думает.
Она недаром посвятила себя защите животных. Ее лишенный гламура эротизм не имел ничего общего с сексапилом Мэрилин Монро или той же Лорен. Феномен Бардо — «хищного молодого зверька» — породил философские эссе, но так и не был разгадан.
В послевоенном кино 1950-х его вписали в загадку молодого «поколения X». Именно в этом качестве ее использовал ветеран Анри-Жорж Клузо, сняв в картине «Истина» в роли молодой женщины, судимой за убийство своего любовника и совершающей суицид в тюрьме. Когда снимали сцену самоубийства, Бардо (хорошо знакомой с этой темой) стало плохо, и она попросила две таблетки аспирина. Клузо, чтобы добиться достоверности «умирания», дал вместо этого сильнейшее снотворное и чуть не отправил актрису на тот свет.
Конечно, Бардо должна была сняться и у лидера «новой волны» Жан-Люка Годара. Мужским лицом этого кинематографического движения стал Жан-Поль Бельмондо, на женскую вакансию претендовали многие, но продюсеры уже слепили в воображении тандем Годар—Бардо. Крутейший режиссер новой формации и мировая секс-бомба, под которую можно получить миллионный бюджет и прокат в Америке. Обоих пригласили для съемок фильма «Презрение» — о писателе, продающем свои идеалы, свой талант и фактически свою красавицу жену заправилам коммерческого кино.
Скончалась БРИЖИТ БАРДО — самая знаменитая французская киноактриса середины ХХ века. Она прожила 91 год, успев побывать всемирным секс-символом, героиней светских и политических скандалов, принципиальной затворницей и яростной защитницей животных. Брижит стала первым реальным женским прототипом для бюста Марианны — символа Французской Республики, украшающего ее официальные учреждения.
Брижит Бардо ушла из жизни в Международный день кино, и это тоже символично. Ровно 130 лет назад во Франции состоялся первый киносеанс. Родина кинематографа зажгла множество кинозвезд, но в этом блистательном созвездии Б. Б. всех затмевает — прошлых, настоящих и будущих. С будущими, впрочем, не все так просто: звездная эпоха уходит в прошлое.
Уже полвека прошло с тех пор, как она бросила сниматься,— срок давности, покрывающий и славу, и преступления. Но забыть о себе человечеству не дала. Вдобавок сделала, кажется, все, чтобы испортить свой имидж убийственными политическими заявлениями (актрисе инкриминировали разжигание национальной розни), но это ей все равно не удалось.
Бардо осталась в памяти не хмурой морщинистой старухой и сторонницей ультраправого «Национального фронта», а прекрасной Афродитой, вышедшей из волн рыбацкого поселка Сен-Тропе.
Б. Б. открыл для кино ловец девичьих дарований Роже Вадим Племянников. Он же благословил ее — свою молодую жену — на сенсационный по тем временам акт раздевания на съемках фильма «И бог создал женщину...». Финалом любовной сцены героини с Жаном-Луи Трентиньяном стал их мимолетный роман. Очень скоро Бардо расходится с Вадимом и рожает сына от нового мужа — актера Жака Шарье, снимается с ним в комедии «Бабетта идет на войну». В действительности в армию призывают Жака, и он чуть не сходит с ума в казарме, где каждый хранит соблазнительный портрет Б. Б. и хочет обсудить с сослуживцем «национальный роман». Незадолго до этого подобный опыт на армейской службе пережил и Трентиньян.
В фильме Луи Маля «Частная жизнь» Бардо сыграла кинозвезду, гибнущую в результате бесцеремонного вторжения в ее privacy. Это было близко к реальности, Бардо на пике славы не могла выйти на балкон своего дома: ее немедленно начинали фотографировать с вертолета. Браки, романы, попытки самоубийства, брошенный сын, который, став взрослым, не желает знаться с матерью,— такой была реальность ее публичного существования.
Только удалившись от парижской суеты и окружив себя четвероногими друзьями, Бардо обрела подобие гармонии. По ее словам, «собака приносит нам боль, лишь когда умирает». Когда она и ее ровесница Софи Лорен отмечали юбилей, пресса забавлялась стычкой богинь экрана. Софи приняла участие в рекламе меховых изделий, а Брижит с присущей ей страстью защитницы животных сказала журналистам все, что об этом думает.
Она недаром посвятила себя защите животных. Ее лишенный гламура эротизм не имел ничего общего с сексапилом Мэрилин Монро или той же Лорен. Феномен Бардо — «хищного молодого зверька» — породил философские эссе, но так и не был разгадан.
В послевоенном кино 1950-х его вписали в загадку молодого «поколения X». Именно в этом качестве ее использовал ветеран Анри-Жорж Клузо, сняв в картине «Истина» в роли молодой женщины, судимой за убийство своего любовника и совершающей суицид в тюрьме. Когда снимали сцену самоубийства, Бардо (хорошо знакомой с этой темой) стало плохо, и она попросила две таблетки аспирина. Клузо, чтобы добиться достоверности «умирания», дал вместо этого сильнейшее снотворное и чуть не отправил актрису на тот свет.
Конечно, Бардо должна была сняться и у лидера «новой волны» Жан-Люка Годара. Мужским лицом этого кинематографического движения стал Жан-Поль Бельмондо, на женскую вакансию претендовали многие, но продюсеры уже слепили в воображении тандем Годар—Бардо. Крутейший режиссер новой формации и мировая секс-бомба, под которую можно получить миллионный бюджет и прокат в Америке. Обоих пригласили для съемок фильма «Презрение» — о писателе, продающем свои идеалы, свой талант и фактически свою красавицу жену заправилам коммерческого кино.
❤58😍3
Как свойственно «новой волне», сюжеты жизни и кинематографа тесно переплетались.
Годар был в ярости, когда продюсеры Джозеф Левин и Карло Понти (муж Лорен) стали вмешиваться в процесс съемок: а ведь фильм был как раз о том, как кинематографический талант пасует перед акулами капитализма. Режиссера все же заставили снять кадр с обнаженной Брижит. Согласно апокрифу, Годар на съемочной площадке ходил перед Бардо на руках: за каждый пройденный им метр она соглашалась на сантиметр укоротить юбку. Так последняя европейская звезда «золотой эпохи» кино стала культовой героиней «новой волны». Но та же самая «волна» смыла звездную пыль и культ Бардо вместе с ней.
В ту десятилетнюю пору триумфа она была эталоном и ролевой моделью. Девушки во всем мире копировали ее прически «бабетта» и «кислая капуста». На съемках фильма «Вива Мария» своей харизмой она задвигала на второй план куда более опытную и профессиональную Жанну Моро, к нескрываемой досаде последней. А юная Катрин Денев, очередная пассия Роже Вадима, пыталась копировать стиль и манеры Бардо — пока не нашла свой собственный. И с этого во французском кино началась совсем другая эпоха. https://www.kommersant.ru/doc/8335056
Годар был в ярости, когда продюсеры Джозеф Левин и Карло Понти (муж Лорен) стали вмешиваться в процесс съемок: а ведь фильм был как раз о том, как кинематографический талант пасует перед акулами капитализма. Режиссера все же заставили снять кадр с обнаженной Брижит. Согласно апокрифу, Годар на съемочной площадке ходил перед Бардо на руках: за каждый пройденный им метр она соглашалась на сантиметр укоротить юбку. Так последняя европейская звезда «золотой эпохи» кино стала культовой героиней «новой волны». Но та же самая «волна» смыла звездную пыль и культ Бардо вместе с ней.
В ту десятилетнюю пору триумфа она была эталоном и ролевой моделью. Девушки во всем мире копировали ее прически «бабетта» и «кислая капуста». На съемках фильма «Вива Мария» своей харизмой она задвигала на второй план куда более опытную и профессиональную Жанну Моро, к нескрываемой досаде последней. А юная Катрин Денев, очередная пассия Роже Вадима, пыталась копировать стиль и манеры Бардо — пока не нашла свой собственный. И с этого во французском кино началась совсем другая эпоха. https://www.kommersant.ru/doc/8335056
Коммерсантъ
Богиня золотого века
Умерла Брижит Бардо
❤93💔33👏12😢6❤🔥2🙏2
Тарковский, Денев, Бардо… и мы на пороге 2026-го
2025-й стремительно откатывается в прошлое, убивая последнюю надежду на перемены, которых так ждал мир, и откладывая их на неопределенное будущее. Точно так же тают надежды расквитаться с личными долгами (слава богу не финансовыми) – их тоже придется тащить в 2026-й. В моем случае – это как минимум пять…нет, уже шесть книг, толстых и тонких, которые я обещал издательствам и самому себе.
И все же две останутся датированы 2025-м годом. Вышло карманное издание «Денев» о моей любимой актрисе и мемуарная книга «Тарковский и мы», особенно для меня – и, как выяснилось, не только для меня – важная. Ею я закрыл многие свои внутренние обязательства, из подобных для нас с Еленой осталось еще закончить «Жака Деми – Аньес Варда», а остальное продолжаю делать просто потому, что работа – единственное лекарство от мрачных дум.
Вот уже и четверть ХХI века осталась позади. Осталась вместе с миром, который, при всех своих несовершенствах, обладал – возможно, иллюзорной – логикой и символами красоты. Такой символической фигурой была Брижит Бардо, хоть и пребывавшая полвека в тени, но связывавшая нас с той прежней эпохой. Теперь и эта ниточка оборвалась.
Весной мы отмечали 50-летие «Зеркала» -- этого кинематографического чуда, перед которым снимали шляпу самые великие мастера. А сегодня – день памяти Андрея Тарковского, покинувшего этот мир в самом конце декабря и оставившего потомкам фильмы, в которых содержится предвидение происходящего сегодня. Для меня этот год прошел под знаком Тарковского, и его невидимое присутствие было бесценным источником энергии сопротивления.
Я еще раз просмотрел свой список «лучших фильмов 2025 года». И сравнил его с аналогичными списками нескольких прошлых лет. Не буду утверждать, что качество год от года медленно, но неуклонно падает, но все же признаюсь: с каждым разом мне все труднее находить фаворитов – то есть фильмы, которые не просто нравятся или вызывают уважение, но становится частью моей жизни, моего опыта, моей души. Как стали в разные периоды «Андрей Рублев» и «Зеркало», «Затмение» и «Шербурские зонтики», «Пепел и алмаз» и «Шепоты и крики», «Гибель богов» и «Конформист», «Синий бархат» и «Танцующая в темноте». Последней такой картиной была «Любовь» Ханеке...
Но другого кино у нас нет. И другого времени, в котором надо жить. Его внутренние скачки и метаморфозы мы понимаем только пост-фактум. А так оно кажется непрерывным континуумом. Так однажды мы плавно миновали пресловутый миллениум. Так будет и сейчас. Вот идет себе 2025-й год, одно мгновение – и на календаре уже 2026-й.
С Новым годом и за осуществление старых надежд!
Лучшие фильмы – 2025
«Да» (Надав Лапид)
«Звук падения» (Маша Шилински)
«Сентиментальная ценность» (Йоаким Триер)
«Отец, мать, сестра, брат» (Джим Джармуш)
«Дракула» (Раду Жуде)
«Бугония» (Йоргос Лантимос)
«Мектуб, моя любовь. Песнь вторая» (Абделатиф Кешиш)
«Воскресенья» (Алауда Руис де Асуа)
«После охоты» (Лука Гуаданьино)
«Исчезновение Йозефа Менгеле» (Кирилл Серебренников)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ - 2013
«Жизнь Адель» (Абделатиф Кешиш)
«Танец реальности» (Алехандро Ходоровский)
«Трудно быть богом» (Алексей Герман)
«Бродячие псы» (Цай Минь Лян)
«Гравитация» (Альфонсо Куарон)
«Прикосновение греха» (Цзя Чжанкэ)
«Великая красота» (Паоло Соррентино)
«Жена полицейского» (Филип Гренинг)
«Когда в Бухаресте наступит ночь, или Метаболизм» (Корнедиу Порумбойю)
«Камиль Клодель» (Брюно Дюмон)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ -- 2018
"Мне плевать, если мы войдем в историю как варвары" (Раду Жуде)
"Наше время" (Карлос Рейгадас)
“Рома” (Альфонсо Куарон)
“Пылающий" (Ли Чхан Дон
"Слон сидит спокойно" (Ху Бо)
"Сердце мира" (Наталья Мещанинова) –
“На границе миров” (Али Аббаси)
“Фаворитка” (Йоргос Лантимос)
“Дом, который построил Джек” (Ларс фон Триер)
“Счастливый Лазарь” (Аличе Рорвахер)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ - 2020
«Дни» (Цай Минь Лян)
«Мальмкрог» (Кристи Пую)
«Земля кочевников» (Хлоя Чжао)
«Начало» (Дея Кулумбегашвили)
«Уроки фарси» (Вадим Перельман)
«Фрагменты женщины» (Корнел Мундруцо)
«Ученик» (Чайтанья Тамхане)
«Женщина, которая убежала» (Хон Сан Су)
2025-й стремительно откатывается в прошлое, убивая последнюю надежду на перемены, которых так ждал мир, и откладывая их на неопределенное будущее. Точно так же тают надежды расквитаться с личными долгами (слава богу не финансовыми) – их тоже придется тащить в 2026-й. В моем случае – это как минимум пять…нет, уже шесть книг, толстых и тонких, которые я обещал издательствам и самому себе.
И все же две останутся датированы 2025-м годом. Вышло карманное издание «Денев» о моей любимой актрисе и мемуарная книга «Тарковский и мы», особенно для меня – и, как выяснилось, не только для меня – важная. Ею я закрыл многие свои внутренние обязательства, из подобных для нас с Еленой осталось еще закончить «Жака Деми – Аньес Варда», а остальное продолжаю делать просто потому, что работа – единственное лекарство от мрачных дум.
Вот уже и четверть ХХI века осталась позади. Осталась вместе с миром, который, при всех своих несовершенствах, обладал – возможно, иллюзорной – логикой и символами красоты. Такой символической фигурой была Брижит Бардо, хоть и пребывавшая полвека в тени, но связывавшая нас с той прежней эпохой. Теперь и эта ниточка оборвалась.
Весной мы отмечали 50-летие «Зеркала» -- этого кинематографического чуда, перед которым снимали шляпу самые великие мастера. А сегодня – день памяти Андрея Тарковского, покинувшего этот мир в самом конце декабря и оставившего потомкам фильмы, в которых содержится предвидение происходящего сегодня. Для меня этот год прошел под знаком Тарковского, и его невидимое присутствие было бесценным источником энергии сопротивления.
Я еще раз просмотрел свой список «лучших фильмов 2025 года». И сравнил его с аналогичными списками нескольких прошлых лет. Не буду утверждать, что качество год от года медленно, но неуклонно падает, но все же признаюсь: с каждым разом мне все труднее находить фаворитов – то есть фильмы, которые не просто нравятся или вызывают уважение, но становится частью моей жизни, моего опыта, моей души. Как стали в разные периоды «Андрей Рублев» и «Зеркало», «Затмение» и «Шербурские зонтики», «Пепел и алмаз» и «Шепоты и крики», «Гибель богов» и «Конформист», «Синий бархат» и «Танцующая в темноте». Последней такой картиной была «Любовь» Ханеке...
Но другого кино у нас нет. И другого времени, в котором надо жить. Его внутренние скачки и метаморфозы мы понимаем только пост-фактум. А так оно кажется непрерывным континуумом. Так однажды мы плавно миновали пресловутый миллениум. Так будет и сейчас. Вот идет себе 2025-й год, одно мгновение – и на календаре уже 2026-й.
С Новым годом и за осуществление старых надежд!
Лучшие фильмы – 2025
«Да» (Надав Лапид)
«Звук падения» (Маша Шилински)
«Сентиментальная ценность» (Йоаким Триер)
«Отец, мать, сестра, брат» (Джим Джармуш)
«Дракула» (Раду Жуде)
«Бугония» (Йоргос Лантимос)
«Мектуб, моя любовь. Песнь вторая» (Абделатиф Кешиш)
«Воскресенья» (Алауда Руис де Асуа)
«После охоты» (Лука Гуаданьино)
«Исчезновение Йозефа Менгеле» (Кирилл Серебренников)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ - 2013
«Жизнь Адель» (Абделатиф Кешиш)
«Танец реальности» (Алехандро Ходоровский)
«Трудно быть богом» (Алексей Герман)
«Бродячие псы» (Цай Минь Лян)
«Гравитация» (Альфонсо Куарон)
«Прикосновение греха» (Цзя Чжанкэ)
«Великая красота» (Паоло Соррентино)
«Жена полицейского» (Филип Гренинг)
«Когда в Бухаресте наступит ночь, или Метаболизм» (Корнедиу Порумбойю)
«Камиль Клодель» (Брюно Дюмон)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ -- 2018
"Мне плевать, если мы войдем в историю как варвары" (Раду Жуде)
"Наше время" (Карлос Рейгадас)
“Рома” (Альфонсо Куарон)
“Пылающий" (Ли Чхан Дон
"Слон сидит спокойно" (Ху Бо)
"Сердце мира" (Наталья Мещанинова) –
“На границе миров” (Али Аббаси)
“Фаворитка” (Йоргос Лантимос)
“Дом, который построил Джек” (Ларс фон Триер)
“Счастливый Лазарь” (Аличе Рорвахер)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ - 2020
«Дни» (Цай Минь Лян)
«Мальмкрог» (Кристи Пую)
«Земля кочевников» (Хлоя Чжао)
«Начало» (Дея Кулумбегашвили)
«Уроки фарси» (Вадим Перельман)
«Фрагменты женщины» (Корнел Мундруцо)
«Ученик» (Чайтанья Тамхане)
«Женщина, которая убежала» (Хон Сан Су)
❤54👍17❤🔥8👎1🤮1🙏1🙈1
«Никогда редко иногда всегда» (Элиза Хитман)
«Гунда» (Виктор Косаковский)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ-2021
«Аннетт», Леос Каракс (Франция)
«Бабий яр. Контекст», Сергей Лозница (Нидерланды, Украина)
«Капитан Волконогов бежал», Наталья Меркулова, Алексей Чупов (Россия)
«Не оставляй следов», Ян П. Матушинский (Польша)
«Официальный конкурс» (в российском прокате – «Главная роль»), Мариано Кон, Гастон Дюпра (Испания – Аргентина)
«Неудачный секс, или Сумасшедшее порно», (в российском прокате – «Безумное кино для взрослых»), Раду Жуде (Румыния)
«Параллельные матери», Педро Альмодовар (Испания)
«Разжимая кулаки», Кира Коваленко (Россия)
«Титан», Джулия Дюкурно (Франция)
«Я мщу, остальные платят наличными», Эдвин (Индонезия)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ – 2023
«Бедные-несчастные» (Йоргос Лантимос)
«Не ждите слишком много от конца света (Раду Жуде)
«Рецепт любви» (Чан Ань Хунг)
«Опавшие листья» (Аки Кауриясмяки)
«Идеальные дни» (Вим Вендерс)
«Анатомия падения» (Жюстин Трие(
«Они застрелили пианиста» (Хавьер Марискаль, Фернандо Труэба)
«Queendom» (Агния Галданова)
«Зеленая зона» ( Агнешка Холланд)
«Внутри жёлтой оболочки кокона» (Фам Тиен Ан)
«Гунда» (Виктор Косаковский)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ-2021
«Аннетт», Леос Каракс (Франция)
«Бабий яр. Контекст», Сергей Лозница (Нидерланды, Украина)
«Капитан Волконогов бежал», Наталья Меркулова, Алексей Чупов (Россия)
«Не оставляй следов», Ян П. Матушинский (Польша)
«Официальный конкурс» (в российском прокате – «Главная роль»), Мариано Кон, Гастон Дюпра (Испания – Аргентина)
«Неудачный секс, или Сумасшедшее порно», (в российском прокате – «Безумное кино для взрослых»), Раду Жуде (Румыния)
«Параллельные матери», Педро Альмодовар (Испания)
«Разжимая кулаки», Кира Коваленко (Россия)
«Титан», Джулия Дюкурно (Франция)
«Я мщу, остальные платят наличными», Эдвин (Индонезия)
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ – 2023
«Бедные-несчастные» (Йоргос Лантимос)
«Не ждите слишком много от конца света (Раду Жуде)
«Рецепт любви» (Чан Ань Хунг)
«Опавшие листья» (Аки Кауриясмяки)
«Идеальные дни» (Вим Вендерс)
«Анатомия падения» (Жюстин Трие(
«Они застрелили пианиста» (Хавьер Марискаль, Фернандо Труэба)
«Queendom» (Агния Галданова)
«Зеленая зона» ( Агнешка Холланд)
«Внутри жёлтой оболочки кокона» (Фам Тиен Ан)
❤69👍15❤🔥5🤮2👎1😁1🙈1
Убывающая красота
В догонку ушедшему году несколько имен ушедших селебритиз, все они, хоть по-разному, олицетворяли красоту, схваченную и умноженную киноэкраном.
Бьорн Андресен – юный Тадзио из «Смерти в Венеции» Висконти, «ангел смерти»
Удо Кир – прекрасный и ужасный любимец Фассбиндера и фон Триера
Роберт Редфорд – голубоглазый красавец Америки, которую мы потеряли
Дайан Китон – символ легкомысленного очарования 1970-х
Олег Стриженов – воплощение романтического канона
Дэвид Линч – творец мистической и таинственной красоты постмодерна
Вэл Килмер – раритетная мужественность
Евгения Добровольская – обаяние и грусть
Ксения Качалина - хрупкость и бесприютность
Клаудия Кардинале – красота по-итальянски в самом ее расцвете
Жак Шарье – соперник Делона и муж Бардо, чья смерть прошла незамеченной
Брижит Бардо – без комментариев
В догонку ушедшему году несколько имен ушедших селебритиз, все они, хоть по-разному, олицетворяли красоту, схваченную и умноженную киноэкраном.
Бьорн Андресен – юный Тадзио из «Смерти в Венеции» Висконти, «ангел смерти»
Удо Кир – прекрасный и ужасный любимец Фассбиндера и фон Триера
Роберт Редфорд – голубоглазый красавец Америки, которую мы потеряли
Дайан Китон – символ легкомысленного очарования 1970-х
Олег Стриженов – воплощение романтического канона
Дэвид Линч – творец мистической и таинственной красоты постмодерна
Вэл Килмер – раритетная мужественность
Евгения Добровольская – обаяние и грусть
Ксения Качалина - хрупкость и бесприютность
Клаудия Кардинале – красота по-итальянски в самом ее расцвете
Жак Шарье – соперник Делона и муж Бардо, чья смерть прошла незамеченной
Брижит Бардо – без комментариев
💔112😢29❤12🙏4👍2🎄1
БЕЛА ТАРР (1955 – 2026),
Творец «последнего фильма»
После долгой болезни скончался один из самых значительных режиссеров современности, создатель шедевральных фильмов «Сатанинское танго» и «Туринская лошадь»: оба сняты по сценариям Нобелевского лауреата Ласло Краснахоркаи.
Взяв за исходный пункт историю помешательства Фридриха Ницше в Турине (философ увидел, как кучер избивает старую больную кобылу, в припадке сострадания расцеловал ее и окончательно потерял рассудок), режиссер выкладывает известный эпизод в первые две минуты фильма, да и то в словесной, а не визуальной форме. То есть оставляет исторический анекдот за кадром, в то время как в кадре — заполнившая экран чернота в прямом и переносном смысле.
Черная ирония звучит в словах о том, что про Ницше мы знаем достаточно много, но ничего не знаем о той лошади. И дальше два с половиной часа нас погружают в апокалипсический мир венгерского хутора, где, словно после Чернобыля, бушует разрушительный ветер, гаснет свет, высыхает вода в колодце, а отец с дочерью и доходягой лошадью доживают последние шесть дней перед концом всего и вся. Кучер и дочь каждый день встают, одеваются, безуспешно пытаются запрячь несчастную лошадь и загоняют обратно в стойло, съедают по одной обжигающей пальцы сваренной картофелине, хозяин выпивает свою дозу палинки. Их одиночество в распадающейся вселенной нарушают визиты соседа и залетных цыган — они тоже несут с собой вести о конце света.
В черно-белом, предельно аскетичном фильме с предельно долгими планами, склеенном всего из тридцати кадров и трех нот саундтрека, единственное понятное слово — "курва", нет решительно никакого просвета, а каждый раз, когда открывается дверь разваленной конюшни, мы как будто буквально вступаем во врата ада. Потому что если страдания людей, как мы все равно понимаем, разыграны артистами, то умирание лошади, отказывающейся есть и пить— одно из самых страшных зрелищ мирового кино.
И однако это зрелище инсценировано! Не надо сравнивать Белу Тарра с Брессоном, Тарковским и Триером. Он не убил ни зайца, ни ослика, не тронул ни корову, ни даже таракана. «Доходяга лошадь» получила хороший гонорар, родила, стала отличной матерью и продолжала жить припеваючи на богатом хуторе. Вот она, волшебная сила искусства!
"Туринская лошадь" должна была победить на Берлинском фестивале. Но ее обогнал иранский "Развод" Асгара Фархади — политкорректный образец актуального киноискусства из страны-изгоя. Получая "Серебряного медведя" из рук другого самобытного автора, Гая Мэддина, осыпавшего Белу Тарра комплиментами, тот в ответ назвал его лжецом. Потому что для таких, как Бела Тарр, не существует второго или третьего места — оно должно быть первым или никаким.
При этом индивидуалист Бела Тарр остается венгром, а это еще больше усугубляет ситуацию. Венгерское кино вот уже полвека считается самым мрачным, самым идиосинкразическим в Европе. Уже после своего награждения Бела Тарр высказался (вместе с режиссерами-соотечественниками, а также с Михаэлем Ханеке, Гасом Ван Сентом и Тильдой Суинтон) против нововведений в венгерской киноиндустрии, которые должны подчинить ее коммерческим целям. Он также произвел символический жест — внес в созданный Фонд спасения авторского кино €10. «Туринскую лошадь» Тарр объявил своим последним фильмом. Не только в его послужном списке, но в философском смысле слова.
Биосправка Европейской киноакадемии:
Родившийся в Пече, Венгрия, Бела Тарр после школы работал на верфи, в шестнадцать лет начал снимать как режиссер-любитель. В большом кино дебютировал фильмом «Семейное гнездо», был награжден за него на кинофестивале в Мангейме. Всю жизнь продвигал идею независимого кино, создавал студии и образовательные программы для молодых талантов, в частности, Международнкю киношколу film.factory в Сараево. В ней практиковал открытый формат обучения с известными кинематографистами в качестве преподавателей (Апичатпонг Вирасетакул, Карлос Рейгадас, Педро Кошта, Гас ван Сент, Тильда Суинтон, Жюльетт Бинош, Жак Рансьер и другие).
Творец «последнего фильма»
После долгой болезни скончался один из самых значительных режиссеров современности, создатель шедевральных фильмов «Сатанинское танго» и «Туринская лошадь»: оба сняты по сценариям Нобелевского лауреата Ласло Краснахоркаи.
Взяв за исходный пункт историю помешательства Фридриха Ницше в Турине (философ увидел, как кучер избивает старую больную кобылу, в припадке сострадания расцеловал ее и окончательно потерял рассудок), режиссер выкладывает известный эпизод в первые две минуты фильма, да и то в словесной, а не визуальной форме. То есть оставляет исторический анекдот за кадром, в то время как в кадре — заполнившая экран чернота в прямом и переносном смысле.
Черная ирония звучит в словах о том, что про Ницше мы знаем достаточно много, но ничего не знаем о той лошади. И дальше два с половиной часа нас погружают в апокалипсический мир венгерского хутора, где, словно после Чернобыля, бушует разрушительный ветер, гаснет свет, высыхает вода в колодце, а отец с дочерью и доходягой лошадью доживают последние шесть дней перед концом всего и вся. Кучер и дочь каждый день встают, одеваются, безуспешно пытаются запрячь несчастную лошадь и загоняют обратно в стойло, съедают по одной обжигающей пальцы сваренной картофелине, хозяин выпивает свою дозу палинки. Их одиночество в распадающейся вселенной нарушают визиты соседа и залетных цыган — они тоже несут с собой вести о конце света.
В черно-белом, предельно аскетичном фильме с предельно долгими планами, склеенном всего из тридцати кадров и трех нот саундтрека, единственное понятное слово — "курва", нет решительно никакого просвета, а каждый раз, когда открывается дверь разваленной конюшни, мы как будто буквально вступаем во врата ада. Потому что если страдания людей, как мы все равно понимаем, разыграны артистами, то умирание лошади, отказывающейся есть и пить— одно из самых страшных зрелищ мирового кино.
И однако это зрелище инсценировано! Не надо сравнивать Белу Тарра с Брессоном, Тарковским и Триером. Он не убил ни зайца, ни ослика, не тронул ни корову, ни даже таракана. «Доходяга лошадь» получила хороший гонорар, родила, стала отличной матерью и продолжала жить припеваючи на богатом хуторе. Вот она, волшебная сила искусства!
"Туринская лошадь" должна была победить на Берлинском фестивале. Но ее обогнал иранский "Развод" Асгара Фархади — политкорректный образец актуального киноискусства из страны-изгоя. Получая "Серебряного медведя" из рук другого самобытного автора, Гая Мэддина, осыпавшего Белу Тарра комплиментами, тот в ответ назвал его лжецом. Потому что для таких, как Бела Тарр, не существует второго или третьего места — оно должно быть первым или никаким.
При этом индивидуалист Бела Тарр остается венгром, а это еще больше усугубляет ситуацию. Венгерское кино вот уже полвека считается самым мрачным, самым идиосинкразическим в Европе. Уже после своего награждения Бела Тарр высказался (вместе с режиссерами-соотечественниками, а также с Михаэлем Ханеке, Гасом Ван Сентом и Тильдой Суинтон) против нововведений в венгерской киноиндустрии, которые должны подчинить ее коммерческим целям. Он также произвел символический жест — внес в созданный Фонд спасения авторского кино €10. «Туринскую лошадь» Тарр объявил своим последним фильмом. Не только в его послужном списке, но в философском смысле слова.
Биосправка Европейской киноакадемии:
Родившийся в Пече, Венгрия, Бела Тарр после школы работал на верфи, в шестнадцать лет начал снимать как режиссер-любитель. В большом кино дебютировал фильмом «Семейное гнездо», был награжден за него на кинофестивале в Мангейме. Всю жизнь продвигал идею независимого кино, создавал студии и образовательные программы для молодых талантов, в частности, Международнкю киношколу film.factory в Сараево. В ней практиковал открытый формат обучения с известными кинематографистами в качестве преподавателей (Апичатпонг Вирасетакул, Карлос Рейгадас, Педро Кошта, Гас ван Сент, Тильда Суинтон, Жюльетт Бинош, Жак Рансьер и другие).
💔29❤11👍3❤🔥1
Воспитал несколько последователей своего бескомпромиссного метода творчества, один из них – немецкий режиссер и оператор Фред Келемен.
После «Туринской лошади» Тарр объявил, что его кинотворчество завершено. В 2017 году в Музее кино Eye в Амстердаме организовал выставку «До скончания века», представляющую собой нечто среднее между фильмом, театральной декорацией и инсталляцией, которую увидели 40 000 посетителей. В 2019 году по заказу Венского фестиваля он стал автором проекта «Пропавшие люди», созданного на стыке перформанса, инсталляции и кинофильма, в котором приняли участие 250 венских бездомных.
Тарр был удостоен звания кавалера Ордена искусств и литературы Франции и множества других наград, почетных докторских степеней: в том числе почетного профессора Пекинской киноакадемии, почетной медали Уханьского университета, почетного стипендиата Плимутского колледжа искусств, магистра искусств Ганденсиса – КАСК Гент, почетного профессора киношколы FAMU в Праге. В 2019 году Форум Берлинале инициировал всемирное празднование 25-летия его грандиозного произведения «Сатанинское танго», которое вошло в список 50 величайших фильмов всех времен по результатам опроса журнала Sight and Sound.
R.I.P.
После «Туринской лошади» Тарр объявил, что его кинотворчество завершено. В 2017 году в Музее кино Eye в Амстердаме организовал выставку «До скончания века», представляющую собой нечто среднее между фильмом, театральной декорацией и инсталляцией, которую увидели 40 000 посетителей. В 2019 году по заказу Венского фестиваля он стал автором проекта «Пропавшие люди», созданного на стыке перформанса, инсталляции и кинофильма, в котором приняли участие 250 венских бездомных.
Тарр был удостоен звания кавалера Ордена искусств и литературы Франции и множества других наград, почетных докторских степеней: в том числе почетного профессора Пекинской киноакадемии, почетной медали Уханьского университета, почетного стипендиата Плимутского колледжа искусств, магистра искусств Ганденсиса – КАСК Гент, почетного профессора киношколы FAMU в Праге. В 2019 году Форум Берлинале инициировал всемирное празднование 25-летия его грандиозного произведения «Сатанинское танго», которое вошло в список 50 величайших фильмов всех времен по результатам опроса журнала Sight and Sound.
R.I.P.
💔51😢4👍2☃1🕊1