С Наступающим, друзья! ❄️🌲🌙
В качестве подарка публикую мою музыкальную картину «Снег над Куполами», которую мы исполнили с пианистом Александром Широковым и виолончелисткой Екатериной Мироновой 23го декабря в клубе Алексея Козлова.
Мы желаем вам в грядущем году преумножения истинной любви. Безусловной и бесконечной.

Рождественский концерт Корелли прекрасен, словно Рождественский Ангел.
Душа цветет от гениальности Корелли..

Доброго Рождества вам, друзья!

Concerto Grosso 8 - Arcangello Corelli

Alexander Barklyansky-1 violino,

Anna Koroleva-2 violino, (sassofono soprano)

Alexander Shirokov-Clavier

Orchestra Collegium Musicum

Live at Kozlov Club 23.12.25

Узнали?)

Может ли музыка идти по сюжету романа? Да..
В честь любимейшего писателя Владимира Орлова я покажу вам, друзья, как мы живой музыкой проиллюстрировали конец 28й главы его романа «Камергерский переулок», где Есенинская бочка улетела чуть ли не в космос, вызвав совершенно противоположные реакции у героев.
Ну, простите, что иллюстрирую не с первого трека нашего альбома, названного одноименно с романом, просто уж больно яркая часть, не терпится именно с нее начать.
Мы буквально «читали» музыкой роман.
Вы можете прочитать этот отрывок и послушать наш трек «А где бочка?» , улавливая в партиях голосов и инструментов, и в тутти, и в целой игре - прямые цитаты героев и звучание сюжета.

Эх, блин.
Нет Владимира Орлова, нет Лидии Орловой, нет сооснователя «Арт-Бит»Коли Богайчка, который был с нами в работе весь альбом.
Я могу много рассказывать вам о моем периоде учебы у Орлова и общении с ним. Всему свое время.
Время летит безжалостно, его не удержишь.
Но истинное искусство, такое, как гениальный литературный шедевр Владимира Орлова «Камергерский переулок», созданное сердцем и духом - вне времени. Оно вечно. И Слава Богу!

А теперь самое интересное, поехали!

Конец Главы 28

– Я не скептик, - обиделся Сысолятин. - Я - практик. Вот смотрите…
Он вытянул руку, разжал кулак и сдунул нечто с ладони. Потом произнес:
– Божия коровка, улети на небо, принеси нам хлеба, черного и белого, только не горелого.
Тихое обращение Сысолятина к божьей коровке вызвало треск, скрежет, громыхание, верчение есенинского мемориала, раздался взрыв, опрокинувший ближних к бочке гостей Каморзина на землю, траву, цветы, сама же бочка с визгом рванулась в небеса, превратилась в высях в точку и исчезла.
Была тишина, и был крик или вой Павла Степановича, ставший стоном, потом - тоскливыми вздохами, а потом и снова тишиной.
– Вот вам, Марат Ильич, и ваши магниты, - прошептал Сысолятин. - Не удержали…
– Негодяй! Интриган! Варвар! Вандал! Устроил некорректный опыт! - восклицал Марат Ильич и руки протягивал к небу.
– Я не этого хотел… - растерянно бормотал опечаленный Сысолятин. - Я просто хотел сбить вашу спесь…
– Мы сделали это! Мы сделали это!
Эти выкрики произвела младшая из сестер Каморзиных пронзительно-звонкая Полина, но тотчас же ее обращение к публике было подавлено жесткими действиями сестриц старших, Александра и Мария подхватили Полиньку под руки и поволокли ее к дальнему забору. В ответ на отчаянное каморзинское: «Что вы наделали? Что вы наделали…» Александра бросила небрежно: «Ничего мы не сделали! Полина шутит…»
– Что же это? Что же это? - причитал председатель Собакин. - При ком же теперь будет вечная горелка? Ни при ком! Опять придется добывать баллоны с газом! Нельзя, Павел Степанович, проявлять себя таким ротозеем!
– Да бросьте вы создавать панические настроения, господин Собакин, - сурово сказал Марат Ильич. - За них расстреливали на фронтах и в тылу. Поставим мы взамен другую бочку, не хуже улетевшей. Возьмем одну из пожарных, отделаем ее кувалдой и поставим. При ней и зажжем вечную горелку. Делов-то. А вы разнылись. Павел Степанович понятно, тут лирическое состояние. А вы-то?
– Освящать надо было! - горевал председатель Собакин. - Как мы это прошляпили…
– Да я касимовскую воду привезу! - заявил Васек. - Завтра же! От нее все цветет и стоит!
– И что же ты будешь ею поливать?
Действительно, что бы удалось полить Василию Фонареву, если бы он доставил из Касимова канистру воды? Неглубокую воронку. И все. Будто зуб, особых, правда, размеров, выдрали на участке Павла Степановича Каморзина. Осиротевшим, разоренным стал его сад. А гости Павла Степановича стояли все еще ошарашенные. Даже безразличный будто бы ко всему миллионщик Квашнин застыл, прекратил покачиваться и переступать с пяток на носки. Один лишь Ардальон Полосухин не мог подавить суетную взвинченность своей натуры. Он дергался, подскакивал, иногда правая нога его выделывала некий фортель с поднятием колена и выбросом голени вперед, будто Полосухин цаплей в болоте пытался прихватить лягушку. При этом он подхихикивал, вызывая удивления серьезных людей из свиты Квашнина. А Павел Степанович Каморзин повторял с улыбкой блаженного, стараясь всех успокоить: «Она вернется! Она вернется! Это на время…»
– Анатолий Васильевич, - сказал один из свитских, - думаю, нет никакой нужды нам более здесь оставаться. Если что, мы узнаем.
Квашнин кивнул.
Агалаков промолчал, видно, был расстроен, уныло пошагал за своими.
Ардальон Полосухин поспешил за ним вприпрыжку.
Молча удалился с участка Каморзина пружинных дел мастер Прокопьев.
К тому времени Соломатин провел дознание. С пристрастием были допрошены сестрицы Каморзины. Полина молчала, выглядела подавленной, видимо, получила нагоняй от старшеклассниц. Однажды только оживилась, прорвалось у нее: «А Лизка-то такую фишку пропустила! Как эта дура - ба-бах и на Марс!» Александра и Мария от участия в каверзе открещивались, заверили, что, мол, они перед ним, Соломатиным, дурачились, и вовсе не снабдили они бочку двигателем на жидком топливе, откуда он у них, так, прикопали невдалеке от мемориала пузырек с остатками шампуня, и вся игра.
Пузырек «Нивеи» с каплями шампуня на дне был извлечен.

Соломатин посоветовал девицам не обижать сейчас отца (хотел было сказать: «Павла Степановича», но произнес твердо: «отца»), ему и так несладко. От дальнейших разбирательств и укоров сестры были избавлены. Зато пастуху божьих коровок, человеку, как было сказано Соломатину, вообще-то добрейшему, доставалось от всех. За исключением так и не избитого пока никем критика Нечухаева.
– Ничего я не устраивал, - отбивался Сысолятин. - Хотел подколоть Марата Ильича, похвальбу его насчет магнитов… И более ничего… Тут совпадение какое-то…
– Не верьте ему! - обличал Марат Ильич. - С утра бубнил о сексуальных отношениях божьих коровок. Самец, мол, слезает с самки полтора часа. К чему бы? Явно, что неспроста.
– Вы, гражданин Сысолятин, - ревел председатель Собакин, - если не вспыхнет вечная горелка и не дотянется до нас магистральный газопровод, общим собранием будете исключены из членов товарищества. С лишением земли, забора, строений и корней.
– Не хотел я… - бормотал Сысолятин. - У меня и коровки-то не было на ладони… Так, дунул по дурости… Не могло же от моего дыхания взорваться… Ты-то хоть веришь мне, Павел Степанович?
– А-а-а… - обреченно вздохнул Павел Степанович, все ему было равно.
Фаина Ильинична подхватила супруга под руку, повела его в дом.
И тут же на улице Каморзиных раздались новые автомобильные звуки.
Теперь к мемориалу подкатили светло-бежевый автобус, титулованный словами «ТВ - 1 канал», и четыре легкие иномарки. Не принимая никого во внимание, разбежались по участку наиважнейшие в отечестве люди - осветители, ассистенты режиссеров, операторов, снимателей звуков, гримеры с зеркалами и походными столиками для кремов и тонов, парикмахеры и пожарные. Сад-огород Каморзина был захвачен бескровным натиском и превращен в съемочную площадку. В полон никого не брали, а только расталкивали, на ходу прихватывая со столов емкости с влагами и холодную закуску.
Предварительная расстановка творческих сил была произведена. Теперь ожидалось торжественное шествие главных персонажей действа. Коли б тут уместны были оперные каноны, следовало бы прозвучать музыке, сопровождающей возведение Годунова на царство. Или хотя бы возвращение в Каир из победоносного похода полководца Радамеса. Но и тишина, возникшая внезапно, была равновелика выходу к реликвии театрального и прочих искусств светила Александра Михайловича Мельникова.
– Еще один наш, камергерский! - громко обрадовался Васек Фонарев.
На Васька зашикали, а рядом с маэстро Мельниковым у мемориала встали президиумно-трибунные творцы и мастера, наверное, и тевешные академики (впрочем, кто у нас теперь не академик, пришло в голову Соломатину, и дворник Макс Юлдашев, небось, действительный член Академии коммунальных искусств и вручает премию «Золотая сосулька»). Но были при Мельникове и две особы, известные опять же в Камергерском. Актер Николай Симбирцев (этот, пронеслось, должен читать у бочки стихи Сергея Александровича). И новая для закусочной персона (но не для меня), называемая теперь Иоанной, высоченная тощая дама (или девица), хриплоголосая в разговоре и особенно в хоровом пении. Она и прежде являлась в металлических нарядах. Сегодня шлема на ее голове не было, стрижку под «тифозную» украшала лишь зубчатая оловянная корона. На теле Иоанны были латы и поножи, но видом своим как бы перекликающиеся с фасонами нынешнего купального сезона. То есть килограммы стали сверху (нагрудник) и килограммы стали снизу (набедренник) расступались, открывая для знатоков голое тело Иоанны и ее пупок. Доступны взглядам в разрезах поножей были икры девицы. Возможно, эти участки тела были заколдованы или пропитаны секретными смесями и являлись неуязвимыми.
С этой Иоанной и было более всего хлопот у режиссера, операторов и гримерши. Из-за капризов девицы ее все время перемазывали. Но это пустяки. Мучились с тремя ее тинейджерами-пажами. Один из них нес меч. Другой поднимал над головой треугольный щит со щукой на желтом поле. Третий держал в руках какие-то поводья, возможно, должен был вести под уздцы невидимого, но верного коня.

Мальцы путались, на них орали, но, наконец, мизансцена с Иоанной была выстроена. На кой ляд сюда привезли даму в латах, соображения у зевак рождались самые легкомысленные.
Отзвучали последние мегафонные крики, аппаратура была приведена в готовность орудий перед Курской артподготовкой, прозвучало зловещее: «До прямого эфира осталось пять минут!», и тогда Мельников, листавший перед тем необходимые для произнесения Слова тексты, поинтересовался:
– А где бочка?

Друзья, спасибо за внимание! Если вы заинтересовались, то;

Прочитать роман «Камергерский переулок» полностью, (бесплатно в сети)
Камергерский переулок читать онлайн бесплатно Владимир Орлов | Флибуста

Послушать альбом «Камергерский переулок» полностью на Apple Music

https://music.apple.com/ru/album/%D0%B2%D0%BE%D0%B7%D0%B4%D1%83%D1%85-%D0%B2%D1%80%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D0%B8/1011171941


Или в VK по трекам;

Закусочная в Камергерском
https://vk.ru/audio49769622_206500019

Гном Центрального Телеграфа
https://vk.ru/audio49769622_206499517

«Аргентум Хабар»
https://vk.ru/audio49769622_206499515

А где бочка?
https://vk.ru/audio49769622_206499504

Пропажа дома номер 3
https://vk.ru/audio49769622_206499493

А что именно впереди?
https://vk.ru/audio49769622_206499490