Обставим, а сами меж тем проковыряем новый торговый путь через Арктику (пингвинов бы не подавить!) и будут по тому пути весёлые, улыбчивые китайцы возить товары свои в Европу, не боясь пиратов из Сомали, ибо очень уж непривычны те пираты к Арктическому климату. Шапок у них тёплых нет, и штанов на вате — тоже. А мы значит, будем с тех китайцев брать мзду за проезд и поддерживать качество этого самого обводного пути в должном виде. А Америка со своими допотопными ледоколами будет локти кусать, злиться, а поделать с этим — ничегошеньки и не сможет, ибо руки у неё, как у тираннозавра — коротки! Отсталые ибо! А мы будем богатеть да жить припеваючи!
И тут дядя совсем уже не выдержал и по дружески мне так, с улыбочкой золотозубой — вон чё деется то, слыхал?! Отстают американцы! Нету, нету у них ледокольного флота! А мы, значит, сейчас всю Арктику того — переворошим! Под себя подомнём, да богатеть станем!
А вы знаете же — я человек всё же более плохой, чем нет. И душа у меня — чёрная, как нефть. И пахнет примерно так же, да и на ощупь — весьма неприятная.
И поэтому я дяде, как мне по праву рождения положено, отвечаю вопросом на вопрос. Да не просто так отвечаю, а сразу с козырей захожу.
Вы, говорю, сколько в месяц получаете? Выгодно таксовать то?
И дядя сразу как-то улыбаться перестал и рукой такое, неопределённое в воздухе махнул. Дескать, чё ты начинаешь то, нормально же общались. А я вроде как с понимающей такой рожей продолжаю — а вот, говорят, с июля опять квартплату поднимут, и бензин вроде опять подорожает, где-то читал я, хотя может и врут. Да...
А там уже и август на носу, детей в школу собирать давай, а это — нынче ощутимо для бюджета. Это раньше — купила мать деревянный пенал да палочки счётные, и всё, иди учись на пятёрки, космонавтом стать мечтай. А ныне — всё дорого, всё не укупишь! А у меня ведь их двое, оглоедов! И каждому — и обувь новую справь, и прочие тетрадки. А у вас сколько?
Смотрю — а у дяди в глазах медленно ледокол за ледоколом печально гаснет, и аж жалко его стало.
Не расстраивайтесь, говорю, зато флот то у нас ого-го какой! Ледокольный! Проковыряем путь обходной, возьмём с китайцев денег, а там глядишь и бензин подешевеет, и за квартиру снизят вот это всё. Да точно снизят, обязательно снизят. Ну а какой смысл повышать, когда обходной путь то наш, и ни у кого больше ледоколов нет?! Совершенно никакого смыла. Снизят, как пить дать!
Дядя вроде как покивал мне кисло, а потом вдруг как-то резко переменился.
Радио выключил и говорит сурово, сухо — куда дальше то ехать, я этот район ваш плохо знаю.
А никуда не ехать, отвечаю. Приехали. Прямо здесь меня высаживайте и сдачи не надо. Я щас дворами, в магазин забегу, картошечки куплю, сельди пряного посола, огурчиков, сосисочек и хлеба ржаного. Приду домой, баба мне моя картошечки нажарит и я её с селёдкой и с огурчиками срубаю без водочки. Ибо если б с водочкой, то не задавал бы вопросов идиотских, а так — что за человек я? Дрянь какая-то! Ни разговора поддержать, ни поужинать по-человечески.
Тьфу! Смотреть самому на себя противно!
Яша Собачки.
И тут дядя совсем уже не выдержал и по дружески мне так, с улыбочкой золотозубой — вон чё деется то, слыхал?! Отстают американцы! Нету, нету у них ледокольного флота! А мы, значит, сейчас всю Арктику того — переворошим! Под себя подомнём, да богатеть станем!
А вы знаете же — я человек всё же более плохой, чем нет. И душа у меня — чёрная, как нефть. И пахнет примерно так же, да и на ощупь — весьма неприятная.
И поэтому я дяде, как мне по праву рождения положено, отвечаю вопросом на вопрос. Да не просто так отвечаю, а сразу с козырей захожу.
Вы, говорю, сколько в месяц получаете? Выгодно таксовать то?
И дядя сразу как-то улыбаться перестал и рукой такое, неопределённое в воздухе махнул. Дескать, чё ты начинаешь то, нормально же общались. А я вроде как с понимающей такой рожей продолжаю — а вот, говорят, с июля опять квартплату поднимут, и бензин вроде опять подорожает, где-то читал я, хотя может и врут. Да...
А там уже и август на носу, детей в школу собирать давай, а это — нынче ощутимо для бюджета. Это раньше — купила мать деревянный пенал да палочки счётные, и всё, иди учись на пятёрки, космонавтом стать мечтай. А ныне — всё дорого, всё не укупишь! А у меня ведь их двое, оглоедов! И каждому — и обувь новую справь, и прочие тетрадки. А у вас сколько?
Смотрю — а у дяди в глазах медленно ледокол за ледоколом печально гаснет, и аж жалко его стало.
Не расстраивайтесь, говорю, зато флот то у нас ого-го какой! Ледокольный! Проковыряем путь обходной, возьмём с китайцев денег, а там глядишь и бензин подешевеет, и за квартиру снизят вот это всё. Да точно снизят, обязательно снизят. Ну а какой смысл повышать, когда обходной путь то наш, и ни у кого больше ледоколов нет?! Совершенно никакого смыла. Снизят, как пить дать!
Дядя вроде как покивал мне кисло, а потом вдруг как-то резко переменился.
Радио выключил и говорит сурово, сухо — куда дальше то ехать, я этот район ваш плохо знаю.
А никуда не ехать, отвечаю. Приехали. Прямо здесь меня высаживайте и сдачи не надо. Я щас дворами, в магазин забегу, картошечки куплю, сельди пряного посола, огурчиков, сосисочек и хлеба ржаного. Приду домой, баба мне моя картошечки нажарит и я её с селёдкой и с огурчиками срубаю без водочки. Ибо если б с водочкой, то не задавал бы вопросов идиотских, а так — что за человек я? Дрянь какая-то! Ни разговора поддержать, ни поужинать по-человечески.
Тьфу! Смотреть самому на себя противно!
Яша Собачки.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
И снова отморозков вам в ленту.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
CARRIER AIR WINGS THE CITY THAT NEVER SLEEPS