AH-1W

HH-60G Pave Hawk helicopter pilot from the 56th Rescue Squadron, poses for a photo as he prepares for takeoff at Aviano Air Base, Italy, Dec. 3, 2019.

CV-22. New Mexico.

Royal Netherland AF AH-64D

Apaches from the Army Air Corps regularly visit Estonia.

Эстонский полицейский спецназ Kkomando.

Немножко прекрасного из сегодняшнего потока сознания Димона.

В российском обществе мощный запрос на справедливость. Ни в социальных сетях, ни на площади проблемы решить невозможно. Можно заявить о своем мнении, это абсолютно нормально, но заявлять о своем мнении нужно все-таки в порядке, предусмотренном действующими правилами. То, что во Франции «желтые жилеты», у нас теоретически может превратиться в бунт, бессмысленный и беспощадный.

Рост в этом году ожидаем, может быть от 1,3 до 1,5% ВВП. Надо снизить административные барьеры. Иногда избыточная активность правоохранительных органов и ряд других проблем.

За последние девять месяцев тренд изменился, реальные доходы населения начали расти, и вероятно, что по итогам года получим не минус, а плюс, небольшой, 0,2–0,3%.

Мы в последние годы старались не жалеть денег на бесплатные лекарства, потому что появились экономические возможности. Я бы не стал винить импортозамещение. Это сделано не чтобы отсечь людей от иностранных лекарств — это было бы негуманно и неприемлемо, — а для того, чтобы сделать дешевле. Ни у кого не было цели, чтобы какие-то препараты исчезли из аптек.

С США у нас $25 млрд торгового оборота, а с Белоруссией, небольшая страна, — $35 млрд. Нам нужно этим дорожить, делать все, чтобы интеграция сохранилась.

Ситуация в больницах, фельдшерских пунктах очень сложная. Общее состояние этой первичной сети в целом ряде регионов удручающее. Нужно строить новые здания или проводить капитальный ремонт существующих. Потому что в сарае невозможно лечить людей.

Применительно к национальным проектам официальную информацию молодежь часто не воспринимает. Скучно кажется, не хочется воспринимать. Поэтому очень важно использовать все варианты работы с молодёжью.

А страна у нас прекрасная.

Занимательная статья о китайских пенсиях.
___________________________________________________________

Мигранты, сделавшие Китай промышленным гигантом, сталкиваются с отставкой.

В вечернем Китае, наполненном яркими огнями, выделяется южный город Гуанчжоу. Поколение назад это был сумрачный, душный растущих заводов и мастерских. Теперь Гуанчжоу стремится стать центром мировой торговли. Он может похвастаться 600-метровой Кантонской башней, оперным театром, спроектированным Захой Хадид, и высокоскоростными поездами, которые могут добраться до Пекина за 2300 км к северу всего за восемь часов. Но взлёт Гуанчжоу имеет человеческие издержки. Провинция Гуандун, столицей которой она является, является очагом беспорядков среди рабочих. 129 рабочих забастовок и протестов были зарегистрированы в этом году Китайским трудовым бюллетенем. Растет число работников, достигших пенсионного возраста, которые обнаруживают, что из-за пробелов в системе социального обеспечения или из-за того, что работодатели экономят на пенсионных отчислениях, будущее их ждет скудное.

Китайские трудящиеся-мигранты, которые на протяжении 30 лет покидали внутренние деревни и прибрежные посёлки, стареют. Их средний возраст составляет более 40 лет. Почти четверть - старше 50 лет. Более одной десятой всех забастовок, сидячих забастовок и протестов в 2018 и 2019 годах были требования по поводу пенсий и социального страхования. В последнем общенациональном обзоре условий жизни городских и сельских стариков, опубликованном в 2018 году по приказу Центрального комитета Коммунистической партии, говорится о впечатляющем неравенстве. Около 100 миллионов китайцев, вышедших на пенсию и охваченных единой базовой городской пенсионной системой, в которую вкладывает большинство городских работников, занятых полный рабочий день, в 2016 году получали среднемесячные пособия в размере 2600 юаней ($ 369). Но около 150 миллионов пенсионеров вынуждены были обходиться без государственной пенсионной системы. как городские, так и сельские жители. Они получали в среднем 117 юаней (17 долларов) в месяц.

В Китае 288 миллионов рабочих-мигрантов, из которых 173 миллиона работают вдали от своих родных городов. Теоретически, они должны пользоваться той же социальной защитой, что и городские китайцы с постоянным видом на жительство, которые живут в крупных городах, таких как Гуанчжоу. Однако нет. Современные 40-летние китайские мигранты - это «потерянное поколение», утверждает Марк Фрейзер из Новой школы в Нью-Йорке. Они попадают между старейшими, первопроходцами-мигрантами, которые, как ожидалось, отправятся на пенсию в сельскую местность, чтобы зарабатывать на жизнь крошечными участками земли, и сегодняшними 20-летними работниками, которые менее склонны искать отдаленные рабочие места на фабриках и скорее всего, будут охвачены средствами социальной защиты от множества новых законов о труде и схем страхования. Мало кто видит нынешнюю систему как устойчивую,

Ни один из этих планов не поможет группе пожилых работников, которые недавно разговаривали с Чагуаном в Гуандуне. Семь женщин и один мужчина показали руки, слишком поврежденные фабричной работой, чтобы наливать чай без тряски. Они поделились историями о родительской вине после того, как не смогли вернуться домой, оставив детей на воспитание бабушке и дедушке. 50-летняя женщина из провинции Хубэй сказала, что даже во время весеннего праздника, который является поводом для воссоединения семей, можно заработать ценное сверхурочное время. Кроме того, возвращение в деревню потребовало бы долгих поездок на поезде и покупки одежды, обуви и других подарков для многих родственников. «Мы провели здесь 20 весенних праздников», - сказала она задумчиво. К сожалению, до того, как она достигла пенсионного возраста в сентябре, она узнала, что она не может получать свою полную пенсию в Гуандуне, потому что она начала выплачивать взносы по социальному страхованию после того, как ей исполнилось 40 лет. Если у нее будет местное жительство, она может вносить возвратные платежи в течение 15 лет необходимых взносов. В качестве мигранта ее единственным выходом было возвращение в Хубэй, где ее пенсия могла бы доходить до 600 юаней (85 долларов) в месяц. Она сравнила свою судьбу со старой горькой поговоркой: «Освободи осла от точильного камня, а затем убей его».

Другая женщина почти 20 лет работала на фабрике сумочек, принадлежавшей южнокорейской фирме Simone. Она утверждала, что ее работодатель не смог внести правильные платежи в государственный жилищно-сберегательный фонд, который для многих служит второй пенсией. После того, как она пожаловалась фирма отказала ей в сверхурочных и предупредила других работников избегать ее. Simone отрицает эти обвинения. Фирма заявляет, что она серьезно относится к вознаграждениям работникам, «строго следует» и даже превосходит требования трудового законодательства Китая.

Народная республика, на благо начальства.
У восьми рабочих были разные проблемы, но все они описали систему, в которой социальная стабильность является руководящей одержимостью властей. Эта озабоченность может предложить рабочим частичку власти, если они доставляют достаточно хлопот, возможно, устроив почтительную сидячую забастовку в правительственном офисе или контролируемом партией профсоюзе (Китай запрещает независимые). Если жалуется достаточное количество работников, компании часто будут «планировать и платить», сказал один из работников. Когда работники идут дальше и организуются, например, через группы в социальных сетях, следуют репрессии. В марте на заседаниях национального законодательного органа в Пекине некоторые работники в провинции Гуандун использовали социальные сети для обсуждения подачи петиции в центральное правительство. Термин «петиция» вызвал срабатывание алгоритма. По словам Чагуана, полиция вытащила рабочих из спальных мест и устроила обыски.

Многие из трудностей, описанных в Гуандуне, обойдутся в небольшие суммы. Сюда также войдут те, кто обладает властью, откладывая права отдельных работников. Работники должны ориентироваться на безжалостную систему, в которой они должны умолять и торговаться за то, что заработали. Замечательное поколение мигрантов построило новый Китай. Люди продолжают оплачивать расходы, со сломанными руками, спиной и сердцем.