-- кхе-кхе..
-- Рая, заплати таксисту, а то так и будет таскаться..

Сейчас, когда я читаю всю эту критику (редко справедливую) и ругань в адрес Горбачева, именно в эти совсем плохие дни и месяцы, я уверен, что в России есть только один стоящий критерий оценки: можно ли было остаться на свободе, говоря вот это все о правителе при его жизни и власти?
И этому критерию за тысячелетнюю историю страны соответствовало только два человека, не терпевшие друг друга, имевшие в разные годы возможность посадить кого угодно (и в частности — друг друга) в тюрьму, но этого не сделавшие.
Горбачев и Ельцин.

А Горбачёва зачем забыли? Кто сейчас помнит Горбачёва кроме седенького пародиста в пыльном зале с полсотней состарившихся вместе с ним зрителей?
А ведь он же не умер, он ворочается в своей одинокой вдовьей квартирке на четвёртом этаже. Встаёт, шаркает тапочками — идёт на кухню. Долго бессмысленно смотрит внутрь холодильника, достаёт  бутылку коньяка арарат, которого на самом деле давно уже нет в природе, и наливает в пыльную рюмочку. Потом зажигает настольную лампу и шелестит никому уже не интересными секретными документами про членов политбюро Зайкова, Русакова, Пельше и Подгорного.

И желтеют в шкафу белые рубашки, накупленные Раисой Максимовной впрок на все пятьдесят лет счастливого генсечества. Белые рубашки - они же как жемчуг, их носить нужно на живом теле. А куда носить?

И вообще, зачем всё это было? Стоял бы сейчас на мавзолее в каракулевой папахе и говорил бы речи одновременно по всем четырём каналам телевидения, и ничего бы не было: ни девятнадцатого августа, ни одиннадцатого сентября, ни подлодки Курск, ни Шамиля Басаева, ни писателя Сорокина - ничего. А вместо них узбекские хлопкоробы и казахские овцеводы, и грузинские чаеводы - все-все пели бы и плясали в кремлёвском дворце съездов.

И снова тогда вздыхает Михал Сергеевич, и гасит свет, и прячет бледные свои -стариковские ножки под холодное, никем не нагретое одеяло.

Да нет, Михал Сергеич, всё хорошо. И все вас любят. И больше всех вас любят наши женщины. За прокладки любят, за тампаксы и за памперсы. Они просто уже забыли как подтыкаются ватой и как стирают пелёнки. Они не помнят, как скачет по ванной стиральная машина Эврика-полуавтомат, как выглядят духи рижская сирень и мужчина, употребивший одеколон Саша наружно и вовнутрь. Они вообще никогда ничего не помнят.

Зато они стали с тех пор все страшно прекрасные. Они теперь пахнут так, что просто охуеть, и одеты во что-то такое, чего никогда раньше не бывало на свете. У них что-то всё время звенит из сумочек и даже в метро на каждом эскалаторе мимо обязательно проедет штук десять таких, что непонятно как они сюда попали. А поверху и вовсе ездят в автомобилях с непрозрачными стёклами женщины такой невиданной красоты, что их вообще нельзя показывать человечеству, потому что если человечество их один раз увидит, то сразу затоскует навеки - будет человечество сидеть на обочине дороги, плакать и дрочить, как известный художник Бреннер, дрочить и плакать.

Так что всё не зря, и нихуя ваш Маркс не понимал, для чего всё на этом свете происходит. А мы понимаем.

Дмитрий Горчев, "Михал Сергеич"
http://gorchev.lib.ru/txt/by1/mihal.shtml

Начальник Генштаба ВС СССР Маршал Советского Союза Н.В.Огарков заявляет, что сбитый 31 августа 1983 г. ПВО СССР над Сахалином южнокорейский Боинг-747 был не гражданским самолётом, а самолётом разведчиком. Москва. СССР. 9 сентября 1983 г.

Было, не было - хаймарсы херсонские.

Новиков-Прибой писал в своей Цусиме, что на российских военных кораблях команда "к вину" была, наверное, единственной командой, где никого не надо было подгонять...

Члены пожарной команды авианосца ВМС Франции "Charles de Gaulle" на полетной палубе. 2020-й год.