БАРАКИ И КОМНАТЫ ДЛЯ ДОМРАБОТНИЦ

Публикую небольшую статью Дмитрия Хмельницкого, архитектора, историка, известного исследователя советской архитектуры. Тема напрашивается на фоне набирающих популярность мифов, ложных представлений, опасных иллюзий и тенденций.

До начала 1930-х г. строительство барских квартир с комнатами для прислуги и «черными лестницами» для советского начальства было тайным. В архитектурной прессе в качестве жилья для рабочих публиковались в основном квартирные дома для начальства среднего ранга.

Настоящее массовое рабочее жилье с начала индустриализации было барачным и оставалось таковым до середины 50-х годов, до хрущевских реформ.

После 1932 г. в советской архитектурной прессе произошел идеологический переворот. Барская квартира стала официальным типом жилья для советских трудящихся. Проекты роскошных квартир с комнатами для домработниц и – в исключительных случаях – с «черными» лестницами заполнили страницы журналов.

В 1937 г., на 2 пленуме Союза советских архитекторов в речи архитектора Черкесиана была фраза: «Практика показывает, что 35% съемщиков квартир пользуются услугами домработниц, проживающих в этой же квартире. Поэтому и 30-35% квартир необходимо проектировать с комнатами для домработниц. Помещение должно быть площадью от 4 до б м2 и освещаться непосредственным дневным светом. Это помещение должно быть оборудовано стенным шкафом для платья».

Из этого текста легко можно понять, каков был масштаб строительства в СССР нового квартирного жилья и какой мизерный процент населения мог им пользоваться.
В другой статье указывалось на возможность заселения квартиры двумя семьями. В этом случае вход в комнату для домработницы следует делать из общего коридора. В случае индивидуального заселения – из кухни. Вот по таким нишам или комнатам для домработниц площадью от 3,5 до 6 кв. метров легко идентифицировать жилье для высших советских номенклатурных слоев.

Интересно, как под такие квартиры подводилась теоретическая база.

На картинке ниже
- отрывок из статьи Ханнеса Майера, швейцарского архитектора-коммуниста, бывшего директора Баухауза в №12 «Архитектуры СССР» за 1934 г. Майер работал в СССР до 1936 г.

От себя добавлю, что жители Ленинграда массового барачного строительства почти не видели, т.к. жилищный вопрос решался иначе: мы знаем "бренд" «Петербург – столица коммуналок». Но всё же ведомственные городские бараки строили и у нас. И до сих пор стоит кое-где деревянное жилье от нашей прекрасной структуры РЖД – например, у Цимбалинского моста. И люди живут, окна новые поставлены. #советская_архитектура #Ленинград

Лучшая новость года от Следственного комитета России:

❗️В Москве будут расследовать дела о сносе зданий в Петербурге.

Наконец-то Следственный комитет формирует позитивную повестку для горожан. Расследовательская группа расположилась далековато от Петербурга, но видимо, нет доверия местным охранным органам и комитетам.

👮‍♂️ Дела о сносе зданий не должны быть для столь искушенных сотрудников ведомства хитроумной головоломкой. Ибо демонтаж / снос здания должен выполняться в соответствии с проектом организации работ, согласованном в государственных органах, в том числе – в КГИОП, и с действующим сроком исполнения. О проведении соответствующих работ должно быть подано уведомление, не позднее, чем за 7 дней до начала работ, в службу Государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга, с приложением всех разрешительных документов.

⚖️ Если согласованного проекта нет, уведомление не подано – то любой снос исторического здания – это статья 243 УК РФ «Уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации». Такие очевидные действия – всегда заметны, но почему-то расследования крайне редко проводятся. Любые показательные выступления на эту тему полезны для города, и обнародование результатов следствия обречено на успех.
Снос флигелей на Б. Морской, 51

Жилой дом для работников Главсевморпути на Никитском бульваре (Дом полярников в Москве) Авторский эскиз архитектора Евгения Львовича Иохелеса. 1937 г. акварель. #советская_архитектура #графика

Жилой дом для работников Главсевморпути (Дом полярников в Москве) Авторский эскиз архитектора Евгения Львовича Иохелеса. 1937 г. акварель.
Изумительная подача. Отмывка. Уходящая техника. Тонкий, ручной, «живой рендер», недостижимый никакой современной имитацией, фильтрами, рандомными настройками.

Но всё-же смотрю, и мне не по себе. Есть какая-то тоска в этой акварели. Её не назовешь живописью, но это и не архитектурная подача. Кажется, автор хотел отвлечь самого себя от чего-то. Ему нравилось наносить лессировки на светлый фасад, передавать движение воздуха в листьях, дать немного теплого солнца через мягкость облаков. Кисть архитектора – легкая, как у Ци Байши, передает всего-лишь антураж переднего плана, но эти слабые ветви на старом стволе, и кажется, шелестящая листва и ограда спасают (нас?) от давления самой архитектуры. Демонстрирующей непременно ренессанс, роскошь итальянского палаццо, и удобства – персонально каждому, с балконами и пилястрами, сообразно рангу.

Поняла, в чем дискомфорт восприятия. На этой акварели нет даже намека на присутствие людей. Поэтому нет масштаба, нет эмоции, и нет жизни. И не может быть. Сталинский стиль даже для привилегированного класса этого не предполагает. #советская_архитектура