Я медленно выдохнул, готовясь к последнему рывку. Мышцы подрагивали от напряжения всех сил. Я не имел права ошибиться, и должен был убить ее одним ударом. А следующим ударом убить себя

— А ты? — Динка шустро развернулась, вдохновленная новой мыслью, которая пришла ей в голову, и от которой сладко сжалось сердечко. — Ты тоже будешь мне подчиняться?

Дайм смотрел на нее своим властным и чуть снисходительным взглядом, словно огромный пес, разглядывающий играющего у его лап котенка.

— Попробуй, и посмотрим ,что из этого выйдет, — усмехнулся он.

— Я предупреждала тебя, чтобы ты не смел прикасаться ко мне своими грязными руками, — зарычала она, скаля зубы, как бешеная волчица.
— Тогда и ты тоже не распускай руки, — не менее злобно взвился я. — Ты противна мне!
— Да? — язвительно отозвалась она, скрестив руки на груди. — И поэтому ты ночью забрался ко мне в постель?

— Читать умеешь? — тихо спросил Шторос Динку, протягивая ей листовку, где под его портретом было что-то написано.

Динка отрицательно покачала головой. Демон смерил ее презрительным взглядом.

— Мы не из вашего мира, и то уже научились. А ты живешь тут всю жизнь и до сих пор не умеешь… — он, скривившись, сплюнул на траву, и вырвал листовку из ее рук. Динке вдруг стало неуютно.

В голосе демона сквозило такое разочарование и пренебрежение, что Динке захотелось заплакать.

Она не понимала, когда вдруг мнение чудовища стало для нее таким важным

— Нет, — солгал я, а у самого тело покрылось мурашками от воспоминаний о том, как она звала меня по имени. Если она сама не помнит, то незачем ей знать подробности.
— Может быть что-то говорила во сне? — вновь спросила она и быстро стрельнула в меня взглядом, но тут же отвела глаза до того, как я успел заглянуть в них.