Авангардная мода «новой волны» в эпоху перестройки
Историк искусства Юлия Лебедева вспоминает героев советской альтернативной моды, предвосхитивших популярные модно-художественные коллаборации последних лет.
Историк искусства Юлия Лебедева вспоминает героев советской альтернативной моды, предвосхитивших популярные модно-художественные коллаборации последних лет.
До начала 2-й Триеннале российского современного искусства остаётся один месяц.
Калининградский художник Митя Забелин работает с темами социальной мифологии, социокультурных деформаций, коллективных страхов и памяти. Предметом исследования художника является пересечение наследия советской архитектуры, советского бюрократического аппарата, механизмов пропаганды и утопического видения.
Калининградский художник Митя Забелин работает с темами социальной мифологии, социокультурных деформаций, коллективных страхов и памяти. Предметом исследования художника является пересечение наследия советской архитектуры, советского бюрократического аппарата, механизмов пропаганды и утопического видения.
«Менталитет, образ жизни, выражавшийся не только в творчестве художников, но и в каждой фибре их души, в их убеждениях и поведении» — именно так русский авангард рассматривает Шенг Схейен. Самое время познакомиться с фрагментом о детстве и юности Владимира Татлина из новой книги автора.
Наталия Зурабова — одна из основательниц группы «Новый Барбизон / New Barbizon». Работая с наследием модернистской европейской школы живописи, использует традиции советской реалистической школы, концентрируясь на актуальной проблематике фигуративности в ней. В работах уделяет большое внимание социальному контексту.
Как муравей космонавту в ухо залез
Московский художник и преподаватель Высшей школы экономики Протей Темен исповедует уникальный творческий метод под названием сюрритуализм. Что это такое мы расскажем вам на примере притчеобразной истории про муравья, перебравшегося в скафандр к космонавту.
Московский художник и преподаватель Высшей школы экономики Протей Темен исповедует уникальный творческий метод под названием сюрритуализм. Что это такое мы расскажем вам на примере притчеобразной истории про муравья, перебравшегося в скафандр к космонавту.
Творчество Руслана Золоева, также известного, как #zolo — своеобразный дневник размышлений на языке стрит-арта. Тонкий юмор и отсутствие прямолинейности высказывания дают зрителю возможность испытывать разные эмоции, размышлять, включать память, сопоставлять и делать свои собственные открытия.
Одним из самых заметных художественных прорывов 2010-х — как в выставочной и институциональной практике, так и на арт-рынке — стало искусство аутсайдеров. Аутсайдерское искусство оказывается главной темой биеннале в Венеции, демонстрируется в крупнейших мировых музеях, бьет рекорды на аукционах и фальсифицируется. Как случилось, что аутсайдеры оказались среди «инсайдеров» искусства, да еще и обошли их?
Продолжаем отсчёт до начала 2-й Триеннале российского современного искусства.
Круг интересов Александра Морозова — пределы искусства и вопросы формирования культурной памяти. Художника интересует искусство, переросшее свои формальные границы, сделавшиеся философией, антропологией, социологией и собственно жизнью.
Круг интересов Александра Морозова — пределы искусства и вопросы формирования культурной памяти. Художника интересует искусство, переросшее свои формальные границы, сделавшиеся философией, антропологией, социологией и собственно жизнью.
Фигуративная живопись всегда возвращается. Точнее, на самом деле она никуда и не уходит — каждое поколение художников заново изобретает фигуративность, чтобы выразить свое ощущение современности.»
Галерист и экс-директор Музея современного искусства Лос-Анджелеса Джеффри Дейч размышляет о том, возможна ли фигуративная живопись сегодня, и если да, то что делает её современной.
Галерист и экс-директор Музея современного искусства Лос-Анджелеса Джеффри Дейч размышляет о том, возможна ли фигуративная живопись сегодня, и если да, то что делает её современной.
«Художники-концептуалисты переключили внимание с отдельных объектов на отношения между ними. Эти отношения могли быть исключительно пространственно-временными, но они могли быть также логическими и политическими. Это могли быть отношения между вещами, текстами и фотодокументами, но они могли также включать в себя перформансы, хеппенинги, кино- и видеофильмы, делая их элементами инсталляции.» — Борис Гройс об изменении коммуникативной функции искусства в наши дни.