У меня не паранойя, а межмировая интуиция. Просто я не всегда понимаю, в каком мире угроза, в этом или другом.
Рассказываешь на работе про голоса в голове – все понимающе кивают и делятся своим опытом.
Приходишь утром радостный и деятельный – крутят пальцем у виска и предлагают сходить к психиатру.
Приходишь утром радостный и деятельный – крутят пальцем у виска и предлагают сходить к психиатру.
И каждый раз, когда я вновь рождаюсь, я даю себе обещание, что это последний...
— Эта практика — глупейшая чушь! Я никогда такой ереси не видел.
— А битва экстрасенсов?
— Эээ... Самая глупая чушь, кроме битвы экстрасенсов.
— А битва экстрасенсов?
— Эээ... Самая глупая чушь, кроме битвы экстрасенсов.
#классика_МШ
Древние воины ели сердце врага, чтобы стать храбрее, мозг врага, чтобы стать умнее, и конфеты врага, чтобы стать счастливее.
Древние воины ели сердце врага, чтобы стать храбрее, мозг врага, чтобы стать умнее, и конфеты врага, чтобы стать счастливее.
— Учитель, а как энергию превратить во что-нибудь материальное?
— Найди работу.
© А. Сатанель #осколкивселенной
— Найди работу.
© А. Сатанель #осколкивселенной
- Дорогая, подари мне свою фотографию.
- Может тебе сразу ключи от моей энергетической структуры подарить - волосы, ногти, кровь?
Х. А. Куралесов
- Может тебе сразу ключи от моей энергетической структуры подарить - волосы, ногти, кровь?
Х. А. Куралесов
- Как, вы этого не видите? Вы что, реально не видите пятимерных объектов в объёме?
Было Красной Шапочке уже много тысяч лет, а она всё так же ходила к своему Волку. С пирожками.
— Удобно работать с теми, кто верит в магию.
— А с теми, кто ни во что подобное не верит?
— Ещё лучше
— А с теми, кто ни во что подобное не верит?
— Ещё лучше
Не оценила стараний
Иногда я думаю, что когда мы придём на небо, Бог обязательно подойдёт к каждому и спросит :
- Ну, как?
- Что, как ? Грешна, Господи... помилуй... Начну я...
А Он перебьёт и скажет:
- Да, это Я и так знаю. Наблюдал за тобой...Как тебе Земля?
- Эм... Ты про что, Господи?
- Ну, Я творил Землю в течении 6 дней и все что на ней. Как тебе она? Понравилась?
Видела, каких Я рыб в Красном море придумал?
А вулканы мои? Правда, классные ?
А, джунгли! Джунгли, видела????
Слушай, а сколько Я времени на водопады потратил, ты бы знала!!!
А, кит!!!! О!!! Если бы ты знала, я его таким мощным сотворил!!! ты же видела китов, да?
Ну, рассказывай... что тебе больше всего понравилось?
И я очень боюсь, что я буду стоять и хлопать глазами и говорить...
- Ну, у меня это... просто времени не было... я это... работала много... потом семья... дети... годовой отчёт... потом кредит на машину...но я хотела, честно, Господи, хотела! Грешна, помилуй , Господи!
- Да, не грешна, а глупа! - скажет Он. - Второго-то шанса посмотреть на нее возможности не будет!
Эх... ладно... давай, Петр, доставай Книгу Жизни... что там у неё?
© OwlCloudlet
Иногда я думаю, что когда мы придём на небо, Бог обязательно подойдёт к каждому и спросит :
- Ну, как?
- Что, как ? Грешна, Господи... помилуй... Начну я...
А Он перебьёт и скажет:
- Да, это Я и так знаю. Наблюдал за тобой...Как тебе Земля?
- Эм... Ты про что, Господи?
- Ну, Я творил Землю в течении 6 дней и все что на ней. Как тебе она? Понравилась?
Видела, каких Я рыб в Красном море придумал?
А вулканы мои? Правда, классные ?
А, джунгли! Джунгли, видела????
Слушай, а сколько Я времени на водопады потратил, ты бы знала!!!
А, кит!!!! О!!! Если бы ты знала, я его таким мощным сотворил!!! ты же видела китов, да?
Ну, рассказывай... что тебе больше всего понравилось?
И я очень боюсь, что я буду стоять и хлопать глазами и говорить...
- Ну, у меня это... просто времени не было... я это... работала много... потом семья... дети... годовой отчёт... потом кредит на машину...но я хотела, честно, Господи, хотела! Грешна, помилуй , Господи!
- Да, не грешна, а глупа! - скажет Он. - Второго-то шанса посмотреть на нее возможности не будет!
Эх... ладно... давай, Петр, доставай Книгу Жизни... что там у неё?
© OwlCloudlet
И если идеальных представлений не осталось, мир продолжает развиваться. Гебура.
Плохая шумоизоляция - это когда ты тихонько нашептываешь заклинание призыва демонов, а соседи пытаются повторить.
Хотите конфетку?
Услышав звон колокольчика на двери, я вышел к прилавку.
Последние лет сто количество клиентов всё уменьшалось, и я потихоньку начал бояться, что скоро они вообще перестанут приходить. Эта женщина была первой... за последний месяц, наверное. Сейчас мой товар никому не нужен, а если и нужен, то далеко не всегда человек может отдать за него то, что я прошу. Так что большую часть дней я просто сижу, стряхивая пыль с застеклённых витрин и стенных полок. В провинции, говорят, покупателей больше. Не знаю, правда это или нет, но лет через двадцать я туда всё-таки уеду. Уже сейчас мой деревянный домик стоит, окруженный со всех сторон девятиэтажными высотками, а ведь градоуправление уже готовит проект новой уплотнительной застройки. И что мне делать рядом с этими торговыми комплексами и бизнес-центрами?
Раньше, когда в моём дворе была детская площадка, в магазинчик частенько забегали дети. Торговать с ними нам запрещено, но на прилавке для таких случаев всегда стояла тарелочка с конфетами, а в витрине – "Свой маленький кукольный театр", "Настоящая космическая ракета" и "Замок прекрасного принца". Не самый дорогой товар, но дети, разглядывающие их через толстое стекло, пищали от восторга. Они и не знали, что в тот момент могли бы купить любую вещь с витрины, если бы не правила...
Наверное, я слишком много думаю о прошлом...
Женщина стояла у кассы с задумчивым видом, внимательно читая правила. Я стоял в дверях, не решаясь пока её побеспокоить. Ей было чуть больше тридцати, и она пока ещё была красива, хотя около глаз и в уголках губ уже появились первые морщинки. Говоря по-честному, я немного боялся её напугать. Для вашего поколения я уже не мудрый волхв, не добрый волшебник и даже не сказочник. Мне давно хотелось изменить свой внешний вид, но я никак не мог отказаться от этого образа, который я носил на себе уже две тысячи лет. Увы, уже несколько раз бывало так, что вошедшие принимали меня за какого-то сумасшедшего старика и покидали лавку, так ничего и не приобретя, но мне всё равно нравилось ощущать себя этаким древним мудрецом и чародеем. В какой-то степени, для многих людей им я когда-то и был.
Похоже, она наконец заметила меня. Странно, но мой вид не вызвал у неё не удивления, не оторопи. Скорее лёгкую улыбку, больше внутреннюю, показанную только уголками губ.
— А Вы ничуть не изменились! — воскликнула она вместо приветствия.
— Мы разве знакомы? — приобрести что-либо в моей лавке можно было только один раз, поэтому всех покупателей я помнил в лицо. Этой женщины среди них не было.
— Ну конечно, Вы не помните — она издала тихий смешок — знакомы, да. Я ещё постоянно стояла у той витрины, смотрела на... — тут она подошла к витрине и поднесла руки ко рту от изумления — Она что, до сих пор тут стоит? "Укротительница тигров"! Неужели никто так и не купил её за двадцать лет?
Тут она осеклась и на секунду обхватила себя руками.
— Ой, простите. Я, наверное, очень шумная? Я так долго Вас искала, так искала. Сначала закидала маму звонками, помнишь, мол, у нас во дворе такой странный магазинчик стоял, затем подруг завалила расспросами. И никто ничего не помнит... Решили, что я свихнулась, что у меня галлюцинации…
Она продолжала рассказывать, а я внимательно слушал. История, в какой-то степени, тоже часть платы, хотя обычно я об этом не говорю, чтобы люди не стали скупыми на слова. Она жила в этом дворе до шестнадцати лет, затем переехала вместе с родителями в другой город, познакомилась с юношей — по её описанию, настоящий благородный рыцарь — год они встречались, поженились, год прожили в браке, развелись. Пошла строить карьеру — не нашла в себе решимости противостоять коллегам-соперницам. Попыталась уехать в столицу — но и там, прожив полгода у родственников, так и не смогла устроиться. Обычная, в общем-то, судьба обычного жителя нашей страны. Но, сказала она, она чувствует, что предназначена для чего-то большего. Тоже, в общем-то, обычная мысль. Впрочем, моя работа — помогать как раз таким, самым обычным людям.
Мы медленно шли вдоль витрин.
Услышав звон колокольчика на двери, я вышел к прилавку.
Последние лет сто количество клиентов всё уменьшалось, и я потихоньку начал бояться, что скоро они вообще перестанут приходить. Эта женщина была первой... за последний месяц, наверное. Сейчас мой товар никому не нужен, а если и нужен, то далеко не всегда человек может отдать за него то, что я прошу. Так что большую часть дней я просто сижу, стряхивая пыль с застеклённых витрин и стенных полок. В провинции, говорят, покупателей больше. Не знаю, правда это или нет, но лет через двадцать я туда всё-таки уеду. Уже сейчас мой деревянный домик стоит, окруженный со всех сторон девятиэтажными высотками, а ведь градоуправление уже готовит проект новой уплотнительной застройки. И что мне делать рядом с этими торговыми комплексами и бизнес-центрами?
Раньше, когда в моём дворе была детская площадка, в магазинчик частенько забегали дети. Торговать с ними нам запрещено, но на прилавке для таких случаев всегда стояла тарелочка с конфетами, а в витрине – "Свой маленький кукольный театр", "Настоящая космическая ракета" и "Замок прекрасного принца". Не самый дорогой товар, но дети, разглядывающие их через толстое стекло, пищали от восторга. Они и не знали, что в тот момент могли бы купить любую вещь с витрины, если бы не правила...
Наверное, я слишком много думаю о прошлом...
Женщина стояла у кассы с задумчивым видом, внимательно читая правила. Я стоял в дверях, не решаясь пока её побеспокоить. Ей было чуть больше тридцати, и она пока ещё была красива, хотя около глаз и в уголках губ уже появились первые морщинки. Говоря по-честному, я немного боялся её напугать. Для вашего поколения я уже не мудрый волхв, не добрый волшебник и даже не сказочник. Мне давно хотелось изменить свой внешний вид, но я никак не мог отказаться от этого образа, который я носил на себе уже две тысячи лет. Увы, уже несколько раз бывало так, что вошедшие принимали меня за какого-то сумасшедшего старика и покидали лавку, так ничего и не приобретя, но мне всё равно нравилось ощущать себя этаким древним мудрецом и чародеем. В какой-то степени, для многих людей им я когда-то и был.
Похоже, она наконец заметила меня. Странно, но мой вид не вызвал у неё не удивления, не оторопи. Скорее лёгкую улыбку, больше внутреннюю, показанную только уголками губ.
— А Вы ничуть не изменились! — воскликнула она вместо приветствия.
— Мы разве знакомы? — приобрести что-либо в моей лавке можно было только один раз, поэтому всех покупателей я помнил в лицо. Этой женщины среди них не было.
— Ну конечно, Вы не помните — она издала тихий смешок — знакомы, да. Я ещё постоянно стояла у той витрины, смотрела на... — тут она подошла к витрине и поднесла руки ко рту от изумления — Она что, до сих пор тут стоит? "Укротительница тигров"! Неужели никто так и не купил её за двадцать лет?
Тут она осеклась и на секунду обхватила себя руками.
— Ой, простите. Я, наверное, очень шумная? Я так долго Вас искала, так искала. Сначала закидала маму звонками, помнишь, мол, у нас во дворе такой странный магазинчик стоял, затем подруг завалила расспросами. И никто ничего не помнит... Решили, что я свихнулась, что у меня галлюцинации…
Она продолжала рассказывать, а я внимательно слушал. История, в какой-то степени, тоже часть платы, хотя обычно я об этом не говорю, чтобы люди не стали скупыми на слова. Она жила в этом дворе до шестнадцати лет, затем переехала вместе с родителями в другой город, познакомилась с юношей — по её описанию, настоящий благородный рыцарь — год они встречались, поженились, год прожили в браке, развелись. Пошла строить карьеру — не нашла в себе решимости противостоять коллегам-соперницам. Попыталась уехать в столицу — но и там, прожив полгода у родственников, так и не смогла устроиться. Обычная, в общем-то, судьба обычного жителя нашей страны. Но, сказала она, она чувствует, что предназначена для чего-то большего. Тоже, в общем-то, обычная мысль. Впрочем, моя работа — помогать как раз таким, самым обычным людям.
Мы медленно шли вдоль витрин.