Он стал кошмаром для мира демонов.
Он вызывал их и вызывал.
И единственным его желанием к демону было:
"Стань человеком".

- А вы знаете, что магические техники используются в деструктивных психокультах?
- Да, конечно. Например, в НТВ, Рен-ТВ и других.

Сын-первоклассник вернулся из школы:
- Мама, я хочу в другую школу.
- Почему? Тебя кто обидел?
- Нет, меня не обижали. Но мама, они... они даже элементарных заклинаний не знают!

Он очень долго хотел ей рассказать свои самые сокровенные секреты.
А она их так и не услышала.

Пришла Смерть к одному человеку и спрашивает его:
- Твоё последнее слово?
- Я жутко тебя боюсь...
И забрала Смерть человека.
Пришла Смерть к другому человеку и спрашивает его:
- Твоё последнее слово?
- Я тебя не боюсь! Ты не сможешь меня забрать!...
И забрала Смерть человека.
Мораль: страх - страхом, а дело - делом.

Когда Учитель на меня смотрит, мне кажется, что у него в голове одна мысль: «Это устройство может работать быстрее».

— Почему маги так упарываются по логике мышления?
— А чтобы с ума не сойти окончательно.

Много будешь знать - скоро реинкарнация.

- В 9 Аркане нет сексуального влечения, как и многого другого, что на уровне физ. мира нам необходимо. Особенно в молодом возрасте.
Поэтому рекомендовано магией заниматься мужчинам старше 45 лет.
- А женщинам?
- А женщины обычно ведьмы и творят, что хотят.

#классика_МШ

— Учитель! Я заварил чай.
— Кто заварил чай?
— А, ну да, чай заварился...
— Нет-нет, не уходи. Ты должен понять. Кто заварил чай? Чтобы это произошло, нужен был чай. Чай попал к тебе в чайник из пакета, который мы приобрели у торговца на рынке. Этот торговец купил его в оптовом складе, а туда он попал с плантации на юге Китая. Эту плантацию выращивает кто?
— Китайские крестьяне.
— Только ли? Они ухаживают за землей, подводят полив, но основную работу делает солнце и вода, углекислый газ, кислород и земля со своими минералами. Чтобы чай появился здесь, нужно огромное количество взаимозависимых причин.
— Да, но заварил-то чай я, а не солнце и не крестьянин.
— Не торопись. Если бы не крестьянин и солнце - разве ты смог это сделать?
— Нет, но это не значит, что они это сделали, а не я.
— Не значит. Но это значит, что заваривание чая также зависело от крестьянина, солнца, торговца и множества других причин.
— Пожалуй.
— Теперь вот что, ты ли заварил чай, или это сделал кипяток из чайника?
— Я поставил чайник на огонь, огонь нагрел воду, а я залил чай этой водой.
— Ты видишь, что без огня, воды и чайника, который любезно предоставил тебе свое тело для этого ритуала, ты бы ничего не заварил?
— Да.
— Ты уже видишь, сколько работы совершила вселенная, для того чтобы заварился чай? А ведь мы еще только начали... Хи-хе-хе... Где ты взял воду?
— В ручье.
— И?..
— Он участвует в заваривании чая?
— Хи-хе-хе... Хе...
— А в ручье вода из гор, а в горах из дождей, а в дождях из облаков, а в облаках из океана... Ого...
— Хе-хе... Продолжай, не останавливайся...
— Да, я понимаю, что вся вселенная участвует в заваривании чая, не только я. Я ведь очень мал, по сравнению со вселенной, поэтому можно сказать, что чай заварился, потому что моим действием можно фактически пренебречь...
— О, нет! Не надо пока пренебрегать твоим действием. Исследуй свое действие! Ты говоришь: "Я заварил чай". Но что ты сделал? Что сделал именно ты?
— Ну как что сделал? Взял чайник с плиты и залил воду в заварник.
— Это сделал ты? Давай рассмотрим это внимательно. Ты напрягал все свои мышцы в правильном порядке, чтобы налить кипяток точно в заварник, а не себе на голову?
— Я напрягал, конечно.
— Это забавно... Ха-ха! Как ты делал это?
— Не знаю - я научился этому в детстве.
— Отлично. Ты учился посылать импульсы по нейронам? Ты учился высвобождать энергию в клетках мышц, приказывая каждой митохондрии заниматься восстановлением АТФ при помощи расщепления и окисления глюкозы? Ты открывал и закрывал в каждой клетке ионные и метаботропные каналы, перекачивая калий и натрий в обе стороны, заставляя себя дышать, заставляя ритмично биться сердцу, заставляя эритроциты переносить кислород в эти мышцы?... Что там еще происходит в этом теле, ты все это делаешь? Ты регулируешь давление? Ты сам себе говоришь, что ты голоден или хочешь спать? Ты меняешь уровень сахара в крови? Как ты успеваешь?... Ах, я съел большой кусок торта - прикажу-ка свой поджелудочной железе выпустить побольше инсулина - так, да?
— Это все происходит автоматически...
— Все происходит. Все просто происходит. Чай заварился...
— Да, но ведь я отдал указание своему телу это сделать.
— Допустим. И как ты отдал указание?
— Я решил заварить чай и зава...
— Стоп... Ты себе нагнал эту мысль каким-то способом, что нужно заварить чай? Или ты ее обнаружил в себе?
— Ко мне пришла мысль, что ча...
— Стоп... К тебе она пришла?.. Хи-хи-хе...
— Пришла, но ведь ко мне? То есть она моя?
— Ах твоя? То есть ты хозяин мыслям, да?.. Ну тогда садись, и смотри на точку 48 минут, не моргая. Если ты хозяин своим мыслям, а они хозяева тела - просто сядь и смотри. В чем проблема?.. Ноги болят? Глаза слезятся? Ты же хозяин - прикажи чтоб не болели, чтоб не слезились... Хи-хи. Прикажи своему волосу выпасть из башки... Прикажи себе не думать. Прикажи себе увидеть Атман...
— Неужели даже чай я не могу заварить?
— Даже Брахма не может чай заварить. Если это ясно с чаем - посмотри на все остальные действия. Есть кто-то, кто все это делает?..
— Я понял... События происходят... Дела делаются...

— Хе-хе-хе. Теперь иди, медитируй, и не думай, что это ты медитируешь - кто медитирует?

Если ваши чакры не открываются, проверьте:
- соединение с Духом;
- настройки фаерболла;
- наличие вредоносных программ.

© ledra99

Одна голова Змея спала, вторая с завистью на нее смотрела, третьей не было вовсе.

Иванушка, кравшийся вдоль невысокого, странного вида вала, выглянул из-за крайнего камня.

- День добрый, - на всякий случай поздоровался он.

- Был, - негостеприимно буркнула бодрствующая голова.

- Ты - Змей Горыныч? - уточнил Иванушка, вглядываясь в полутьму.

Голова приподнялась и некоторое время рассматривала гостя.

- Бессмертный моя фамилия, - наконец представилась она. - Кощей. Смерть в игле, игла в яйце и так далее. Короче - все на дубе. А дуб за тридевять земель. Отсюда. Дорога дальняя, я бы на твоем месте не мешкал.

Иванушка сдвинул шелом на лоб и почесал в затылке.

- Нет, - не поверил он. - Не похож.

- Но попробовать-то стоило, - вздохнула голова. - А на кого похож?

- На Змея Горыныча, - признался Иванушка. - Только... у тебя ничего не пропадало? Голова там...

Голова подмигнула.

- Это засада, - театральным шепотом сообщила она. - Третья голова заходит тебе в тыл. Ты - в кольце. Окружен и деморализован. Твой последний шанс - собрать все силы в кулак и отходить к своим. С боями, если пожелаешь.

Иванушка сглотнул. К своим хотелось очень. И давно.

- Врешь, - неуверенно произнес он.

- А вдруг нет? - голова не сводила с него красных глаз. - А вдруг как раз под тем камнем, к которому ты прижался - потайной люк? Вот он приоткрыва-а-ется...

Иван выхватил кладенец. Бесшабашный меч радостно взвизгнул и кинулся на врага, чуть не вывихнув Иванушке руку.

- Тпру, - отпрянула голова. - Ты чего?

- А ты чего? - держать вырывавшийся меч приходилось обеими руками, плечо ныло. К тому же кладенец оттащил Иванушку от камня, и он никак не мог решить - хорошо это или плохо.

- Шучу, - призналась голова. - А ты нервный какой-то. Тебе бы подлечиться. Шизофреники в роду были? Алкоголики? Давай-ка, приляг на камушек, закрой глазки и расскажи дяде Горынычу о своем первом сексуальном опыте.

- Еще чего, - покраснел Иванушка. - Я лягу, а ты меня огнем...

- Паранойя, - решила голова. - Да если б я хотел, я бы давным-давно тебя сжег. Знаешь, какая у меня температура выдоха? Живьем зажарю. И съем. Вот вернется моя третья голова - и потрапезничаем. Ты, кстати, не проголодался?

- Не твое дело, - Иванушка оставил не то успокоившийся, не то заскучавший кладенец в правой руке, а левой поудобнее перехватил щит - на случай, если Змей-таки плюнет пламенем. - Нет у тебя третьей головы. В бою потерял али по старости отсохла?

- Потерял, потерял, - легко согласилась голова. - Только не я - голову, а кое-кто - награду. Тебе за меня что обещали? По прейскуранту - полцарства и принцесса - или злато-серебро?

- Полцарства, - признался Иванушка.

- Аматер, - снова вздохнула голова. - Дилетант. А что это за половина - ты проверил? Карту посмотрел? Полезные ископаемые, демографическое положение, импорт-экспорт, валовой продукт? Не надо, не отвечай, я понимаю, что нет. Эх, Ваня, Ваня...

- Ты откуда имя мое знаешь? - нахмурился Иванушка.

- С моим опытом, - снисходительно ответила голова, - имя собеседника угадать нетрудно. Если знать прозвище. Так вот, о вознаграждении...

- Погоди, - не понял Иванушка, - а прозвище ты как узнал?

Голова некоторое время молчала, полуприкрыв глаза белесыми веками.

- Оценив твои интеллектуальные способности, - последовал наконец ответ. - Это древнее умение, доступное только нам, Змеям Горынычам, - быстро добавила она, увидев, что Иванушка открыл рот для нового вопроса. - Не отвлекайся. Мы говорили о твоем вознаграждении. Сколько голов ты мне отрубить подрядился?

- Все, - Цифирь Иванушке никогда не давалась.

- Неправильно! Ответ - три. Все знают, что у Змея Горыныча три головы. И полцарства тебе посулили за три головы. А ты при всем желании больше двух не принесешь. И никто не поверит, что у меня не осталось одной про запас. Сколько будет - две трети от полцарства? - вдруг спросила голова.

Некоторое время Иванушка шевелил губами, а голова внимательно за ним следила.

- Двоечник, - констатировала она. - Давай дневник, придешь с родителями... Хорошо-хорошо, тогда второй вопрос - что ты собираешься делать с двумя третями принцессы? И какую конкретно треть ты оставишь своему будущему тестю?

- Во изверг! - возмутился Иванушка. - Кто ж живых людей-то на части делит!

- Ага. Значит, какую-то принцессу, ни словечка тебе, небось, не сказавшую, ты делить отказываешься, а меня, который единственно о твоем благополучии печется - запросто? Нет, я не жалуюсь, просто хочу уточнить кто тут изверг... Так вот, Ваня, мой тебе совет - передоговорись. Возьми деньгами. Зачем тебе полцарства, ты же ни в экономике, ни в политике - ни бельмеса, тебя же свергнут через неделю. Сделай вот что: прикинь, сколько каждая моя голова стоит. Плюс командировочные. И пусть еще задаток дадут. Ну, и по мелочи - экипировка, суточные. Тогда сколько голов ни принесешь - все прибыль. Учти, я дурного не посоветую, у меня знаешь опыт какой!

Голова мечтательно покачала собой.

- Все запиши, - напутствовала она. - И без подписанного контракта не возвращайся. Запомнил? Главное - головы по отдельности оценить, остальное - как договоришься. И сумма прописью. Ступай. У тебя получится. - Из глаза выкатилась ядовито-желтая дымящаяся слеза. - Я буду скучать, - добавила голова и отвернулась.

Иванушка деревянно кивнул, сглотнул и повернулся к выходу из пещеры. В голове его клубился туман, из которого выплывали загадочные фразы "две смены огнеупорных портков" и "именуемый в дальнейшем Головосдатчик". Кладенец оттягивал руку, по спине под кольчугой струился пот.

- Жарища, - пробормотал Иванушка.

- Надышали. Ты, Ванечка, если чего не понял - не стесняйся, спрашивай сейчас. Чтобы десять раз туда-сюда не бегать.

Все было не так, неправильно и морочно. "Околдовал" - подумал Иванушка.

- Не пойду я никуда, - решил он. - Не нужна мне награда. Давай так биться.

- Вот почему, интересно, у других Горынычей противники - сплошь профи заскорузлые, а у меня - идеалист на идеалисте? - пригорюнилась голова. - Климат тут такой, что ли... Ну, хорошо, забияка, будь по-твоему, дуэль так дуэль. Будет тебе сатисфакция наиполнейшая. Присылай, бретер, секундантов, пиши картель на надушенной бумаге - только чур чтоб не фиалка. И не лаванда, у меня, кажется, на лаванду аллергия.

- Кого присылать? - не понял Иванушка. - Зачем? Я уже здесь.

- По правилам, - спокойно объяснила голова. - Зарезать меня решил - пожалуйста. Только пусть все будет как положено. Ты же хочешь чтоб тебя витязем называли, а не мокрушником?

- Вот тебе мой вызов! - Иванушка сплюнул. - Сам себе секундантов ищи!

- А у меня вон, - кивок в сторону спящей. - Родовита, хладнокровна и дуэльный кодекс наизусть знает.

- Она же спит!

- И очень хорошо, - серьезно согласилась голова. - Ты себе не представляешь, Ваня, что тут начнется, если ей вздумается проснуться.

- Ну все, рептилия, - насупился Иванушка. - С тобой серьезно, а тебе все хаханьки. - Он поправил щит, поднял меч (тот радостно загудел), пошире расставил ноги в проржавевших сапогах - пара была последней. - Выходи на бой, Змей!

- Никакого почтения к старшим, - в очередной раз вздохнула голова. - Ладно, уговорил, выхожу.

Некоторое время ничего не происходило. Иванушка ждал нападения. Голова слегка покачивалась.

- Ну? - не выдержал Иванушка.

- Ась? - встрепенулась голова. - Ты что-то сказал, Ванечка?

Иванушка шагнул вперед и замахнулся мечом.

- Да-да-да, - голова подалась назад, - сию минуту... как же это делается... ага. - Она зажмурилась. Иванушка поспешно закрылся щитом. Из огромных ноздрей вдруг повалил черный паровозный дым.У Иванушки немедленно заслезились глаза и запершило в горле. Вслепую размахивая мечом - вдруг Змею вздумается контратаковать - он отступил за камень и попытался отдышаться.

- Так нормально? - донесся до него голос. - Или пиротехники добавить?

Дым постепенно оседал. Голова попыток напасть не предпринимала.

- Команды уходят на перерыв, - комментировала она. - Первый тайм прошел в острой, бескомпромиссной борьбе и обоюдоострых атаках, так?

Иванушка протирал глаза кольчужной рукавицей.

- В принципе, - голова покосилась на спящую подругу, - я согласен на ничью.

- Не... дождешься, - просипел Иванушка.

- Так ведь на чужом поле! - напомнила голова.

Иванушка оперся на меч и прокашлялся. Глаза по-прежнему слезились - не то от дыма, не то от обиды.

- Слушай, чего ты издеваешься? - негромко спросил он. - Можешь сразу убить - убей, нет - давай драться по-настоящему.

Пауза.

- Так, - печально произнесла голова. - Поздравляю. Ты добился своего. У меня мигрень. Это ж надо! Какой позор! Перед кем я распинаюсь? Я его уму-разуму учу - и арифметике, и бизнесу, и манерам благородным, а он мне вместо спасибо - "изверг", "издеваешься"! Тоже мне герой! Шпана с ножичком! - Она вдруг упала на пол и закрыла глаза. - Руби!

- Как "руби"? - оторопел Иванушка.

- Как хочешь! Ты ведь за этим пришел? Ну так давай! - Голова поморщилась. - Больно как! И стыдно. В мои-то годы... Ну что ты возишься, асасин недоделанный? Шевелись, пока эта не проснулась.

Иванушка вышел из-за камня. Голова не шевелилась.

- Если болит, - осторожно заметил Иванушка, - можно рассолу выпить. Или отвара какого...

- Так ты меня лечить пришел? - желчно осведомилась голова, по-прежнему не открывая глаз.

Толстенная, в пол-Иванушкиного роста, шея Змея была покрыта чешуей, прочностью, судя по всему, не уступавшей граниту.

- Э-э...

- Твои проблемы, - отрезала голова. - Раньше надо было думать.

Иванушка перекинул щит за спину, поплевал на ладони, двумя руками, как топор, занес меч.

- Вообще-то ты прав, - сказала голова и открыла глаза. - Одному тебе не справиться. - Она вдруг взмыла вверх. - Вместе пойдем!

- Куда? - отскочивший Иванушка ошалело крутил перед собой кладенцом.

- Помогу контракт составить. Представишь меня как своего юридического и финансового консультанта. Ты, Ваня, не обижайся, сердце у тебя золотое, но деловой хватки - ноль. Объегорят тебя. А я на трудовых договорах собачью упряжку съел. - Голова огляделась. - План такой: летим налегке, провиант по дороге раздобудем... Ах да, надо соню эту разбудить. Подождал бы ты, Ваня, снаружи, а то как полыхнет она спросонок... - Голова деловито сновала по пещере. - Мне, кстати, как посреднику, десять процентов полагается, ты в курсе?

- Какие десять процентов? Какой контракт? Летим?!!

- Ты, Вань, какой-то заторможенный. Ты сюда сколько времени добирался?

- Тридцать лет... и три года.

- Вот именно. А теперь представь себе - еще тридцать три года на обратную дорогу, потом пока договоримся - быстро такие дела не делаются, там, небось, ни нотариуса не сыскать, ни ксерокса, ты же наверняка еще и медицинскую страховку потребуешь, а это - медосмотр, кардиограмма, флюорография (не нравится мне, Ваня, твой кашель), потом еще тридцать три года сюда - умирать не дома я отказываюсь, можешь считать это последним желанием приговоренного. Итого сколько? Не надо, не считай, некогда. Шестьдесят шесть лет с гаком. Ты меч-то поднять сумеешь? А так слетаем по-быстрому туда-обратно - и руби себе в свое удовольствие. Потом, конечно, тебе тридцать три года одному назад топать. С головами. Но это уже не мое дело. - Голова снова кивнула в сторону спящей. - Так я ее бужу?

В мозгу Иванушки творилось что-то неописуемое. Тридцать лет и три года... Три пары железных хлебов... Убить Змея... Василиса...

- Васили-и-са! - слабо позвал он.

- Которая? - немедленно отозвалась голова. - Прекрасная или Премудрая?

- Пре... красная, - неуверенно ответил Иванушка.

- Стала музой одного хорошего художника, - отрапортовала голова. - Счастлива. Семья, дети. Ты лет пять назад должен был там проходить - маленький, чистенький городок, в излучине. Помнишь?

- Нет, - тихо признался Иванушка. - Ничегошеньки не помню. - Сколько их было, городов... излучин...

- Я, Вань, не извращенец, - так же тихо сказала голова, - хоть и старый. Я таксист. Извозчик. Если кому крыльев не дадено, а улететь хочется - появляюсь я. Раньше, говорят, ангелы были, а теперь только я да пара пегасов.

- А чего ж про тебя всякие гадости говорят? - Иванушка сунул меч в ножны и опустился на корточки, спиной привалившись к камню.

- Кто говорит-то? Те, которые испугались, раздумали улетать - им же надо переполох оправдать, вот и несут всякую ересь. Мне-то что, только людям головы морочат. Тебя вот с панталыку сбили...

Помолчали. Никакой ответ не стоил сил, которые нужно было потратить на формулировку вопроса. Тридцать три года...

- Так я пойду, что ли, - вздохнул наконец Иванушка.

- Может, переночуешь? - предложила голова. - Устал ведь, да и темнеет уже. Поболтаем, поужинаем, я тебя с другой головой познакомлю...

- Нет, - Иванушка решительно выпрямился. - Пойду.

- Счастливо тебе, Ваня, - кивнула голова. - Приятно было познакомиться.

- Бывай, - махнул рукой Иванушка и побрел к выходу.

Голова некоторое время смотрела ему вслед, а потом опустилась на пол.

Через пару минут в камне, служившем Иванушке укрытием, открылся красный глаз.

- С Василисой - это ты молодец, - сказала третья голова. - Опять в своем репертуаре - шутовство, гротеск. Разбудил бы первую, это ее дело - визитеров шугать.

- Ну уж нет, - вторая голова поерзала, устраиваясь поудобнее. - Психологически мой метод надежнее. А то все устрашение да устрашение. Скучно.

- Может, - усмехнулась третья голова, - нам и впрямь пару девиц похитить? Для правдоподобия. "Таксист", тоже мне.

- А вот это, - вторая голова закрыла глаза, - не моя забота. Принимай вахту.

Любая глупость, сказанная магом, становится заклинанием.

- Я не могу так сделать! У меня высокие моральные качества!
- Если твоя "мораль" мешает твоему развитию, то её истинная природа ниже муладхары. Выбрось.