Forwarded from Заметки черного мага
Чтобы думать головой, нужно с начало :
1) осознать, что есть голова
2) понять ее предназначение
3) понять зачем надо "думать"
4) сопоставить термины "думать" и голова"
5) попробовать
6) получить от этого удовольствие (обязательно!)
1) осознать, что есть голова
2) понять ее предназначение
3) понять зачем надо "думать"
4) сопоставить термины "думать" и голова"
5) попробовать
6) получить от этого удовольствие (обязательно!)
Forwarded from Волшебное место (Neko)
Путешествовать в прошлое? Легко! Просто сходите в городскую поликлинику и окажетесь в прошлом веке.
Воспитание некромагов с детства. © В.Даль
Жучка, весь день за стариком в лесу пробегавши, не знала, что старуха птицу в хлев загнала, сжалилась над больной лисой и пустила ее туда. А лиска двух кур задушила да домой утащила. Как узнал про это старик, так Жучку прибил и со двора согнал.
— Иди, — говорит, — куда хочешь, а мне ты в сторожа не годишься!
Вот и пошла Жучка, плача, со старикова двора, а пожалели о Жучке только старушка да девочка Снегурочка.
Жучка, весь день за стариком в лесу пробегавши, не знала, что старуха птицу в хлев загнала, сжалилась над больной лисой и пустила ее туда. А лиска двух кур задушила да домой утащила. Как узнал про это старик, так Жучку прибил и со двора согнал.
— Иди, — говорит, — куда хочешь, а мне ты в сторожа не годишься!
Вот и пошла Жучка, плача, со старикова двора, а пожалели о Жучке только старушка да девочка Снегурочка.
Зиму Даша ненавидела.
Это, пожалуй, единственное, с чем она не могла смириться.
Бывало, её полузамёрзшую подбирали на дороге добрые люди, принимая скорее за труп, с трудом переставляющий ноги, чем за живое существо. Только магия не давала юной на вид страннице умереть от переохлаждения.
Холод заставлял прибиваться к человеческой стае, ведь одному выжить невозможно, если у тебя нет надёжного крова, спасающего от ледяных ветров, и огня в очаге, сохраняющего тепло, необходимое, чтобы дождаться весну. Несколько раз зима даже сумела вынудить её выйти замуж, так как другого способа переждать холод не нашлось.
Морозное время года девушка старалась проводить в краях, где снег большая редкость, но даже там, промокнув до нитки под холодным дождём, невозможно как следует отогреться и просохнуть в какой-нибудь пещере у костра. Если нет снега, проще добывать корни съедобных растений, охотиться на мелкую дичь, но спать в тёплом доме, накрывшись лёгкими шкурами, и просыпаться не от дикого рёва медведя или кабана, было всё-таки приятнее.
Поэтому любовные заговоры и приворотные зелья, которым девушку научили знающие люди на долгом пути её бытия, оказывались не последним способом борьбы с холодами.
С первым снегом подруги и их драконы возвратились в Москву, недоволен этим был только Топотун, ведь холод – его стихия, но против коллектива не пойдёшь, поэтому он по привычке сделал вид, что ему всё равно.
Отсутствие на скамейке перед подъездом наблюдательных и весьма любопытных соседок лишь подтвердило сведения метеорологов о начале зимы.
Уже через несколько дней на улице лежал снег, а дворники посыпали тротуары смесями, заставляющими его таять, поскольку ленились чистить их вручную.
Даша, стоя у окна, наблюдя за происходящим.
Каждая снежинка вызывала бурю воспоминаний. Это было ещё одной причиной ненавидеть зиму. Воспоминания - бездушные миражи живых событий подобно белым мухам, которых Мара (древняя богиня холода и смерти) выпускала на морозные просторы, в особое время года, когда настоящие насекомые замирали в ожидании не то смерти, не то вечной жизни, роем кружили в её голове.
Когда-то ведьма тоже верила в богов, но со временем поняла, что если они и существовали в прошлом, то давно покинули этот странный мир.
Она видела, как на смену старым богам приходили новые, потом и они исчезали, уступая место кому-то ещё. Один и тот же бог в разное время мог меняться до неузнаваемости, но опять находились почитатели его законов, вне зависимости от того, хотел ли он мира и процветания для своих последователей, или мечтал купаться в их крови.
Постепенно Дарья пришла к выводу, что боги рождаются в умах людей, там же люди их и хоронят, наказывая забвением за ошибки, которые совершали сами.
Когда-то приход зимы пугал, снег покрывал всё вокруг своим белоснежным саваном, а холод привычно собирал урожай из человеческих жизней. Со временем, появление снега стало вызывать какую – то почти отчаянную радость, надежду на перемены и чудо, а восторженные произведения поэтов и прозаиков, подпитывающих эту новую веру, превратили безжалостную Мару в инфантильную Снегурочку. Люди опять придумали себе объекты щенячьих восторгов, на этот раз хотя бы добрых.
Менялись поколения, менялись боги, а человечество всё ещё нуждалось в сказке и возможности оправдывать свои деяния волей кого-то свыше.
Конечно, существует ещё магия, но она не действует без того, кто в состоянии с нею справиться. Возможно, в мире людей вскоре ей настанет конец, потому что почти не осталось тех, кто способен подчинить себе эту древнюю силу.
Управлять магией до какой-то поры смогут только существа, подобные феям, но и они уже умеют далеко не всё, что могли их прародители.
Дарье стало совсем грустно. Она опять попала под влияние холода и своих мыслей, которые в таком виде её не радовали.
- Катерина, - окликнула ведьма подругу, - у нас до следующего лета много дел, ты ещё хочешь учить заклинания, узнавать, как варить зелья?
- Конечно, - отозвалась Катя, возившаяся с Мурзиком, который принял облик котёнка и сейчас пытался выхватить из её рук фантик, привязанный к верёвочке.
Это, пожалуй, единственное, с чем она не могла смириться.
Бывало, её полузамёрзшую подбирали на дороге добрые люди, принимая скорее за труп, с трудом переставляющий ноги, чем за живое существо. Только магия не давала юной на вид страннице умереть от переохлаждения.
Холод заставлял прибиваться к человеческой стае, ведь одному выжить невозможно, если у тебя нет надёжного крова, спасающего от ледяных ветров, и огня в очаге, сохраняющего тепло, необходимое, чтобы дождаться весну. Несколько раз зима даже сумела вынудить её выйти замуж, так как другого способа переждать холод не нашлось.
Морозное время года девушка старалась проводить в краях, где снег большая редкость, но даже там, промокнув до нитки под холодным дождём, невозможно как следует отогреться и просохнуть в какой-нибудь пещере у костра. Если нет снега, проще добывать корни съедобных растений, охотиться на мелкую дичь, но спать в тёплом доме, накрывшись лёгкими шкурами, и просыпаться не от дикого рёва медведя или кабана, было всё-таки приятнее.
Поэтому любовные заговоры и приворотные зелья, которым девушку научили знающие люди на долгом пути её бытия, оказывались не последним способом борьбы с холодами.
С первым снегом подруги и их драконы возвратились в Москву, недоволен этим был только Топотун, ведь холод – его стихия, но против коллектива не пойдёшь, поэтому он по привычке сделал вид, что ему всё равно.
Отсутствие на скамейке перед подъездом наблюдательных и весьма любопытных соседок лишь подтвердило сведения метеорологов о начале зимы.
Уже через несколько дней на улице лежал снег, а дворники посыпали тротуары смесями, заставляющими его таять, поскольку ленились чистить их вручную.
Даша, стоя у окна, наблюдя за происходящим.
Каждая снежинка вызывала бурю воспоминаний. Это было ещё одной причиной ненавидеть зиму. Воспоминания - бездушные миражи живых событий подобно белым мухам, которых Мара (древняя богиня холода и смерти) выпускала на морозные просторы, в особое время года, когда настоящие насекомые замирали в ожидании не то смерти, не то вечной жизни, роем кружили в её голове.
Когда-то ведьма тоже верила в богов, но со временем поняла, что если они и существовали в прошлом, то давно покинули этот странный мир.
Она видела, как на смену старым богам приходили новые, потом и они исчезали, уступая место кому-то ещё. Один и тот же бог в разное время мог меняться до неузнаваемости, но опять находились почитатели его законов, вне зависимости от того, хотел ли он мира и процветания для своих последователей, или мечтал купаться в их крови.
Постепенно Дарья пришла к выводу, что боги рождаются в умах людей, там же люди их и хоронят, наказывая забвением за ошибки, которые совершали сами.
Когда-то приход зимы пугал, снег покрывал всё вокруг своим белоснежным саваном, а холод привычно собирал урожай из человеческих жизней. Со временем, появление снега стало вызывать какую – то почти отчаянную радость, надежду на перемены и чудо, а восторженные произведения поэтов и прозаиков, подпитывающих эту новую веру, превратили безжалостную Мару в инфантильную Снегурочку. Люди опять придумали себе объекты щенячьих восторгов, на этот раз хотя бы добрых.
Менялись поколения, менялись боги, а человечество всё ещё нуждалось в сказке и возможности оправдывать свои деяния волей кого-то свыше.
Конечно, существует ещё магия, но она не действует без того, кто в состоянии с нею справиться. Возможно, в мире людей вскоре ей настанет конец, потому что почти не осталось тех, кто способен подчинить себе эту древнюю силу.
Управлять магией до какой-то поры смогут только существа, подобные феям, но и они уже умеют далеко не всё, что могли их прародители.
Дарье стало совсем грустно. Она опять попала под влияние холода и своих мыслей, которые в таком виде её не радовали.
- Катерина, - окликнула ведьма подругу, - у нас до следующего лета много дел, ты ещё хочешь учить заклинания, узнавать, как варить зелья?
- Конечно, - отозвалась Катя, возившаяся с Мурзиком, который принял облик котёнка и сейчас пытался выхватить из её рук фантик, привязанный к верёвочке.
Спорящий
В комнате было необычно тихо и буднично для такой ночи. Где-то за окном взрывались петарды, взлетали ввысь фейерверки, смеялись люди, сияли тысячами огней гирлянды, а здесь – выключен свет и слышно, как тикают старые, какие-то неуместные в современном мире высоких технологий, часики.
Елка, вернее, несколько связанных вместе и поставленных в тяжелую вазу сосновых веток, была украшена дешевым дождиком и парочкой шариков. Раскладной стол все еще хранил следы скромного пиршества: салат оливье, колбасная нарезка в тарелке, сельдь под шубой и две бутылки: пустая – из-под самого дешевого шампанского и на треть полная – с водкой.
Видно было, что здесь не слишком-то праздновали: чокнулись бокалами с шампанским и соком за Новый год, послушали речь президента, покушали немного и… все – свет потушили, телевизор выключили и закончили «веселиться», даже салаты отчего-то в холодильник не поставили.
На диване перед столом спал мужчина лет тридцати пяти, и то, что уснул он прямо в одежде без одеяла и постельного белья, и резкий запах от него перегара, и неровное дыхание, время от времени срывающееся на храп, говорили о том, что он мертвецки пьян.
Но в темной комнате он был не один, на стуле напротив окна скромно сидел мальчик лет семи, казалось, он чего-то ждал и к чему-то прислушивался.
А потом здесь словно из неоткуда появился еще некто третий. Он неспешной величественной походкой приблизился к спящему, четким выверенным движением вынул из ножен сияющий меч, занес над головой мужчины и…
- Дедушка Мороз? Это ты? – послышался детский голос.
Суровый гость непонимающе сдвинул брови и оглянулся на мальчика. В комнате было достаточно светло от света уличных фонарей и соседних окон, но, по вполне понятным причинам, гость совсем не ожидал, что его увидят. Впрочем, мальчик смотрел не на него, а куда-то в стену, повернув к держащему меч правое ухо.
- Дедушка Мороз, я тебя слышу. Ты здесь! Ты все-таки пришел!
- Слышишь? – удивленно переспросил гость и еще больше удивился, когда ребенок радостно ответил:
- Да, слышу!
- А?..
- Не бойся, я никому не расскажу о тебе! Но я знаю, что ты существуешь, всегда знал! Ты ведь не получил письмо от меня, от Миши Степанова?
Ангел Смерти, а это был он, в замешательстве опустил меч и отступил от жертвы. Его довольно сложно было смутить, и много веков подряд он делал свою работу беспристрастно, не обращая внимания ни на стенающих родственников, ни на суетящихся врачей, ни на что… но сейчас впервые две совершенно невиданные раньше вещи заставили его помедлить. Во-первых, мальчик каким-то чудом заметил его. А во-вторых, принял за того, кто дарит подарки, а не отнимает жизни.
- Это какое-то недоразумение, - прошептал он.
- Почему недоразумение? – тараторил Миша. - Я специально не написал письмо и твердо решил дождаться тебя и поговорить лично.
- Ты видишь меня?
Мальчик грустно, как-то по-взрослому, рассмеялся:
- Нет, я слепой. Но у меня очень хороший слух, я сразу понял, что ты пришел.
- И чего же ты хочешь?
- Ты можешь сделать, чтобы вся водка в мире исчезла? – Миша напряженно прислушивался, ожидая ответа. – Бабушка говорит, что сделать так, чтобы папа не пил, слишком сложно, никто за такое не возьмется, а вот если водка вдруг исчезнет…
Ангел хмыкнул, взглянув на бутылки на столе:
- Останется шампанское. Виски. Ром.
- Ну тогда, пусть и они исчезнут.
- Думаешь, это поможет?
Мальчик задумался, потом погрустнел, опустил голову.
- Вряд ли…
- Вот видишь, ты все понимаешь. Ничто уже не поможет твоему отцу, почему ты не попросишь чего-нибудь для себя?
Губы ребенка задрожали, из глаз непроизвольно закапали слезы, и он заговорил быстро, дрожащим голосом, срываясь на всхлипы:
В комнате было необычно тихо и буднично для такой ночи. Где-то за окном взрывались петарды, взлетали ввысь фейерверки, смеялись люди, сияли тысячами огней гирлянды, а здесь – выключен свет и слышно, как тикают старые, какие-то неуместные в современном мире высоких технологий, часики.
Елка, вернее, несколько связанных вместе и поставленных в тяжелую вазу сосновых веток, была украшена дешевым дождиком и парочкой шариков. Раскладной стол все еще хранил следы скромного пиршества: салат оливье, колбасная нарезка в тарелке, сельдь под шубой и две бутылки: пустая – из-под самого дешевого шампанского и на треть полная – с водкой.
Видно было, что здесь не слишком-то праздновали: чокнулись бокалами с шампанским и соком за Новый год, послушали речь президента, покушали немного и… все – свет потушили, телевизор выключили и закончили «веселиться», даже салаты отчего-то в холодильник не поставили.
На диване перед столом спал мужчина лет тридцати пяти, и то, что уснул он прямо в одежде без одеяла и постельного белья, и резкий запах от него перегара, и неровное дыхание, время от времени срывающееся на храп, говорили о том, что он мертвецки пьян.
Но в темной комнате он был не один, на стуле напротив окна скромно сидел мальчик лет семи, казалось, он чего-то ждал и к чему-то прислушивался.
А потом здесь словно из неоткуда появился еще некто третий. Он неспешной величественной походкой приблизился к спящему, четким выверенным движением вынул из ножен сияющий меч, занес над головой мужчины и…
- Дедушка Мороз? Это ты? – послышался детский голос.
Суровый гость непонимающе сдвинул брови и оглянулся на мальчика. В комнате было достаточно светло от света уличных фонарей и соседних окон, но, по вполне понятным причинам, гость совсем не ожидал, что его увидят. Впрочем, мальчик смотрел не на него, а куда-то в стену, повернув к держащему меч правое ухо.
- Дедушка Мороз, я тебя слышу. Ты здесь! Ты все-таки пришел!
- Слышишь? – удивленно переспросил гость и еще больше удивился, когда ребенок радостно ответил:
- Да, слышу!
- А?..
- Не бойся, я никому не расскажу о тебе! Но я знаю, что ты существуешь, всегда знал! Ты ведь не получил письмо от меня, от Миши Степанова?
Ангел Смерти, а это был он, в замешательстве опустил меч и отступил от жертвы. Его довольно сложно было смутить, и много веков подряд он делал свою работу беспристрастно, не обращая внимания ни на стенающих родственников, ни на суетящихся врачей, ни на что… но сейчас впервые две совершенно невиданные раньше вещи заставили его помедлить. Во-первых, мальчик каким-то чудом заметил его. А во-вторых, принял за того, кто дарит подарки, а не отнимает жизни.
- Это какое-то недоразумение, - прошептал он.
- Почему недоразумение? – тараторил Миша. - Я специально не написал письмо и твердо решил дождаться тебя и поговорить лично.
- Ты видишь меня?
Мальчик грустно, как-то по-взрослому, рассмеялся:
- Нет, я слепой. Но у меня очень хороший слух, я сразу понял, что ты пришел.
- И чего же ты хочешь?
- Ты можешь сделать, чтобы вся водка в мире исчезла? – Миша напряженно прислушивался, ожидая ответа. – Бабушка говорит, что сделать так, чтобы папа не пил, слишком сложно, никто за такое не возьмется, а вот если водка вдруг исчезнет…
Ангел хмыкнул, взглянув на бутылки на столе:
- Останется шампанское. Виски. Ром.
- Ну тогда, пусть и они исчезнут.
- Думаешь, это поможет?
Мальчик задумался, потом погрустнел, опустил голову.
- Вряд ли…
- Вот видишь, ты все понимаешь. Ничто уже не поможет твоему отцу, почему ты не попросишь чего-нибудь для себя?
Губы ребенка задрожали, из глаз непроизвольно закапали слезы, и он заговорил быстро, дрожащим голосом, срываясь на всхлипы:
- Ты не понимаешь, Дедушка Мороз, это же мой папа! Он просто заболел. Он очень переживал из-за того, что мама умерла, и заболел. И его нужно вылечить. Если бы я мог, то вырос бы и научился лечить людей… Но только я никогда не научусь, потому что слепых во врачи не берут… Но папа, папа, он… хороший, очень хороший, поверь… Нас только трое осталось: я, бабушка и папа. Мама умерла… и дедушка. А если папа пить не перестанет, то тоже может умереть, я знаю. Но ты ведь волшебный, ты ведь все можешь! Мне совсем подарков других не надо, если у тебя там игрушки для меня или конфеты какие… не надо, Дедушка, можешь другим детям отдать. Я обещаю, что больше ничего и никогда не попрошу у тебя, только сделай так, чтобы папа выздоровел! Пожалуйста!
Ангел стоял, хмурился и думал, что никогда раньше рукоять сияющего меча не жгла так сильно его руку. Ему вспомнились улыбающееся морщинистое лицо дедушки этого самого мальчика, и светлые веселые глаза его матери. Он закачал головой, напомнил себе, кто он, крепче сжал меч и бесстрастно произнес:
- Ты говоришь, что твой отец болен, но разве эта болезнь – не его собственный выбор, разве не добровольно он выбрал ее, забыв о тебе и твоей бабушке?
- Нет! – закричал Миша. – Не говори так! Дедушка Мороз, так нельзя говорить! Человека всегда можно вылечить, всегда, я знаю!
- Даже если он сам не хочет? И сам не верит?
- Даже если так! Добро все может! А если он не верит, то я буду верить за двоих! Я и за троих смогу, и за четверых, хоть за всех на свете буду верить! А ты Дедушка Мороз…
- Я не Де… - Ангел не договорил, он отчего-то передумал, что-то заметил, что-то ведомое лишь высшим существам вдруг открылось ему, изменив настроение и намерения.
Суровый Ангел Смерти возвел глаза к Небу, постоял так, к чему-то прислушиваясь, затем вздохнул, пробормотал:
- Он ведь еще доставит мне массу неприятностей… Каждый раз спорить с ним по каждому, казалось бы, однозначному случаю?.. Господь, ты точно решил?..
Ангел взял меч в обе руки за лезвие у основания и на конце и, подойдя к мальчику, приложил клинок к невидящим глазам. Миша вздрогнул от неожиданности, тихо вскрикнул, резко отпрянул и, часто-часто заморгал.
- Ты не Дедушка Мороз! – воскликнул мальчик, рассмотрев гостя.
- А ты больше не слепой, - ухмыльнулся Ангел Смерти. – Свидимся еще, Михаил Иванович Степанов – выдающийся хирург и непримиримый спорщик со смертью, - сказал и исчез.
Миша не понял ничего из последних слов Ангела, он был слишком поражен, что тот, кого он принимал за Деда Мороза, оказался одетым в черное молодым парнем с длинными волосами и сияющим мечом в руках.
Резко вдохнув и закричав, так, что разбудил бабушку в соседней спальне, подорвался на диване Мишин папа. Он сидел, глядя вокруг дикими глазами и приговаривая:
- Приснится же… Приснится же… Все! Завязываю! Завязываю… точно!
Ни папа, ни бабушка, ни до конца сам Миша, еще не знали, какие подарки принес им этот Новый год.
🎻 Сказки Скрипача 🎻
Ангел стоял, хмурился и думал, что никогда раньше рукоять сияющего меча не жгла так сильно его руку. Ему вспомнились улыбающееся морщинистое лицо дедушки этого самого мальчика, и светлые веселые глаза его матери. Он закачал головой, напомнил себе, кто он, крепче сжал меч и бесстрастно произнес:
- Ты говоришь, что твой отец болен, но разве эта болезнь – не его собственный выбор, разве не добровольно он выбрал ее, забыв о тебе и твоей бабушке?
- Нет! – закричал Миша. – Не говори так! Дедушка Мороз, так нельзя говорить! Человека всегда можно вылечить, всегда, я знаю!
- Даже если он сам не хочет? И сам не верит?
- Даже если так! Добро все может! А если он не верит, то я буду верить за двоих! Я и за троих смогу, и за четверых, хоть за всех на свете буду верить! А ты Дедушка Мороз…
- Я не Де… - Ангел не договорил, он отчего-то передумал, что-то заметил, что-то ведомое лишь высшим существам вдруг открылось ему, изменив настроение и намерения.
Суровый Ангел Смерти возвел глаза к Небу, постоял так, к чему-то прислушиваясь, затем вздохнул, пробормотал:
- Он ведь еще доставит мне массу неприятностей… Каждый раз спорить с ним по каждому, казалось бы, однозначному случаю?.. Господь, ты точно решил?..
Ангел взял меч в обе руки за лезвие у основания и на конце и, подойдя к мальчику, приложил клинок к невидящим глазам. Миша вздрогнул от неожиданности, тихо вскрикнул, резко отпрянул и, часто-часто заморгал.
- Ты не Дедушка Мороз! – воскликнул мальчик, рассмотрев гостя.
- А ты больше не слепой, - ухмыльнулся Ангел Смерти. – Свидимся еще, Михаил Иванович Степанов – выдающийся хирург и непримиримый спорщик со смертью, - сказал и исчез.
Миша не понял ничего из последних слов Ангела, он был слишком поражен, что тот, кого он принимал за Деда Мороза, оказался одетым в черное молодым парнем с длинными волосами и сияющим мечом в руках.
Резко вдохнув и закричав, так, что разбудил бабушку в соседней спальне, подорвался на диване Мишин папа. Он сидел, глядя вокруг дикими глазами и приговаривая:
- Приснится же… Приснится же… Все! Завязываю! Завязываю… точно!
Ни папа, ни бабушка, ни до конца сам Миша, еще не знали, какие подарки принес им этот Новый год.
🎻 Сказки Скрипача 🎻
👍1
Праздничный гость
- Эй! Вставай уже! – кричала Принцесса, пиная Дракона носком сапожка в бок.
- Да что ж такое? – Дракон сердито выругался, открыл один глаз.
- Мне кажется, - Принцесса покосилась на дверь, - там кто-то есть…
- И из-за этого меня будить? – возмутился Дракон. – Кто там еще может быть, кроме этих ржавых идиотов – рыцарей. Они всегда бряцают своими железяками и вызывают на сражение. – Дракон вдруг нахмурился, навострил уши. - Но, чудится мне, что в этот раз… - он прислушался к странным звукам, доносящимся снаружи, - бряцанье немного странное…слишком мелодичное, что ли…
- И я о том же! – взволнованно воскликнула Принцесса.
- А это что за «Хо-хо-хо»? Смех, что ли? Он издевается?!
От невиданной наглости рыцаря, вздумавшего хохотать перед его пещерой, Дракон вскочил сразу на все четыре лапы и, будто рассерженный кот нервно дергая хвостом, двинулся к выходу. Принцесса осторожно следовала за ним, ее женская интуиция подсказывала, что происходит нечто необычное.
- И где доспехи? – удивленно спросил Дракон.
- А где конь?.. – захлопала глазами Принцесса.
- И это что, бубенцы звенят? А я-то думаю, что за бряцанье такое странное?- продолжал Дракон.
- Это олени?! – взвизгнула Принцесса.
- И где рыцарь?! – хором воскликнули оба.
Краснощекий старик с белоснежной бородой, одетый в красный теплый костюм, добродушно захохотал и, оставив накренившиеся сани с впряженными в них оленями, поспешил к пещере.
- А кто это тут у нас живет! Подарков моих ждете?
Пока старик перебирался через россыпь камней, преграждающих подход к пещере, Принцесса и Дракон тихо переговаривались.
- Он что, меня не боится? – недоумевал Дракон.
- Кажется, нет…
- Кто этот сумасшедший?
- Не знаю, давай на всякий случай пригласим его в гости.
- Ты тоже сошла с ума?
- У нас никогда никого не бывает.
- А рыцари?
- Рыцари не считаются, особенно сожженные и съеденные… Фу…. Ну, пожалуйста, давай его пригласим!
- А как же два главнейших правила драконей паранойи – недоверие и конспирация?
- Ой!- отмахнулась Принцесса. – Подождет твоя паранойя. Он совсем старый и не может нам ничем угрожать.
- Может это самый опытный и самый хитрый рыцарь в мире.
- Ты что? – Принцесса сощурилась, она всегда так делала, когда брала Дракона «на слабо», - боишься старичка?
Дракон недовольно запыхтел, и, повернувшись к добравшемуся наконец к ним незваному гостю, совсем не гостеприимно рявкнул:
- Добро пожаловать!
- Хо-хо-хо! – ответил старик. – Вижу вы меня не ждали, молодежь? Где же Дух Рождества? Новогодняя атмосфера?
Он подошел ко входу, уставился на человеческие черепа, подвешенные над дверью ради устрашения рыцарей.
- Вот неплохо, неплохо. Только веточек еловых добавьте. Колокольчиков там, конфет. И отличной веночек будет!
Старик вошел внутрь, Дракон и Принцесса, переглянувшись, прошли следом.
- А кто вы, простите, будете? – поинтересовался хозяин.
- По-разному меня зовут, кто Санта Клаусом, кто Дедом Морозом. Но суть-то одна. Мотаюсь по белу свету и раздаю подарки. Вот ты! – гость резко обернулся и ткнул в Дракона толстым пальцем. – Признавайся!
Дракон замер от неожиданности, готовясь к худшему – мало ли что могло быть у этого старикана, тайное смертоносное оружие, например.
- Хорошо ли вел себя в этом году?
Зверь расслабился и с облегченным вздохом ответил:
- Хорошо! Просто отлично!
- Ты сжег три деревни, ограбил сокровищницы двух королевств, убил сотню рыцарей и съел четыре стада, - вмешалась Принцесса. – Не говоря уже о моем похищении. Это хорошо?
- Я вел себя, как превосходнейший дракон! – нагло заявил змей.
- Тогда ты заслужил подарок! Хо-хо-хо! – заключил старик, и тут же обернулся к Принцессе. - А ты, юная леди? Ты была хорошей девочкой?
- Эй! Вставай уже! – кричала Принцесса, пиная Дракона носком сапожка в бок.
- Да что ж такое? – Дракон сердито выругался, открыл один глаз.
- Мне кажется, - Принцесса покосилась на дверь, - там кто-то есть…
- И из-за этого меня будить? – возмутился Дракон. – Кто там еще может быть, кроме этих ржавых идиотов – рыцарей. Они всегда бряцают своими железяками и вызывают на сражение. – Дракон вдруг нахмурился, навострил уши. - Но, чудится мне, что в этот раз… - он прислушался к странным звукам, доносящимся снаружи, - бряцанье немного странное…слишком мелодичное, что ли…
- И я о том же! – взволнованно воскликнула Принцесса.
- А это что за «Хо-хо-хо»? Смех, что ли? Он издевается?!
От невиданной наглости рыцаря, вздумавшего хохотать перед его пещерой, Дракон вскочил сразу на все четыре лапы и, будто рассерженный кот нервно дергая хвостом, двинулся к выходу. Принцесса осторожно следовала за ним, ее женская интуиция подсказывала, что происходит нечто необычное.
- И где доспехи? – удивленно спросил Дракон.
- А где конь?.. – захлопала глазами Принцесса.
- И это что, бубенцы звенят? А я-то думаю, что за бряцанье такое странное?- продолжал Дракон.
- Это олени?! – взвизгнула Принцесса.
- И где рыцарь?! – хором воскликнули оба.
Краснощекий старик с белоснежной бородой, одетый в красный теплый костюм, добродушно захохотал и, оставив накренившиеся сани с впряженными в них оленями, поспешил к пещере.
- А кто это тут у нас живет! Подарков моих ждете?
Пока старик перебирался через россыпь камней, преграждающих подход к пещере, Принцесса и Дракон тихо переговаривались.
- Он что, меня не боится? – недоумевал Дракон.
- Кажется, нет…
- Кто этот сумасшедший?
- Не знаю, давай на всякий случай пригласим его в гости.
- Ты тоже сошла с ума?
- У нас никогда никого не бывает.
- А рыцари?
- Рыцари не считаются, особенно сожженные и съеденные… Фу…. Ну, пожалуйста, давай его пригласим!
- А как же два главнейших правила драконей паранойи – недоверие и конспирация?
- Ой!- отмахнулась Принцесса. – Подождет твоя паранойя. Он совсем старый и не может нам ничем угрожать.
- Может это самый опытный и самый хитрый рыцарь в мире.
- Ты что? – Принцесса сощурилась, она всегда так делала, когда брала Дракона «на слабо», - боишься старичка?
Дракон недовольно запыхтел, и, повернувшись к добравшемуся наконец к ним незваному гостю, совсем не гостеприимно рявкнул:
- Добро пожаловать!
- Хо-хо-хо! – ответил старик. – Вижу вы меня не ждали, молодежь? Где же Дух Рождества? Новогодняя атмосфера?
Он подошел ко входу, уставился на человеческие черепа, подвешенные над дверью ради устрашения рыцарей.
- Вот неплохо, неплохо. Только веточек еловых добавьте. Колокольчиков там, конфет. И отличной веночек будет!
Старик вошел внутрь, Дракон и Принцесса, переглянувшись, прошли следом.
- А кто вы, простите, будете? – поинтересовался хозяин.
- По-разному меня зовут, кто Санта Клаусом, кто Дедом Морозом. Но суть-то одна. Мотаюсь по белу свету и раздаю подарки. Вот ты! – гость резко обернулся и ткнул в Дракона толстым пальцем. – Признавайся!
Дракон замер от неожиданности, готовясь к худшему – мало ли что могло быть у этого старикана, тайное смертоносное оружие, например.
- Хорошо ли вел себя в этом году?
Зверь расслабился и с облегченным вздохом ответил:
- Хорошо! Просто отлично!
- Ты сжег три деревни, ограбил сокровищницы двух королевств, убил сотню рыцарей и съел четыре стада, - вмешалась Принцесса. – Не говоря уже о моем похищении. Это хорошо?
- Я вел себя, как превосходнейший дракон! – нагло заявил змей.
- Тогда ты заслужил подарок! Хо-хо-хо! – заключил старик, и тут же обернулся к Принцессе. - А ты, юная леди? Ты была хорошей девочкой?
- Я?.. – Принцесса зарделась. Учитывая то, что она не оплакала ни одного рыцаря, за обе щеки вместе с Драконом уплетала поджаренное мясо украденных коров и баранов и радовалась похищенным сокровищам, половину которых присвоила себе (не говоря уже о том, что совсем не стремилась вернуться в родной дом, но в письмах постоянно жаловалась родственникам на томление в плену у чудовища)… Она тоже вела себя, как неплохая драконица, но вряд ли это можно было назвать поведением хорошей девочки. – Ну… Все в мире относительно…
Старик зацокал языком, он качал головой с явным сожалением, и Принцессе стало невероятно стыдно, но оказалось, что вовсе не о ее пропащей душе сожалеет гость.
- Да у вас же елки нет! Куда я подарки-то складывать буду?
- Какой елки? – удивился Дракон.
- Ну как! Принято же на Рождество и Новый год наряжать елку!
- Немедленно лети в лес и принеси елку! –скомандовала Принцесса, она была готова на все, что угодно, лишь бы разговор снова не зашел о ее поведении в этом году. – И выбирай самую красивую. Будем наряжать!
Спустя несколько часов предпраздничной суеты, Дракон, Принцесса, олени и странный старик стояли в самом просторном помещении пещеры перед гигантской елью. Дракон вырвал ее вместе с корнями и принес сюда, где при помощи камней и советов Принцессы кое-как установил посреди зала. Дерево обвивали гирлянды из золотых цепей, связок жемчуга, ожерелий из алмазов, рубинов, сапфиров и изумрудов. Тут и там висели драгоценные короны, золотые и серебряные амфоры, блюда, чаши, серьги, браслеты, кулоны. На раскидистых ветвях просто россыпью лежали монеты.
- Вот теперь чувствуется Новогодняя атмосфера! И Дух Рождества! Хо-хо-хо! – старик казался довольным. – А теперь, дети, станем в круг.
Никто из присутствующих уже не противился происходящему здесь безумию. Дракон с интересом наблюдал за редким для него развлечением. Принцессу захлестнула ностальгия по детским праздникам во дворце. Олени просто жевали сено и радовались передышке.
- Повторяйте за мной! – вел старик. – Раз!
- Раз! – крикнули хором Принцесса и Дракон.
- Два!
- Два!
- Три! Елочка горииии!!!
И Мороз подул. Принцесса тоже подула. А Дракон дохнул. Огнем…
Елочка вспыхнула, будто гигантская свеча.
Когда жар утих, дым рассеялся и остался лишь почерневший остов ели весь в остатках расплавленного и оплывшего золота, старик как ни в чем ни бывало завел свое фирменное «Хо-хо-хо!»
- Хорошо зажигаете, молодежь! – похвалил он. – А теперь айда веселиться!
И они веселились. Они так веселились, что даже спустя столетия в близлежащих селениях ходили легенды о ночи, когда сюда якобы слетелись сотни ужаснейших монстров и танцевали в пещерах на горе, отчего тряслась земля и холодящие кровь звуки разносились по округе. Было много версий, что и для чего творили там эти монстры, - от жуткой оргии до открытия портала в ад. На самом же деле, хозяева и гость распили пару бочек старого вина, после чего старик во всей красе развернул свой талант устроителя праздников. Они скакали вокруг елки (вернее того, что от нее осталось), пели песни, устраивали гонки на оленях, хлопали в ладоши, разгадывали загадки, слушали страшные и смешные истории, смотрели по волшебному зеркалу предновогодние речи семи разных королей и императоров. Снова пили вино и заедали отличными стейками (к счастью для оленей, запасы украденных стад еще не кончились).
А затем Санта немного перебрал, он вдруг разом присмирел и погрустнел.
- Эх, детишки без подарков останутся… Сани мои-то совсем сломались. А мне всего-то одно королевство облететь осталось, но видно не успею. Да и подарки почти кончились - выпали пару мешков, пока крушение терпел…
Старик зацокал языком, он качал головой с явным сожалением, и Принцессе стало невероятно стыдно, но оказалось, что вовсе не о ее пропащей душе сожалеет гость.
- Да у вас же елки нет! Куда я подарки-то складывать буду?
- Какой елки? – удивился Дракон.
- Ну как! Принято же на Рождество и Новый год наряжать елку!
- Немедленно лети в лес и принеси елку! –скомандовала Принцесса, она была готова на все, что угодно, лишь бы разговор снова не зашел о ее поведении в этом году. – И выбирай самую красивую. Будем наряжать!
Спустя несколько часов предпраздничной суеты, Дракон, Принцесса, олени и странный старик стояли в самом просторном помещении пещеры перед гигантской елью. Дракон вырвал ее вместе с корнями и принес сюда, где при помощи камней и советов Принцессы кое-как установил посреди зала. Дерево обвивали гирлянды из золотых цепей, связок жемчуга, ожерелий из алмазов, рубинов, сапфиров и изумрудов. Тут и там висели драгоценные короны, золотые и серебряные амфоры, блюда, чаши, серьги, браслеты, кулоны. На раскидистых ветвях просто россыпью лежали монеты.
- Вот теперь чувствуется Новогодняя атмосфера! И Дух Рождества! Хо-хо-хо! – старик казался довольным. – А теперь, дети, станем в круг.
Никто из присутствующих уже не противился происходящему здесь безумию. Дракон с интересом наблюдал за редким для него развлечением. Принцессу захлестнула ностальгия по детским праздникам во дворце. Олени просто жевали сено и радовались передышке.
- Повторяйте за мной! – вел старик. – Раз!
- Раз! – крикнули хором Принцесса и Дракон.
- Два!
- Два!
- Три! Елочка горииии!!!
И Мороз подул. Принцесса тоже подула. А Дракон дохнул. Огнем…
Елочка вспыхнула, будто гигантская свеча.
Когда жар утих, дым рассеялся и остался лишь почерневший остов ели весь в остатках расплавленного и оплывшего золота, старик как ни в чем ни бывало завел свое фирменное «Хо-хо-хо!»
- Хорошо зажигаете, молодежь! – похвалил он. – А теперь айда веселиться!
И они веселились. Они так веселились, что даже спустя столетия в близлежащих селениях ходили легенды о ночи, когда сюда якобы слетелись сотни ужаснейших монстров и танцевали в пещерах на горе, отчего тряслась земля и холодящие кровь звуки разносились по округе. Было много версий, что и для чего творили там эти монстры, - от жуткой оргии до открытия портала в ад. На самом же деле, хозяева и гость распили пару бочек старого вина, после чего старик во всей красе развернул свой талант устроителя праздников. Они скакали вокруг елки (вернее того, что от нее осталось), пели песни, устраивали гонки на оленях, хлопали в ладоши, разгадывали загадки, слушали страшные и смешные истории, смотрели по волшебному зеркалу предновогодние речи семи разных королей и императоров. Снова пили вино и заедали отличными стейками (к счастью для оленей, запасы украденных стад еще не кончились).
А затем Санта немного перебрал, он вдруг разом присмирел и погрустнел.
- Эх, детишки без подарков останутся… Сани мои-то совсем сломались. А мне всего-то одно королевство облететь осталось, но видно не успею. Да и подарки почти кончились - выпали пару мешков, пока крушение терпел…
В одних странах Санта Клаус летает по небу в волшебных санях, в которые запряжены олени, в других – Дед Мороз со Снегурочкой предпочитают тройку белых лошадей. Где-то зимние деды бродят пешком. Но если вы спросите о способе передвижения новогоднего старика, дарящего подарки, у жителей этого королевства, то они в один голос скажут, что тот летает верхом на драконе. Несется с запредельной скоростью от одного селения к другому, а прекрасная помощница сбрасывает вниз золотые монеты.
***
- Эй! Вставай уже! – кричала Принцесса, пиная Дракона носком сапожка в бок.
Дракон застонал и с трудом открыл один глаз.
- Сон какой-то странный приснился… Будто я умом поехал и свои сокровища добровольно раздавал местным детишкам…
- Угу, - хмуро кивнула Принцесса. – Только не свои сокровища, а наши. И не сон, а правда.
- Что?! – Дракон разом вскочил на все четыре лапы, хвост ударил по каменному полу. – Где этот старик?!
- Улетел. Сани кое-как подшаманил, и улетел. Обещал вернуться. В следующем году.
- И что на нас нашло?! – отчаянно вопрошал Дракон, мечась по залам пещер и обозревая, как катастрофически уменьшились запасы золота и драгоценностей.
- Дух Рождества… - досадливо протянула Принцесса. – Новогодняя атмосфера…
- Я его найду! Найду и сожгу к чертовой матери! А потом съем!..
- Не надо. Сами виноваты.
- Я был против с самого начала!
- А знаешь, - задумчиво сказала Принцесса. – Что-то в этом было…
- Что-то?! Драконье обнищание в этом было! Я теперь дракон-нищеброд!
- Да успокойся ты… Все равно сокровищ уже не вернуть. Давай лучше подарки распечатаем, что ли…
Принцесса разорвала красочную упаковку, раскрыла коробку, извлекла небольшое зеркальце в обычной деревянной оправе.
- Издеваешься, старик?.. – пробормотала она, глядя на свое недовольное лицо, немного помятое после вчерашнего праздника. Но вдруг изображение в зеркальце стало меняться. Она видела в зеркале уже не себя, а маленькую чумазую девочку, та, в отличие от грустной Принцессы, улыбалась во весь щербатый рот.
Фокус изменился, и Принцесса увидела, что девочка находится на рынке вместе с женщиной, которая держит ее за руку, и еще несколькими такими же чумазыми и оборванными детьми. Лавочник раздавал детям каждому по паре башмаков, а те невероятно радовались, прижимая обновки к груди.
Картинка снова сменилась, теперь видна была бедная комната, посреди которой стоял стол, ломящийся от еды. Тощие бледные, но счастливые дети и их такие же тощие и радостные родители готовились отведать здоровенную индейку.
В следующей показанной семье малыш впервые в жизни получил игрушку.
Мальчик с горящими глазами листал книгу с картинками.
У девочки было новое платье.
Близнецы разделили на двоих большую конфету.
Принцесса сама невольно начала улыбаться. Она неохотно оторвалась от зеркальца, повернулась к Дракону.
- А ведь этот старик не такой уж и плохой. Давай простим ему?
Дракон молча кивнул.
- А тебе что подарили? – спросила она
Он хитро глянул на нее и довольно улыбнулся:
- Список королей, которые хуже всех вели себя в прошлом году…
- Зачем? – непонимающе нахмурилась Принцесса.
- …и тем не менее, - продолжил Дракон, - нажили самые большие сокровища…
Владислав Скрипач
***
- Эй! Вставай уже! – кричала Принцесса, пиная Дракона носком сапожка в бок.
Дракон застонал и с трудом открыл один глаз.
- Сон какой-то странный приснился… Будто я умом поехал и свои сокровища добровольно раздавал местным детишкам…
- Угу, - хмуро кивнула Принцесса. – Только не свои сокровища, а наши. И не сон, а правда.
- Что?! – Дракон разом вскочил на все четыре лапы, хвост ударил по каменному полу. – Где этот старик?!
- Улетел. Сани кое-как подшаманил, и улетел. Обещал вернуться. В следующем году.
- И что на нас нашло?! – отчаянно вопрошал Дракон, мечась по залам пещер и обозревая, как катастрофически уменьшились запасы золота и драгоценностей.
- Дух Рождества… - досадливо протянула Принцесса. – Новогодняя атмосфера…
- Я его найду! Найду и сожгу к чертовой матери! А потом съем!..
- Не надо. Сами виноваты.
- Я был против с самого начала!
- А знаешь, - задумчиво сказала Принцесса. – Что-то в этом было…
- Что-то?! Драконье обнищание в этом было! Я теперь дракон-нищеброд!
- Да успокойся ты… Все равно сокровищ уже не вернуть. Давай лучше подарки распечатаем, что ли…
Принцесса разорвала красочную упаковку, раскрыла коробку, извлекла небольшое зеркальце в обычной деревянной оправе.
- Издеваешься, старик?.. – пробормотала она, глядя на свое недовольное лицо, немного помятое после вчерашнего праздника. Но вдруг изображение в зеркальце стало меняться. Она видела в зеркале уже не себя, а маленькую чумазую девочку, та, в отличие от грустной Принцессы, улыбалась во весь щербатый рот.
Фокус изменился, и Принцесса увидела, что девочка находится на рынке вместе с женщиной, которая держит ее за руку, и еще несколькими такими же чумазыми и оборванными детьми. Лавочник раздавал детям каждому по паре башмаков, а те невероятно радовались, прижимая обновки к груди.
Картинка снова сменилась, теперь видна была бедная комната, посреди которой стоял стол, ломящийся от еды. Тощие бледные, но счастливые дети и их такие же тощие и радостные родители готовились отведать здоровенную индейку.
В следующей показанной семье малыш впервые в жизни получил игрушку.
Мальчик с горящими глазами листал книгу с картинками.
У девочки было новое платье.
Близнецы разделили на двоих большую конфету.
Принцесса сама невольно начала улыбаться. Она неохотно оторвалась от зеркальца, повернулась к Дракону.
- А ведь этот старик не такой уж и плохой. Давай простим ему?
Дракон молча кивнул.
- А тебе что подарили? – спросила она
Он хитро глянул на нее и довольно улыбнулся:
- Список королей, которые хуже всех вели себя в прошлом году…
- Зачем? – непонимающе нахмурилась Принцесса.
- …и тем не менее, - продолжил Дракон, - нажили самые большие сокровища…
Владислав Скрипач
Хотите конфетку?
Услышав звон колокольчика на двери, я вышел к прилавку.
Последние лет сто количество клиентов всё уменьшалось, и я потихоньку начал бояться, что скоро они вообще перестанут приходить. Эта женщина была первой... за последний месяц, наверное. Сейчас мой товар никому не нужен, а если и нужен, то далеко не всегда человек может отдать за него то, что я прошу. Так что большую часть дней я просто сижу, стряхивая пыль с застеклённых витрин и стенных полок. В провинции, говорят, покупателей больше. Не знаю, правда это или нет, но лет через двадцать я туда всё-таки уеду. Уже сейчас мой деревянный домик стоит, окруженный со всех сторон девятиэтажными высотками, а ведь градоуправление уже готовит проект новой уплотнительной застройки. И что мне делать рядом с этими торговыми комплексами и бизнес-центрами?
Раньше, когда в моём дворе была детская площадка, в магазинчик частенько забегали дети. Торговать с ними нам запрещено, но на прилавке для таких случаев всегда стояла тарелочка с конфетами, а в витрине – "Свой маленький кукольный театр", "Настоящая космическая ракета" и "Замок прекрасного принца". Не самый дорогой товар, но дети, разглядывающие их через толстое стекло, пищали от восторга. Они и не знали, что в тот момент могли бы купить любую вещь с витрины, если бы не правила...
Наверное, я слишком много думаю о прошлом...
Женщина стояла у кассы с задумчивым видом, внимательно читая правила. Я стоял в дверях, не решаясь пока её побеспокоить. Ей было чуть больше тридцати, и она пока ещё была красива, хотя около глаз и в уголках губ уже появились первые морщинки. Говоря по-честному, я немного боялся её напугать. Для вашего поколения я уже не мудрый волхв, не добрый волшебник и даже не сказочник. Мне давно хотелось изменить свой внешний вид, но я никак не мог отказаться от этого образа, который я носил на себе уже две тысячи лет. Увы, уже несколько раз бывало так, что вошедшие принимали меня за какого-то сумасшедшего старика и покидали лавку, так ничего и не приобретя, но мне всё равно нравилось ощущать себя этаким древним мудрецом и чародеем. В какой-то степени, для многих людей им я когда-то и был.
Похоже, она наконец заметила меня. Странно, но мой вид не вызвал у неё не удивления, не оторопи. Скорее лёгкую улыбку, больше внутреннюю, показанную только уголками губ.
— А Вы ничуть не изменились! — воскликнула она вместо приветствия.
— Мы разве знакомы? — приобрести что-либо в моей лавке можно было только один раз, поэтому всех покупателей я помнил в лицо. Этой женщины среди них не было.
— Ну конечно, Вы не помните — она издала тихий смешок — знакомы, да. Я ещё постоянно стояла у той витрины, смотрела на... — тут она подошла к витрине и поднесла руки ко рту от изумления — Она что, до сих пор тут стоит? "Укротительница тигров"! Неужели никто так и не купил её за двадцать лет?
Тут она осеклась и на секунду обхватила себя руками.
— Ой, простите. Я, наверное, очень шумная? Я так долго Вас искала, так искала. Сначала закидала маму звонками, помнишь, мол, у нас во дворе такой странный магазинчик стоял, затем подруг завалила расспросами. И никто ничего не помнит... Решили, что я свихнулась, что у меня галлюцинации…
Она продолжала рассказывать, а я внимательно слушал. История, в какой-то степени, тоже часть платы, хотя обычно я об этом не говорю, чтобы люди не стали скупыми на слова. Она жила в этом дворе до шестнадцати лет, затем переехала вместе с родителями в другой город, познакомилась с юношей — по её описанию, настоящий благородный рыцарь — год они встречались, поженились, год прожили в браке, развелись. Пошла строить карьеру — не нашла в себе решимости противостоять коллегам-соперницам. Попыталась уехать в столицу — но и там, прожив полгода у родственников, так и не смогла устроиться. Обычная, в общем-то, судьба обычного жителя нашей страны. Но, сказала она, она чувствует, что предназначена для чего-то большего. Тоже, в общем-то, обычная мысль. Впрочем, моя работа — помогать как раз таким, самым обычным людям.
Мы медленно шли вдоль витрин.
Услышав звон колокольчика на двери, я вышел к прилавку.
Последние лет сто количество клиентов всё уменьшалось, и я потихоньку начал бояться, что скоро они вообще перестанут приходить. Эта женщина была первой... за последний месяц, наверное. Сейчас мой товар никому не нужен, а если и нужен, то далеко не всегда человек может отдать за него то, что я прошу. Так что большую часть дней я просто сижу, стряхивая пыль с застеклённых витрин и стенных полок. В провинции, говорят, покупателей больше. Не знаю, правда это или нет, но лет через двадцать я туда всё-таки уеду. Уже сейчас мой деревянный домик стоит, окруженный со всех сторон девятиэтажными высотками, а ведь градоуправление уже готовит проект новой уплотнительной застройки. И что мне делать рядом с этими торговыми комплексами и бизнес-центрами?
Раньше, когда в моём дворе была детская площадка, в магазинчик частенько забегали дети. Торговать с ними нам запрещено, но на прилавке для таких случаев всегда стояла тарелочка с конфетами, а в витрине – "Свой маленький кукольный театр", "Настоящая космическая ракета" и "Замок прекрасного принца". Не самый дорогой товар, но дети, разглядывающие их через толстое стекло, пищали от восторга. Они и не знали, что в тот момент могли бы купить любую вещь с витрины, если бы не правила...
Наверное, я слишком много думаю о прошлом...
Женщина стояла у кассы с задумчивым видом, внимательно читая правила. Я стоял в дверях, не решаясь пока её побеспокоить. Ей было чуть больше тридцати, и она пока ещё была красива, хотя около глаз и в уголках губ уже появились первые морщинки. Говоря по-честному, я немного боялся её напугать. Для вашего поколения я уже не мудрый волхв, не добрый волшебник и даже не сказочник. Мне давно хотелось изменить свой внешний вид, но я никак не мог отказаться от этого образа, который я носил на себе уже две тысячи лет. Увы, уже несколько раз бывало так, что вошедшие принимали меня за какого-то сумасшедшего старика и покидали лавку, так ничего и не приобретя, но мне всё равно нравилось ощущать себя этаким древним мудрецом и чародеем. В какой-то степени, для многих людей им я когда-то и был.
Похоже, она наконец заметила меня. Странно, но мой вид не вызвал у неё не удивления, не оторопи. Скорее лёгкую улыбку, больше внутреннюю, показанную только уголками губ.
— А Вы ничуть не изменились! — воскликнула она вместо приветствия.
— Мы разве знакомы? — приобрести что-либо в моей лавке можно было только один раз, поэтому всех покупателей я помнил в лицо. Этой женщины среди них не было.
— Ну конечно, Вы не помните — она издала тихий смешок — знакомы, да. Я ещё постоянно стояла у той витрины, смотрела на... — тут она подошла к витрине и поднесла руки ко рту от изумления — Она что, до сих пор тут стоит? "Укротительница тигров"! Неужели никто так и не купил её за двадцать лет?
Тут она осеклась и на секунду обхватила себя руками.
— Ой, простите. Я, наверное, очень шумная? Я так долго Вас искала, так искала. Сначала закидала маму звонками, помнишь, мол, у нас во дворе такой странный магазинчик стоял, затем подруг завалила расспросами. И никто ничего не помнит... Решили, что я свихнулась, что у меня галлюцинации…
Она продолжала рассказывать, а я внимательно слушал. История, в какой-то степени, тоже часть платы, хотя обычно я об этом не говорю, чтобы люди не стали скупыми на слова. Она жила в этом дворе до шестнадцати лет, затем переехала вместе с родителями в другой город, познакомилась с юношей — по её описанию, настоящий благородный рыцарь — год они встречались, поженились, год прожили в браке, развелись. Пошла строить карьеру — не нашла в себе решимости противостоять коллегам-соперницам. Попыталась уехать в столицу — но и там, прожив полгода у родственников, так и не смогла устроиться. Обычная, в общем-то, судьба обычного жителя нашей страны. Но, сказала она, она чувствует, что предназначена для чего-то большего. Тоже, в общем-то, обычная мысль. Впрочем, моя работа — помогать как раз таким, самым обычным людям.
Мы медленно шли вдоль витрин.
— Вот так я, в общем, Вас и нашла. — выговорившись, она стала улыбаться более открыто — А ведь сколько раз я вспоминала про Ваш магазин, но всё не была уверена. Детские воспоминания часто разочаровывают, когда ты пытаешься вернуться назад. Но у Вас всё не так. Вон, и конфеты до сих пор стоят.
Она вдруг засмущалась и покраснела.
— А можно одну? — смущённо спросила она.
— Конечно, берите. Мне не жалко.
Она взяла конфету (шипучку, как я понял по обёртке), прижала её к носу, будто понюхав прямо через фантик, медленно, потянув за торчащие хвостики, раскрыла и прямо из фантика сбросила себе в рот. Зажмурилась, сморщив свой острый носик.
— Кислая! — она довольно улыбнулась. — Где Вы такие берёте? Я буду там закупаться.
— Боюсь, они не торгуют в розницу.
— А у Вас покупать можно?
— Нет, увы.
Пора было уже переходить к делу.
— Вы ведь уже прочитали правила? Какие-нибудь вопросы возникли?
— Да вроде нет. Вот только… тут сказано, что обменять мечту можно только на более… необычную. Оригинальную и амбициозную. Что, если у меня и так?.. уже?.. Достаточно оригинальная?..
— Позвольте мне судить. Скажите мне, какая ваша мечта, и я оценю её по нашей классификации. К сожалению, у меня нет в продаже ничего выше восьми баллов, но, думаю, вам хватит.
— Просто сказать? А что, если я назову не то, о чём на самом деле мечтаю?
— В этом помещении солгать не получится, даже случайно. А даже если Вы и сами не знали свою мечту, Вы только что пересказали мне всю свою жизнь. Думаю, я смогу определить, если Вы ошибётесь.
Тем более, что я и сам уже догадался, какая у неё мечта. Хотя, по правилам я обязан был услышать это из уст клиента.
— Ой, как страшно стало! — её лицо выражало что-то совершенно обратное. Любопытство, интерес. Как будто она попала в очень увлекательное приключение. Я всегда испытывал некоторую слабость к людям, которые с возрастом не теряли детский восторг и готовность к новому и необычному. Из таких людей и получаются благородные герои, поэты, изобретатели, опережающие своё время, а также те, кто вдохновляют других людей на подвиги, неважно, героические или творческие.
—Я стесняюсь! — воскликнула она заговорщическим шёпотом. Можно я Вам на ухо скажу?
Почему бы и нет?
Она привстала на цыпочки и наклонила голову к моему уху… Ну да, почти как я и думал. По современным меркам, немного старомодно в деталях, но для моего магазина эпоха не имела значения. Хотя, пожалуй, это всё-таки вытягивало на двоечку по шкале необычности. Только-только.
— Пятеро детей? — Не буду спрашивать, почему именно столько. — Большая и счастливая семья, любящий муж. Мне кажется, Вы могли бы легко исполнить эту мечту, зачем её менять?
— Я боюсь обмануться. Боюсь, что, когда я окажусь абсолютно счастлива, что-то пойдёт не так. И потом — она смущённо улыбнулась — я уже встречала любовь всей жизни, я же вам рассказывала. Не думаю, что получится ещё раз.
— Ну что же, дело ваше. — Я показал на витрины. — Выбирайте любую от трёх баллов и выше. Я Вас, конечно, не тороплю, но последний автобус из нашего микрорайона уходит в десять. Если сегодня не определитесь, можете подумать до завтра и вернуться.
— А вдруг Ваш магазинчик исчезнет? Ну уж нет! Делать, так сразу. — она уверенным шагом подошла к одной из полок. Постояла минут пять, водя пальцем по стеклу.
— Вот эту хочу! "Полёт на воздушном шаре"! — она радостно и по-детски улыбалась.
— Так просто? — странно, что это вообще было оценено в три балла. Но тут судить не мне — полки магазина неподвластная мне магия наполняла сама, и я неоднократно обнаруживал наутро совсем другие товары, чем те, которые были с вечера. — Вы уверены? Вы же читали правила. Обменять мечту можно лишь один раз в жизни.
—Я знаю. Да, я уверена. Хочу именно это! Хочу-хочу-хочу! — Она состроила детскую рожицу и посмотрела на меня взглядом маленькой девочки. Тем самым, от которого любой родитель всегда купит ребёнку куклу, игрушку и вообще всё, что тот захочет.
— Ну, как знаете. — Я достал ключ и открыл витрину.
Она вдруг засмущалась и покраснела.
— А можно одну? — смущённо спросила она.
— Конечно, берите. Мне не жалко.
Она взяла конфету (шипучку, как я понял по обёртке), прижала её к носу, будто понюхав прямо через фантик, медленно, потянув за торчащие хвостики, раскрыла и прямо из фантика сбросила себе в рот. Зажмурилась, сморщив свой острый носик.
— Кислая! — она довольно улыбнулась. — Где Вы такие берёте? Я буду там закупаться.
— Боюсь, они не торгуют в розницу.
— А у Вас покупать можно?
— Нет, увы.
Пора было уже переходить к делу.
— Вы ведь уже прочитали правила? Какие-нибудь вопросы возникли?
— Да вроде нет. Вот только… тут сказано, что обменять мечту можно только на более… необычную. Оригинальную и амбициозную. Что, если у меня и так?.. уже?.. Достаточно оригинальная?..
— Позвольте мне судить. Скажите мне, какая ваша мечта, и я оценю её по нашей классификации. К сожалению, у меня нет в продаже ничего выше восьми баллов, но, думаю, вам хватит.
— Просто сказать? А что, если я назову не то, о чём на самом деле мечтаю?
— В этом помещении солгать не получится, даже случайно. А даже если Вы и сами не знали свою мечту, Вы только что пересказали мне всю свою жизнь. Думаю, я смогу определить, если Вы ошибётесь.
Тем более, что я и сам уже догадался, какая у неё мечта. Хотя, по правилам я обязан был услышать это из уст клиента.
— Ой, как страшно стало! — её лицо выражало что-то совершенно обратное. Любопытство, интерес. Как будто она попала в очень увлекательное приключение. Я всегда испытывал некоторую слабость к людям, которые с возрастом не теряли детский восторг и готовность к новому и необычному. Из таких людей и получаются благородные герои, поэты, изобретатели, опережающие своё время, а также те, кто вдохновляют других людей на подвиги, неважно, героические или творческие.
—Я стесняюсь! — воскликнула она заговорщическим шёпотом. Можно я Вам на ухо скажу?
Почему бы и нет?
Она привстала на цыпочки и наклонила голову к моему уху… Ну да, почти как я и думал. По современным меркам, немного старомодно в деталях, но для моего магазина эпоха не имела значения. Хотя, пожалуй, это всё-таки вытягивало на двоечку по шкале необычности. Только-только.
— Пятеро детей? — Не буду спрашивать, почему именно столько. — Большая и счастливая семья, любящий муж. Мне кажется, Вы могли бы легко исполнить эту мечту, зачем её менять?
— Я боюсь обмануться. Боюсь, что, когда я окажусь абсолютно счастлива, что-то пойдёт не так. И потом — она смущённо улыбнулась — я уже встречала любовь всей жизни, я же вам рассказывала. Не думаю, что получится ещё раз.
— Ну что же, дело ваше. — Я показал на витрины. — Выбирайте любую от трёх баллов и выше. Я Вас, конечно, не тороплю, но последний автобус из нашего микрорайона уходит в десять. Если сегодня не определитесь, можете подумать до завтра и вернуться.
— А вдруг Ваш магазинчик исчезнет? Ну уж нет! Делать, так сразу. — она уверенным шагом подошла к одной из полок. Постояла минут пять, водя пальцем по стеклу.
— Вот эту хочу! "Полёт на воздушном шаре"! — она радостно и по-детски улыбалась.
— Так просто? — странно, что это вообще было оценено в три балла. Но тут судить не мне — полки магазина неподвластная мне магия наполняла сама, и я неоднократно обнаруживал наутро совсем другие товары, чем те, которые были с вечера. — Вы уверены? Вы же читали правила. Обменять мечту можно лишь один раз в жизни.
—Я знаю. Да, я уверена. Хочу именно это! Хочу-хочу-хочу! — Она состроила детскую рожицу и посмотрела на меня взглядом маленькой девочки. Тем самым, от которого любой родитель всегда купит ребёнку куклу, игрушку и вообще всё, что тот захочет.
— Ну, как знаете. — Я достал ключ и открыл витрину.
Наверное, вы сейчас представили себе какую-нибудь красивую сцену. Как в витрине стоит маленькая склянка со светящимся зельем, и женщина выпивает её с резко округлившимися глазами, делает тяжёлый вздох и, попрощавшись, выходит из лавки совершенно другим человеком. Или как я кладу руки её на виски, мы впадаем в десятиминутный транс, потом опять тяжёлый вздох и уход совершенно другого человека. Что же, представляйте, если вам так легче.
На самом деле всё было гораздо проще. В витрине стоял небольшой шарик. Похожие продают в любом сувенирном магазине. Их ещё можно потрясти, и в них пойдёт снег. Женщина взяла этот шар в руки, и он с лёгким шипением исчез. Она ещё пару секунд простояла перед витриной с поднятыми руками.
— И всё? — спросила она.
Всё, да. По сути, дешёвый трюк. Прагматики, говорящие, что в моей лавке человек меняет ничего на ничего, правы гораздо больше, чем им бы хотелось. Человек не может отказаться от своей мечты, такая уж его природа. Не может и обменять мечту на другую, и никакая магия не в силах это исправить. На самом деле, в моём магазине покупатель просто видит на полке то, в желании чего он не готов был себе признаться. Впрочем, даже такой фальшивый обмен многих сделал счастливыми.
— Да. Вы обменяли свою мечту. Вернуть товар нельзя, гарантий не даём. Что делать дальше, решать только Вам. Хотите конфетку?
* * *
Услышав звон колокольчика на двери, я вышел к прилавку.
Я не слышал этот звук уже, наверное… пять или шесть лет. Чуть больше пятнадцати лет назад я уехал из большого города, где мой маленький магазинчик окончательно затерялся среди многоэтажных небоскрёбов и торговых центров. Однако и здесь, в небольшом районном центре, мой товар не был никому интересен. Люди здесь простые, заняты работой и необходимостью прокормить себя и семью, мечтать им некогда.
Когда-то, когда мой магазинчик стоял во дворе рядом с детской площадкой, в него частенько забегали дети. Сейчас дети никогда не пойдут в незнакомый магазин. Не то, что времена опасные, нет. Просто дети редко отвлекаются от своего телефона, чтобы оглянуться по сторонам, поискать что-то необычное. Вся их жизнь — в сети. На прилавке до сих пор стоит тарелочка с конфетами, но их уже давно никто не брал.
Наверное, пора остановится. Нашему миру уже не нужны чудеса, не нужны романтика и мечты. Люди больше не верят в волшебство, магия стала не более, чем приёмом в компьютерных играх, а волшебники — чудаками в звёздчатых халатах из пародийного кино. Я бы давно ушёл, но правила не позволяют мне оставить магазин. Хотя, без подпитки человеческой верой, магия в полках продержится ещё максимум лет пять, а верить в своё дело перестал уже даже я сам. Пять лет, а потом на покой. Четыре тысячи лет – немалый срок даже для таких, как я.
И вправду, я, наверное, совсем старик, если так много думаю о настоящем...
В дверях стояли двое. Женщина-пенсионерка держала под руку девочку лет десяти. Обе смущённо смотрели на старые деревянные полки, потёртый ковёр и тяжёлый дубовый прилавок.
Первой сдвинулась девочка. Весело и беззаботно она подбежала к тарелочке с конфетами и запустила туда руку. Неожиданно замерла. Обернулась на женщину, потом посмотрела на меня.
— Можна-а? — уверенно и не стесняясь спросила она.
— Бери, конечно.
Девочка залезла рукой поглубже и вытащила конфету из самого центра, чуть не рассыпав остальные. Это оказалась шипучка. Резко раскрыв фантик, она закинула конфету себе в рот. Блаженно зажмурилась.
— Кислая!
Женщина улыбнулась.
— Ну ладно, давай на улицу, к папе.
— А Вы совсем не изменились — обратилась она ко мне, когда девочка выбежала. И как вам это удаётся?
— Профессиональная тайна. — я подмигнул — Это Ваша дочь?
На самом деле всё было гораздо проще. В витрине стоял небольшой шарик. Похожие продают в любом сувенирном магазине. Их ещё можно потрясти, и в них пойдёт снег. Женщина взяла этот шар в руки, и он с лёгким шипением исчез. Она ещё пару секунд простояла перед витриной с поднятыми руками.
— И всё? — спросила она.
Всё, да. По сути, дешёвый трюк. Прагматики, говорящие, что в моей лавке человек меняет ничего на ничего, правы гораздо больше, чем им бы хотелось. Человек не может отказаться от своей мечты, такая уж его природа. Не может и обменять мечту на другую, и никакая магия не в силах это исправить. На самом деле, в моём магазине покупатель просто видит на полке то, в желании чего он не готов был себе признаться. Впрочем, даже такой фальшивый обмен многих сделал счастливыми.
— Да. Вы обменяли свою мечту. Вернуть товар нельзя, гарантий не даём. Что делать дальше, решать только Вам. Хотите конфетку?
* * *
Услышав звон колокольчика на двери, я вышел к прилавку.
Я не слышал этот звук уже, наверное… пять или шесть лет. Чуть больше пятнадцати лет назад я уехал из большого города, где мой маленький магазинчик окончательно затерялся среди многоэтажных небоскрёбов и торговых центров. Однако и здесь, в небольшом районном центре, мой товар не был никому интересен. Люди здесь простые, заняты работой и необходимостью прокормить себя и семью, мечтать им некогда.
Когда-то, когда мой магазинчик стоял во дворе рядом с детской площадкой, в него частенько забегали дети. Сейчас дети никогда не пойдут в незнакомый магазин. Не то, что времена опасные, нет. Просто дети редко отвлекаются от своего телефона, чтобы оглянуться по сторонам, поискать что-то необычное. Вся их жизнь — в сети. На прилавке до сих пор стоит тарелочка с конфетами, но их уже давно никто не брал.
Наверное, пора остановится. Нашему миру уже не нужны чудеса, не нужны романтика и мечты. Люди больше не верят в волшебство, магия стала не более, чем приёмом в компьютерных играх, а волшебники — чудаками в звёздчатых халатах из пародийного кино. Я бы давно ушёл, но правила не позволяют мне оставить магазин. Хотя, без подпитки человеческой верой, магия в полках продержится ещё максимум лет пять, а верить в своё дело перестал уже даже я сам. Пять лет, а потом на покой. Четыре тысячи лет – немалый срок даже для таких, как я.
И вправду, я, наверное, совсем старик, если так много думаю о настоящем...
В дверях стояли двое. Женщина-пенсионерка держала под руку девочку лет десяти. Обе смущённо смотрели на старые деревянные полки, потёртый ковёр и тяжёлый дубовый прилавок.
Первой сдвинулась девочка. Весело и беззаботно она подбежала к тарелочке с конфетами и запустила туда руку. Неожиданно замерла. Обернулась на женщину, потом посмотрела на меня.
— Можна-а? — уверенно и не стесняясь спросила она.
— Бери, конечно.
Девочка залезла рукой поглубже и вытащила конфету из самого центра, чуть не рассыпав остальные. Это оказалась шипучка. Резко раскрыв фантик, она закинула конфету себе в рот. Блаженно зажмурилась.
— Кислая!
Женщина улыбнулась.
— Ну ладно, давай на улицу, к папе.
— А Вы совсем не изменились — обратилась она ко мне, когда девочка выбежала. И как вам это удаётся?
— Профессиональная тайна. — я подмигнул — Это Ваша дочь?
— Внучка. Забавно как всё вышло. Я решила не просто слетать один раз на воздушном шаре, а посвятить этому всю жизнь. Заработала немного денег, отправилась в Москву на фестиваль. Там встретила Его. С первого взгляда поняла, что это мужчина моей мечты. Мы жили в разных городах, но переписывались по сети. Вместе ездили по лётным фестивалям. Мы оба очень любили небо. И за это полюбили друг друга. Поженились, потом пошли дети. На пятом мы остановились. — она засмеялась. — Таким образом, я и ту первую мечту исполнила. А чего Вы так улыбаетесь? Только не говорите, что с самого начала всё это знали!
— Ну не всё, но понимал, что примерно так всё и будет. Но это, сами понимаете…
— Профессиональная тайна — она вернула подмигивание — понятно.
— Лучше расскажите, как Вы меня нашли?
— Это тоже тайна. Хотя… Я Вам её расскажу, но не просто так.
— А как?
— Понимаете, мой муж умер год назад. И у меня появилась навязчивая идея. Только не гоните меня, когда я скажу.
— Хорошо, не буду.
В её глазах опять появились детские искорки, как и почти сорок лет назад.
— Возьмите меня к себе в ученики. Меня тут больше ничего не держит. Младшему сыну уже восемнадцать, все мои дети вполне смогут идти дальше сами.
Я не знал, что ответить. В комнате повисло напряжённое молчание.
— Ну Вы пока подумайте. — она первая вышла из оцепенения — Я сейчас уеду: нехорошо задерживать сына, ему ещё к свадьбе готовиться. А завтра вернусь. Ну не смотрите вы так испуганно. Вам точно нужно что-то, чтобы прийти в норму. Хотите конфетку?
© kir1251
— Ну не всё, но понимал, что примерно так всё и будет. Но это, сами понимаете…
— Профессиональная тайна — она вернула подмигивание — понятно.
— Лучше расскажите, как Вы меня нашли?
— Это тоже тайна. Хотя… Я Вам её расскажу, но не просто так.
— А как?
— Понимаете, мой муж умер год назад. И у меня появилась навязчивая идея. Только не гоните меня, когда я скажу.
— Хорошо, не буду.
В её глазах опять появились детские искорки, как и почти сорок лет назад.
— Возьмите меня к себе в ученики. Меня тут больше ничего не держит. Младшему сыну уже восемнадцать, все мои дети вполне смогут идти дальше сами.
Я не знал, что ответить. В комнате повисло напряжённое молчание.
— Ну Вы пока подумайте. — она первая вышла из оцепенения — Я сейчас уеду: нехорошо задерживать сына, ему ещё к свадьбе готовиться. А завтра вернусь. Ну не смотрите вы так испуганно. Вам точно нужно что-то, чтобы прийти в норму. Хотите конфетку?
© kir1251
Давно известно, что колдуны и волшебники люди ненадежные. Придешь к такому, скажешь: "нужно богатство", а он щелк пальцами, и ты уже еврейский бухгалтер у миллионера, и богатство не твоё.
Поэтому когда я начал писать письмо Дедушке Морозу, пришлось изрядно попотеть над формулировками.
Дорогой Дедушка
(ну, это уже классика),
забери меня отсюда
(нет, это из другого письма. Да и он Дед Мороз, а не инопланетянин. Вычеркиваем)
У меня все хорошо
(чтоб не думал, что это я от отчаяния пишу),
даже замечательно
(может корову попросить? Да ну, бред какой-то).
У меня все есть
(чтоб не думал, что такой весь из себя благородный и на него последняя надежда. Сам смогу. Наверное, но с волшебником проще).
Подари мне на Новый Год
(так, а вот тут думать надо. Велосипед? Машину? Квартиру? Какой же я мелочный)
встречу с настоящей любовью
(а отлично получилось, не придерешься).
Теперь запечатать, положить в морозилку. Ух! Хоть бы сработало.
***
Весной мы с друзьями поехали в город. Как обычно шатались по улицам, продрогли. Витя предложил зайти попить глинтвейна.
Официантка записывала наш заказ, а я не мог отвести взгляд. В стеклянной витрине на подносе вращалось сумасшедшего вида ярко-красное пирожное.
- Девушка, простите. А это что?
- Это "малиновая фантазия", вам принести?
Как только первый кусочек коснулся языка, я понял, как чудовищно ошибся с формулировкой.
- Дефуфка! - сквозь слезы радости позвал я. - У фас ефе такое ефть?
Автор: MadTillDead
Поэтому когда я начал писать письмо Дедушке Морозу, пришлось изрядно попотеть над формулировками.
Дорогой Дедушка
(ну, это уже классика),
забери меня отсюда
(нет, это из другого письма. Да и он Дед Мороз, а не инопланетянин. Вычеркиваем)
У меня все хорошо
(чтоб не думал, что это я от отчаяния пишу),
даже замечательно
(может корову попросить? Да ну, бред какой-то).
У меня все есть
(чтоб не думал, что такой весь из себя благородный и на него последняя надежда. Сам смогу. Наверное, но с волшебником проще).
Подари мне на Новый Год
(так, а вот тут думать надо. Велосипед? Машину? Квартиру? Какой же я мелочный)
встречу с настоящей любовью
(а отлично получилось, не придерешься).
Теперь запечатать, положить в морозилку. Ух! Хоть бы сработало.
***
Весной мы с друзьями поехали в город. Как обычно шатались по улицам, продрогли. Витя предложил зайти попить глинтвейна.
Официантка записывала наш заказ, а я не мог отвести взгляд. В стеклянной витрине на подносе вращалось сумасшедшего вида ярко-красное пирожное.
- Девушка, простите. А это что?
- Это "малиновая фантазия", вам принести?
Как только первый кусочек коснулся языка, я понял, как чудовищно ошибся с формулировкой.
- Дефуфка! - сквозь слезы радости позвал я. - У фас ефе такое ефть?
Автор: MadTillDead
Новогодний кот
Миша шел домой. Шел с неохотой, медленно, разглядывая суетливые толпы спешащего по своим делам народа, брезгливо обходя грязные лужи, размышляя о бренности бытия. Нет, он, вынужденный закончить рабочий день по случаю предстоящих праздников, не торопился домой вовсе не потому, что жаждал продолжения своего доблестного труда в стенах тесного офиса. Просто дома, так же, как и на работе, ничего хорошего и интересного его не ждало. Да и никто не ждал. Девушка Лиза ушла еще летом к другому, сказав, что ей хочется чего-то нового и свежего, а Миша, видимо, не новый и не очень свежий в свои двадцать девять, мало что мог по жизни дать такой, как она.
Миша шел, измеряя шагами расстояние от метро до супермаркета, от супермаркета до своей улицы, а тем временем на город, страну, да и на всю матушку Землю с беспощадной неизбежностью, неотвратимо и неумолимо, как глобальный экономический кризис или всемирное потепление, надвигался Новый год. Тянул с собой огромные сумки с продуктами, толкался в очередях в супермаркетах, закупался мандаринами, красной икрой и шампанским или тем, что может считаться шампанским, сопровождаемый мальчишками семи или семнадцати лет с петардами, а также мальчишками двадцати-семидесяти лет с фейерверками, обвешанный мигающими гирляндами и орущий новогодние песни. «Новый год к нам мчится, скоро все случится…» Но, если что и случится, твердо знал Миша, так это очередная задница… «Остановите Землю, я сойду».
Новогоднего настроения у Миши не было. Совсем. А от созерцания мерзкой слякотной погоды, сердитых теток, тянущих пакеты с колбасой и горошком из магазинов, и пьяненьких мужиков, пытающихся в последний день купить живую елку, катящихся по грязи гудящих вонючих автобусов рядом с дорогущими авто, клянчащих мелочь бомжей, каркающих ворон и жадно высматривающих, чего бы пожрать, каких-то неопрятных, с липкими перьями голубей, настроение совсем не улучшалось. Радостного предвкушения Миша не чувствовал, даже воспоминание об этом чувстве как-то стерлось, затопталось что ли… Разве что где-то очень-очень глубоко на задворках души теплилось что-то такое тоскливо-волшебное и навсегда утерянное. Пакет с конфетами от зайчика… и все вкусные, не то, что сейчас, когда может любую сладость купить, а неохота. Припорошенный снежком двор и следы. Загадочные, манящие, их точно оставил тот самый зайчик – любитель передавать что-то вкусненькое через маму и папу.
Во взрослой жизни даже когда выпадал снег, и Миша видел следы, то знал, что оставили их не зайчики с белочками, а голодные злые бродячие собаки.
В подъезде, как всегда, плохо пахло, было грязно, сыро и неуютно, но сегодня еще и шумно – из-за каждой двери слышалась музыка, голоса, смех или громко работающие телевизоры.
На площадке четвертого этажа, где жил Миша, сидел кот и с интересом разглядывал входные двери. Просто гигантский, размером с овчарку, таких Миша разве что на картинках видел. Кот был слишком толстым, пушистым и белым, чтобы относиться к уличным, но морда и взгляд у него были такие, что слово «домашний» с этим чудовищем совершенно не вязалось.
- Что? Потерялся? – заговорил Миша, осторожно обходя котяру и пробираясь к своей двери. – Ничего, вот встретят Новый год твои хозяева… - «или скорее рабы», - мысленно добавил про себя Миша, - проспятся и найдут.
Кот, чуть склонив голову и прищурив глаза, смотрел на человека. Миша ковырялся в дверном замке.
- На улицу только не ходи, а то сейчас начнут все взрывать, еще от страха обос… Хотя… может лучше и выйти из подъезда, а то уборщица нескоро появится…
Кот сидел неподвижно, но как только ключ провернулся в замке, и дверь немного приоткрылась, он неожиданно сорвался с места, белой молнией проскользнул между Мишиных ног и просочился в квартиру.
Следом с диким воплем:
- БРЫЫЫСЬ!!! – влетел Миша.
Белая тень мелькнула, поворачивая на кухню, Миша, не разуваясь, бросился следом, но кот успел разминуться с ним, снова выскакивая в коридор. Миша остановился, решая куда побежало животное – направо, в распахнутую входную дверь, или налево, чтобы спрятаться в комнатах.
Миша шел домой. Шел с неохотой, медленно, разглядывая суетливые толпы спешащего по своим делам народа, брезгливо обходя грязные лужи, размышляя о бренности бытия. Нет, он, вынужденный закончить рабочий день по случаю предстоящих праздников, не торопился домой вовсе не потому, что жаждал продолжения своего доблестного труда в стенах тесного офиса. Просто дома, так же, как и на работе, ничего хорошего и интересного его не ждало. Да и никто не ждал. Девушка Лиза ушла еще летом к другому, сказав, что ей хочется чего-то нового и свежего, а Миша, видимо, не новый и не очень свежий в свои двадцать девять, мало что мог по жизни дать такой, как она.
Миша шел, измеряя шагами расстояние от метро до супермаркета, от супермаркета до своей улицы, а тем временем на город, страну, да и на всю матушку Землю с беспощадной неизбежностью, неотвратимо и неумолимо, как глобальный экономический кризис или всемирное потепление, надвигался Новый год. Тянул с собой огромные сумки с продуктами, толкался в очередях в супермаркетах, закупался мандаринами, красной икрой и шампанским или тем, что может считаться шампанским, сопровождаемый мальчишками семи или семнадцати лет с петардами, а также мальчишками двадцати-семидесяти лет с фейерверками, обвешанный мигающими гирляндами и орущий новогодние песни. «Новый год к нам мчится, скоро все случится…» Но, если что и случится, твердо знал Миша, так это очередная задница… «Остановите Землю, я сойду».
Новогоднего настроения у Миши не было. Совсем. А от созерцания мерзкой слякотной погоды, сердитых теток, тянущих пакеты с колбасой и горошком из магазинов, и пьяненьких мужиков, пытающихся в последний день купить живую елку, катящихся по грязи гудящих вонючих автобусов рядом с дорогущими авто, клянчащих мелочь бомжей, каркающих ворон и жадно высматривающих, чего бы пожрать, каких-то неопрятных, с липкими перьями голубей, настроение совсем не улучшалось. Радостного предвкушения Миша не чувствовал, даже воспоминание об этом чувстве как-то стерлось, затопталось что ли… Разве что где-то очень-очень глубоко на задворках души теплилось что-то такое тоскливо-волшебное и навсегда утерянное. Пакет с конфетами от зайчика… и все вкусные, не то, что сейчас, когда может любую сладость купить, а неохота. Припорошенный снежком двор и следы. Загадочные, манящие, их точно оставил тот самый зайчик – любитель передавать что-то вкусненькое через маму и папу.
Во взрослой жизни даже когда выпадал снег, и Миша видел следы, то знал, что оставили их не зайчики с белочками, а голодные злые бродячие собаки.
В подъезде, как всегда, плохо пахло, было грязно, сыро и неуютно, но сегодня еще и шумно – из-за каждой двери слышалась музыка, голоса, смех или громко работающие телевизоры.
На площадке четвертого этажа, где жил Миша, сидел кот и с интересом разглядывал входные двери. Просто гигантский, размером с овчарку, таких Миша разве что на картинках видел. Кот был слишком толстым, пушистым и белым, чтобы относиться к уличным, но морда и взгляд у него были такие, что слово «домашний» с этим чудовищем совершенно не вязалось.
- Что? Потерялся? – заговорил Миша, осторожно обходя котяру и пробираясь к своей двери. – Ничего, вот встретят Новый год твои хозяева… - «или скорее рабы», - мысленно добавил про себя Миша, - проспятся и найдут.
Кот, чуть склонив голову и прищурив глаза, смотрел на человека. Миша ковырялся в дверном замке.
- На улицу только не ходи, а то сейчас начнут все взрывать, еще от страха обос… Хотя… может лучше и выйти из подъезда, а то уборщица нескоро появится…
Кот сидел неподвижно, но как только ключ провернулся в замке, и дверь немного приоткрылась, он неожиданно сорвался с места, белой молнией проскользнул между Мишиных ног и просочился в квартиру.
Следом с диким воплем:
- БРЫЫЫСЬ!!! – влетел Миша.
Белая тень мелькнула, поворачивая на кухню, Миша, не разуваясь, бросился следом, но кот успел разминуться с ним, снова выскакивая в коридор. Миша остановился, решая куда побежало животное – направо, в распахнутую входную дверь, или налево, чтобы спрятаться в комнатах.
Выйдя в подъезд, парень посмотрел на лестничный пролет, мельком заметил белое пятнышко, исчезнувшее из виду на первом этаже. Облегченно вздохнув, Миша вернулся в квартиру, заперся, разулся и разделся, стал у окна на темной кухне.
Соседка в белой вязанной шапке со смешным меховым бубоном возвращалась в подъезд от мусорных баков. Миша выругался под нос, принялся проверять комнаты.
В его двухкомнатной квартире особо прятаться было негде, особенно такому огромного котяре. В спальне, где стояли узкий шкаф-купе, диван, стол и офисное кресло, непрошенного гостя не было. В полупустой зале, где были только еще один диван, кресло и сложенный старый стол-бабочка, кота также не обнаружилось. Коридор и кухня были пусты, туалет и ванная закрыты.
- Ушел все-таки, - сказал сам себе Миша.
Праздновать Новый год он не планировал. Решил, что поест сосисок, разогреет вчерашний суп, посмотрит какой-нибудь сериальчик и ляжет спать пораньше. «Хоть высплюсь…» Хотя выспишься тут, когда соседи орут, музыка гремит, все бабахает вокруг…
Справившись с ужином, Миша пришел в залу, устроился в кресле, положил ноутбук на колени и занялся обязательным ритуалом, предшествующем любым фильмам или сериалам и часто занимающем больше времени – стал смотреть, что бы такого посмотреть.
Подборка фильмов, которые уже вышли в хорошем качестве его не вдохновила, следующая тоже. Миша сердито листал ленту поиска в Ютуб.
- И елки у тебя нет… и ронять ее некому, - раздалось в тишине, эхом отразившись от стен в полупустой комнате.
Миша подскочил на месте от неожиданности, едва не выронив ноутбук. Посреди комнаты возле дивана сидел кот, задумчиво глядя в пустой угол комнаты, на который у Миши не хватило мебели. Это был тот самый белый и пушистый ублюдок, только сейчас он еще и приоделся в красный, отороченный белым мехом кафтанчик, в милую новогоднюю шапочку, через которую торчали уши с кисточками, в сапожки…
- Что?! – растеряно переспросил Миша.
- Ни елки, говорю, ни кота, чтобы ее ронять, - сказал, оборачиваясь, кот.
«Это сон!» - понял Миша. К чему снятся кошки? «К неприятностям» - обязательно заявила бы Лиза, она была большая любительница толковать сны, но, по ее словам, все сны были либо к неприятностям, либо к тратам. Позже Миша понял, что все его траты и неприятности были не от снов, а, скорее, от самой Лизы.
Объяснив факт появления наряженного говорящего кота в сапогах, Миша расслабился и решил покуражиться хотя бы во сне.
- Ну и что, плохо разве? Ни елки, ни кота, ни мусора! Хорошо.
- Ты что, правда не знаешь, что, если елка свалится хотя бы один раз во время праздников, в Новом году тебе сильно повезет?
- Ага, сильно повезет, когда вместо того, чтобы веселиться, будешь ползать на корточках и собирать иголки и осколки, а особенно повезет, если найдешь какой-нибудь осколок игрушки босой ногой.
- А упавшие с елки игрушки – к деньгам, - невозмутимо сказал кот, игнорируя Мишин юмор. – Разбившиеся стеклянные – к наличке, пластиковые – к карточкам. Думаешь, для чего коты роняют елки и достают с них шары? Для своего собственного удовольствия, что ли?
- А сожранная, потом найденная в лотке мишура – к длинным запоям или длинным локдаунам?
Кот презрительно фыркнул:
- К длинной жизни, балбес! Чем длиннее съеденный дождик, тем длиннее будет жизнь у хозяина. Но это для опытных котов. Мишуру жрать опасно.
- Ну, а перегрызенная гирлянда к искре страсти и пожару любви, - издевался Миша. – Ну-ну.
Он отложил ноут и пересел на диван, вытягивая ноги и заложив руки за голову.
Кот, недолго думая, оказался рядом, принимая такую же позу и, вывалив толстый живот, прикрыл глаза. Миша, не удержавшись, протянул руку и почесал кошачий животик. Кот тут же сжался, ударил задними ногами, оставив на руке человека длинную царапину.
- Ай! – Миша одернул руку.
Кот хмуро посмотрел на него, затем вдруг резко передними лапами (благо уже втянул когти) защекотал живот Миши, отчего тот скрючился и заорал.
- Приятно? – сердито спросил кот.
- Щекотно… - обиженно сказал человек.
Кот снова откинулся на спинку дивана и задрал голову:
- Шею лучше почеши.
Соседка в белой вязанной шапке со смешным меховым бубоном возвращалась в подъезд от мусорных баков. Миша выругался под нос, принялся проверять комнаты.
В его двухкомнатной квартире особо прятаться было негде, особенно такому огромного котяре. В спальне, где стояли узкий шкаф-купе, диван, стол и офисное кресло, непрошенного гостя не было. В полупустой зале, где были только еще один диван, кресло и сложенный старый стол-бабочка, кота также не обнаружилось. Коридор и кухня были пусты, туалет и ванная закрыты.
- Ушел все-таки, - сказал сам себе Миша.
Праздновать Новый год он не планировал. Решил, что поест сосисок, разогреет вчерашний суп, посмотрит какой-нибудь сериальчик и ляжет спать пораньше. «Хоть высплюсь…» Хотя выспишься тут, когда соседи орут, музыка гремит, все бабахает вокруг…
Справившись с ужином, Миша пришел в залу, устроился в кресле, положил ноутбук на колени и занялся обязательным ритуалом, предшествующем любым фильмам или сериалам и часто занимающем больше времени – стал смотреть, что бы такого посмотреть.
Подборка фильмов, которые уже вышли в хорошем качестве его не вдохновила, следующая тоже. Миша сердито листал ленту поиска в Ютуб.
- И елки у тебя нет… и ронять ее некому, - раздалось в тишине, эхом отразившись от стен в полупустой комнате.
Миша подскочил на месте от неожиданности, едва не выронив ноутбук. Посреди комнаты возле дивана сидел кот, задумчиво глядя в пустой угол комнаты, на который у Миши не хватило мебели. Это был тот самый белый и пушистый ублюдок, только сейчас он еще и приоделся в красный, отороченный белым мехом кафтанчик, в милую новогоднюю шапочку, через которую торчали уши с кисточками, в сапожки…
- Что?! – растеряно переспросил Миша.
- Ни елки, говорю, ни кота, чтобы ее ронять, - сказал, оборачиваясь, кот.
«Это сон!» - понял Миша. К чему снятся кошки? «К неприятностям» - обязательно заявила бы Лиза, она была большая любительница толковать сны, но, по ее словам, все сны были либо к неприятностям, либо к тратам. Позже Миша понял, что все его траты и неприятности были не от снов, а, скорее, от самой Лизы.
Объяснив факт появления наряженного говорящего кота в сапогах, Миша расслабился и решил покуражиться хотя бы во сне.
- Ну и что, плохо разве? Ни елки, ни кота, ни мусора! Хорошо.
- Ты что, правда не знаешь, что, если елка свалится хотя бы один раз во время праздников, в Новом году тебе сильно повезет?
- Ага, сильно повезет, когда вместо того, чтобы веселиться, будешь ползать на корточках и собирать иголки и осколки, а особенно повезет, если найдешь какой-нибудь осколок игрушки босой ногой.
- А упавшие с елки игрушки – к деньгам, - невозмутимо сказал кот, игнорируя Мишин юмор. – Разбившиеся стеклянные – к наличке, пластиковые – к карточкам. Думаешь, для чего коты роняют елки и достают с них шары? Для своего собственного удовольствия, что ли?
- А сожранная, потом найденная в лотке мишура – к длинным запоям или длинным локдаунам?
Кот презрительно фыркнул:
- К длинной жизни, балбес! Чем длиннее съеденный дождик, тем длиннее будет жизнь у хозяина. Но это для опытных котов. Мишуру жрать опасно.
- Ну, а перегрызенная гирлянда к искре страсти и пожару любви, - издевался Миша. – Ну-ну.
Он отложил ноут и пересел на диван, вытягивая ноги и заложив руки за голову.
Кот, недолго думая, оказался рядом, принимая такую же позу и, вывалив толстый живот, прикрыл глаза. Миша, не удержавшись, протянул руку и почесал кошачий животик. Кот тут же сжался, ударил задними ногами, оставив на руке человека длинную царапину.
- Ай! – Миша одернул руку.
Кот хмуро посмотрел на него, затем вдруг резко передними лапами (благо уже втянул когти) защекотал живот Миши, отчего тот скрючился и заорал.
- Приятно? – сердито спросил кот.
- Щекотно… - обиженно сказал человек.
Кот снова откинулся на спинку дивана и задрал голову:
- Шею лучше почеши.
- Вот, ты не веришь, - продолжил кот, после того, как Миша выполнил его требование. – И тебе жутко не везет. А скажи, сколько раз падала у тебя елка в прошлом году?
Миша вспомнил прошлогоднюю елку и помрачнел. На приобретении этой дизайнерской, так называемой елки, настояла Лиза, устроив ему целую истерику. Елка была жутко тяжелой и невозможно дорогой. Она напоминала уменьшенную египетскую пирамиду, которую Хеопс зачем-то решил украсить мигающими гирляндами. Затаскивая произведение долбанутого дизайнера в квартиру, Миша сожалел, что у него нет сотни-другой рабов или, на худой конец, инопланетных антигравитационных технологий. Это древнеегипетское чудо до сих пор стояло у Миши на балконе, ожидая пока в нем похоронят какого-нибудь карликового фараона. Когда Лиза уходя, собирала вещи, Миша предложил ей взять «елку» с собой, но девушка обозвала его идиотом и заявила, что видеть не желает это убожество, с помощью которого Миша испортил ей прошлый Новый год. Миша тогда поймал такой когнитивный диссонанс, вспоминая, когда это он был инициатором покупки «пирамиды», что даже не нашелся, что ответить Лизе.
- Так сколько раз она падала? – кот ожидал ответа.
- Да ее в принципе невозможно уронить.
Белый кот сделал известный всем жест «умного негра».
- И чего ты хотел? Ни елки, ни кота, ни везения, ни денег!
- Кот, вообще-то, есть, - возразил Миша.
- Я что ли? – делано удивился кот. – Ну нет, мое дело следить, чтобы в каждом доме была елка, и было кому ее уронить. Я слежу, но делать работу за других я не намерен. И я ведь не твой кот.
- А чей?
- Свой собственный.
- А имя-то хоть у тебя, свое собственное, есть?
- Можешь называть меня Санта Котаус, а можешь Дед КотОс.
- Хм, - ухмыльнулся Миша. – Подарки детишкам разносишь? Кому кучку в лоточек, кому комочек шерсти…
- Детишкам есть кому разносить, есть кому следить, чтобы была елка и подарки под ней. А я по части таких, как ты, у которых ни кота, ни елки…
- Ни девушки… - печально добавил Миша. – Ни цели в жизни.
Помолчали.
Вдруг кот выпрямился, пристально посмотрел на одиноко висевшие над столом часы, показывающие без десяти девять вечера и сказал:
- Почти не успеваем… Идем!
- Куда? – удивился Миша.
- Спасать тебя будем! Одевайся!
Кот вышел в коридор на задних лапах, стоя так, он почти доставал Мише до груди. Оторопевший Миша вспомнил, что это всего лишь забавный сон, ухмыльнулся, накинул куртку, шапку и всунул ноги в ботинки.
Кот по-прежнему шел на задних лапах, и Миша едва поспевал за ним.
На улице падал снег, скрывая под чистым покрывалом всю грязь и слякоть, окна многоэтажек мигали огнями гирлянд, отовсюду слышалась музыка, но какая-то слаженная, гармоничная, приятная, взрывы фейерверков, запущенных нетерпеливыми обывателями раньше полуночи, почему-то не раздражали. На белоснежном покрове виднелись маленькие загадочные следы, как будто зайчик из детства пробежал, и больше никого… Миша улыбнулся.
Кот поспешил куда-то в сторону супермаркета, вывел Мишу на площадь, усыпанную еловыми иголками и ветками. Здесь сегодня до вечера торговали елками. В углу, прислоненная к стене ларька, одиноко полулежала зеленая красавица, видимо так и не проданная и брошенная разочарованным продавцом.
- Твоя. Ждет тебя, - довольно сказал кот.
Миша огляделся, продавца не было, и вообще никого не было на улице, ни одной души. Хохотнув, он подхватил дармовую елку, и потопал домой.
Миша вспомнил прошлогоднюю елку и помрачнел. На приобретении этой дизайнерской, так называемой елки, настояла Лиза, устроив ему целую истерику. Елка была жутко тяжелой и невозможно дорогой. Она напоминала уменьшенную египетскую пирамиду, которую Хеопс зачем-то решил украсить мигающими гирляндами. Затаскивая произведение долбанутого дизайнера в квартиру, Миша сожалел, что у него нет сотни-другой рабов или, на худой конец, инопланетных антигравитационных технологий. Это древнеегипетское чудо до сих пор стояло у Миши на балконе, ожидая пока в нем похоронят какого-нибудь карликового фараона. Когда Лиза уходя, собирала вещи, Миша предложил ей взять «елку» с собой, но девушка обозвала его идиотом и заявила, что видеть не желает это убожество, с помощью которого Миша испортил ей прошлый Новый год. Миша тогда поймал такой когнитивный диссонанс, вспоминая, когда это он был инициатором покупки «пирамиды», что даже не нашелся, что ответить Лизе.
- Так сколько раз она падала? – кот ожидал ответа.
- Да ее в принципе невозможно уронить.
Белый кот сделал известный всем жест «умного негра».
- И чего ты хотел? Ни елки, ни кота, ни везения, ни денег!
- Кот, вообще-то, есть, - возразил Миша.
- Я что ли? – делано удивился кот. – Ну нет, мое дело следить, чтобы в каждом доме была елка, и было кому ее уронить. Я слежу, но делать работу за других я не намерен. И я ведь не твой кот.
- А чей?
- Свой собственный.
- А имя-то хоть у тебя, свое собственное, есть?
- Можешь называть меня Санта Котаус, а можешь Дед КотОс.
- Хм, - ухмыльнулся Миша. – Подарки детишкам разносишь? Кому кучку в лоточек, кому комочек шерсти…
- Детишкам есть кому разносить, есть кому следить, чтобы была елка и подарки под ней. А я по части таких, как ты, у которых ни кота, ни елки…
- Ни девушки… - печально добавил Миша. – Ни цели в жизни.
Помолчали.
Вдруг кот выпрямился, пристально посмотрел на одиноко висевшие над столом часы, показывающие без десяти девять вечера и сказал:
- Почти не успеваем… Идем!
- Куда? – удивился Миша.
- Спасать тебя будем! Одевайся!
Кот вышел в коридор на задних лапах, стоя так, он почти доставал Мише до груди. Оторопевший Миша вспомнил, что это всего лишь забавный сон, ухмыльнулся, накинул куртку, шапку и всунул ноги в ботинки.
Кот по-прежнему шел на задних лапах, и Миша едва поспевал за ним.
На улице падал снег, скрывая под чистым покрывалом всю грязь и слякоть, окна многоэтажек мигали огнями гирлянд, отовсюду слышалась музыка, но какая-то слаженная, гармоничная, приятная, взрывы фейерверков, запущенных нетерпеливыми обывателями раньше полуночи, почему-то не раздражали. На белоснежном покрове виднелись маленькие загадочные следы, как будто зайчик из детства пробежал, и больше никого… Миша улыбнулся.
Кот поспешил куда-то в сторону супермаркета, вывел Мишу на площадь, усыпанную еловыми иголками и ветками. Здесь сегодня до вечера торговали елками. В углу, прислоненная к стене ларька, одиноко полулежала зеленая красавица, видимо так и не проданная и брошенная разочарованным продавцом.
- Твоя. Ждет тебя, - довольно сказал кот.
Миша огляделся, продавца не было, и вообще никого не было на улице, ни одной души. Хохотнув, он подхватил дармовую елку, и потопал домой.