🟥 О работе ВКС РФ

Удары с применением ФАБ-500 по ПВД 41 омбр ВСУ в районе н.п. Варачино Сумской области и ПВД 110 омбр ВСУ с применением ФАБ-3000 в районе н.п. Привольное Запорожской области.

©️ Наш канал
🗣 Наш чат
🔝 Проголосовать за канал

⚡️Херсонское направление. Подлость боевиков всу.

Противник дистанционно минирует с дронов островную. Повезло, что мина легла прямо на тропу, там ее хорошо видно.

— Братья, бойцы, будьте предельно внимательны!
Мы имеем дело с коварными негодяями.

Фронтовая птичка.

📆 Еженедельная авторская колонка;

⚡️ Руководитель проекта «Курсы тактической медицины» с позывным «Латыш»;

✅ Специально для канала «Синяя Z Борода»

Эвакуация раненого в условиях постоянной угрозы обнаружения беспилотными летательными аппаратами требует принципиально иного подхода, нежели стандартные протоколы спасения на поле боя. Основной парадокс заключается в необходимости балансировать между скоростью оказания помощи и риском быть обнаруженным, где каждая секунда промедления может стоить жизни, но и необдуманная поспешность способна привести к еще большим потерям. Статистика последних месяцев показывает, что до 40% осложнений при эвакуации связаны именно с преждевременным обнаружением дронами-разведчиками.

Первостепенное значение приобретает маскировка не только самого раненого, но и всей группы эвакуации. Современные тепловые маскировочные сети становятся таким же обязательным элементом, как и носилки. Движение осуществляется короткими перебежками от одного укрытия к другому, при этом маршрут планируется с учетом не только рельефа местности, но и расположения объектов, создающих тепловые помехи. Особое внимание уделяется выбору транспорта - предпочтение отдается технике с низкой тепловой сигнатурой, а время погрузки раненого не должно превышать 15-20 секунд.

Тактическая медицина в таких условиях требует адаптации стандартных процедур. Наложение жгута или проведение коникотомии может осуществляться в укрытии, тогда как инфузионная терапия и другие длительные манипуляции переносятся на следующий этап эвакуации. Использование беспиротехнических средств освещения категорически исключено, а все оборудование должно иметь светомаскировку. Связь между участниками группы поддерживается скрытыми радиоканалами с минимальным временем передачи.

При обнаружении БПЛА алгоритм действий меняется кардинально. Если раненый находится в критическом состоянии, эвакуация продолжается с применением дымовых завес, специально разработанных для противодействия оптическим и тепловым системам наведения. Однако при стабильном состоянии пострадавшего может быть принято решение о временном укрытии до нейтрализации угрозы. Современные протоколы предусматривают наличие в эвакуационных группах переносных систем РЭБ, способных создавать локальные помехи в работе навигационных систем дронов.

Финал эвакуации также имеет свои особенности. Погрузка в санитарный транспорт осуществляется скрытно, часто в специально оборудованных укрытиях или под прикрытием архитектурных сооружений. Координация с медицинским пунктом ведется с использованием закодированных сообщений, исключающих перехват информации о перемещении раненого. Каждый такой случай становится уникальной операцией, где успех зависит не только от медицинских знаний, но и от способности команды действовать в условиях высокотехнологичной угрозы, постоянно меняя тактику и приспосабливаясь к новым вызовам современной войны.

⚡️⚡️⚡️⚡️

⚡️Засада для боевиков всу. Ликвидация противника. Запорожское направление.

Личный состав врага был успешно ликвидирован нашими бойцами на трассе Новодониловка-Орехов.

Далее наши птички взялись за уничижение вражеской техники.
Задача выполнена.

Фронтовая птичка.

О метаморфозах

Я никогда не думал о собаках, как об объектах мистических практик или волшебных превращений. Кошка, она – да, постоянная спутница ведьм и прочей нечисти. А собака, всё-таки, в первую очередь, – друг человека, и в порочащей это высокое звание чертовщине лично мной замечена не была. В общем, большую часть моей жизни собаки и сверхъестественное жили отдельно друг от друга, пока одним осенним вечером Дима всё не изменил.

Началось с того, что я заметил Димину улыбку. Ничего такого, конечно, но нужно обязательно сказать, что Дима вообще редко улыбался. Хотя хмурым или невесёлым его тоже назвать никоим образом было нельзя. Обычно он имел крайне задумчивый вид, смотрел под ноги и одновременно куда-то внутрь себя. Но тем он мне и нравился, что не разменивал улыбки по пустякам. И я при первом знакомстве отметил, что если Дима улыбается, то происходит что-то действительно забавное или интересное. И, скорее всего, это происходит в Диминой голове. Такой вот он, Дима, – задумчивый фантазёр.

Мы находились в гостинице в Киевском районе Донецка, куда приехали уже затемно в поисках душа. Вода кончилась перед самым нашим приездом, поэтому мы просто сидели на полу и разговаривали. Подобные мелочи нас никогда не огорчали. И сомневаюсь, что в будущем возраст или статус изменят этот наш непритязательный взгляд на жизнь.

– Говори, чего улыбаешься? – Я знал, что нужно ловить быка за рога и не тянуть с расспросами, потому что как только улыбка пропадет с Диминого лица, узнать причину её появления уже не выйдет.

Дима оживился. Видимо, я угадал с моментом, и ему действительно хотелось поделиться своими мыслями.
– Вот представь, что человек попал на войну, но быстро сломался. Обычный молодой пацан, которому ещё жить и жить, а он уже успел увидеть некоторое дерьмо, как следует хапнуть горюшка, и все, чего он хочет, – чтобы его с этой войны отпустили, – Дима остановил повествование и посмотрел на меня, ожидая, пока я нарисую в воображении описываемого персонажа.

Много времени не потребовалось. Мне было легко представить мальчишку, волей судьбы оказавшегося на передовой и осознавшего, что война совсем не такая, какой он видел её в «Падении чёрного ястреба». Да и в целом – вокруг происходит какой то кромешный п*здец, – и это немного не то, чего он ждал, подписывая контракт. Память услужливо подкидывала воспоминания о недавних городских боях: вот с «брони» снимают тело юнца. Час назад он был ещё жив, а сейчас ветер трепал измазанный кровью светлый чуб, выбивающийся из под съехавшего набок шлема с аккуратно нашитой номерной биркой. Наверное, когда-то давно этот симпатичный чуб очень нравился его маме. Она с умилением смотрела на него, любила трепать сына за эту соломенную копну, и даже немного загрустила, когда однажды летом он подстригся налысо. Теперь у неё появится новый повод для горя, и он, в отличие от неудачной причёски, не исчезнет к сентябрю. Вообще никогда не исчезнет. Спаси их, Господи, а кого ещё можно сохранить – сохрани.

– Да, такое я могу представить.
– Ну и вот, этот парень – он не плохой, просто у него слишком сильно поменялся мир за очень короткое время, а это всегда неприятно. Он и заднюю давать не хочет, чтобы пацанов не подвести, но и находиться здесь тоже больше не может. Не вывозит, короче. А морально-волевые уже закончились. И вот, сидя привалившись к закопчённой стене отбитого несколько часов назад подъезда, он дремлет и сквозь накатывающий сон просит у Бога превратить его в собаку, чтобы ему больше не пришлось блевать от перегрузов, перебегая простреливаемые дороги и идти на очередной штурм, где придётся либо убить, либо самому быть убитым. А на утро он просыпается мохнатым псом.

– И всё?
– И всё. Страх победил.

Я задумался, переваривая неожиданный поворот событий.
– А знаешь, Дима, если бы так случилось, то этот парень, проснувшийся в пёсьей шкуре, огляделся бы и понял, что людей в городе больше не осталось. Зато появилось очень много собак.

Дима снова улыбнулся.

В ту ночь мне снилась чёрная с подпалинами такса, гулявшая по развалинам дома, в котором когда-то жила.

Имперский излучатель ⚫️