Оливия сделала еще шаг вперед, и еще, и  еще. А затем ее будильник прозвонил – точно в тот момент, как она встала ровно перед ним. Еще одно вторжение в его личное пространство. Но на этот раз, когда она привстала на цыпочки, когда она закинула руки ему на шею, ладони Адама прижали ее к его груди.
Прошел год. Ровно один год. И теперь его тело было так хорошо знакомо ей: она знала ширину его плеч, щетину, запах его кожи – все наизусть. Она чувствовала улыбку в его взгляде. Оливия погрузилась в него, позволила ему поддержать себя, потянулась, и ее губы почти коснулись его уха. Она прижала их плотнее и тихо шепнула:
– Можно я вас поцелую, доктор Карлсен?

- Для всех важна любовь, - пропела рядом со мной появившаяся из воздуха Бриэль. - Благодаря ей наши бессмертые сердца продолжают биться.

- После того, как я впервые коснулся тебя, для меня перестали существовать другие девушки. Ты стала центром моей вселенной Агни. - После этих тёплых слов Эллин аккуратно надавил мне на живот, предлагая лечь на стол.

- Как же быстро ты возбуждаешься...
- Ну я же не трехсотшестидесятилетний старикан, - с придыханием, купаясь в его нежных прикосновениях, съязвила я.
Эллин замер. Приподняв ледяные глаза, он с вызовом взглянул на меня, оскалив верхние зубы:
- Зря ты это сказала, - прорычал король, обдав холодом мою чувствительную кожу.