​​Тем временем в нашем инстаграме проходит конкурс — разыгрываем годовую премиум-подписку на Букмейт, с которой можно читать новый роман Барнса, сборник статей о Сорокине, умную публицистику, обстоятельные биографии, нежную подростковую прозу и много чего еще. Все подробности — в этом посте. Скорее подписывайтесь!

​​Без лишних книксенов и па: на Букмейте появился «Homo Deus» Юваля Ноя Харари. Почему «Макдоналдс» опаснее «Аль-Каиды», как Facebook и Google меняют мир и что будет с религиями, когда самой важной профессией станет генная инженерия, — кажется, мы нашли, чем занять вас до конца недели.

​​Еще про бойкий нон-фикшн: в этом году за премию «Просветитель» поборется «Максимальный репост» Борислава Козловского — энергичное и, как пишет один из первых рецензентов Юрий Сапрыкин, «освежающее» чтение о том, почему люди ведутся на фейки. Сам автор недавно обсуждал свою книгу в «Пионере»: литературной программой там заведует поэт и критик Сергей Сдобнов. Прочитать расшифровку беседы Козловского с главредом «Постнауки» Андреем Бабицким и антропологом Александрой Архиповой можно здесь; подписаться на канал Сдобнова «Мрачное обозрение» — тут.

Видео, кстати, тоже имеется.

​​Интересный поворот сюжета: радикальный атеист и автор самого неуютного фэнтези на свете «Темные начала» Филип Пулман рассуждает о том, почему мы не можем жить без магии, предрассудков и суеверий — сводных братьев воображения. Ждем, когда подтянется Ричард Докинз (он в эссе тоже упоминается).

​​Короткий, но емкий профайл Салли Руни — «марксистки из Дублина», «Джейн Остин прекариата» и 27-летнего автора двух страшно расхваленных романов, «Conversations with Friends» и «Normal People». «Невозможно описать людей, какие они есть на самом деле, игнорируя политику» — миллениалы, кто бы что ни думал, сочиняют (будут сочинять) довольно ангажированный фикшн; это поколение еще повоюет.

2 сентября в Рио-де-Жанейро случился пожар. Он уничтожил Национальный музей Бразилии, располагавшийся в бывшем императорском дворце. Единственное, что уцелело из двадцати миллионов единиц хранения — это метеорит Бендего.
Нам остается только мрачно вспоминать «главное правило кураторства» Ханса Ульрика Обриста: организуя выставку, никогда не располагай экспонаты так, чтобы они перегораживали дорогу тем, кто будет выбегать во время пожара.
https://ru.bookmate.com/books/KTR0nWx7

​​Интересная какая статистика: британская сеть отелей Travelodge рассказала, какие книги оставляют в ее номерах постояльцы. На первом месте «Рассказ служанки» Маргарет Этвуд, в топ-10 — «Происхождение» Дэна Брауна, «Девушка в поезде», «Острые предметы» и первый роман про Гарри Поттера; в двадцатке — огромное и стозевное «Оно» Кинга и селф-хелп от Трампа.

​​Эта дискуссия никогда не закончится: после смерти Найпола и новых подробностей неподобающего поведения знаменитых писателей все снова заспорили о том, можно ли развести художника и его книги. Вот, кажется, взвешенный, не срезающий углы подход: расистские взгляды, скажем, Диккенса отвратительны, но романы человек писал грандиозные — одно другое не оправдывает, но и не отменяет. Такой вот тост за странность, неуютность и сложность окружающего мира.

Еще одна занимательная подборка на стыке психологии и культурологии: десять книг, про которые все врут, что читали. «Убить пересмешника», «Приключения Тома Сойера», «Алая буква», «Ромео и Джульетта» и так далее — вроде бы без больших сюрпризов, но логика понятная. Американские учителя литературы рассказывают про эти (совсем, вообще-то, не бесхитростные книги) школьникам, а они быстро вязнут в сюжете и языке. Интересно, как бы этот список выглядел на русском: ставим на «Войну и мир», «Мастера и Маргариту», «Вишневый сад» и (как аналог «Дневника Анны Франк» ) «Архипелаг ГУЛАГ».

​​Фрэнсис «Конец Истории» Фукуяма что-то нарасхват: пару недель назад в The New Yorker вышел большой материал о футурологе (с броским заголовком и большим куском про русского философа Кожева, на семинары к которому ходили Батай, Лакан, Мерло-Понти, Кено и другие великие), а теперь о приключениях его главной идеи пишут в The Guardian. Внутри, понятно, Трамп, Брекзит, постсоветские диктатуры и другие приметы того, что история не закончилась: люди — по странным для глобальных элит причинам — голосуют против экономической выгоды и «здравого смысла». Вокруг этого электорального парадокса уже выросла целая индустрия интерпретаций, но Фукуяма с прогнозами больше не спешит: урок — усвоен.

​​Список, который невозможно игнорировать: 100 главных книг XXI века по версии экспертов Vulture. Лучший роман — «Последний самурай», в шорт-листе, помимо прочих, — «Поправки», «Не отпускай меня», «Неаполитанский квартет», «Продажная тварь» и «Искупление». Как всегда в таких случаях, первым делом хочется придраться: где Пинчон? Делилло? Том «Когда я был настоящим» Маккарти? великие и ужасные «Благоволительницы»? Кто-то наверняка расстроился, не найдя Янагихару. Другие обиделись из-за того, что «Карте и территории» Мишеля Уэльбека предпочли его же (и не такую, увы, глубокую) «Платформу». Отрадно, впрочем, что это совсем не снобская подборка: Пулман, Роулинг, Гиллиан Флинн — большая и важная часть того, что мы сейчас понимаем под литературой. Русский язык в списке представляет нобелевская лауреатка Светлана Алексиевич.

​​Похоже, это отставка года: легенда цеха Иэн Бурума покинул The New York Review of Books из-за того, что опубликовал эссе автора, которого в 2016 году обвинили в сексуальных домогательствах — а потом оправдали. Учитывая обстоятельства этого, хм, кадрового решения и квалификацию Бурумы, просто представьте, что сейчас происходит у него в мессенджерах и почте: не пропадет.

​​Главред издания Publishing Perspectives поговорил с Дмитрием Глуховским: права на его последний роман «Текст», оказывается, проданы уже в 14 стран — от Германии до Китая. Один из первых абзацев начинается с предложения «Знает ли этого автора Владимир Путин?», совсем рядом реплика про «реальность, превосходящую самые дикие фантазии»; есть тут и пересказ эссе писателя «Запад и мы» в июньском Die Zeit. Другими словами, иностранных наблюдателей Глуховский интересует скорее как политический феномен — а ведь он так заразительно рассказывал про любовь к Бабелю и Платонову.

​​Ревизия запрещенных книг от автора «This Book Is Gay» Джуно Доусон: ну да, внутри обычные наши подозреваемые — от «Лолиты» до «Любовника леди Чаттерли», но есть и неожиданные позиции: «Винни-Пух» там или «Паутина Шарлотты»; про квир-сказку о пингвинах «С Танго их трое» вы, наверное, слышали. The Guardian обещает всю эту неделю рассказывать о литературе и цензуре — обязательно будем следить.

​​а теперь к действительно важным новостям: Карла Бруни сообщила, что ее друг, гонкуровский лауреат и главный французский писатель современности Мишель Уэльбек — женился. совет да любовь!

​​Потешная история про 24-летнего Фолкнера: вылетев в очередной раз из университета, будущий автор «Шума и ярости» начал разносить письма и посылки — и стал «худшим почтальоном, которого видел этот мир». Фолкнер приходил и уходил в произвольное время, читал в офисе чужие журналы, выкидывал письма, которые казались ему неважными, играл в карты и гольф. Самое поразительное — то, что он продержался на этой работе три года, пока не нагрянул ревизор из Коринфа, Миссисипи. Но и тут Фолкнер дал маху: отправил ему хамскую записку про «капиталистическую систему» и «блуждающих подлецов» с двумя центами в кармане. Финал тоже замечательный: в 1987 году появилась марка с писателем — Почтовая служба США гения простила.

Как известно, в этом году Нобелевскую премию по литературе вручать не будут — зато выдадут сразу две в 2019-м. А пока штатные критики The New York Times рассказали, что они думают об этой институции (кто скучает, а кто не особо), обменялись колкостями по поводу некоторых лауреатов (досталось Стейнбеку и Черчиллю) и номинировали своих любимчиков: Маргарет Этвуд, Кормака Маккарти, Нгуги ва Тхионго, Ласло Краснахоркаи, Луизу Глюк — совершенно не удивимся, если кто-то из них победит в следующий раз.

​​Заголовок, который мы пропустили: автор литературного селф-хелпа Джо Моран рассуждает, как должно выглядеть идеальное предложение — с примерами из Оруэлла, Вулф и, сюрприз, Кейт Мосс. На фото — страница рукописи «Госпожи Бовари»: это чтобы было понятно, каких усилий стоила Флоберу воздушность и прозрачность его письма.

​​Мы тут обычно рассказываем про русско- и англоязычные книги и литературные сюжеты, а где-то совсем рядом есть огромная вселенная, где говорят, пишут и думают по-немецки. Об этом — новый выпуск подкаста «Читатель» с переводчицей Татьяной Зборовской. Гройс и Целан, Ad Marginem и Libra, Гете и Газданов — 63 минуты, которые того стоят.

Ну и (вдруг вы пропустили) еще несколько занимательных новинок на Букмейте:

«Время Березовского» Петра Авена. Родина или свобода, эпоха перемен или «все бегали абсолютно голые», протодиктатура или квазидемократия. Среди рассказчиков — Фридман, Доренко, Познер, Кудрявцев, Васильев и другие.

«Родина слоников» Дениса Горелова. Язвительное и нежное разом описание низового советского кинематографа, без которого нас невозможно представить, еще труднее — понять.

«Книга непокоя» Фернандо Пессоа. Как известно, ты suck, если не читал Зебальда. С Пессоа это так же работает — великий португалец уже несколько лет нам всем как родной.

«Образцы безоглядной воли» Сьюзен Сонтаг. Несколько задумчивых эссе от самой проницательной публицистки (можно ведь так сказать?) своего поколения. Годар, Бергман, Вьетнам, Чоран — так сразу и не скажешь, к чему приступить в первую очередь.

«Средняя Азия в Средние века» Павла Зальцмана. Великий русский писатель, которого вы не читали. Рахат-лукумный магический реализм за 30 лет до Маркеса.

«Эпоха нервозности» Йоахима Радкау. Капитальное исследование того, как Германия ввязалась в войну, открыла психоанализ и выбрала Гитлера. «Кинетика кайзера и структурная нервозность мировой политики Вильгельма II» — нет, это не запись лекции А.Г. Дугина на YouTube, а серьезнейшая социокультурная работа.

Опубликован шорт-лист «Просветителя» — ну, почти. В короткий список почетной премии Baillie Gifford Prize, которую вручают за лучшие биографии, мемуары и нон-фикшн про политику, международные отношения, спорт, науку и искусство, вошли четыре американских и два британских автора — и некоторых из них мы даже знаем в лицо.

1. Ханна Фрай «Hello World: How to be Human in The Age of The Machine» (как алгоритмы меняют нашу жизнь)

2. Бен Макинтайр «The Spy and the Traitor» (зачем мировые державы шпионили и шпионят друг за другом; не удивимся фамилии «Скрипаль» в послесловии — а то и раньше)

3. Томас Пейдж Макби «Amateur: A True Story About What Makes a Man» (каково это — быть боксером-транссексуалом)

4. Стивен Р. Платт «Imperial Twilight: The Opium War and the End of China's Last Golden Age» («Наркос», только про Китай)

5. Сергей Плохий «Chernobyl: History of A Tragedy» (что случилось в Чернобыле в 1986-м)

6. Карл Циммер «She Has Her Mother's Laugh: The Powers, Perversions and Potential of Heredity» (все про наследование — не в юридическом, а в биологическом смысле).

Победителей объявят 14 ноября — на день раньше, чем лауреатов «Просветителя».